Мой Падший ангел

Горячее дыхание демона обдало нежную кожу, вынуждая порхать бабочек в животе, буквально поджигая их крылья. В какой-то момент маленький чертик внутри меня злорадно ухмыльнулся: «Он может спать с кем угодно, но все равно тянется к тебе…». Да, признаюсь, это тешило мое эго. — Будут еще аргументы против? — Люцифер слегка прикусил кожу и запечатал «ранку» касанием губ. Нет… Он же демон, скорее всего, он снова играется. А я – та игрушка, что купили ему, но не разрешают распаковать. А что происходит с куклами, когда дитя ими наигрывается? Верно — они отправляются в урну. Но так ли это на самом деле? Мысль об этом, как электрошок, скользнула по венам. На одной чаше весов был его скверный характер и постоянные издевки, граничащие с флиртом, на другой – протянутая рука помощи в самые неожиданные минуты. Люций скользнул другой рукой по изгибу талии, так же проникая под разрез злосчастной юбки. Господи, ну зачем я ее надела?! Впившись пальцами в бедра, он резким движением притянул к себе, вжимаясь пахом. Это заставило издать меня неожиданный вздох, инстинктивно прогнувшись в пояснице. Этим жестом он потребовал ответа на свой вопрос. Брюнет пристально изучал черты моего лица, пока я испуганными глазами олененка таращилась на его смазливую моську. Краешек грешных губ довольно пополз вверх, в радужке алых глаз играли задорные искорки костра. Он никогда прежде так не смотрел на меня. В эти интимные минуты он будто пытался запомнить самую незначительную мелочь. Нельзя было назвать этот взгляд влюбленным, скорее любопытным, словно он пытался разгадать причину необъяснимого влечения к самой обычной Непризнанной. — Закон Неприкосновения? — прошептала я. — Здесь ты еще мне дашь фору, — выгнув бровь, ответил он. Насупив бровки, я внимательно всматривалась в его черты. Этот демон на девяносто девять процентов состоит из сарказма. А у меня скопилось к нему пару вопросов, но из-за искушений, что он дарил, все они упорхнули из головы, обнажая чувства и желания. Люцифер поднес большой палец к краю моей нижней губы и еле уловимым касанием провел вдоль бархатистой кожи, распространяя волну мурашек к самой шее и далее к ключице. Он будто подготавливал поле для поцелуя, никуда не спеша, смакуя каждое мгновение, как хищник, заботливо окучивающий свою жертву. — Почему ты спас меня? — выдохнула я. Ко мне только сейчас пришло осознание, что все это время легкие сжимались, удерживая воздух в себе, не позволяя пустить новую порцию кислорода. Стоя здесь, в этом прекрасном месте, где сквозь высокие скалы просачивается тусклый свет луны, мы вновь затеяли сыграть в старую игру. Меня тянуло к этому демону, словно магнитом, но эта мания всегда казалось какой-то нездоровой, неестественной, больной… Он вновь приблизился и прошептал у самых уст, не задумываясь: — Подумал, что буду скучать по этому дерзкому ротику… Демон знал, что я захочу сморозить очередную остроту в ответ, так что поспешил заткнуть мои губы горячим поцелуем, пройдясь кончиками пальцев по шее к груди, словно по клавишам пианино. Сложно было не почувствовать выпирающий бугор у края бедер. Неужели этот демон задумал заняться сексом прямо здесь?! Нет. Нужно прекратить это безумие… В стороне кто-то громко прокашлялся, привлекая наше внимание. Люцифер издал сдержанный стон и, нехотя оторвавшись от желанных уст, взглянул вполоборота на незваного гостя. — Не помешала? — недовольно буркнула Мими, сложив руки на груди. — Помешала, — огрызнулся в ответ Люций. — И тебе привет, малышка Мими. Я испуганно перевела взгляд на соседку, подметив ее недовольную позу, но в тоже время сконфуженный вид. Брюнетка нервно покусывала щеку, анализируя серыми глазками нас, а вернее то, за чем именно она нас застала. Мои ладони тут же уперлись в крепкие плечи Люцифера, тонко намекая, чтобы тот отодвинул свою тушку. Но он даже и не планировал выпускать меня. — От вас сексом за километр разит, — уже не так уверенно пролепетала Мими. — Можно тебя на минутку, Вики? — Да, конечно, — пискнула я, бросив на Люцифера многозначительный взгляд. — Мы уже закончили наш разговор, — сказала та, у которой предательски встали соски. Демон недовольно вздохнул, закатив рубиновые глаза, и отошел в сторону, позволяя мне подойти к подруге. На языке у Мими явно крутилось пару смачных высказываний, но она всегда робела перед Люцием, так что ей пришлось просто стоять, прикусив острый язычок. Не дожидаясь меня, девушка демонстративно развернулась, как бы приглашая последовать за ней. Потерев потные ладошки, я старалась не оборачиваться, дабы не встретиться со взглядом этого похотливого демона. Но у самого выхода он окликнул меня: — Непризнанная. Что, пары секунд хватило, чтобы вновь презирать меня и звать по «кличке»? — У меня