Мой Падший ангел

Мими устало облокотилась плечом о холодную стену и медленно сползла вниз, присев на каменную плитку. Откинув голову назад, она устремила взгляд серых глаз в величественный потолок, подсознательно считая про себя каждые трещинки. Ей требовалось побыть одной, так что демоница не спешила в свою комнату, хоть за окном и была глубокая ночь. В этой части школы обычно никого не было, коридоры пусты и молчаливы, что отлично помогало поразмыслить о жизни на досуге. Нет любопытных глаз и лишних ушей, которые так и желают узнать последние сплетни и пустить новые. Мими предстояло разобраться в себе. Ей до безумия стыдно, что она наговорила те гадости своей Непризнанной подруге, когда застала с Люцифером. Это было глупо и нечестно по отношению к бедной соседке, которая и так натерпелась многого. Но гордость, которая встала поперек горла, никак не позволяла принести извинения. А может, она просто завидует? Завидует, что за ее соседкой бегают такие парни? Что за ребячество… Или дело еще в том, что накануне разболтала Архангелу некоторые детали их собственного «расследования», и ей стыдно признаваться в этом Вики? Люций был ее первой любовью, пусть они и были маленькими чертятами. Но чувство собственности, которое она испытывала и по отношению к Вики и Люцию — просто распирало изнутри. Кого к кому ревновать? Еще эта стычка с Абаддон. Ей, конечно, было приятно, что Эрелим попытался за нее заступиться, но слова этой демоницы кольнули достаточно глубоко. Уж таковы здешние жестокие правила: если кто-то из членов семьи однажды оплошал, то позор распространяется на всех, если только ты сам, кровью и потом, не перекроешь его. Как это делал Дино… По припудренной щеке дьяволицы скатилась обжигающая слеза, которую она не спешила смахивать. Брюнетка никогда не позволяла себе плакать при ком-то. А наедине с собой пустить пару слезинок — не грех. Неужели уже поздно извиняться? Наверное, Вики никогда не простит за слова, что были сказаны в сердцах об ее ангеле. На другом конце коридора послышались уверенные шаги. С каждой секундой звук становился все громче — кто-то явно направляется в ее сторону. Из-за угла показался мужской силуэт, и пусть пространство освещала лишь пара тусклых факелов, до Мими тут же донеслись флюиды мощной энергии Архангела. Широкие плечи, лязганье доспехов, походка, больше походившая на широкий марш. Девушка мигом поспешила вытереть слезы, неуклюже размазав тонну туши. Как и ожидалось, Эрелим остановился подле, глядя на демоницу сверху вниз. — Что я на этот раз натворила? — Мими раскинула руки. — Неужели грустить в коридоре школы тоже запрещено? Глаза оттенка айсберга бегло осмотрели демоницу, после чего Архангел тяжело вздохнул. — Не обольщайся, демоница, я просто делал обход школы. Но быть в столь поздний час не в своей комнате действительно не приветствуется. Мими недовольно откинула локоны назад и потупила взгляд. Она была слишком подавлена, чтобы препираться с ним, но и не желала подчиняться, бежать как послушная собачонка в свою будку. Неожиданно Эрелим присел рядом, удобно устроившись на холодном полу. — Не против? Мими удивленно вытаращила заплаканные глазки, но тут же постаралась скрыть удивление за маской безразличия. От Архангела исходил все тот же изумительный мужской аромат, что ей потребовалось все ее самообладание, лишь бы не уткнуться в его плечо, вдохнуть полной грудью и разрыдаться. — Не держи зла на Абаддон. Она через многое прошла, чтобы добиться того, что сейчас имеет. — Взгляд Эрелима был отстраненным, будто ему не хотелось еще больше смущать девушку своим вниманием. — Я плачу не из-за нее, — пробурчала Мими, рассматривая свои ладони. — Вас послушать, так можно подумать, что вы к ней неравнодушны… Его лицо оставалось непроницаемым, что просто не могло не взбесить демоницу. Никогда не возможно было понять, что на уме у этого воина. С демонами все куда было проще: они эмоциональны, где-то агрессивны, многие вообще всегда говорят то, что на уме. Бывают и такие редкие экземпляры, как Люцифер, но в основном их редко встретишь и, по закону жанра, они добиваются высот. — Я не знаю, что или кто стал причиной твоих слез, но если ты печалишься из-за того, что рассказала мне секреты своих друзей, то спешу успокоить, я не так глуп, чтобы подставлять тебя и вызывать их на ковер. Мими нервно вздохнула, взметнула глазки вверх и быстро заморгала, не позволяя пролиться очередному потоку слез. «Ну почему, почему этот ангел такой… хороший. От его доброты даже не тошно, а наоборот — приятно и тепло на душе» — так и вертелось в ее головушке. — Чем я заслужила такую благосклонность с вашей стороны? Только не говори, что это из жалости, — провыла демоница, старательно избегая его взгляда. — А почему я не могу быть к тебе добр? Чем ты хуже других? — его мелодичный бас заставлял обратить на себя внимание. — Ты