Сборник драбблов и рассказов по BNHA

      Часы показывали далеко за полночь, ноутбук едва заметно гудел, и лишь клацание клавиш разбавляло эту тишину. Анализ шел полным ходом, было напечатано уже по меньшей мере восемь страниц, сделаны вырезки из видео и интервью, которые гиперссылками высвечивались в документе. И это был еще не конец. Информация, которую Изуку удалось достать через Геройскую Сеть, была обработана только наполовину, и то это были официальные дела, зарегистрированные в реестре. Неофициальные же хранились на отдельной флешке, ждущей своего часа. Старатель не стал спрашивать, зачем это было ему нужно, но вполне спокойно предоставил доступ к внутреннему серверу.       Мидория знал, что нынешний Герой номер Один прекрасно понимает сложившуюся ситуацию, к тому же Шото признался, что рассказал ему в общих чертах о случившемся. Вопросов не было, лишь кивок и легкое сжатие плеча напоследок. Поддерживающее и придающее сил. Скорее всего Айзава-сенсей что-то Старателю дополнительно сообщил насчет искомых данных и выбранного вектора решения проблемы - иначе такую реакцию не объяснить. Несведущий человек, к тому же про-герой, точно просто так бы не разрешил воспользоваться своими связями. Что-то было еще в этом, какая-то определенная цель. Но Мидория пока не мог ее увидеть, полностью сконцентрировавшись на основной проблеме.       Помимо этого сами обязанности как стажеров тоже сегодня были отработаны на уровне. Патрулирование прошло весьма стандартно - одно предотвращение дорожно-транспортного происшествия, взятие мелкого воришки, облава на две банды, делящих зону влияния. Все было решено быстро, без жертв, урона или каких-либо травм. Даже Каччан сегодня был тише, но не менее активным, чем обычно. Жжение, пытавшаяся его поддеть, лишь пожала плечами на какую-то колкую фразу и похвалила за сдержанность - каким бы темпераментным он ни был, а подобное (приличное) поведение гораздо больше подходило будущему герою. Она всегда говорила все прямо, потому и отметила такой его рост как личности. Скрытое под раздражение смущение Бакуго того стоило.       Изуку не сдержал легкую улыбку, вспоминая сегодняшний день, и откинулся на спинку стула, сцепляя руки на затылке в замок и разминая шею. Друзья, кто был в курсе его ситуации, хотели помочь с разбором документов, но он лишь принял к сведению предложения, чем явно оставил их в недовольстве. Тодороки долго смотрел на него, словно кот - нельзя было определить в точности его мысли, а затем просто хлопнул его по плечу. «Ты всегда можешь на меня рассчитывать», - вот что говорил этот жест. А Каччан... лишь проворчал что-то насчет полудохлого задрота с намеком на убойное количество выпитого кофе за день и нарушенного режима. Ни для кого не было секретом, что он был ярым приверженцем здорового питания и образа жизни, поэтому прозвучавшее в общей комнате не было чем-то экстраординарным. Правда, это привлекло внимание Ииды, который тут же начал выяснять причины такого несоблюдения правил и читать лекции, а Урарака выспрашивать его о самочувствии. К этому хотели присоединиться и другие одноклассники: Яоёрозу предложила тонизирующий чай, Аояма - какой-то редкий сыр (подозрительно пахнущий и выглядящий), а Каминари с Минетой - сомнительного содержания мангу для отвлечения. Но Мидория лишь застенчиво почесал предплечье и признался, что делает одно исследование по героям. А так как все хорошо знали его пристрастие к про-геройской деятельности и причудам, то быстро успокоились и больше вопросов не задавали. Но лекций от старост избежать не удалось.       Это было отличным решением. Ни капли лжи, но и не вся правда. Соврать бы ему не удалось в любом случае, а вот пожонглировать фактами - это всегда можно. По крайней мере вина будет чуть меньше, чем если бы он бессовестно лгал своим друзьям.       И так проведя пару часов в общей комнате с одноклассниками общаясь ни о чем и обо всем, ненароком выспрашивая про их достижения на стажировке и новых навыках, Изуку всем пожелал спокойной ночи и ушел к себе. Главное - не подавать вида, что что-то происходит. И так уже достаточно много людей было вовлечено в его ситуацию. Хотя, был еще один человек, с которым хотелось бы поговорить, просто рассказать о своих планах и делах, но... Всемогущий так сегодня и не появился в Академии, а его телефон был вне зоны действия.       Что-то еще происходило параллельно, связанное с Лигой. Иначе такое отсутствие наставника было не объяснить. Рука порывалась набрать номер Гран Торино, но тут же останавливалась. Он тем более ничего не скажет ему, если это нечто опасное, с чем «они и сами справятся, без всяких желторотых птенцов». И это... раздражало.       Парень потер переносицу, честно обещая себе подумать и об этом, только немного попозже. Каким бы многозадачным он сам себе не казался, но разорваться и работать над тремя загадками - не мог. Первая - ждет его в ноутбуке и на флешках. Вторая вытекает из первой, но упирается в специфику про-героев. Там явно были какие-то негласные ограничения, о которых им пока точно не рассказывали как и в случае с происшествием в Хосу - узнали уже на месте и постфактум от шефа Тсурагамае. А вот с третьей... проблематичнее всего. Если Всемогущий не захочет, никто так и не узнает, пока не станет уже бесполезно скрывать. Или слишком поздно. Поэтому, скорее всего, придется зайти в те дебри интернета, в которые он уже как год себе не позволял зайти.       Часы тихо отметили два часа ночи, привлекая к себе внимание. Впереди ждали еще гигабайты информации по герою, назойливой мухой летающие вокруг его мыслей. Слишком много идей, решений, стратегий, выводов. Голова гудела от обилия всех диаграмм, статистик и схем, что в затылке даже отдавалось глухой болью.       Изуку вздрогнул и открыл глаза, невидящим взглядом смотря в темный потолок. Посетившие его заключения на основе уже обработанных данных заставили ужаснуться от самого себя.       Этот человек был... бесполезным. Пустышкой. Лишним в системе про-героев.       Большая часть его дел была чистейшей показухой. Уровень владения причуды был не выше, чем у обычного ученика с общеобразовательного факультета, но почему же его допустили к про-геройской деятельности? Неужели здесь была завязана связь его семьи с кем-то из вышестоящих? Почему он вел себя так?! Он использовал чужие жизни для пиара самого себя и семейной компании, делал имя, совершенно несерьёзно относясь к своей работе.       У него ведь была... грандиозная причуда! Столько вариаций, столько простора! И он так бестолково ею распоряжался. Более того - не раскрывал ее потенциал.       Интервью и теле-шоу пестрели его хвастовством, саморекламой и... откровенной ложью. Заявления никак не соответствовали реальности, и здесь даже нет речи об обычном приукрашивании. Нет. Это и рядом не стояло с понятием Герой.       И теперь это уже было дело принципа.