вообще-то есть имя, — в ответ я тоже включила режим «задницы». Демон в пару шагов догнал меня, кинув недовольный взгляд на Мими, которая намеренно не оставляла нас больше наедине. — Держи, Уокер, — парень протянул крохотный пузырек и склонился над моим ухом, тихо прошептав: — Тебе ведь гордость не позволит попросить самой. Он одарил напоследок своей мальчишечьей улыбкой с ямочкой на щеке и оставил нас, кивнув Мими на прощание. Я с силой сжала «микстурку» в ладонях, мысленно готовясь встретить укоризненный взгляд подруги. — Ты узнала что-то важное? Дневник у Отряда? — Надо же, как ты скорбишь по Дино, — недовольно прыснула демоница. — Прям упиваешься в своем горе. Это был удар ниже пояса. Не думала, что из-за своей ревности к Люциферу она посмеет заговорить о Дино. Удивительно, как меняется Мими, если кто-то посмел посягнуть на ее предмет «воздыхания». — Мими, давай не будем, — вымученно выдохнула я, стараясь пресечь назревающий конфликт. — Что не будем?! Правда глаза колет? — серые глаза брюнетки заиграли алыми искрами, которые она метала в меня, пока мы быстрым шагом направлялись обратно в комнату. — Я не вешаюсь на Люцифера, если ты об этом, — сквозь зубы процедила я, стараясь сдерживать гневные порывы, вызванные ее обидными словами. — Ну да, а сама не прочь с ним потрахаться! — Да что с тобой не так?! — воскликнула я, застыв на месте. — Даже если это и так, то извини, Мими, но это тебя не касается! Демоница недовольно уперла руки в боки, демонстративно скаля зубы. Она знала, что неправа, но ни за что этого не признает. — Конечно, я ведь никто. Извини, что считала нас подругами! Ну почему она тут же переводит стрелки?! Только этого мне сейчас не хватало… — Да при чем здесь это, — я насупила брови, нервно покусывая губы, к которым пару минут назад прикасался Люцифер. — Ты просто бесишься из-за меня и Люцифера! Видит Шепфа, я не хотела этого говорить, но она просто не оставила мне выбора своими пустыми обвинениями. Особенно когда упомянула Дино… — Класть я хотела на этого демона! — нагло солгала та. — Хочешь сказать, что между вами ничего не было?! Я устало потерла виски, опустив взгляд. С ней невозможно спорить, ибо все реплики так и будут упираться в мои отношения с Люцифером, которых на самом деле нет! Она хочет, чтобы я почувствовала себя виноватой, но этого не будет. — Что ты хочешь услышать, Мими? — я в упор взглянула на нее. — Целовались ли мы? Да. Ты это и сама видела. Был ли у нас секс? Нет. Девушка фыркнула и, закатив глаза, зашагала в сторону нашей комнаты. Наверняка она сама не осознавала причину своей внезапной агрессии. Либо осознавала, но в то же время понимала, что это глупо. Ведь они не встречаются с Люцифером, и никогда их отношения дальше дружбы не заходили. Я взглянула на алый пузырек, покоившийся в моей ладони. Мими не знает, что на самом деле отныне моя жизнь зависит от Люция. Пусть так и остается. Мне ни к чему лишняя жалость. Когда я вошла в комнату, девушка уже лежала в своей кровати, повернувшись спиной. Мне хотелось ее расспросить о разговоре с Эрелимом, о дневнике, но она явно не была настроена на разговор со мной. А из-за очередных игр с сыном Сатаны я так и не спросила его о главном и сейчас жутко ругала себя за бесхарактерность. Так что, тихо переодевшись, я запрыгнула в холодную кровать, уставившись в потолок. — Ты просто не видела реакцию Люцифера, когда он принес тебя в лазарет, — пробурчала Мими. — Ты это о чем? — шепотом спросила я, уставившись в потолок. — Ни о чем. Забудь.

***

Меня разбудила жгучая боль в груди. Было ощущение, словно в легкие налили расплавленный свинец, не позволяя альвеолам наполниться воздухом. Приподнявшись на локтях, что есть мочи, я потянулась рукой к шкафчику. Инстинкт самосохранения среагировал молниеносно, требуя выпить содержимое склянки, хоть боль и мешала нормально соображать. Трясущимися пальцами я вытащила пробку и залпом глотнула кровь, опрокинув голову назад. Спазмы тут же прекратились, но каждый вздох давался с титаническим усилием. Сердцебиение постепенно стало замедляться, паника отступать. Неужели теперь меня это ждет каждое утро? Конечно, я в тайне надеюсь, что Азазель найдет противоядие, и мне не придется пробираться по ночам в комнату Люцифера, чтобы испить его кровушки, как какой-то вампир. Мне бы для начала понять, что между нами происходит, но первой начинать этот разговор не хочу. Что-то мне подсказывает, что он начнет от всего открещиваться и говорить, что это я просто хочу выдать желаемое за действительное. Так что оставлю все, как есть, и поставлю вместо «точки» многоточие. Тем более, мне есть, чем забить голову. Вот черт! Я проспала! И уже опаздываю на занятия Мисселины. Как и ожидалось, Мими в комнате не было. Видимо, все еще дуется на