Мой Падший ангел

Мальбонте проводил Непризнанную пристальным взглядом и вальяжно прошагал к барной стойке, присоединившись к своему братцу. Даже с такого расстояния он ощутил ее отчаяние и горечь, что исходили от всего ее подрагивающего от плача тела, и могли попортить его планы на эту парочку. — Ох, эти женщины, — устало вздохнул он и присел на высокий стул, жестом попросив бармена повторить напиток. — Знаешь, а ведь не зря люди раньше считали всех девушек воплощением дьявола. Даже Микеланджело, когда расписывал Сикстинскую капеллу изобразил Змея-искусителя именно с туловищем и ликом девы. Такие прекрасные и изысканные… Одним взглядом способные свести мужчину с ума и развязать войны… Люцифер недовольно покосился и залпом осушил бокал терпкого вина, которое так старательно пыталась прикончить Уокер. Лицо демона было непроницаемым, хоть периодическое облизывание губ и выдавало его раздражение. Бармен поставил перед полукровкой аквамариновую жидкость и принялся далее протирать бокалы, вновь обратившись в глухонемого невидимку, что так требовала эта профессия. — И моему другу, будьте добры, — ухмыльнулся Мальбонте, поигрывая кубиками льда в стакане. — Другу? — фыркнул Люций. — Если я скажу — брату, меня не поймут. Кстати, рад, что ты учишься у лучших. Омылся в водах, чтобы скрыть энергию. Похвально. Я даже сперва подумал, что ты так и не явишься. Брюнет развернулся корпусом к нарушившему его уединению гостю и с прищуром оглядел безмятежный профиль. Сложно было понять и даже представить, что творилось у того на уме, но это дикое спокойствие никогда не сулит ничего хорошего и Люцифер это знал не понаслышке. — Ты что-то задумал, — Люций схватил предложенный рокс с глифтом, продолжая прожигать взглядом заклятого соперника. Видимо этот напиток разливали лишь по просьбе организатора вечера, ведь для обычных людей — это все равно что выпить кислоту. — Я всегда о чем-то думаю, — бархатистым шепотом ответил полукровка. — Я нахожу это весьма полезным занятием. И ты попробуй, как-нибудь на досуге. Настоятельно рекомендую. Хоть благодаря спокойной музыки, атмосфера в зале и была умиротворенной, но это не более, чем мираж, сотканный стараниями могучего полукровки. Он не провоцировал своего младшего брата, вовсе нет. Его целью было подвести к тому умозаключение, что было выгодно всем. Пока что всем. Люцифер же в свою очередь усвоил урок, который преподал ему Мальбонте в первую их встречу и не собирался бездумно лезть на рожон. Хочешь понять, что у того на уме, значит, думай и действуй, как он. — Почему ты навещаешь ее? — проигнорировав колкость, в лоб начал младший сын Сатаны. — Откуда это неравнодушие к Непризнанной? — А то ты сам не знаешь, — коварно пропел Дино-Мальбонте, наконец повернувшись в анфас к собеседнику. Заметив, как Люцифер напряженно сжал челюсти, губы сами дрогнули в победной усмешке. — Ты думаешь, я не понял, что ты обо всем догадался еще тогда, будучи на арене? Когда ты, Люций, сам того не ведая, помог мне окончательно взять вверх над этим телом, высвободив гнев ангела? Человеческие карие глаза демона вспыхнули секундным огнем. Мог ли он предположить, что полукровка обо всем давно догадался? Нет. Ведь Люций никак этого не выказывал и ни с кем не делился. Даже с Непризнанной, тем более с ней… — Да, друг мой… Как ты думаешь, мисс Уокер захочет хотя бы видеть тебя, узнай, что ты скрыл от нее? Бедняжка… Она так боится причинить кому-то боль, что даже готова отказаться от демона, в котором видит поддержку. — Мне плевать, — недовольно буркнул Люций, еле касаясь губами холодных краев бокала. — Неужели?! — пшеничные брови Антихриста взметнулись вверх. — А что ж тогда она до сих пор не знает правды? — карий и голубой глаз улавливали малейшее подрагивание мышц лица загнанного в угол демона. — Что ж ты не облегчишь страдания девушки, что так мила твоему каменному сердцу? Люцифер медленно втянул воздух в легкие, пока в голове проносились тысячи мыслей. Они подобно паззлу, складывались в единую картинку, вынуждая демона признаться в своем неравнодушии и симпатии к этой убогой. Расскажи он ей всю правду, так и вовсе потеряет навсегда. Уокер ни за что его не простит и правильно сделает. Но и это не единственная причина. Уж слишком заманчивой была идея расправиться с двумя одним ударом. — А какую трогательную речь ты произнес на церемонии «Алой и Белой розы»? — Мальбонте продолжил беспощадно ковыряться во вранье брата. — Жаль не смог присутствовать. Знал бы заранее, купил бы билет в первый ряд. Может даже пролил скупую мужскую слезу, — еле уловимый грудной смех мужчины достиг ушей демона. — Как же я мог пропустить актерский дебют младшего братца? Сделав пару больших глотков ментолового глифта, Люций стал пристально изучать жалкие остатки на дне, что слегка преломляли поверхность стойки сквозь свою призму. — Извини, там был аншлаг, — брюнет заставлял себя изо всех сил сохранять железное спокойствие и не выказывать какой-либо реакции. — Не сомневаюсь, — сладко прошипел Мальбонте. — А как ты спокойно смотришь в глаза Фенцио? Его отцу? — каждое слово сопровождалось наигранной усмешкой и театральными вздохами. — Мы не такие уж и разные, братишка. — Со мной-то все ясно, — хмыкнул Люций. — А вот ты почему до сих пор ей не рассказал? Ни один мускул на лице Мальбонте не выражал ничего, кроме как забавы и издевки. — У тебя свои мотивы, у меня — свои, — загадочно ответил он, покручивая хрустальную посуду в руке. Когда-то Сатана обучал своего первенца мастерству пыток, делать так, чтобы жертва оставалась в сознании и до последнего чувствовала все причиненные муки. Но когда полукровка поднял восстание и гнев обуял его, он понял, что это слишком просто: физическая боль приходит и уходит, а вот душевные терзания… Он научился причинять боль не оставляя ни единой царапины на теле, но душу кромсал на мелкие куски. Ибо именно этот способ считал высшим степенью мастерства пыток. Кровь пульсировала в висках демона. Гнев, боль, раздражения, — все обострилось благодаря небесному напитку и словам полукроки. Отказ Непризнанной лишь подогрел его интерес к ней, как и однозначные знаки внимания Мальбонте в ее сторону. Для себя Люций уже давно считает ее своей