же Архангел! — Мими беспомощно взмахнула ладонью. — Грозный предводитель Отряда Шепфы, а ты … — А я сижу со студенткой на холодном полу коридора и пытаюсь ее утешить? — по-мальчишечьи улыбнулся Эрелим. В то самое мгновение Ад, Рай, Небеса, да даже Земля — весь мир перевернулся для Мими. Он уже не казался таким неприступным, холодным, равнодушным, взрослым… В один момент ей стало так комфортно, словно она просто разговаривает со старым знакомым. — Ты пытаешься меня утешить? — проскулила та, уже вовсе не сдерживая слез. — Ну, я не мастер в этом, честно говоря, — Эрелим потер ладонью шею, отчего бицепс на его руке стал виднеться отчетливее. — Но, если нужны свободные уши… — Я облажалась… Я обидела свою лучшую подругу! И все из-за тупой, неразумной ревности! — Мими нервно заправила локон за ушко. — Она нравится моему другу… бывшему другу. Скорее всего, он даже влюблен в нее, в чем я уверена и… — девушка взглянула на недоумевающее лицо Эремила и фыркнула. — Прости. Это, наверное, так глупо — слушать подростковые бредни. — Вовсе нет. Просто я в вопросах сердечных профан. — Дай угадаю, твое сердце навеки принадлежит дракам и вечным тренировкам, Отряду… Эрелим слегка отстранился, чтобы получше рассмотреть заплаканное милое личико демоницы. Раньше Мими бы никогда не позволила себе таких откровений с почти-незнакомцем. Но слишком много всего скопилось в ее адской душенке, так что было все равно, главное, чтобы собеседник был готов выслушать. — Я карьерист, Мими. — Архангел впервые назвал ее по имени — не «Мими, дочь Мамона», не «демоница», что просто не могло не смутить. — Даже в мире людей сложно иметь одновременно и успешную работу, и счастливую семью. Приходится выбирать. Это и называется — Равновесие. — Бред! — возмутилась девушка. — Просто вы, ангелы, слишком педантичны по отношению к правилам и даже не рассматриваете варианты других развитий событий! — Я совсем забыл, с кем разговариваю, — тепло улыбнулся Эрелим, словно услышал слова маленькой капризной девочки. — В любом случае, если речь идет о той самой подруге, о которой я думаю, уверен, если ты все ей объяснишь — она поймет и простит. И как и в прошлый раз, Эрелим вновь возвел эту стену, разделив на роли учитель и ученица. Мими принялась усерднее вытирать подсохшие слезы, хоть и хотелось вовсе разрыдаться уже от досады, что этот Архангел сам рушит между ними барьер, но тут же сам его и восстанавливает. Или же она просто пытается выдать желаемое за действительное? — Я бы такое не простила, — упрямо прошептала девушка, проследив взглядом за парящим в воздухе белым пером, принесенным ветром. Перышко мелодично покачивалось от малейших колебаний ветра, устремляясь упасть прямо к руке Эрелима. — Как я и говорил, из меня плохой утешитель, но… — Архангел схватил перышко за основание и покрутил между пальцев. — Могу заставить тебя улыбнуться. Мими скривила брови, недоверчиво глядя на того исподлобья. Его губы дрогнули в усмешке, после чего, аккуратно зажав перо в огромной руке, он насупил темные брови. А когда ладонь Архангела раскрылась, перышко мигом стало преобразовываться в белый лютик, искрясь небесными переливами и золотистой пыльцой. Хрупкие лепестки цветка были зеленоватого оттенка у основания и практически прозрачными у краев. — Архангел Эрелим, предводитель Отряда Шепфы, делает цветочки? — выпалила Мими и мигом расхохоталась. Это не было сказано с издевкой, скорее как констатация факта и неподдельное удивление. Ее хохот был звонким, без капли злорадства. Отчего Эрелим наградил ее бархатистым сдержанным смехом. — Именно. Теперь ты знаешь мой секрет, — воин протянул цветочек демонице, и та с радостью приняла. — Когда я учился еще в школе, у меня было прозвище «Одуванчик». Ибо создавать растения из неодушевленных предметов, было первой моей способностью. Мими поднесла лютик к носу, слегка пощекотав губы нежными лепестками, все еще с недоверием глядя на Эрелима. — Поэтому ты… Вы решили стать воином? Из-за издевок? Не боитесь, что я всем разболтаю? Я же демон! Архангел равнодушно пожал плечами. И все-таки этот ангел одна сплошная загадка для Мими. Он постоянно раскрывается все с новой стороны — от бессердечного солдафона, до безобидного ангела-флориста. — Во-первых, не думаю, что кто-то теперь посмеет меня так называть. А во-вторых, — Эрелим помедлил, поднимаясь с холодного пола. — Ты все-таки улыбнулась. Он протянул ладонь, предлагая помочь Мими подняться, но девушка упрямо проигнорировала его жест и встала сама, не в силах удерживать глупую улыбку на лице. Вот она настоящая: не колючий кактус, а этот нежный лютик. Неужели он видит ее именно такой? — Чем я заслужила такое внимание, Архангел Эрелим? — пролепетала Мими, оценивая разницу в росте. — Вы что, со мной заигрываете? — Нет, это был хитроумный план, чтобы отправить тебя в комнату спать, маленькая демоница.