меня, вот и не разбудила. Ну почему она именно сейчас решила обидеться на меня, когда нам наоборот нужно сплотиться ради общей цели?! Даже не знаю, злиться на себя, Люцифера или на кого-то третьего? Судорожно приведя себя в порядок, я выскочила в коридор, словно кто-то пинками подгонял, пытаясь сообразить, в какую сторону бежать. Здание встретило меня холодным одиночеством, ведь большинство учеников уже было на занятиях. Пока неслась, не разбирая дороги, я вдруг увидела в конце коридора две знакомые фигуры. По привычке я притаилась за ближайшей колонной, хоть, скорее всего, они и так почувствуют мою энергию. — Безмозглая дура! — прокричал Азазель и с размаху влепил хлесткую пощечину своей дочери. — Я не виновата, отец! — Ости тут же схватилась за горящую щеку, с трудом сдерживая слезы. — Ты всегда не виновата, а вы итоге мне приходится подчищать за тобой! — Азазель нервно провел ладонью по волосам, приглаживая седые пряди. Его пламенеющие глаза демона метнулись в мою сторону, и стало ясно, что нет смысла больше прятаться. В этом мире от своей же энергии не скроешься. — Закончим беседу позже, — демон лишь еле заметно кивнул и поспешил удалиться в противоположном направлении, злобно постукивая тростью по мраморному полу. Даже не знаю, что произошло между Ости и ее отцом, но мне стало жаль демоницу. По правде сказать, мне до сих пор стыдно за то, что я ее так отдубасила в ту ночь в «Поезде». Брюнетка одарила меня надменным взглядом и горделиво вскинула подбородок, словно ничего и не произошло. Покачивая бедрами, она решила просто пройти мимо, словно я была для нее невидимкой и пустым местом. — Ости! — выпалила я, сама не зная зачем. — Чего тебе? — Прости, что затеяла ту драку. Я сказала это скорее не для того, чтобы извиниться перед ней, а для того, чтобы снять с плеч груз стыда. Большая вероятность того, что Ости меня пошлет, но, по крайней мере, на душе у меня станет чуточку легче. Брюнетка подошла ко мне вплотную и, сощурив хищные зеленые глаза, прошипела: — Засунь свои извинения куда подальше, Непризнанная. Возомнила себя неприкасаемой, которой все дозволено, раз уж твоя мать Серафим? — Нет, — отрезала я, удерживая ее напряженный взгляд. Ости нервно скривила пухлые губки, на лице промелькнула тень недоумения. Она искала подвох в моих словах. Не прошло и дня, а уже другая демоница пытается вывести меня на конфликт. Нет уж, дамочка, вставай в очередь, тем более что я опаздываю на урок. — Пусть все и считают тебя святой, но я вижу тебя насквозь, — почти шепотом произнесла та, оглядев меня с головы до пят. — Ты не далеко ушла от своей матери. Что же такого произошло много лет назад? Почему и Фенцио, и Азазель поплатились за свою любовь к Ребекке своим положением в обществе? Но самое главное — почему многие хотят поквитаться за ее ошибки со мной? — Мне плевать, что ты обо мне думаешь, — я скрестила руки на груди. — Дети не в ответе за поступки своих родителей. Ости истерично расхохоталась в голос, театрально убрав прядь волос с оголенного плеча. — Вот только яблоко от яблони не далеко упало, Уокер, — прыснула вслед та и зашагала прочь, поставив точку в нашем разговоре. Должна сказать, диалог прошел достаточно успешно. Думала, что будет хуже. За что же Азазель наказывал Ости? Неужели она как-то связана с нападением церберов? Глупость какая… Этот вопрос наверняка уладили с Сатаной, пока я была без сознания. Когда я ввалилась в кабинет, рассыпаясь в извинениях перед Мисселиной, все уже что-то угрюмо писали на кусках пергамента, старательно выводя чернила. Преподавательница встретила меня со своим привычным всепрощающим радушием. Она – просто ангел. Стоило мне приземлить свою пятую точку на деревянную скамью, как тут же почувствовала на себе взгляд. Я оглянулась и слегка улыбнулась Мими краешком губ, на что брюнетка ответила мне неприличным жестом в виде «среднего пальца» и продолжила писать работу. Ясно… все еще дуется… — У нас экзамен по истории Ветхого Завета, Вики, — пролепетала Мисселина, положив передо мной задание. — Я знаю, вам было непросто последние пару дней, но учебу никто не отменял. Надеюсь, вы справитесь. Удачи. Ангел заботливо коснулась моего плеча и прошла дальше по рядам, чтобы убедиться в честности выполнения экзамена. Тяжело вздохнув, я макнула розоватое перо в чернила и, подперев лоб ладонью, бегло пробежалась по строкам с вопросами. «Дорогой дневник, на носу апокалипсис. Мальбонте убил моего парня, забрал его внешность. Люцифер продолжает сводить меня с ума, разрывая душу на противоречия. Подруга злится на меня из-за парня. Меч не найден. Я потеряла дневник Винчесто и… Ах да, меня укусил цербер, и я медленно умираю. И вместо того, чтобы решать все это, я пишу контрольную! В общем, обычные школьные будни».