собственностью, на которую никто не смеет посягать. Демон сжал челюсти, заставляя себя спокойно продолжить диалог. — Почему тогда развязалась война? — процедил сквозь зубы тот, стараясь вытеснить мысли о Уокер и говорить о более значимом. — Все до боли банально, мой друг, — Мальбонте промокнул губы и устремил стеклянный взгляд на небольшую миску с красными ягодками, что поставил перед ними бармен. — Власти захотелось? — демон вскинул темную кустистую бровь. — Еще банальней, — хмыкнул тот и одарил собеседника хитрым блеском гетерохромных глаз. — Женщина… Мальбонте кивнул в знак одобрения его сообразительности, продолжая безмятежно наслаждаться вкусом глифта и звучанию струн гитары со сцены. Люцифер провел ладонью по волосам, перебирая в голове варианты событий, что могли привести к подобному плачевному результату. — Они убили ее? Кем она была? Ангелом? — Слишком много вопросов, Люцифер. Задай их лучше нашему папаше. Я так понимаю, в дневнике, что ты хранишь у себя, Винчесто об этом упомянуть забыл, — уклонился полукровка. — Мне интересен вот какой факт. Скажи, как у тебя в груди ничего не екнуло, когда ты наблюдал за страданиями милой Вики? Даже я, когда навещал ее во снах, старался тут же смахнуть слезы с ее миленького личика и утешить, — Люцифер сжал губы, старательно избегая пронизывающего насквозь взгляда брата. — Наверняка не удержался вкусить ее сладчайшую боль… Я тебя понимаю. Признаться честно, в первую нашу встречу я тоже не сдержался и немного развлекся с бедной Непризнанной. Могущественный полукровка вовсе не пытался воззвать к его совести, скорее напомнить, каким бессердечным демоном тот является, под стать их отцу. Глифт явно был не союзником для Люцифера в этом разговоре, так что мысли, эмоции были до неприличия читабельны на его лице. Поэтому Вики не рассказывала подробности его визитов? Еще тогда, на балу демон предупредил ее о том, что пытаться усидеть на двух стульях — опасная затея. — Она тебе не говорила? — продолжил свое выступление Мальбонте. — Хм… кажется маленькая мисс Уокер затеяла свою собственную игру. Мне это нравится! Это не может не возбуждать! Верно? — злорадный смех прокатился мелкими бусинками в пространстве и отразился острыми иглами в хмельном сознании Люцифера. Демон с шумом поставил стакан на стойку, привлекая внимания других посетителей. Парень явно намеревался схватить провокатора за грудки и встряхнуть, как следует. Но какое-то легкое движение указательного пальца хватило, чтобы сбить с него всю спесь и обездвижить. — Не-а, — Мальбонте остерегающе покачал пальцем перед разъяренным младшим братом и усадил его обратно на стул. — Не советую портить мне столь чудесный вечер. Хочу напомнить тебе, братец: ты все еще спишь, ешь, тренируешься и трахаешься, — он выдержал паузу сверля наглеца адским и небесным огнем. — Лишь потому что я так хочу! — Страшно — то как, — скривил тот губы в усмешке, нервно подправив воротник белоснежного пиджака. — Что ж тогда не убьешь? От былой угрозы, что так полыхала от Мальбонте, не осталось и следа. Он мастерски жонглировал интонацией, поведением, мимикой, подобно профессиональному актеру. — Хм… Может я просто милосерден? Ключевое слово «может», братишка, — мастерски увернулся он и продолжил: — Ты еще совсем юнец, но уже такой же, как и наш папаша. Он лучше просидит всю жизнь в яме и будет чувствовать себя властелином этой дыры, чем выйдет в большой мир и ощутит себя никем, — он перевел взгляд в сторону выхода, словно там витал невидимый шлейф Вики, которая в спешке покинула ресторан ранее. — Ты — трус, Люций. Ты привык к физической боли, но не к душевной. Ты боишься, что эта хрупкая девушка может причинить боль, к которой тебя никогда не готовили, но в то же время сложно побороть искушение. — Грудь Люцифера принялась чаще вздыматься, что он нервно оттянул узел галстука, но продолжал внимать каждое слово, ведь сложно было отрицать всей правды. — Готов поспорить тебя тоже не устраивает нынешняя система: у одних есть выбор, кем стать, другие же вынуждены совершать деяния согласно своему рождению. А еще этот закон Неприкосновения… — А твоя система значит будет идеальной?! — возразил демон. — Ни одна система не идеальна, мой друг, — Мальбонте наконец допил свой напиток, хищно слизнув мелкие капельки с губ. — Но кто сказал, что она не может быть лучше? Признаться, я разочарован, Люций. Не думал, что ты будешь на стороне… «добра». Слова Мальбонте лишь подтвердили недавний спор в голове, где Люцифер понял, что Дино далеко не трус и готов был пожертвовать всем, только чтобы быть с Непризнанной. Крепкие устои, что внушил своему сыну Властелин Ада дали трещину тогда, когда вскрылось что Сатана сам был влюблен в ангела и даже породил на свет полукровку. Вики была права — эти игры не могут продолжаться вечно, как бы ему этого не хотелось. Настало и его время перешагнуть через себя. Но раскрывать всю правду уже поздно, нужно идти до конца. Он убьет полукровку раньше, чем все вскроется. Таков его замысел. — Не добра. Равновесие, — твердо ответил Люций и решительно встал из-за бара. — Вот только я убью тебя раньше, прежде чем ты успеешь пошатнуть чашу весов. Мальбонте медленно поднялся со стула и схватил ягодку за зеленый хвостик, все так же надменно поглядывая на своего оппонента. — Удачи, — его ладонь украдкой похлопала того по плечу. — Хочешь клубничку? — самодовольно покрутив ягодой перед его носом, он укусил клубнику за край и тихо рассмеялся, пока рубиновые радужки следили за каждым его движением. — Я устраиваю оргию. Здесь так много симпатичных актрис и моделей. Если сегодня ночью что-то пойдет не так, милости прошу. Люциферу же не давал покоя один момент: укус цербера явно был случайностью. Дино-Мальбонте ни за что бы не отдал подобный приказ своим питомцам. В курсе ли он, что Вики зависима от него? Ведь он запросто может не чуять яд в ее жилах из-за крови Люцифера, считая лишь это последствием интимной связи. Но если он в курсе, почему не поможет Непризнанной? Ему это ничего не стоит… Помоги он ей, так Люций перестанет быть нужным. Нет, он найдет другой способ. Люцифер же, не отставая от наглости старшего брата довольно прищурился и кивнул, захватив с собой недопитый глифт.