***

Абаддон видела их. Слышала каждое слово, их смех. Видела, как Эрелим украдкой поглядывает на эту брюнетку. Ей потребовалось собрать волю в кулак, чтобы не подойти ближе и не прервать их милую беседу. Еще пару дюймов, и Архангел бы почувствовал ее энергию, и хуже всего, он почуял бы не злость, а самую искреннюю, всепоглощающую ревность. Демонесса мигом развернулась на каблуках и зашагала прочь, дабы найти утешение в объятьях другого, такого же бессердечного демона, как и она сама. Секс с ним потешил ее самолюбие, поднял самооценку, если бы не одно но. Воительница требовательно постучала в дверь, совершенно не беспокоясь, что сын Сатаны может дремать в своей кроватке. Этот черт все равно почует ее энергию, так что в представлении она совершенно не нуждалась. Спустя еще пару настойчивых ударов костяшками пальцев, девушка решила вовсе не церемониться и дернула за ручку. Она и так была готова спалить все к чертям одним только взглядом, так что пусть скажет спасибо, что и вовсе не выломала дверь. Люцифер стоял к ней спиной, склонившись над рабочим столом. Демон что-то изучал, но тут же захлопнул хлипкую книженку и соизволил одарить нетерпеливую демоницу равнодушным взглядом. — Может переспим? — с порога бросила та, не давая ему возможности отпустить очередную остроту. Ни один мускул на его прекрасном лице не дрогнул, скорее наоборот, демонстративное безразличие так и сочилось со всех щелей. — Я не в настроении, Абаддон, — Люций тяжко вздохнул и сильнее сжал в ладони дневник, скрестив татуированные руки на груди. — Что-то еще? — Что? Непризнанная наконец дала? — недовольно рявкнула та, отзеркалив его жест. — Неужели кто-то смог приручить самого сына Сатаны? Люций вздернул одну бровь, скорее от удивления того, что та поспешила приписать ему роман с Вики. Эта Непризнанная сводит его с ума и в прямом, и в переносном смысле. Изначально для него все было безобидной игрой. Демон считал ее лишь игрушкой, которая безумно нравилась Дино, а он, как настоящий детсадовский хулиган, лишь хотел ей тоже поиграть, тем самым насолить сопернику. Но ситуация вышла из-под контроля… Люцифер никогда прежде не спал с Непризнанными, хоть многие из них были достаточно привлекательными девушками. По большей части его останавливал закон Неприкосновения, да и сильного желания никто не вызывал… Но когда демон понял, что даже такой праведник, как Дино, пошел по стопам папаши, то ему стало казаться, что это он — трус. Многое изменилось в ту ночь. Сын Сатаны и сам не понимал, насколько привязался к этой убогой, когда чуть ее не потерял. Ее дерзость, непокорность, в каком-то смысле недоступность задевали и каждый раз провоцировали его на поступки, которые прежде он не совершал. Абаддон считает, что схватила его за яйца. Может и так, если бы он сам не догадывался о ее грязном секрете. — У тебя все то же чувство юмора… А неужели кто-то смог приручить саму Абаддон, Архидемона?! — брюнет склонился над ее ушком, прикрытым тонкой прядкой медных волос, и сладко прошептал: — Что, этот Архангел все не хочет расставаться с девственностью? Или же ты бесишься, что он подарил другой свой бутон? От злости демоница так сжала губы, что те дрожали от напряжения. Хоть она и была удивлена проницательности этого демона, но ни за что этого не покажет. Девушка мигом нацепила дерзкую усмешку и сделала шаг назад. Если она сейчас развернется и уйдет, не уделав этого дьявола хотя бы словесно, то это можно считать позором на всю оставшуюся жизнь. Демонесса привыкла побеждать даже в столь незначительных битвах. — Раз ты такой умный, может тогда расскажешь, почему Адские псы тебя не слушались? Ты же их папочка! Почему не отшлепал деток? — Сложно объяснить, — скривился Люций. — Я уже говорил: я не в настроении. — Не отрывая рубиновых глаз от рыжеволосой красотки, он щелкнул пальцами, указывая на дверь. — Выход там. Абаддон была готова разорвать этого проклятого демона. Неужели он не в курсе, что нет в мире страшнее существа, чем отвергнутая женщина? Дело вовсе не в любви или чувствах, которых никогда и не было между ними, дело было в задетом самолюбии. Ее дважды отвергли за один вечер. Девушка направилась к выходу, но решила задержаться у самого порога и бросила на прощание: — Думаю, всем будет интересно узнать, что Мальбонте твой старший брат. — Люцифер подозрительно нахмурился, застыв в ожидании продолжения реплики. — Пожалуй, Кроули с радостью спустит на тебя всех собак, обвинив с ним в сговоре.

***

Вспотевшие ладони нервно сжимали резные дверцы шкафа, пока глазки бегали по изысканным тканям платьев и всевозможных нарядов. Требовалось титаническое усилие, чтобы не коситься в сторону опаловой шкатулки, которая мирно покоилась на прикроватной тумбе. Да, я все не решалась прочесть послание матери. А что, если там только плохие новости? В последнее время хороших вестей практически не бывает. И хочется, и колется… Это уже смахивает на мазохизм! Но главным потрясением для меня послужил тот факт, что именно ангел Фенцио передал ее. Значит ли это, что он виделся с мамой? Если да, что послужило поводом для встречи? Мне до безумия любопытен их разговор, а главное то, как они вели себя друг с другом. Хорошо, согласна, это уже меня не касается. Но еще один вопрос, который не давал покоя: что имел в виду Мальбонте, когда сказал, что мы скоро свидимся? О чем именно шла речь: война, свидание, небытие? Еще этот Люцифер, черт его дери! От моего внимания не ускользнул тот факт его