***

— У тебя здорово получается, — одобрительно закивал Энди, наблюдая за тем, как мои пальцы ловко перебирают сай. — Пока только правой, — вымученно улыбнулась я. — А как твои успехи? Энди покрутил прямой ладонью, лукаво ухмыльнувшись. Согласна, по мишеням он пока стрелял неважно, но, по крайней мере, стрелы не летели мимо. Мне же дали задание научиться комбинировать удары и блоки, применяя при этом кинжалы. Вот только мне было бы гораздо комфортнее заниматься, если бы не косые взгляды Абаддон. Ну застала я ее с Люцифером, что с того? Боится, что начну болтать, и ее репутация архидемона как-то пострадает? Мими продолжала меня демонстративно игнорировать, общаясь только с кучкой демонов. Что за муха ее укусила? Дело только во мне и Люцифере, или произошло что-то еще? — Я поспрашивал пару знакомых насчет этой книжки. Как и ожидалось – никто ничего не видел, — пожал плечами Энди и на мое молчание добавил: — Как экзамен? — Не спрашивай, — тяжело вздохнула я и смахнула со лба пару бусинок пота. — Не переживай, — парень положил теплую ладонь на мое плечо, стараясь приободрить. — Мисселина знает, как тебе досталось. Не думаю, что будет тебя валить. Уголки моих губ слегка приподнялись, но по телу разлилось странное чувство. Что-то в его касании было интимное, а не дружеское вовсе. Сложно было понять, как на такое реагировать. — Вы что, поссорились? — задал вопрос тот, поглядывая на кого-то за моей спиной. И так было ясно, как день, кого именно он имеет в виду, но я все равно обернулась, чтобы заодно, как бы невзначай, убрать его руку с плеча. Между Мими и Абаддон завязался какой-то напряженный диалог, но расслышать было трудно. Эрелим заметил их небольшую стычку и поспешил разнять двух демониц, пока дело не дошло до драки. Остальные зеваки тут же навострили уши в надежде урвать хоть кусочек пикантной сцены. — Что-то в этом роде, — прошептала я, искоса наблюдая за Абаддон. Люцифер вновь растворился в пространстве. На занятии его не было, что значительно облегчило мое самочувствие в плане комфорта. Я устала отрицать, что меня тянет к нему, а он, в свою очередь, чувствуя это, всячески искушает. Он ведь демон, это в его природе… — Ты придираешься к ней, Абаддон, — донесся ровный голос Эрелима. — А вот ты, кажется, слишком мягок к ней, Эрелим, — демоница недовольно сложила руки на груди, с презрением оглядев мою подругу. Ну уж нет! Никто не смеет обижать Мими, кроме меня. Если бы я не застала эту рыжую вчера с Люцифером, то решила бы, что она ревнует. — Дочь Маммона показывает хорошие результаты, и даже ты не поспоришь с этим. — Выкусила?! — ухмыльнулась Мими, отзеркалив жест воительницы. Абаддон скривила алые губы, метая молнии. Шепфа! Лишь бы она не решила вызвать Мими на спарринг, чтобы проверить ее способности. Пусть моя соседка и злится на меня, но я по-прежнему за нее переживаю и надеюсь, что она одумается. — Не забывай, с кем ты разговариваешь, демонесса, — сощурив янтарные глаза, процедила воительница. — Я – Архидемон, а ты – дочь преступника, только и всего, — девушка кивнула Эрелиму и направилась к другим ученикам. В глазах Мими заблестели слезы, но она стойко выдержала гнусную реплику Абаддон, вздернув подбородок вверх. Мими почувствовала мой сочувствующий взгляд на себе и, равнодушно взмахнув темными локонами, продолжила упражнения.

***

Мальбонте задумчиво раскинулся на атласных бордовых простынях, положив руки за голову. Его мысли бродили где-то совершенно далеко, пока гетерохромные глаза задумчиво изучали фрески на высоком потолке комнаты. Библейские сюжеты… Все так же сфальсифицировано, как и любая другая человеческая история. Он стал всего лишь легендой, мифом, призраком, затерявшимся даже среди строк библии. Упоминавшийся лишь как Антихрист, Даджжааль, Ангра-Майнью, но только не своим именем. И все, что он мог делать сейчас – лишь набираться сил и впитывать знания, а также ждать… Как и в прошлый раз, Шепфа совершает одну и ту же ошибку – дает возможность разобраться со «злом» своим детям, пока сам отсиживается в тени. Но не в этот раз… Полукровка бросил ленивый взгляд на безмятежно спящих девушек рядом. Человеческие особи оказались весьма утомляемы в сексе с бессмертным. В его постели успели побывать все представительницы прекрасного пола различных рас и национальностей. А он все никак не испытывал насыщения. Он внимательно скользнул глазами по идеальным линиям округлых бедер, аккуратной груди, четкого ареола сосков; как их длинные ножки запутаны в этих простынях оттенка бургундского красного вина, а на губах играет легкая улыбка удовлетворения под покровом сна. Как прекрасно эбеновая кожа брюнетки сочетается с молочной той шатенки, особенно в сумеречном свете, что сочился из огромных окон. Полукровка сделал глубокий вдох, обогащая легкие свежим воздухом с еле уловимым ароматом дождя, ворвавшимся в комнату через открытые витражи, поднимая прозрачные тюли с пола. Легкая ткань витала в комнате, подобно волнам и пене океана. Пара черных церберов в обличие доберманов мирно