***

Накинув на голое тело испорченную рубашку Люцифера, я внимательно разглядывала символы в дневнике Винчесто, листая потертые пергаментные страницы. Огонь тихо подрагивал в камине, тускло подсвечивая листы. Так не хотелось включать свет, дабы не терять эту волшебную зимнюю атмосферу, с примесью тепла и уюта. Мы удобно устроились на махровом коврике, цвета крем-брюле, подле камина. Люцифер облокотился спиной к креслу, в то время как моя голова покоилась на его татуированной груди. — Что ты там пытаешься разглядеть, Уокер? — усмехнулся он, наблюдая за тем, как морщится мой нос и супятся брови. — Ты все равно не знаешь енохианского. — Дело не в этом, — буркнула я, пока теплые пальцы демона скользили по глади оголенного бедра, вырисовывая замысловатые узоры. — До той стычки с церберами я листала дневник и не припомню, чтобы пара страниц были вырваны. Это твоих рук дело? Демон недовольно вздохнул и его ладонь тут же прекратила ласкать кожу. Я и так уговаривала полчаса этого черта, чтобы он наконец мне дал книгу, а он, по всей видимости, игнорировал тот намек, что должен еще перевести содержимое. — Он и был таким, — нагло соврал демон, после чего я вскинула на него недовольный взгляд ладонь парня взметнулась вверх, капитулируя. — Ладно, хорошо, покаюсь. Это я вырвал пару страниц. Я приподнялась на локтях и повернулась лицом к своему демону. Огонь тут же принялся обдавать спину и крылья теплым воздухом, бросая тени от моего тела на оголенный торс Люцифера. При таком освещении белесые полоски от шрамов обрели более заметный рельеф и пальцы сами потянулись к косым мышцам живота. — Там что-то очень важное, не так ли? — тонкий ноготок повторил точную линию на загорелой коже сына Сатаны. Алеющие глаза с интересом наблюдали за моими движениями и в них читалась явная борьба: Люцифер, по-привычке хотел убрать мою руку, но его самого удивило то, на сколько возбуждающе это отдалось в паху. — Ты даже не можешь представить на сколько, — бархатистым тоном подтвердил он и перевел взгляд на едва-прикрытую грудь. Я лукаво пристыдила его за похотливые глазки и, как бы невзначай, подправила края кипельно-белой рубашки. Так странно, мы ведь теперь вместе? Но почему у меня до сих пор нет такой уверенности, какие-то сомнения. Но спрашивать в лоб: «Я же твоя девушка?», как-то не хочется. — И что же? — Что из слов: «это очень важное» тебя не устраивает? — Люций терпеливо наклонил голову в бок, скрываясь за загадочной улыбкой, явно не довольный тем, что ему закрыли обзор. Я быстро захлопала ресничками, одаривая его самой милой улыбкой из своего арсенала. Но сын Сатаны лишь вперил взор куда-то за окно, где тихо валил пушистый снег объемными хлопьями. Сложно было понять: он не доверяет именно мне или дело совершенно в ином? Но любой из этих вариантов меня все равно не удовлетворял, так что было решено прибегнуть к женским чарам. Демон ответил мне поволокой, неприлично скользя по каждому дюйму женской наготы. Парень уже явно переключился в режим «обольстителя» и, не дожидаясь протестов, мигом навис надо мной, опираясь ладонями по обе стороны моих бедер. Наши носы практически соприкасались, в то время как его глаза, наполненные адским пламенем, прожигали насквозь мою душу. В голове пронеслась мысль, что я никогда прежде не видела Люцифера таким: игривым и мурлычущим, словно мартовский кот. Сегодня он раскрылся совершенно с другой стороны и я не желаю, чтобы эта ночь заканчивалась, не хочу засыпать и просыпаться завтра… — Нет не устраивает, — не унималась я, хоть низ живота и наполнился вожделением. — Ты не доверяешь мне? Уголки его точеных губ едва дрогнули, после чего, он поспешил заткнул меня поцелуем, игнорируя упирающуюся ладонь у его груди. — Люций, — буркнула я, отстраняясь назад, но демона лишь привлекала вероятность того, что мои лопатки и крылья окажутся прижаты к полу. — Ответь… н… опр…ос. Люцифер продолжал сбивать дыхание требовательными поцелуями, намеренно не давая мне произнести и слова, дабы легкие судорожно глотали жалкую порцию воздуха. Стая бабочек мигом запорхали в груди, пикируя вниз к животу и далее, но я стойко продолжала немой протест, не позволяя устам слиться в очередной раз. — Люцифер, — его имя прозвучало как молитва, хоть это и была искренняя попытка выключить его режим «секса». Сын Сатаны спустился ниже, прикусив тонкую кожу подле сонной артерии и промурлыкал: — Замолчи, Уокер, — голос вибрацией прошел по всему телу. — Наслаждайся… Голова сама откинулась назад, предоставляя ему раздолье для дальнейших действий. Но я была бы не я, если так просто сдалась демону, не узнав ответ на вопрос, которого он явно хочет избежать. — Что такого важного в этом дневнике? — мой голос прозвучал достаточно твердо, чтобы парень остановился. Брюнет недовольно вздохнул, опустил голову и через секунду уже изучал уровень серьезности в моих глазах. — И о чем вы говорили с Мальбонте? — С чего ты взяла, что мы вообще говорили? — нахмурился он, слегка отстранившись. — Когда ты пришел и мы… — я запнулась, подбирая нужные слова и кивнула в сторону пустого бокала на стеклянном столике. — В общем, я почувствовала привкус глифта. Здесь его не подают, но я видела, как Мальбонте его пил. — Да ты у нас детектив, — покачал головой он и вновь потянулся к устам, но встретился с тыльной стороной моей ладони. — Ты же у нас не спишь с Непризнанными, — пристыдила я, за слова сказанные им когда-то давно на горе. — А еще я люблю клубнику. У меня полно недостатков. — И еще я видела, когда уходила из ресторана, что он сам подошел к тебе. Кажется Люцифер понял, что я совершенно не разделяю его идею опустить важные разговоры и заняться сексом, хоть мне до безумия и хотелось вновь почувствовать этого черта внутри. — Что конкретно тебя интересует? — тяжело вздохнув, он отодвинулся и присел рядом. Я задумчиво прикусила губу, перебирая в голове ту беспорядочную стайку вопросов, что не давали мне покоя. Рубиновые глаза жадно следили за каждым движением, словно поторапливая. — Раз уж у нас вечер откровений, — я поджала колени под себя, прикрывая грудь, дабы окончательно не провоцировать демона. — Неужели? — Да, — терпеливо выдохнула я и поспешила продолжить: — Меня все еще мучает вопрос, почему Мальбонте выбрал именно Дино? И почему посылал видение мне и тебе? Имя моего ангела прозвучало как гром среди ясного