нервозного поведения, когда у меня нос кровью пошел. Как этот брюнет засуетился по кабинету, пусть это и сопровождалось недовольным бурчанием под нос, но это же Люций! Стоило этим воспоминаниям всплыть в голове, как на лице мигом нарисовалась глупая улыбка. Он искренне за меня беспокоится, пусть и скрывает это за маской грубости. Сделав пару глубоких вздохов через нос и выдох через рот, я захлопнула шкаф и натянула черное платье с интимным вырезом у груди. Меня наверняка уже все заждались, так что, пошлепав себя по щечкам для румянца, я гордо прошагала до нужной аудитории, прихватив шкатулку. В кабинете царила напряженная атмосфера. Мое тихое «доброе утро», кажется, никто и не расслышал. Ангел Фенцио и Геральд обменивались сомнительными взглядами. Преподаватели сами не были до конца уверены, поступают ли правильно. Ангел задумчиво перекатывал жезл в руке, демон же потирал подбородок. — Все в сборе, — не успела я войти, как нетерпеливо буркнул Люцифер. Ади и Мими стояли рядом. Не удивительно, что выбор пал именно на их кандидатуры. Соседка одарила меня виноватым взглядом, в котором промелькнул стыд за свое поведение. Мими всегда кидалась из крайности в крайность, но ее природный шарм и милое личико могли подкупить любого, что все обиды и недопонимания рассеиваются сами собой. Я готова была простить ее в любую минуту, но делать вид, что ничего не произошло, тоже не собираюсь. — Не будем терять время, — начал Геральд и протянул каждому скрученный свиток, скрепленный печатью. — Здесь прописаны ваши цели и поставленные задачи, которые вам необходимо выполнить для отчетности, — заметив, как Мими нетерпеливо раскручивает пергамент, учитель легонько стукнул пожелтевшей бумагой по ее головушке. — Ознакомитесь уже на месте. Ади сунул задание подмышку и недоверчиво скосил рыжеватые брови, пока Мими недовольно надула губки, пригладив темные прядки. — Это все интересно, но что именно мы должны найти? — конопатый Ади постарался найти ответ в моем рассеянном взгляде, но я лишь пожала плечами, ибо сама не знала всех нюансов. Люцифер явно был недоволен, что собралась такая большая компания, и на его физиономии так и читалось: «Может, вообще всей школой отправимся на Землю?». Но он не в силах оспорить того факта, что учителя не смогут как-то по-другому прикрыть наши задницы перед Отрядом Шепфы. С ним что-то было не так, что-то в нем изменилось. Демон угрюмо стоял, облокотившись на стену. На долю секунды наши взгляды столкнулись — его темно-алые с рыжеватым оттенком и мои цвета чистейшего аквамарина. И тогда стало ясно, что его привычная мощная энергия с тонкими нотками костра и горького миндаля от него вовсе не исходила. Кажется, кто-то совершил заплыв в лагуне перед заданием. Пока демон задумчиво глядел на меня исподлобья, кончик моего языка украдкой лизнул нижнюю губу, и я тут же поспешила ее прикусить, ибо это уже походило на флирт. Широкая грудь Люцифера дрогнула в усмешке, вот только в глазах по-прежнему таилась некая печаль. Нервно скрутив свиток в ладонях, я уставилась на свою обувь, мысленно отругав себя за подобную вульгарщину. Да что не так со мной?! Надеюсь, что это все демонская кровь, циркулирующая по венам. — Один демон по имени Винчесто, оставил упоминание о некоем предсказании. По его словам, Шепфа, заключив Мальбонте в темницу Сатаны, оставил послание потомкам, как победить грядущее зло, — спокойно ответил Фенцио. — Мы предполагаем, что он имел в виду Огненный меч. Но это также может быть просто текст. — И как оно выглядит? — уточнила Мими, поглядывая на свой идеальный маникюр. — Мы не знаем, — покачал головой седовласый преподаватель. — Высечено оно на камне, пергаменте или глыбе льда — выяснить это уже предстоит вам. На все дано трое земных суток. Но, во имя Шепфы, постарайтесь сделать это раньше. Вопросы? Ади принялся насвистывать веселую мелодию и побрел к вихрю открывшегося портала. — У матросов нет вопросов, — улыбнулся парень и первым пикировал вниз. За ним последовала Мими, дружелюбно улыбнувшись мне через плечо. Люцифер более не обращал на меня своего королевского внимания, будто я была просто обозом, который он вынужден тащить на своих плечам. И вновь его холодное равнодушие с примесью предвзятости и капелькой надменности, — стандартные составляющие этого демона. — Люцифер! — окликнул Фенцио, когда тот было уже шагнул в водоворот. — Мне стоит напоминать о законе Неприкосновения? — серые глаза учителя метнулись и в мою сторону. — Ангел Фенцио, вы же знаете, целомудрие — мое второе имя, — слукавил сын Сатаны, положа руку на сердце. Мои глаза сами закатились, не в силах устоять перед такой наглой ложью. Но как только крылья оттенка мерло скрылись за небесной дымкой портала, ноги сами понесли меня к бывшему дому под названием «Земля». Кучевые облака цвета пудры выплюнули меня прямиком в огромный холл шикарного отеля с высоченными потолками и замысловатыми люстрами. Было до нелепости непривычно видеть людей, снующих тут и там, без крыльев. А ведь раньше все было совершенно наоборот. Кожаная мебель, мраморная итальянская плитка оттенка горного меда с золотистыми вкраплениями отражала теплые огни многочисленных светильников и ламп. Дизайнеры вовсе не поскупились на растительность: пушистые кустарники гармонично вписывались в интерьер, небольшие фонтаны и плачущая стена, по которой успокаивающе стекала вода, изредка пронзали гудящий шум людских разговоров и лаунджевую музыку отеля. Я обернулась, и сквозь