сопели у двери, пока хозяин не отдаст приказ, и они растерзают любого, лишь бы угодить. Стоило Мальбонте встать с кровати и направиться к небольшому столику с хрустальными графинами, как псы мигом навострили острые уши, следя за каждым его движением. Чуткий слух Адских гончих уловил чьи-то торопливые шаги за дверью, и на их мордах мигом заиграл оскал уродливых зубов. Красный и голубой глаза метнулись в их сторону, дабы те прекратили рычать, и церберы жалобно заскулили, пятясь назад. Дино-Мальбонте неторопливо пробежал пальцами по поверхности переливающегося стекла, выбирая подходящий напиток, дабы утолить жажду. Аквамариновая жидкость глифта наполнила стакан, из которого повалили клубы пара, присущие этому небесному напитку. Белая дымка то закручивалась вихрем, то и вовсе рассеивалась от малейшего колебания частиц воздуха. Поднеся напиток к губам, мужчина вдохнул амбре, смакуя каждую нотку аромата мяты и ментола с примесью можжевеловой ягоды, подобно обычному джину. Некто деликатно постучал и, промокнув губы напитком, Мальбонте отварил дверь небрежным движением ладони. В комнату вошел Азазель и тут же скривился в презрении при виде спящих девушек. — Повелитель, — демон склонил голову. — Надеюсь, ты пришел с хорошими вестями, — прогремел бархатистый голос полукровки. Азазель тяжело сглотнул, поправил бордовый галстук и сделал несколько робких шагов к своему хозяину. Мальбонте же вовсе не спешил, он был в хорошем расположении духа, так что продолжал терпеливо наслаждаться привкусом глифта. — Церберы действительно наткнулись на занятную вещицу, господин. Как вы и предполагали, демон вел дневник. Сделав жадный глоток, полукровка мигом стрельнул взглядом гетерохромных глаз в слугу, деликатно слизывая одинокие капельки с губ. — И где же он? — Насколько известно мне, у Люцифера, — демон поежился, перекладывая трость. На устах блондина заиграла лукавая усмешка. На его лицо упала пара золотистых прядей, и тот поспешил их смахнуть, наблюдая за тревожным слугой, в глазах которого отчетливо читался страх. — Мой младший братик затеял свою игру… Похвально… — Если пожелаете, дневник могут доставить… — Не нужно, — отмахнулся тот, покручивая стакан в ладони. — Думаю, настало время встретиться с братцем лично. Хватит отсиживаться в тени. — Не понимаю, господин, зачем вы сохранили ему жизнь тогда… — Ты сомневаешься в моих решениях, Азазель? — красный и голубой глаза сощурились, сверкнув адским и небесным огнем. Слуга нервно облизнул губы и вздернул подбородок, стойко выдерживая ту мощь, что так и полыхала от тела Мальбонте. Нельзя было назвать его тон угрожающим, скорее он был до жути спокойным, пронизывая до самых костей. — Нет, повелитель. — Хорошо, — одобрительно кивнул тот и вновь переключил свое внимание к распитию небесного алкоголя. Безусловно, он подметил беспокойное поведение Азазеля, бегающие глаза и скачущий кадык. — Ты хочешь мне что-то еще сказать? — загадочно спросил тот. — Нет, повелитель. Больше ничего, — произнес демон и скривил тонкие губы в подобие улыбки. Мальбонте поставил хрустальный бокал на столик и принялся медленно приближаться в сторону слуги, будто лев, гордо идущий к поверженной жертве. Красно-белые крылья тихо шуршали за его спиной, острые наконечники поблескивали мутными пятнами от приглушенного света канделябров. — Ты достаточно сильный демон, Азазель, чтобы скрывать свои мысли и воспоминания от других, — мужчина нахмурился, сдвинув пшеничные брови к переносице. — Но я не ангел и не демон. Если я захочу что-то достать из твоей головы, то уверяю, это будет весьма болезненный процесс. Ты услышал меня? — Каждое слово, — уже уверенней ответил слуга. — Расслабься, — хмыкнул полукровка и одобрительно похлопал демона по плечу. — Напрягся-то как. На губах вновь заиграла полуулыбка, будто все сказанные ранее слова были не более, чем шутка. Он одарил его хриплым, грудным смехом и вновь взялся за глифт. По крайней мере, зеленоглазый демон все же смог выдохнуть спокойно, хоть и не понимал, зачем Мальбонте притворяется. Он ведь понял, что слуга скрывает от него что-то. И это вовсе не удача или мастерский уровень способности лгать. — Отослать их обратно? — поинтересовался Азазель, кивнув в сторону обнаженных человеческих девушек. — Мы ведь не варвары, Азазель, — насупившись, пропел Мальбонте. — Пусть поспят. Уверен, они видят прекрасные сны. Именно в грезах у них есть прекрасная возможность грешить в мыслях, при этом оставаясь чистыми душой. В них ты творец своей жизни и всего вокруг, — он задумчиво провел языком по острому клыку. — Можешь идти. У меня осталось одно дело. Зеленоглазый демон поспешил откланяться, бросив напоследок взгляд на настороженных церберов, оставляя за собой шлейф лжи и фальши, который так и ударял по обонянию полукровки. Мальбонте лениво поплелся на огромную каменную террасу, раскрыл крылья, стараясь размять затекшие мышцы и суставы. По его коже пробежался ледяной ветерок, мигом превращаясь в пар от жара тела. Он закрыл глаза, предвкушая долгожданную встречу.