неба для Люцифера и отозвалось ноющей болью в моем сердце. Я все еще люблю его… И да, мне нравится Люций, но… Сын Сатана медленно поднялся с пола и прошагал к стеклянной двери, ведущей на заснеженный балкон. Прозрачный тюль лишь едва прикрывал вид на могущественную природу, а вот мой вид состоял из мускулистой спины и крыльев оттенка мерло. — Ты была ингредиентом, — пояснил тот, после секундного молчания. — Я — потенциальным сосудом, так как мы братья. Но для ритуала оказался нужен тот, кто способен находиться на границе фракций, чтобы лучше взаимодействовать с сущностью Мальбонте. — Но Дино был… он… — Был сильным Ангелом, — Люцифер покосился на меня в пол оборота, как бы приглашая присоединиться к нему. — Отец сказал, что Ангелы, как и Непризнанные вольны в выборе сторон. У демонов нет такого права. Хоть его голос и был твердым, ровным, я все равно ощущала его негодование, в какой-то степени обиду. Неужели, если бы у него был выбор, он предпочел стать Ангелом? И почему это от всех скрывается? Боятся, что слишком многие Ангелы захотят пасть и перейти на «темную» сторону? Я встала с прогретого пола и присоединилась к Люциферу. Парень тут же приобнял меня за плечо, пока мое ушко прижалось к груди и слушало скорое сердцебиение. Странно, я уверена, что он говорит правду, а пульс, как у лжеца. — Ты спрашивал меня, почему он приходит ко мне во снах, — прошептала я, не поднимая глаз. — Мальбонте сказал, что чувства и ощущения Дино передались ему. Утверждал, что по этой причине я его «слабость». Такое возможно? Или это очередное вранье? — Кто его разберет, — не задумываясь ответил демон. — В своем послании, мама сказала, что Сатана не связан с нападением церберов. Как ты думаешь, Мальбонте знает о моем отравлении? — Не знаю. Но доверять ему не стоит. Мы найдем лекарство, — уверенно произнес он. — Так о чем вы говорили? — я продолжила наблюдаться за танцующими разномастными снежинками за стеклом. — Какая же ты упертая, Уокер, — протянул тот. — Мальбонте не собирается раскрывать карты, но этого никто и не ожидал. Поговорили по-семейному, как ты и советовала. — Ладно, не хочешь говорить подробности — не надо. Но ответь хотя бы, что же такого на вырванных страницах и почему это пророчество, что мы ищем, так важно? — Винчесто писал, что пророчество возникло еще когда Мальбонте не был заточен Шепфой, — начал демон, снизив тон до своей обыденной сексуальной хрипотцы. — Он предположил, что содержание поможет одолеть надвигающийся Апокалипсис. — Поэтому ты считаешь, что оно приведет нас к мечу? Но никто из нас не сможет убить им Мальбонте. Отец Мими сказал, что этим оружием может воспользоваться только истинный владелец. А это либо Серафим Микаэла, либо… ее сын, — Люцифер молчал, задумчиво глядя куда-то за темные силуэты гор и потирая теплой ладонью мое плечо. — Так что было на тех страницах? Почему не говоришь? Люцифер высвободил меня из своих объятий, недовольно сложил руки на груди и облокотился плечом на холодную дверь балкона. По стеклу тут же рассеялась мутная пелена, запотевая от жара дьявольского тела. — Проблема в том, что узнай он об этом, — его язык хищно коснулся нижней губы. — Тогда можно совсем позабыть об этих ничтожных шансах на победу, что у нас есть. Такой ответ тебя устраивает, Неприз… — демон осекся, мысленно одергивая себя за грубость. — Вики? Я возмущенно отзеркалила его жест, встав позу. Уже было сложно сохранять спокойствие, ибо гнев и досада обуяли меня. Ведь рассказав ему всю правду, я ожидала от него того же. Наивная дура. — В чем дело? У тебя проблема с доверием?! — Дело не в этом, — процедил Люцифер. — Тогда в чем? — я нервно запустила пятерню в растрепанные волосы, убирая непослушные локоны с лица, ощущая, как мелкая дрожь рассеивается вдоль конечностей. — Да потому что ты проявляешь к нему слабость. Ты становишься податливой и ему не составит труда выведать что-то у тебя. Я видел как ты смотрела на него! — Чушь! — Неужели? — Люцифер сделал шаг вперед так, что бы я вскинула голову, дабы наблюдать за алеющий взглядом. — Тогда почему я все еще чувствую твою боль, Вики?! Я поджала губы так, что те побелели. По спине прокатилось неприятное, липкое ощущение, словно меня застали за чем-то неприличным, прочитали мысли. А что он ожидал? Он в курсе, что я не только равнодушна к Дино. Ведь я не просто так хотела пресечь все на корню с Люцием. Думал, ворвется с ноги ко мне в номер, залезет под одежду и я тут же позабуду обо всем?! — Если Мальбонте и захочет что-то узнать, он вытянет из тебя информацию так же просто, как и из меня, — выдавила я, сглатывая ком в горле. — И Дино здесь ни при чем. — Так уж ни при чем? — он скривил губы, впитывая взглядом нотки моей растерянности и злобы. Эти медовые искры в его радужках, адское напряжение в теле, то как он навис на до мной, — все это совершенно меня не устраивало, будто и физически и морально заключают в тиски. — Я не собираюсь с тобой разговаривать, когда ты в таком настроении, — отчеканила я и злобно потопала к двери. — Поверить не могу! Нас хватило на спокойный диалог только на пару часов! — Черт, — чертыхнулся Люций за моей спиной. — Вики, ну прости. Куда ты пошла? Я злобно развернулась на пятках, придерживаясь за ручку. Сердечко вот-вот стремилось выпрыгнуть из груди, а ладони чесались дать пощечину. Но вот только за что? За правду? За то, что давит на меня? Это все дело привычки. — Подальше от тебя! — Во-первых, — ровным тоном начал тот: — куда ты поперлась без трусов? А во-вторых, это твой номер. Не знаю почему, но то, с какой улыбкой в голосе он произнес это, заставило самой тихо рассмеяться над всей комичности моих телодвижений. Люций поменялся в раз, как по щелчку пальцев, словно его самого раздирали внутренние ангелы и демоны. Для него все это в новинку, он не привык уступать или учитывать желания и чувства другого. Накаченная грудь демона тряслась от бархатистого смеха, что тату забавно переливались в дымном свете комнаты. В один миг, он сократил дистанцию и заключил в кольцо объятий на уровне талии. — А ну иди сюда, Уокер, — весело прорычал он, прижимая мои ягодицы к паху и понес в сторону кровати. Я взвизгнула от той щекотки, что случайно оставляли его руки на месте интимных зон. Копна волос накрыла лицо, мелкие прядки попадали в рот и закрывали обзор. И вновь, как это было и всегда, этот