панорамные окна передо мной открылся изумительный вид снежных горных хребтов. На улице шел мелкий снег, снежинки которого мерцали в солнечном свете, падая на и без того кипенно-белую землю. Вся атмосфера напоминала зимнюю сказку и того, чего я лишилась, обретя крылья и тысячи проблем со страданиями. Во дворе толпились небольшие группы любителей зимнего спорта в соответствующей экипировке, держа подмышкой необходимое снаряжение. Люций не солгал, когда упомянул об отпуске в горах. Я бы ни за что не оторвала восхищенного взгляда от величественной красоты природы Альп через призму зеркального окна, если бы не почувствовала на себе любопытные и оценивающие взгляды многих мужчин в деловых костюмах. Ну что на этот раз? Какой внешностью Фенцио решил наградить меня? Снова какая-нибудь старушка или маленький прыщавый мальчик? Огромное зеркало долго искать не пришлось, ибо мое отражение само себя нашло. По ту сторону на меня глядела высокая шикарная девушка латиноамериканской внешности в том же наряде, что я и нацепила перед выходом. Мы были чем-то похожи, возможно, из-за светлых глаз, что так необычно контрастировали с загорелой кожей. Да я типичная модель Victoria`s Secret! Нужно не забыть расцеловать и обнять ворчуна Фенцио, когда вернусь. Если вернусь… — Amore mio! — долетел до моих ушей низкий баритон Люцифера, пока я любопытно разглядывала выпирающую грудь и гладила каменную попу. — Подойди сюда. Мне ведь не послышалось? Никогда не слышала прежде, чтобы он говорил с такой теплотой и нежностью, но все равно уловить приторные нотки издевки не составило особого труда. Люцифер стоял рядом с фотозоной, где уже позировали Мими и Ади, энергично вставая в самые нелепые позы, что приводило фотографа в полный восторг и вызывало у других людей улыбки. Я только сейчас заметила, что именно эта часть холла перекрыта для остальных посетителей, ибо данная площадка была пространством для селебрити. Некоторые лица были мне знакомы: политики, актеры, модели… Широкоплечие охранники мигом расступились, пока я неуверенно семенила к Люциферу, стуча высоченными каблуками. За эти пары секунд на моем лице пронесся ураган эмоций от недоумения до отрицания всего происходящего. Кажется, я слишком долго выбирала наряд и пропустила первичный инструктаж от Геральда и Фенцио. На грешных губах Люция заиграла полуулыбка, когда я робко вложила свою ладонь в его, выгнув бровь так, что слегка свело мышцу на лбу. — Какого черта здесь происходит? — шикнула я, когда вольная рука демона обвила мою талию, подталкивая к прицелу камер. — Улыбайся, Уокер, улыбайся, — выдавил тот, не отрывая взгляда от объектива и вспышек фотографа. Люцифер явно чувствовал себя в своей тарелке. Настоящий профессионал и актер без Оскара. Не стану преумалять его способности перевоплощения: как он менял взгляд, манеру поведения, невербальные движения. Демон уверенно позировал, будто был рожден суперзвездой и вел себя подобающе. Мне же потребовалась еще пару секунд, чтобы начать подыгрывать своему партнеру по притворству. Проанализировав пространство, стало ясно, что это был закрытый съезд знаменитостей, и мы не стали исключением. — Диего, Эльза, подойдите чуть ближе, — помахала миловидная девушка, удерживая в руке камеру. От одного только дьявольского взгляда Люцифера у нее едва не подкосились колени. Его внешность не сильно изменились: все тот же высокий брюнет с однодневной щетиной и дьявольским магнетизмом карих глаз, что были более привычны для людей, нежели горящие рубины. — Если бы кто-то не тратил время на раздумья, во что облачить свои пикантные бедра, то никакого сюрприза сейчас не было. Судя по всему, он горячий итальянский парень, а я его девушка — модель. А у Фенцио все же есть чувство юмора. Я нацепила свою самую ослепительно-фальшивую улыбку, проигнорировав его остроту по поводу моего непрофессионализма и, прильнув к Люциферу, тихо прошептала: — Диего, значит? И кто ты сегодня? Итальянский плэйбой? Его взгляд с поволокой заставил участиться пульс многих присутствующих девушек. Стоя совсем рядом в обнимку с ним, в качестве его «девушки», ощущая легкое амбре его парфюма, я бы с радостью забыла, что это только игра, и сегодня мы актеры этого театра. — Ну не только сегодня, — одними губами уточнил тот. Это была стандартная процедура для отчетности знаменитостей на благотворительных вечерах и званых ужинах. Вот только еще не вечер и это требовалось лишь для галочки и рейтинга отеля. Отстояв эти пары минут позора, Люций потащил меня, будто тряпичную куколку, к нашим адским одноклассникам. От прежнего «плейбоя» не осталось и следа. — Это было немного… неожиданно, — смущенно буркнула я. — Что это за съезд? — Благотворительный вечер для защитников дикой природы, — пожала хрупкими плечиками Мими, которая отныне была эффектной блондинкой. — Вечером будет светский ужин, где мы и должны будем выполнить большую часть заданий, которыми нас закидали Фенцио и Геральд. Признаться, даже было немного непривычно вновь слышать мелодичный тон демоницы. Ведь она демонстративно игнорировала меня пару дней, не ночевала в нашей комнате, а сейчас ведет себя, будто ничего и не было. Ради задания я не стану выяснять отношения. — У нас несколько часов на поиски, — нетерпеливо добавил Люций, запустив ладони в карманы темных брюк. — Если не найдем никаких зацепок, продолжим завтра. — Куда лететь? — тут же среагировал рыжеволосый Ади. — Вот наша цель, — демон кивнул в окно за моей спиной. — Монблан.