***

      Мидория нахмурился и почувствовал, как все его тело затекло в непривычном положении и начало покалывать при малейшем движении. Долго думать не пришлось, чтобы понять - он заснул, сидя за столом. Ночные исследования никогда не доводили до добра, особенно если они при этом еще и оформлялись в печатный текст.       Глаза резко открылись, по лицу проскользнула паника, а голова тут же поднялась с клавиатуры. Монитор ноутбука спокойно светился холодным светом, показывая два открытых окна: приостановленное видео и основной документ. Последнее сохранение было в 04:28. Пальцы осторожно дотронулись до тачпада, и страницы тут же стали медленно прокручиваться к той, на которой, он помнил, остановился.       Это было... невероятно. Изуку не помнил те два с половиной часа, но судя по количеству написанного текста - работу проделал колоссальную. Более того - полностью обработал всю информацию с флешки с официальными делами. И то, как он структурировал весь этот анализ, сразу бросалось в глаза. Он так никогда не разбивал на блоки свои выводы и сводки, но это было даже удобнее, чем обычно. Пролистав еще раз весь документ, пришлось убедиться, что и остальные данные были переписаны и подведены под новую стилистику.       Но почему это произ...?!       Додумать мысль ему не дал тихий писк настольных часов, которые настойчиво показывали восемь часов утра. Воскресное время, когда он должен был встать и приступить к тренировке со Всемогущим. Но от него до сих пор не было и сообщения. А значит, придется упражняться с Одним за Всех в гордом одиночестве. Не то, что бы это его сильно расстраивало, все-таки привыкший к самостоятельной работе, но контакта со своим наставником чрезвычайно не хватало.       Мидория проверил написанный документ, сохранил его еще раз на всякий случай и выключил ноутбук. Три с половиной часа сна за двое суток было для него, конечно, маловато. Но вроде как пока не особо критично, только голова немного гудела, но с этим легко справиться. Просто ляжет сегодня пораньше, чем обычно. Сто двадцать минут дополнительного сна, по идее, должны будут хоть немного нивелировать недостаток отдыха.       Поднявшись и размяв затекшие конечности, он схватил сменный комплект белья и вошел в душ. Яркий свет заставил зажмуриться на мгновение, а затем Изуку увидел свое растрепанное отражение в зеркале. Спутанные волосы, бледная кожа и уже начавшие проявляться синяки под глазами. Определенно, два дополнительных часа сна ему просто необходимы. И как минимум ледяной душ и чашка крепкого чёрного кофе.