демон умел увести в абсолютный минус мои эмоции, а потом вновь поднять настрой на позитивную волну. Люцифер бросил брыкающееся тело на белые простыни и мигом устроился между моих ног, сжимая оба запястья. Я улыбалась. Впервые, за долгое время, неподдельные чувства радости переполняли меня, заставляя светиться изнутри. Я потрясла головой, сдувая губками волосы, что мешали взглянуть на похотливое личико демона, моего демона. Уголки грешных губ Люцифера были слегка приподняты, отчего на щеке залегла легкая ямочка. Он любовался мной, смотрел так, будто представлял подобный момент тысячу раз и пытался свериться с ожиданиями. — Просто доверься мне, Вики, — прошептал он и едва пощекотал губами чувствительную кожу ушка. Высвободившаяся ладонь сама потянулась к колючей щеке, прося Люцифера взглянуть в мои глаза, что он и сделал. — Расскажешь, когда будешь готов, — пошла на компромисс я. — Только не обмани меня. Прошу… Лишь на долю секунды его скулы очертились, но на лице вновь заиграла сексуальная ухмылка, которая сводит с ума не одну сотню женщин. Я сама потянулась к желанным устам, нетерпеливо сплетаясь с его влажным горячим языком. — Обещаю, — тихо выдохнул он. Люций отстранился, проделывая дорожку из требовательных поцелуев вдоль шеи, ключицы, сжимал ладонью грудь, поигрывая пальцами с затвердевшими сосками. Я была словно новым инструментом, на котором его учили когда-то играть, но ему все равно хотелось опробовать звучание каждой клавиши. — Люцифер, — томно вздох сам вырвался с губ, что явно его порадовало. Его язык вычертил идеальную влажную дорожку меж грудей, вдоль солнечного сплетения, задержался у пупка… Малейшее касание отзывалось сладчайшим желанием в паху, дрожанием бедер и россыпью мурашек до самой макушки. — Громче, Уокер, — промурлыкал он. — Мне нравится, как ты стонешь мое имя. Крепкие ладони схватили мои бедра, горячее дыхание обдало холм Венеры. Это то, о чем я думаю? И почему я удивляюсь, он же демон, у них нет запретов или пределов в сексе. Какое-то легкое касание языка чувствительного места, произвел эффект вспыхнувшей спички. Поясница тут же выгнулась, ладонь сама потянулась к его темной шевелюре. — Да…а, — прерывисто выдохнула я в неги наслаждения, но стоило ему на секунду остановиться продолжать ласкать припухшие складки: — Нет… да… Нет, не останавливайся. Его грудной смех был ощутим, отдаваясь трепетом между моих ног. Люцифер игрался, даже баловался. Его явно заводила подобная реакция. Кто ж знал, что его язык может говорить не только гадости, но и выдавать подобные пируэты и приносить райские наслаждения?

***

Времени катастрофически ни на что не хватало. Необходимо было успеть выполнить еще пару заданий от преподавателей и выяснить, что же это за символ и для чего он нужен. Срочно требовалась небесная библиотека. Но как? Возвращаться в школу кому-либо из нас — слишком подозрительно. Придется импровизировать. Мы проснулись в одной постели, рядом… Я открыла глаза первой и обернулась, чтобы убедиться, что он никуда не ушел под утро. Но Люцифер умиротворенно лежал на соседней подушке, пока я все думала: не совершили ли мы ошибку? Не совершила ли я ошибку, позволив ему поставить многоточие, вместо точки? И эти слова Мальбонте: «Ты можешь изменять телом, но душой ты всегда останешься верна своему ангелу»… Было решено собраться в отдельном зале отеля, устроенный специально для бизнес-конференций и переговоров. Когда мы присоединились к нашим демонским друзьям, они уже вовсю рассматривали распечатанное мной изображение с телефона. Мими и Ади тихо спорили, пока демон кидался порцией шуточек, а соседка шипела на него, как змея. Но стоило мне и Люциферу подойти ближе, как Ади мигом вздернул конопатый нос, театрально принюхиваясь. — Ты чувствуешь это, Мими? Этот запах? — ухмыльнулся рыжий друг, загадочно поглядывая на брюнетку. — Секс! — кашлянула та в кулак. Лицо мигом залилось краской. Неужели демоны способны чуять и такое? Мими уж точно. Она как-то возмущалась, что от нас несет сексом за версту. И пока я сгорала от стыда, Люцифер же просто ухмыльнулся и повернул к себе лицом лист бумаги. — Хорош сплетничать, черти. Что узнали? — Ничего, — отчеканил Ади. — Все символы нам знакомы из учебников, но в совокупности они не дают общей картины. — Это как тату набить с незнакомыми иероглифами: красиво, но при чтения полная хрень, — пожала плечами Мими, поигрывая бровями в мою сторону. Мими рада что мы наконец… занялись сексом? Что она уже успела там себе напридумывать? Нужно обязательно с ней это обсудить. — Тогда на месте разберемся, — с досадой в голосе буркнул Люций, в тысячный раз вглядываясь в загадочное изображение. Мои глаза нервно косились в сторону стрелки настенных часов. В определенное время мне нужно было быть в кофейне отеля, дабы выполнить свое последнее задание. Ведь первое — с позором провалено. — Ребят, мне нужно отлучиться. Осталось задание, — с сожалением проронила я и потянулась к выходу. — Вики, — окликнул меня у порога Люций. Он явно хотел сказать что-то еще, но помедлив пару секунд промолвил: — Выдвигаемся через час. Я сдержано кивнула в ответ, поглядывая на друзей, которые показывали неприличные жесты, обозначающие наши «мутки» с Люцифером. Мими уж точно не была удивлена такому повороту событий в отличие от Ади. Задание было проще простого: убедить богатую наследницу пожертвовать кругленькую сумму на благотворительность. Дар убеждения пригодится как никогда кстати. С утра было совсем мало народу в кофейне. Едва я успела войти, как тут же ощутила этот волшебный аромат свежей выпечки, молотых кофейных зерен арабики, робусты и других сортов, что так бодрят сознание. Что бы скоротать эти ничтожные минуты ожидания моей цели, я достала блокнот и принялась по-памяти выводить символы с изображения на Монблане, в надежде что-то понять, пока на столе стыла чашка пенного капучино. Я рассказала Люциферу о том демоне-охраннике, который периодически подходил к Мальбонте. Одной из теорий было, что его люди искали дневник, другой — что они искали место на вершине, ради которого мы сюда прибыли. Ни тот, ни другой вариант нас не устраивал, но здесь мы были не на своём «поле». — Вы очень хорошо рисуете, — раздался низкий, бархатистый тембр за моей спиной. — У вас талант, мисс Уокер. Почему?! Почему я не почуяла его энергию, как только он появился на