***

Наша Фантастическая четверка приземлилась на заснеженный склон самой высокой точки в Альпах, вздымая сухие колючие снежинки в воздух. Лучи солнца лишь едва касались величественных гор, отражаясь пурпурными и малиновыми отливами. Ледяной ветер завывал в этих каменных джунглях, принося с собой все новые порции кристаллической воды. По привычке я обвила себя руками, лишь провоцируя очередную волну мурашек. Глядя на эту величественную красоту, меня все никак не покидало ощущение дежавю. Когда я в последний раз виделась с отцом, Люцифер предложил показать его любимое место. Тогда-то мы впервые и поцеловались, ведь я поддалась необъяснимому порыву чувств и магнетизму этого дьявола, за что корила и чувствовала себя отвратительно по отношению к Дино. Заставив с себя сбросить очередную порцию печали, я направила энергию на согревание собственного тела. Люций подошел к самому краю, откинул голову назад и с шумом втянул горный ледяной воздух. Темные прядки волос слегка колыхались, выбиваясь из основной массы. — И куда теперь? — спросила Мими, щурясь от потока колючего ветра. — Согласно записям Винчесто, Монблан раньше был белым плавучим островом, но отныне является частью Земли, — сын Сатаны повернулся к нам, своим «миньонам». — По моим расчетам, здесь должны быть пещеры, где и спрятан наш таинственный предмет. — А если твои расчеты неверны? — вскинул бровь Ади. Люцифер бросил на того надменный взгляд и молча прошагал к скалистой стене, внимательно осмотрел каждый камешек, примерзший лед и иней. Мы же молча наблюдали за ним, перекидываясь недоумевающими глазенками. Как бы демон ни демонстрировал свое холодное равнодушие, не могла не отметить то напряжение, что веяло от него, и дело не в энергии (ее даже невозможно было почуять). Он был как натянутая струна, которая при малейшем касании могла лопнуть и больно хлестнуть тебя по пальцам. Сын Сатаны слегка растопырил алые крылья и точно ударил ударной волной по скале, сконцентрировав мощь в определенном участке. Громкий хлопок разорвал плотный горный воздух, в то время как частички пыли, камни и ледяной град посыпались на нас и замерли в пространстве, словно кто-то поставил время на паузу, хоть мы все инстинктивно и подставили ладони к лицу. Люций предусмотрительно остановил этот поток, чтобы не ранить всех остальных. Как только эта дымка скалистой смеси рассеялась, перед нами возникли два пещеристых углубления, из глубин которых веяло плесенью и сырой землей. — Фууу, — протянула Мими, размахивая ладонью перед носом. — Зачетный запашок! — Мои расчеты верны, — победно процедил сквозь зубы Люций, поглядывая через плечо на рыжего демона. — Но тут две… — я запнулась, подбирая нужные слова. — Дырки. — А ты хотела сразу в три, Уокер? — ухмыльнулся Люцифер. Ади и Мими глупо захихикали, подобно африканским гиенам. Чертов черт! Как же Люций без своих пошлых шуточек?! Сама виновата, нужно было четче формулировать мысль, а так лишь дала повод. Столько синонимов, Вики, но нет, ты выбрала именно это слово! Раньше у меня бы это вызвало гнев и раздражение, но теперь… Я словно уже привыкла к его черному адскому юмору и маниакальному желанию меня всячески подначить. Так что я просто состроила ему вредную мину, по-ребячески показав язык, когда тот отвернулся. — Ну, команда Скуби-Ду, — рыжий демон смахнул пару слезинок, что появились у него от приступа смеха, и коварно потер ладони. — Разделимся. Мими неожиданно подскочила ко мне, схватив под руку, и подтолкнула к одной из пещер. — Мальчики — направо, девочки — налево! — Встречаемся здесь через два часа, — предупредил брюнет, вопросительно глядя на меня. — Стараемся разглядеть что-то, что можно отнести к нашему миру: руны, енохианские письмена, изображения. И, Уокер, попытайся не влезать в неприятности. Я прекрасно понимала, что именно он имеет в виду. И, о слава сыну Сатаны, что хранишь мой секрет! Под давлением его взгляда я запустила ладонь в карман, нащупала полный пузырек и еле заметно кивнула, скрывшись в темном тоннеле. Не стану лукавить, что меня удивило поведение соседки. От злобной стервы не осталось и следа — передо мной прежняя жизнерадостная Мими со своими тараканами. В голове закрались две мысли: либо она хочет поговорить, либо просто не хочет оставлять меня и Люцифера наедине. Вдалеке виднелся тусклый голубоватый свет, но нам все равно приходилось аккуратно ступать по неровной земле, придерживаясь рукой за холодные стены пещеры. Серые глазки Мими так и метались в мою сторону, отчего нависла эта неловкая тишина. — Вики? — Да, Мими? — ответила я, утопая вместе с ней в этом болоте под названием «неловкость». Девушка нервно принялась накручивать черный локон на пальчик, старательно избегая моего вопросительного взгляда. Темный тоннель закончился, и мы спрыгнули в небольшое углубление, где все было покрыто льдом и снегом, словно очутились в ледяном музее. Потолок над нами тоже был соткан из замёрзшей воды, сквозь который сочился тусклый солнечный свет, заливая комнату малиновыми и сиреневыми оттенками. — Я… в общем… хотела сказать, — брюнетка сделала резкий выдох и закрыла глаза, набираясь смелости. — Хотела сказать, что я была неправа и прошу прощения за свое поведение. Испытывая легкий шок, я в упор уставилась на подругу, которой явно требовалась поддержка. Не думаю, что демоница вообще когда-либо извинялась в своей