***

Я бежала по мраморному полу, постоянно оглядываясь назад. Распущенные волосы хлестали по лицу, ниспадая по обнаженным плечам и спине. На мне было длинное голубое платье, подол которого судорожно сжимали вспотевшие ладони. Его ткань была словно сплетена из тончайшей пряжи шелкопряда, что растворялась в пространстве и вновь собиралась по мелким частицам, в зависимости от колыхания ветра. Широкий коридор казался бесконечным и постоянно удлинялся, сколько бы шагов ни было совершено. Я прислонилась к ближайшему огромному столпу и огляделась. Это был огромный греческий храм, освещенный приглушенным огнем факелов, пламя которых переливалось красным и голубым оттенками. Они отражались в зеркальном полу, подрагивая зловещими тенями по величественным колоннам. Сердце трепетало в груди, периодически пропуская удары. Тугой корсет не позволял впустить в легкие достаточно кислорода. Какая-то музыка доносилась до ушей и ласкала слух, подобно пению сирен, в надежде утихомирить тревожное сознание. Я обернулась и оказалась у края храма. Он находился на плавучем острове, который убаюкивала в своих объятьях светлая ночь с тысячью мириадами созвездий и галактик, что плыли и мерцали… Это сон… Нет! — Мальбонте, — сорвалось с моих уст, точно молитва. — Умница, — пропел бархатный голос позади меня. Я обернулась, дабы увидеть отрадный глазу облик. Он вышел из тени, держа руки в замке за спиной. Силуэт почти слился с дегтем ночи, ведь он был облачен в черный костюм и такую же темную рубашку. Так непривычно видеть Дино в этом цвете… — Ты знаешь мой ответ, — сглотнув ком в горле, уверенно отчеканила я. — Верно, — он подошел еще ближе, так, что лишь метр отделял нас. — Но не уверен, знаешь ли ты его. На глазах навернулись слезы, когда лунный свет озарил знакомые черты. Все тот же мужественный подбородок, легкая щетина, высокие скулы, золотистые волосы, но не глаза… — Ты смотришь на меня, — Мальбонте театрально взмахнул ладонью, указывая на свое лицо, — но видишь его – своего ангела. Наверное, это невыносимо больно, быть рядом и в тоже время не с ним. Грудь опалило ноющее чувство, а во сне все эмоции и без того кажутся более утрированными. Он знал, за какие ниточки стоит дергать, чтобы управлять мной, подобно кукловоду и марионетке. Вот только чего он пытается этим добиться? Окончательно сломить? Подчинения? Этому не бывать. Полукровка слегка склонил голову на бок, с любопытством осматривая мою фигуру. Сделал глубокий вдох и ухмыльнулся, будто ощутил горький запах отчаяния с дымным привкусом ненависти к нему. Я прикусила губу до крови, и из глаза брызнула предательская слеза. В ту же секунду теплая ладонь коснулась моей щеки, заботливо смахивая солоноватую каплю. По телу разлились мурашки, пробегая по шее к ключицам и далее вниз по позвоночнику. Но это не был страх, вовсе нет. — Зачем ты мучаешь меня? — прошептала я, не открывая глаз, сдерживая желание потереться о его руку, вдохнуть знакомый мужской аромат ангела… — Я не такой монстр, коем ты меня считаешь, милая Вики. — Так верни его мне… — Этому не бывать, и ты это знаешь, — его большой палец скользнул по моему подбородку и грубо сжал, требуя взглянуть на него. — Не тешь себя иллюзиями. Вынужденная мера, во благо великой цели. Я резко отступила назад, словно обжегшись о его резкие высказывания. Порывистый ветер бросил пару непослушных прядей на лицо, скрывая мимолетные эмоции страданий от его бдительных гетерохромных глаз. — Я никогда не стану твоей! Уж лучше умереть! — выпалила я, подобно маленькой девочке, стоя на обрыве здания. Все и так было против моего продолжения бессмертной жизни. Но я продолжу жадно хвататься за тот жалкий остаток, что мне уготован, лишь бы помешать ему. — Чему я и научился за тысячу лет существования, так это терпению, дорогуша, — он сделал резкий шаг, дабы сократить то хрупкое расстояние, и я невольно попятилась назад. — Ты не боишься смерти, — ласково прошептал он, но тут моя нога сорвалась с края, и корпус мигом отклонился в пропасть. Не успел испуганный визг слететь с губ, как его сильная рука обвила талию и грубо притянула к себе. Я замерла, все так же стоя на краю обрыва, прогнувшись в пояснице. Мы замерли так, будто в элементе жаркого танго. Он равнодушно скользил взглядом, пока мое сердце испуганно отбивало ритм. — Не дрожи ты так, — он лукаво усмехнулся. — По отношению к тебе я больше лаю, чем кусаю, милая. Я же не какой-то там инкуб, чтобы брать тебя во сне, когда я могу сделать это наяву. — Чего ты на самом деле хочешь от меня? Мальбонте склонился над моей шеей, украдкой обжигая кожу горячим дыханием. Моя рука сама потянулась к его плечу, отчего он улыбнулся, но не стал увеличивать напор. Между нами была невидимая связь, вызванная взаимным влечением. Пусть он и злодей, но даже его устрашающий взгляд заставляет колени подкашиваться. Полукровка, рожденный ангелом и демоном, обладал животным магнетизмом, сексуальностью, сочетая в себе все пороки человечества и созданий небесных. — Понравилось развлекаться с Люцифером? — ответил вопросом на вопрос тот и отстранился, дабы лично лицезреть алый румянец на щеках. — Ты можешь изменять телом, но душой ты всегда останешься верна своему ангелу, а значит, и мне. — Вы братья? — выпалила я, хоть это больше и прозвучало как утверждение. Мальбонте хмыкнул и наконец поставил меня на ровную поверхность, словно маленького ребенка. Я тысячу раз пыталась смириться, что передо мной не Дино, он лишь выглядит как он, пахнет как он… Но не могу. Ведь полукровка нарочно влезает в мои сны, напоминает о себе, тревожит старую рану, которая все никак не затянется. — Быстро ты догадалась. Не думаю, что мой дорогой братик сам рассказал тебе. Люцифер знал, что Сатана – отец Мальбонте?! Что еще знает этот демон и почему не желает сотрудничать с отрядом Шепфы? Может, по той же причине, что и я? — На самом деле, я пришел сказать, что это наша последняя встреча, Вики, — он скользнул пальцами вдоль моего предплечья и слегка сжал тоненькую кисть. — В твоих снах, — уточнил тот и поднес ладонь к точеным губам, оставив сухой поцелуй на коже. — До встречи в реальности.