пороге? Какой-то амулет? Воды плачущих дев? Сердце пропустило пару ударов, вспотевшая ладонь тут же смяла кусочек бумажки. Мальбонте, с грацией хищника обошел столик, встав передо мной. Его тело облегала тонкая белая футболка, повторяя почти каждый изгиб мышц пресса, груди, широких плеч. Золотистые пряди убраны с лица тонкой резинкой на затылке, в то время как основная масса волос спадала на плечи. Это придало лицу моего ангела суровость, очерчивая скулы и открывая неистовый гетерохромный взгляд полукровки. — Это просто каракули, — выпалила я. — Вы позволите? — Мальбонте указал на стул, и лишь после моего одобрительного кивка присел на против. Он испытующе внимал каждое движение моих губ, моргание глаз, колыхание ресниц. После чего, загадочно улыбнулся своим мыслям и отпил принесенный официантом горький эспрессо. И почему мне кажется, что он просто догадался о сексе с Люцифером? Эти братья как-то чуют остатки энергии друг друга. — Вы хорошо спали, милая? Выглядите слегка… уставшей. — Хорошо, — пролепетала я, бросив последний взгляд на часы. — Она не придет. Верно? — Верно, — ответил мужчина, поставив крохотную чашечку на блюдце. — Необходимая сумма уже перечислена на счета от ее имени. Не льстите себе, мисс Уокер. Я сделал это не ради вас. Мне просто нужно чтобы вы не тратили время на глупые задания, а занимались поиском пророчества. Я сильнее сжала бумагу в руке, то ли от досады, то ли просто потому что нервы шалили. Как же сложно понять его мотивы, где правда, а где ложь. Промочив пересохшее горло кофе, я стыдливо отвела взгляд. — Мне доставляет огромнейшее удовольствие заниматься с вами прелюдиями, — продолжил Дино-Мальбонте, поглядывая на порванный блокнот. — Но, к великому сожалению, у меня нет на это времени. Так что, сразу перейдем к делу. Вы и ваши друзья перевели значение этих символов, но путного ничего не получили. Я искренне старалась скрыть удивление, но не получилось. Глаза сами предательски округлились, и, только я хотела задать вопрос, как тут же получила на него ответ. — Не спрашивайте откуда мне это известно, дорогая. Сегодня моя очередь задавать вопросы, — он вновь отпил кофе и вальяжно откинулся на спинку кресла. — Вы не можете понять весь этот сумбур, по той причине, что за тысячу лет многие символы утратили свое первоначальное значение, стали трактоваться по иному. Подобно архаизмам. — А вы, значит, можете все перевести? — насупилась я. Но в ответ Мальбонте лишь кивнул в сторону тикающих часиков, удерживая гипнотический взгляд на моем лице. Каждая клеточка его тела, движения губ кричала о превосходстве над всем сущим. Даже в миссии, с которой мы прибыли сюда — он всегда был на шаг впереди, а то и два. Мы заведомого проиграли эту битву, но нужно идти до конца. Нет пути обратного. — Вам лучше поторопиться, мисс Уокер. Вы уже опаздываете, — он поддался вперед, положил локти на стол, сцепив руки в замок. — Не нужно так на меня смотреть. — Как? — Как на своего ангела, — ровным равнодушным тоном отчеканил тот, выводя из микро-транса. Я послушно встала из-за стола, поджав губы. — Нам стоит ждать очередных сюрпризов? — На самом деле, милая, я до боли предсказуем. Просто вы еще не вычислили мой алгоритм. Идите. Дино-Мальбонте был подобно переменчивому ветру: то нежный и мягкий, ласкающий кожу, тихо играя прядями волос, то грубый и неистовый, способный снести все на своем пути, поднимая воды океана или срывая исполинские деревья с корнями. Как когда-то был мой Дино… Мой падший ангел…

***

Ветер зловеще свистел в ушах весь полет. Сомнений не оставалось: нужно быть готовым к любому исходу событий, ибо одному Шепфе известно, что задумал этот полукровка. Но, думаю, даже он не в курсе. Никого из нас не устраивала эта игра в слепую: в очередной раз летим на разведку, тратим время, нервы начинают сдавать от безысходности. Стоило нашей четверке пикировать вниз, минуя плотные тучевые облака, как горизонт прояснился и скалистая природа встретила своими холодными объятьями. Там небо было достаточно ясным, так что в воздухе изредка порхали мелкие колючие льдинки. Проделанные пещеры оставались нетронутыми. Разве что порог слегка замело тонкой прослойкой снега. Ади уже хотел весело просунуть голову в тоннель, как нечто, подобно метеориту ударило по скале. У самого края обрыва возник Мальбонте, окруженный тонким саваном снежинок, что подняли с земли его могучие бело-красные крылья. Белесые пряди колыхались у точеных скул, пока он обводил нас суровым взглядом, будто убеждался, что все прибыли на место. — Опоздали, — сказал Мальбонте, делая пару решительных шагов навстречу. — Задержались, — огрызнулся Люцифер, внимательно наблюдая за братом и инстинктивно прикрывая меня спиной. Меня, как и моих друзей охватил страх, страх перед неизвестностью. То с какой уверенностью Мальбонте вел себя все это время. Он знает о пророчестве гораздо больше, но тем не менее, ему что-то требуется от нашего квартета. Мими подошла ближе, едва коснувшись моей руки и снизила голос до дрожащего шепота: — Мне это не нравится, Вики. От былого английского джентльмена осталось лишь зловещее спокойствие и непоколебимость. Люций же явно был удивлен его появлению лишь потому, что ожидал увидеть его здесь, когда пророчество будет открыто. Но никак не сейчас, когда у нас на руках была лишь жалкая горсть сломанных пазлов. — Девушки, — старший сын Сатаны проигнорировал слова демона, переведя взгляд на нас, радужки которых уже приняли свой истинный цвет рубина и чистейшего аквамарина. — Прошу вас первыми пройти внутрь. Кадык Люцифера ходил ходуном, пока парень изучал уровень опасности, хищно сощурив алый взгляд. Кровь стыла в жилах, перья крыльев вставали дыбом, но ноги отказывались двигаться. — Нам не известно, как открыть пророчество, — я постаралась придать голосу булатности, хоть он и предательски задрожал на последнем слоге. — Мальбонте! — мигом окрикнул женский голос. — Не тронь детей! В небе возникли две крылатые фигуры. И хоть золотистое солнце слепило глаза, мы все равно ощутили эту мощную небесную энергию. Так что зрение было ни к чему, чтобы понять — перед нами Серафимы. — Мама, — сладко пропел Мальбонте и обернулся. — Какой приятный сюрприз. — Вики! — окликнула один из Серафимов, в которой я тут же узнала Ребекку. — Улетайте! — Мы останемся здесь, — наконец процедил Люций, пригвоздив