жизни. Для нее это далось так же сложно, как если бы кто-то заставил вас сыграть на пианино, которое вы вообще никогда даже в глаза не видели. — Я тебя прощаю, Мими. И не держу никакой обиды, — улыбнулась я. — Правда? — по-детски пролепетала девушка. — Мне так стыдно, что я вообще тогда упомянула Дино! Это все тупая ревность… Чтобы ты знала, я ревновала не только Люцифера к тебе, но и наоборот. Я расхохоталась, лишний раз поражаясь собственническим чувствам Мими. Мне хотелось расцеловать и обнять подругу, дабы она почувствовала мою поддержку, что я и сделала. Брюнетка с радостью ответила на объятья и тут же сжала плотным кольцом мою грудную клетку. — Шепфа! Я по тебе скучала, — расчувствовалась та и нехотя ослабила хватку. Глупые улыбки никак не покидали наши лица, пока мы стояли так и таращились друг на друга. Неподдельная радость подруги стала осязаемой через ее энергию и передалась мне. — Я тоже, Мими. Я бы с радостью стояла так с тобой вечность, но, к сожалению, у нас ограничения по времени. — Ты права, идем. Внимательно осмотрев эту ледяную «комнатку», мы проследовали далее. Все это напомнило некий лабиринт или пчелиные соты: были отдельные комнаты, соединенные узкими темными тоннелями. — Значит, — загадочно протянула Мими, спрятав ладони за спиной. — Ты и Люцифер? Вы, типа, вместе? Я было чуть не подавилась собственной слюной от ее вопроса. Подумала, что она шутит, но когда встретила ее серьезный взгляд, поняла, что шуткой или подколкой даже не пахнет. — Нет! Конечно же нет! — отнекивалась я. — А он об этом знает? — Мими, — я обвела взглядом очередную комнату, похожую на прежнюю, как сестры-близнецы. — Ладно, скажу так: все сложно. Брюнетка скрестила тоненькие ручки на груди и внимательно прошлась вдоль стен, изучая их на предмет чего-то необычного. — Ты явно готовишься стать ангелом. У них всегда «все сложно». Демоны же просто берут, что хотят. Совершают действия под импульсом мимолетных эмоций. Хотя я бы не сказала, что Люцифер такой. Его статус «сына Сатаны» связывает ему руки. — У нас ничего не выйдет, Мими. Мы слишком разные. Дино идеален для меня. Был идеален… Может, даже слишком хорош для такой, как я… А с Люцием мы постоянно цапаемся как кошка с собакой. Да он же вредный, как сам черт! — Упрямый, — смягчила та. — Высокомерный! — Гордый, — продолжила парировать подруга. — Грубый! — Секси! Мы вновь рассмеялись, и я поняла, как мне не хватало этого — обычного девчачьего трепа. Занятия, тренировки, потеря любимого, грядущая война, укус цербера, поиски предметов, что были словно воздух: они существовали, но за них невозможно было ухватиться, — все это опустошало меня до самых краев. — Здесь я не стану спорить, — закивала головой я, и тут мой взгляд привлекла некая царапина — уж слишком ровной она была. — Мими, взгляни. Демоница мигом оказалась рядом и помогла оттереть кусочки грязи и инея, скрывавшие другие части загадочного знака. Это было подобно пазлу: каждый элемент соединялся с другим, складываясь в ясную картину. — Похожа на пентаграмму, — задумчиво прошептала я, старательно очищая наскальную «живопись». — Да, но здесь еще есть руны, — Мими указала ноготком на нижнюю часть. — Бинго! Думаю, мы уделали парней! Мы синхронно сделали пару шагов назад, чтобы разглядеть находку издалека. В пентаграмме были вписаны пара десятков рун и надписей, какие-то изображения. Она была точно высечена в стене, значительно отличаясь цветом от другой массы камней. — Нужно ее как-то перерисовать или запомнить. Жаль я не взяла свой … — за моей спиной вспыхнула вспышка фотокамеры. — Блокнот… Мими деловито глядела в экран телефона, оценивая качество полученного изображения. — У тебя есть смартфон?! — Да, — пожала плечами девушка. — Сперла у одного парня в отеле. Подумала, пригодится. — А почему ты не включила фонарик, когда мы шли по тоннелям? — Здесь еще и фонарик есть?! Какие хитроумные штуки придумывают люди. Пришлось похвалить подругу за находчивость, и всю обратную дорогу я знакомила ее со всеми функциями новой игрушки.

***

Хоть энергия и помогала сохранять температуру тела в норме даже в сорокаградусный холод, все равно было приятно понежиться в теплой ванне, доверху наполненной душистой пеной. Заветная шкатулка с посланием матери покоилась рядом на мраморной тумбе вместе со свитком. Окунувшись с головой на дно ванны, я стала прислушиваться к той гудящей тишине, что возникает лишь в плотности воды. Подобная практика всегда помогала «освежить» голову и «остудить» разум. Но как только легкие начало сдавливать от нехватки кислорода, я мигом вынырнула из своего укрытия и уже с большей уверенностью потянулась к шкатулке. Как и в прошлый раз, крышка с легкостью поддалась, и я вынула маленький кусочек пергамента, стараясь не намочить.

«Дорогая Вики, Обойдемся без долгих вступлений. Мне уже сообщили дурные вести. Мы обязательно найдем выход из этой ситуации. Я уверена, Азазель поможет. Хотела предупредить, Сатана никак не связан с нападением церберов. Но самое ужасное, что даже среди нас, Серафимов, завелся предатель. Доверия нет никому. Мальбонте силен как никогда, и прошу, не думай, что нынешнее затишье — хороший знак. Грядет буря, и я молю Шепфу, чтобы ты была готова. Поторопись и помни, что Люцифер все же сын самого Сатаны… Не жди добра от самого дьявола. Они никогда ничего не делают просто так. Твоя мама.»