***

Я проснулась в холодной постели. На этот раз он не оставил после себя пыль страха, наоборот, подарил спокойствие и безмятежность разуму. Он был подобно Змею искусителю в Эдемовском саду, уговаривающий меня вкусить запретный плод. Вот только это лишь манипуляции. Не могу поверить, что подозрения подтвердились: Мальбонте и Люцифер братья. Что, если церберы были посланы не Сатаной? Рука тут же потянулась к дверце прикроватной тумбы и на ощупь принялась рыскать пузырьки, но все до единого оказались пустыми. По телу разлилась противная волна страха, словно я была астматиком и потеряла свой ингалятор. Осознание этого и вовсе смахнуло паутинку сладкого сна, заставив вскочить с кровати и выбежать в коридор. Успокойся, Вики, успокойся… Тебе всего лишь нужно найти Люцифера или кого-то из преподавателей. Фенцио всегда работает допоздна в своем кабинете. И где Мими? Ее не было в постели, а уже глухая ночь. Возможно, настало время кому-то довериться и рассказать о вторжениях Мальбонте в мои сны и его загадочных словах? В первую нашу беседу он упомянул, что я вызываю у него влечение из-за остаточных чувств Дино. Но так ли это на самом деле? Слишком просто и в тоже время сложно… Я кое-как добрела до главного холла, который встретил меня своей пустой тишиной. Сквозняком повеял ледяной ветер, вынуждая поежиться и обнять оголенные плечи. Господи, паника овладела мной так сильно, что я и не подумала что-то накинуть и теперь разгуливаю по школе в одной пудровой сорочке. Но холод тут же перестал существовать, когда до ушей донеслись знакомые голоса. Из-за приоткрытой двери кабинета преподавателя сочились тонкая полоска света и низкий баритон Люцифера. Но стоило мне только приблизиться к двери, как его тут же перебил усталый голос Фенцио: — Наш разговор более не является приватным, Люцифер. Войдите, мисс Уокер. Я виновато улыбнулась и просунула макушку внутрь. Преподаватель сидел за рабочим столом, в то время как Люций стоял по другую сторону. Демон бросил подозрительный взгляд через плечо, но его черты тут же смягчились, когда глаза бегло пробежались по нюдовой ночнушке. Стоило мне пройти вглубь кабинета, как внимание тут же привлек знакомый предмет. Дневник Винчесто лежал открытым на одной из страниц прямо перед носом Фенцио. — Вам знакома эта книга, Вики? — заметив мое колебание, спросил учитель. — Да, — мигом выпалила я, потому что устала от вранья. — Как она оказалась у тебя? — с ноткой раздражения в голосе атаковал Люций. — Скажи, что в ней написано, и я отвечу, — руки сами собой сложились на груди, дабы хоть как-то скрыть видневшиеся соски через кружева. — Флиртовать будете, когда я выйду из кабинета, — вздохнул Фенцио и потер переносицу. Я бы покраснела от замечания профессора, вот только слабость и ломота в костях усилились, вынуждая отвлечься от этих двоих. Кажется, это вновь начинается, и как всегда некстати. — Нужно отыскать это «предсказание», — проигнорировал колкость Люцифер, тыча пальцем в пожелтевшую страницу книги. А меня как будто бы здесь нет… — Вы знаете, я бы не пришел с какой-то ерундой. Думаю, оно приведет нас к мечу. — Ты хочешь действовать за спиной у Отряда Шепфы. Только поэтому ты и пришел ко мне, — Фенцио сжал тонкие губы и перевел взгляд на меня. — У вас что-то срочное, раз вы явились в столь непристойном виде? — Да. Я... — я запнулась, пока пара мужских глаз застыли в ожидании разумного ответа. — Ты спер мой дневник?! Да, я знаю, что план был совершенно другой – рассказать о Мальбонте и выпить кровь у Люцифера. Но я не могу вот так… при всех. Тем более что этот демон и сам не торопился раскрывать карты. — Во-первых, он не твой, а во-вторых, не спер, а позаимствовал! — О, Шепфа! — взмолился Фенцио и встал из-за стола. — Мне нужно переговорить с Геральдом… — Нет, — покачал головой Люций. — Я не доверяю ему. Уже у порога учитель обернулся, крепко сжимая в руке трость. — Зато я доверяю. И если ты хочешь получить моей помощи, то уважай мой выбор, Люцифер, сын Сатаны, — глаза учителя метнулись в мою сторону. — А пока будь добр, помоги мисс Уокер. На ямочке купидона я ощутила липкую жидкость, что вот-вот хотела скатиться к губам. Пальцы машинально прикоснулись к коже, лишь размазав бурые капли. Кровь. Снова этот приступ. Теперь ясно, почему мне было холодно, дело вовсе не в сквозняке. Дверь с грохотом захлопнулась, и стальные пальцы демона обвили мое запястье, грубо усаживая на ближайшую табуретку. — Нравится ходить по лезвию ножа, Непризнанная?! — процедил сквозь зубы тот. — Ты это о чем?! — я недоумевающе таращилась на демона, пока он нервно шарил по шкафам и что-то бурчал себе под нос. — Терпишь, пока совсем плохо не станет! Совсем мозгов нет?! Его грубость заставила меня впасть в ступор. Я, конечно, начала привыкать к его переменчивому настроению, но не сейчас, когда слабость овладевала каждой клеточкой тела, и раздражение от бессилия сочилось из всех щелей. — Ты чего орешь на меня?! — парировала я, неуклюже вытирая кровь с носа. — Я вообще-то для этого и искала тебя. Нависла неловкая тишина, которую