взглядом порывавшегося в небо Ади. Что еще задумал этот черт?! Кажется его захватил азарт узнать правду и поскорее открыть тайну, что таилась за тем символом. Мой растерянный взгляд метался от одного к другому, но я не смела идти в самоволку, продолжая быть участником данного представления. Хоть ладонь инстинктивно и сжала рукоять сая. — Вот уж не думал, что ты соизволишь спуститься к нам с Небес, — злорадство Мальбонте вылилось в бархатистый еле уловимый смех, после чего он перевел взгляд на Ребекку. — А вы, должно быть, моя будущая теща? Но вы, учитывая тот факт, что я следующий Отец всея сущего, — мужчина помедлил, наслаждаясь каждым мгновением данного события, обводя всех бессмертных взглядом. — Можете звать меня папочкой. — Ты! Зятек, да я… — злобно процедила моя мама, исказив ангельские черты. — Ну что же вы, — театрально нахмурившись, перебил Антихрист. — Не гоже нарушать протокол и ругаться. Статус Серафима, как-никак. Хотя теперь ясно, в кого у милой Вики такой острый язычок. — Чего вы ждете?! Уходите! — отчаянно крикнула прекрасная Микаэла и направила сгусток энергии в сына. Но полукровка с легкостью поймал невидимую материю, словно ему кинули теннисный мячик и пригрозил другим пальцем руки своей матери. — Никто никуда не уходит, — все так же спокойно продолжил он. — Пока я не разрешу. И он не шутил. Ноги будто залили цементом. То ли от страха, то ли потому что он так пожелал. Люцифер же внимательно наблюдал за происходящим и не собирался бежать с поля боя. В какой-то момент, даже показалось, что он догадался о плане полукровки и он его устраивал. Мими же что-то выла мне на ухо, пока я, как завороженная смотрела на Серафимов и моего падшего ангела. Серафим Микаэла, совместно с моей мамой вновь атаковали, в надежде отвлечь Мальбонте и перевести все внимание на себя, что было лишь легким дуновением для старшего сына Сатаны. И страх взял вверх над моим разумом при виде подобной мощи. — Не испытывай мое ангельское терпение, матушка! — злобно процедил Мальбонте, обернув энергию против них самих. Женщины пали на ледяную землю, зарывшись ладонями в воздушный слой снега. — Люцифер, сделай хоть что-нибудь! — проскулила я, пытаясь понять, что у того на уме. — Рано, — кинул демон через плечо, призывая к терпению. И пока я скривилась в полном недоумении, до моих же ушей долетала отборная ругань Ади и возмущения Мими. На небе в миг сгустились тучи, закручиваясь в зловещую воронку. Люцифер был прав в ту ночь, когда сказал, что я стала забывать, кто такой Мальбонте. — Признаться честно, ваше появление не входило в мои планы, — уже спокойным тоном продолжил Мальбонте, полностью контролируя даже эту форс-мажорную ситуацию. — Но это легко исправить. Дино-Мальбонте развернулся на пятках, раскинул руки по сторонам, очерчивая каждый мускул, и раскрыл огромные крылья. В то же мгновение, в воздух поднялись мелкие льдины со снежинками с каждого склона Альп, сгруппировываясь в нечто. Мелкодисперсные частички сияли, подобно крохотным клинкам, завораживая своей могущественной красотой и в тоже время смертельной опасностью. Дикий шум пронзил плотное пространство и в небе, из того материала, что собрал полукровка, возникло два огромных крыла: одно ангела, с легкими очертаниями ледяных перьев, другое — демона, с острыми наконечниками и перепонками, как у летучей мыши. — В пещеру! Живо! — рявкнул Люцифер, почувствовав, что ноги вновь слушаются. Ади и Мими тут же юркнули внутрь, я же осталась, отказываясь бросать маму и Люцифера наедине с Мальбонте. Сильный ветер трепал волосы, мокрый снег колол нежную кожу щеки, так что пришлось подставить руки. Громадные ледяные крылья совершили широкий взмах, обдавая могущественной волной горную местность. И тут я поняла: он вызывает лавину, но так, чтобы она была в определенном месте. Нет смысла заваливать всех нас. Сердце отбивало чечетку, желудок свело в тугой узел, пока Люцифер злобно сверкал адским огнем в мою сторону за неповиновение, средь этой серой пелены. Искусственная пурга задела нас лишь легкими краями, в то время, как воздух надламывался на частицы, сотрясая землю. Небо вновь прояснилась, ведь «крылья» рассеялись в другом направлении. Я прежде никогда не видела Мальбонте в действие, а ведь это — лишь малая доля его способностей. Это же лыжный курорт! Он собирается засыпать лавиной тысячу туристов! — Дамы, — ухмыльнулся Мальбонте, обращаясь к недоумевающим Серафимам. — Если поспешите, то спасете ни одну тысячу невинных жизней. Их время еще не пришло. Шепфа будет недоволен. Ни проронив ни слова, до скрежета сжав челюсти, прекрасная Микаэла взмыла в небо вслед за искусственной стихией. — Люцифер! — скомандовала Ребекка. — Помоги Серафиму Микаэле. — Нет! — властно процедил Мальбонте. — Люцифер останется здесь. Таков мой замысел. — Он меня не тронет, мама, — взмолилась я. — Спаси людей. — Послушай свою дочь, Ребекка. Понимая, что счет идет ни на часы, а на минуты, мама отправилась за своей коллегой, остановить природный катаклизм. — В пещеру, — отдал приказ Дино-Мальбонте. — Живо. Люцифер молча сомкнул пальцы на моем плече и потащил внутрь, словно тряпичную куклу. Пока меня разрывало от негодования и возмущения. Почему он помогает и слушается своего брата?! — Вы что заодно?! — с обидной в голосе воскликнула я, бросая в Люцифера разочарованные искры. — Нет, милая Вики, — выдохнул старший сын Сатаны, следуя за нами по темному тоннелю. — Просто Люцифер понял, что именно я от вас хочу. Да и кстати, — бархатный голос мужчины отразился от сырых стен, нежно убаюкивая возбужденное сознание. — Неужели ты думаешь, что Серафимы прибыли спасти вас? Сперва я взглянула на сосредоточенное лицо Люцифера, что решительно шагал вперед, потом украдкой посмотрела через плечо на Мальбонте. В голове рассеяно плавали мысли, стараясь сосредоточиться хоть на чем-то. — Они прилетели узнать тайну пророчества. Я достаточно хорошо знаю свою мать, Вики. А ты знаешь свою? Я сглотнула сухой ком в горле, стараясь отрицать его слова, согласно которым, Серафимам было наплевать на наши жизни. Ади и Мими притаились в одной из ледяных комнат, прилепившись к холодным стенам. Сперва, мне была не ясна причина их страха, пока не разглядела уродливых Адских псов. — Вики! — в один голос воскликнули друзья, вот только Ади еще добавил пару сочных фраз. При виде хозяина они