Стоило мне тяжело вздохнуть от очередной порции нерадостных сообщений, как письмо рассыпалось на мелкие частицы, разносясь по комнате мелкодисперсной пылью. Накрыв лицо ладонями, я попыталась спокойно проанализировать новую информацию. Если даже некий Серафим на стороне Мальбонте, что тогда делать нам? Горстке учеников: Ангелов, Демонов и Непризнанных? Что, если это мать полукровки, Серафим Микаэла? Неужели она заодно с сыночком? Пока всевозможные мысли крутились в моей голове, а глаза бегло изучали имена и цели, указанные в свитке, я успела закончить прием ванны, накраситься и привести волосы в порядок. Мими подготовила для меня прекрасное шелковое платье до колена на тонких бретельках и ремешком. Легкая драпировка у груди, чтобы не смущать мужское население торчащими сосками, но при этом глубокий вырез на юбке. Темно-синий цвет, почти оттенок вороньего крыла, идеально сочетался с моей загорелой кожей. Но как всегда, я уже опаздывала, так что пришлось застегивать босоножки в самом лифте, виновато поглядывая на попутчиков. Мой итальянский плейбой уже должен был быть в зале, как и все остальные гости. Вылетев из лифта, я чуть ли не побежала вдоль просторного коридора отеля, но замедлила шаг, так как на таких каблуках это казалось крайне нелепо. У самых дверей меня встретили улыбающиеся официанты, предлагая шампанское во флюте на тонкой ножке. Смачно отпив напиток, от которого я не должна была опьянеть, я тут же почувствовала на себе пристальный взгляд. Среди толпы знаменитостей в этом чудесном зале, украшенном живыми цветами в высоких вазах и всевозможными декорациями, на меня глядели два карих глаза. Даже с такого расстояния было видно, как ходуном ходит адамово яблоко на татуированном горле Люцифера. Пусть на меня упадет небо, если я солгу, сказав, что этот черт мной любуется. Рядом стоящая девушка, с которой он флиртовал несколько минут назад, обернулась для него невидимкой, в то время как я смущенно убрала выбившуюся прядь на ушко и гордо прошагала к своему плейбою. Люцифер-Диего поспешил откланяться от «подруги» и растолкал толпу, идя ко мне навстречу. На нем был дорогущий белый костюм, как тогда, на церемонии «Алой и белой розы». Пусть он и демон, но белый к лицу этому черту. — Bellissima, — пропел Люций, не выходя из роли. — Grazie, — улыбнулась я и сделала книксен. Люцифер сдержанно растянул губы и хотел что-то сказать, как его перебил женский голос, доносившийся с колонок: — Дамы и господа, дорогие гости, — начала вещать женщина средних лет с кафедры. — Прошу вашего внимания, мы начинаем. Мими, одетая в откровенный наряд, переливающийся серебристыми блестками, помахала нам с другого конца зала, подзывая к себе. Свет в зале приглушили, направив прожектора на сцену, откуда вещала женщина с жутким итальянским акцентом. Гости разразились в приветствующих аплодисментах и дружно продвинулись. — Для начала мы приветствуем вас на ежегодном благотворительном вечере, посвященной организациям по защите дикой природы. Все ваши пожертвования и …. — До чего скучная речь, — буркнул Ади, посасывая напиток. — Жаль, они глифт не подают. — Так выпей красного вина. От него мы тоже пьянеем, — Люцифер внимательно осматривал всех присутствующих, будто хотел найти знакомого. — Что-то не так… Я нахмурилась, в надежде найти в этой толпе то же, что и он. Но темно-синий оттенок зала давал скудную информацию. — Ты это о чем? — прошептала я. — Пока не знаю, — демон нервно вздохнул и сжал челюсти, что желваки напряглись до предела. Легкий холодок пробежался вдоль спины от его слов. А бизнесвумен все продолжала свою скучную речь, перечисляя все организации, заповедники, страны-участницы, основателей и прочее. Мими уже начала тяжело вздыхать, нетерпеливо стуча ножкой. Наконец все вновь захлопали в ладоши, тем самым благодаря оратора за чудесную речь. — Спасибо-спасибо, — просияла та и откашлялась. — А теперь прошу поприветствовать главного спонсора этого вечера — Джеймса Блэкхарда. Думаю, он не станет мучить вас скучными речами. В то мгновение время будто поставили на паузу, звуки аплодисментов, музыки, тихих разговоров ушли на задний план. К кафедре уверенной походкой, широко раскинув плечи, с поднятой головой шел Мальбонте. Черный костюм, пшеничные волосы собраны в пучок, что делало его только сильнее похожим на моего ангела. Алый и аквамариновый глаз отныне приняли другой гетерохромный оттенок: карий и голубой. Он бросил мимолетный взгляд на нашу компанию, и уголки его губ дрогнули в усмешке. Я и не заметила, как сдавила хрупкое стекло бокала, что тот чуть не выскользнул. — Твою мать, — выругался Ади. — Уже можно бежать? — прошептала Мими. — Благодарю, София, — его низкий баритон, подобный голосу певца, донесся из колонок. — Должен признаться, я действительно не мастер хороших речей, поэтому, дорогие гости, — официант постарался незаметно подать полукровке наполненный флюте. —  Для многих я темная лошадка, но уверяю вас, к концу этого вечера мы станем лучшими друзьями. Предлагаю наполнить бокалы тем, у кого они успели опустеть, и выпьем, друзья мои, за этот волшебный вечер и дальнейшее сотрудничество. Присутствующие были сражены наповал сверхъестественным очарованием Дино-Мальбонте, разразив пространство очередными радостными патетическими хлопками и возгласами. Ухмыляющийся Мальбонте нашел наш квартет взглядом и вцепился в меня. Среди этого шума и музыки он приветствующе поднял бокал в воздухе, подобно тому, как это делал Гэтсби. Но это так и было: он Джей Гэтсби и это его вечеринка.