изредка нарушало лишь монотонное тиканье часов. Люцифер, избегая моего упрямого взгляда, нервно пригладил волосы и с грохотом поставил на стол найденный стакан. Темные брови были сведены к переносице, на лбу залегла пара напряженных морщинок. Демон вынул из ниоткуда небольшой нож и резко полоснул по ладони, даже не поморщившись. Капли алой крови заструились по руке, хаотично попадая на донышко прозрачного стакана. — Тебе со льдом? — с сарказмом в голосе спросил Люций, не отрывая взгляда от «авторского коктейля». Я недовольно фыркнула. — У тебя хорошее настроение? — Паршивое, — прохрипел тот и протянул мне противоядие чистой ладонью. Недовольно скривив губы, я приняла из его рук бокал и залпом выпила жидкость, словно мне всучили пятьдесят грамм крепкого джина. Люций вытер ладонь о платок из нагрудного кармашка и, подставив кресло, уселся напротив. — Рассказывай, Уокер. Как тебе встреча с Мальбонте? Они точно братья… И, видимо, оба пошли в папочку. Своей бестактностью и самовлюбленностью. Скорее всего, как Мальбонте почувствовал Люцифера, так и Люций чует его. — Ни слова не скажу, пока ты не расскажешь, чего именно ты хотел от Фенцио и что такого прочел в этой книге, — заупрямилась я, все так же старательно вазюкая запекшуюся кровь по лицу. Люцифер положил локти на колени, подаваясь вперед, и тяжело вздохнул. Его пальцы гуляли в коротких прядях темных волос, рубиновые глаза недовольно буравили мое бледное лицо. — Мне нужно было, чтобы Фенцио отправил меня на задание на Землю, для прикрытия. Довольна? Теперь ты. Я сглотнула тяжелый ком в горле, не ожидая, что Люций так просто, без очередных игр и загадок, скажет правду. — Вы братья, — беззвучно прошептали мои губы, пока глаза были прикованы к розоватым каплям, что переливались на дне опустевшего стакана. — Это он тебе сказал? Почему он связывается с тобой? Это ведь не первый раз. — Нет, я сама догадалась, а он подтвердил, — мое внимание вновь привлек проклятый дневник. — Почему Фенцио? — Почему он связывается с тобой? — Я не знаю, ясно? Не знаю, — продолжала нагло врать я. В одно и то же время мне хотелось довериться Люциферу, ведь у нас общая цель, но из-за его скверного характера постоянно хотелось увиливать от ответов. Особенно если это касалось меня и Дино-Мальбонте. Интересно, ему это важно знать из-за того, что между нами происходит или дело во всемирном апокалипсисе? Но, когда Люций продолжил терпеливо смотреть на меня из-под опущенных ресниц в ожидании продолжения, пришлось сдаться и приоткрыть небольшую завесу тайны. — Он сказал, что мы встретимся в реальности. Что именно он имел в виду – я не знаю. Может, он нападет на школу или… — Нет, — Люцифер задумчиво прикусил губу. — Думаю, он знает о пророчестве или догадывается о возможности его существования. Вот именно поэтому мне и нужно на Землю! — Что за пророчество? Ты не доверяешь Отряду Шепфы. Почему? — мои пальцы продолжали судорожно перебирать стакан в руках, слегка царапая его поверхность. — А ты? Мы замолчали, глядя друг на друга, словно пытаясь прочесть тот скрытый умысел, который таил в себе каждый из нас. Впервые за все это время нам не хотелось цапаться, орать друг на друга, что-то доказывать… Даже непривычно. Пара рубиновых глаз скользнули по моей груди без какого-то намека на пошлость. Лишь неподдельный интерес, желание, капля вожделения… При мысли о подобном, соски, как истинные предатели, начали набухать, выпирая через тонкую ажурную ткань. На грешных губах мигом заиграла победная ухмылка, а я же, как настоящая грешница, попыталась их скрыть руками. — Это от холода… — Ну да, я так и подумал, — демон прочистил горло и сцепил пальцы. — Фенцио нечего терять, и он больше остальных жаждет изничтожить полукровку. Если кому и можно доверять, то только ему. Дверь отворилась с глухим скрипом. Фенцио возник так же быстро, как и испарился. Его лицо было непроницаемым, а взгляд и вовсе пустой. — Ты отправишься на Землю, но с одним условием, Люцифер, — учитель деликатно уселся за стол, откинув белоснежную мантию назад. — Мисс Уокер отправится с тобой. Сын Сатаны мигом закатил глаза и только хотел возразить, как его перебил седовласый преподаватель, взметнув ладонь вверх. — Это не обсуждается. Как ужасно бы это ни звучало, но Вики зависит от тебя, — я сдержала самодовольную ухмылку, хоть уголки губ все равно предательски дрогнули. — Мне самому не нравится эта затея. Но она и еще пара учеников нужны для прикрытия. У вас будет трое земных суток. Дольше я прикрывать вас не смогу. — Я и забыл, что отныне завел ручного комара… Ну почему, почему стоит появиться кому-то третьему, как этот демон сразу превращается в упыря?! Если бы не Фенцио, то я бы с радостью показала ему кое-какую фигуру из пальцев. — Мисс Уокер, — Фенцио открыл выдвижной ящик в столе и вынул знакомую шкатулку с аквамариновыми рунами. — Серафим Ребекка просила передать. Трясущимися пальцами я потянулась к голубоватой шкатулке, но не спешила ее открывать. — Чего сидишь? Собирай вещички, Непризнанная, — недовольно буркнул Люцифер. — Нас ждет отпуск в горах.