завиляли хвостиками, но поста не покидали, готовые в любой момент напасть. Что-то изменилось в этом ледяном зале с нашего последнего визита. Появился пьедестал с каменной чашей и дополнительные узоры на стене. — Ты знаешь, как открыть пророчество, — почти шепотом пролепетала я. Вот что делали его люди. Они готовили все для совершения обряда. Люцифер это понял сразу и заключил негласную сделку, ибо цель у нас была одна. Я освободила свою руку от хватки Люцифера и подбежала к Мими. — Верно, мисс Уокер, — кивнул он, отзывая своих питомцев от перепуганных демонов. — Но мне требовался еще один ингредиент, — он интимно коснулся моего бедра, но только для того, чтобы вытащить сай. — Вы позволите? Наши взгляды встретились, после чего я увидела, как Люцифер злобно метал рубиновыми искрами в сторону полукровки. Ему явно не понравилось, что тот позволяет себе подобные вольности. Но Мальбонте лишь ухмыльнулся в ответ, зная, что брат не пустит кулаки, дабы не терять время. — А без этого никак? — буркнул Люций. Мальбонте подошел к заготовленной чаше, жестом приглашая демона встать напротив. Мы же обернулись в зрителей, изредка косясь на спокойных церберов. Друзья уже поняли, что к чему, и решили не мешать данному процессу, а лишь затаились сильнее, погружая переливающуюся от солнечного света комнату, в мертвую тишину. Полукровка резко полоснул ладонь и передал кинжал Люциферу. Брюнет продолжал кривить губы, но все же принял сай из рук брата. Послышались чьи-то торопливые шаги. Церберы навострили уши медленно потягиваясь ко входу, клацая острыми когтями по ледяному полу. — Сделай это Люцифер и покончим с этим. Как и ожидалось, это были Серафимы. Вот только завидев всю картину, женщины замерли, терпеливо наблюдая за обрядом. Мы все обменялись многозначительными взглядами. Мама молча кивнула в ответ. Младший сын Сатаны медлил. Мимолетные сомнения одолели его. И, подметив его колебания, полукровка нетерпеливо процедил: — Люцифер, я не наш отец. Я не повторяю дважды. — Отец?! — воскликнула Мими. Мой демон так же пустил кровь и протянул раненую руку ненавистному брату. Как только они пожали руки и первые капли смешанной крови упали в чашу, как послышался глухой треск каменных стен. Тот загадочный символ на стене принялся наполняться алой жидкостью, противореча всем законам физики. Присутствующие затаили дыхание, наблюдая как каждая впадинка окрашивается в красный. И как только узор впитал достаточно братской крови, жидкость мигом перенеслась в пространство, группируясь мелкими капельками, что сложились в иероглифы. Гетерохромные глаза Мальбонте с фанатичностью ученого внимали содержимое каждого знака и с каждой секундой, его улыбка становилась все шире. Но Серафимы его радости не разделяли, бросая растерянные взгляды. — Что это значит? — задала вопрос я, обращаясь к Мальбонте. — Не можешь прочесть, братец? — ухмыльнулся тот и слегка дернул ладонью. — Я переведу на енохианский для тебя. Оно не от меня. Оно для меня. Символы поменялись и, стоило Люциферу понять значение, как его прекрасное лицо наполнилось растерянностью так же, как и у Высших ангелов. Полукровка же продолжил тихо смеяться и лениво поплелся к выходу. Серафимы расступились перед ним, даже не пытаясь помешать. — Какого это узнать, что ты все это время ошибалась, мама? Что обрекла своего сына на тысячелетнее заточение за зря? — Но Серафим Микаэла не ответила и лишь стыдливо уставилась в стену. Ее сын не стал ковырять рану дальше и просто ушел с высоко поднятой головой, бросив на прощание: — Всем спасибо. Можете быть свободны.

***

Водоворот выплюнул нас в одной из аудиторий школы, где мы терпеливо дожидались Геральда и Фенцио. Я сверлила испытующим взглядом Люцифера, который задумчиво молчал всю обратную дорогу. Вся эта миссия с самого начала была от и до продумана могущественным полукровкой. Он знал о пророчестве, но не знал, где оно спрятано. Как его открыть и кто нужен… мы просто пешки, стая глупых рыбок, что поймали в сети и подали на шведский стол. Мальбонте продумал все от и до и даже появление Серафимов не помешала закончить начатое. — Ну? Так и будешь молчать? Что там сказано? — накинулась я. — Ничего такого, что может помочь нам с поисками меча, — буркнул в ответ он. — Ну уж нет! — воскликнула Мими. — Мне тоже интересно, колись! — Вот именно, — поддержал рыжеволосый Ади. — Я что просто так чуть в штаны не наложил? Демон обвел нашу компанию равнодушным взглядом, по-обыкновению закатил глаза и встал в позу. Двери распахнулись в глухим скрипом и на пороге показался преподаватель. Он так спешил к нам, что подол белой мантии гулко хлопал по лодыжкам мужчины. — Что гласит пророчество? — тут же задал вопрос Фенцио. — И вам день добрый, — пискнула Мими. Ангел Фенцио проигнорировал демоницу, молчаливо требуя ответа на свой вопрос. Я сложила руки на груди и присела на край парты, уже сгорая от нетерпения и любопытства. — Про меч там ни слово, — продолжил увиливать от ответа Люций. — О чем говорится в пророчестве? — пальцы преподавателя сильнее сжали золотистый жезл. Люций исподлобья покосился на мое недовольное лицо, ощущая на себе все возмущение и негодование толпы. — Цитирую: «Да откроет избранный врата в Эдем и возымеет он могущество. Да сойдутся двое по крови, дабы изничтожить высшее зло», — вяло промолвил наконец демон, словно читал самую скучную лекцию на свете. Я нахмурилась до легкой боли в мышцах. «Двое по крови» — это Люцифер и Мальбонте? Поэтому пророчество открылось только от их крови? Но высшее зло… Поток моих мыслей прервал шум в коридоре. Отряд Шепфы ворвались в аудиторию во главе с непоколебимым Эрелимом. — Люцифер, сын Сатаны! — отчеканил тот. — Вас обвиняют в сговоре с полукровкой и мы заключаем вас под стражу до конца выяснения всех обстоятельств. Пара воинов поспешили заломить ему руки, но, как и ожидалось, бойкий демон тут же отдернулся, метая алые искры. — Какого черта?! — чертыхнулся Люцифер. Я вскочила с места, в надежде оценить степень серьезности этого поворота событий. Для Фенцио это было таким же сюрпризом как и для остальных. Кажется, от напряжении даже частички пыли замерли в воздухе, как и перьевые ручки. — Эрелим?! — пролепетала Мими, выйдя вперед. — Извини, малая, — твердо ответил воин. — У меня приказ. — Абаддон, — тихо прошептал Люцифер, но это имя не ускользнуло от моего внимания.