***

      Тренировка прошла в обычном режиме: разогрев, базовые боевые приемы и раскачка причуды. Один за Всех был неоднозначной способностью, хранившей в себе гораздо больше секретов, чем мог подумать даже Всемогущий как предыдущий ее владелец. И это было действительно удивительно, что ядро причуды начало раскрываться на нем, Изуку, беспричудном мальчишке, который по началу даже без травм не мог ее применить. Зато сейчас даже почти не замечал, как использует силы, которые подарили ему Предшественники. Черный кнут спокойно и ровно появлялся в его руках, растягивался, сжимался, становился толстым, как канат, или тонким, словно шелковая нить. Стоит только представить и почувствовать, и тогда он сам уже отзывался на мысли и намерения. А сколько возможностей это открывало! Это была почти полноценная замена телекинезу - едва заметные нити Черного кнута были невероятно цепки и прочны, что вполне себе выдерживали массу в полтора центнера. А если связать несколько таких ниток, то прочность увеличивалась в геометрической прогрессии вместе с дальностью действия. По крайней мере связанный канат толщиной в три сантиметра достигал здание общежития второго года факультета Поддержки. Правда, пришлось резко прекращать этот эксперимент, иначе любопытные изобретатели, чуть его не засекшие, вполне могли пустить его в расход. И если бы к ним присоединилась еще и Хацуме...       Вздрогнув от воспоминаний совместного проекта Мэй и Мелиссы Шилд, где он выступал в роли подопытной мышки, мотнул головой, расслабляясь. Ему предстояло осилить Полет Наны Шимуры, но пока это было за гранью чего-то невозможного. Изуку по-разному пытался спроецировать работу этой причуды, разбирал ее на части, чтобы понять принцип работы. Но раз результата не было, значит все его концепции были ошибочны. Каччан несколько раз хотел подсобить, сбросив его с высоты двухэтажного здания или запустив над поляной в глубине леса. Но все это, конечно, заканчивалось не тем, чем планировалось. А спросить - было не у кого.       Он пытался через Следы выйти на наставницу Всемогущего, но каждый раз попадал в Черное Ничто, где не было ничего и никого. Даже Первого обладателя, чей голос можно было слышать время от времени. Да и другой, Пятый обладатель тоже больше с ним не встречался в подсознании. Словно они нарочно прятались от него. Или, скорее всего, от его вопросов. Тут с этим Мидория мог с печалью согласиться - если дело касалось причуд и их функционала, то у него словно тормоза срывало, и остановить словесный поток было сложно. Иногда это рвение его и самого пугало, но оно было частью его с самого детства, и он научился игнорировать гримасы некоторого ужаса окружающих на его бормотание и дотошность.       У него было просто очень много мыслей. Слишком много идей, планов, решений - и если это все не оформить в текст или не высказать вслух, то это обычно копилось, пока не начинало сводить с ума, что все равно приводило к исписанным блокнотам с мелким почерком на полях и зарисовками. И да, скорее всего со стороны это смотрелось максимально жутко. Но все же это было частью его. Он не мог себя изменить, лишь немного приструнить, распределить свое аномальное рвение разбирать причуды по всем остальным сферам. Иногда это даже получалось.       - Часть меня... - прошептал Изуку свои мысли и замер, понимая наконец то, что было всегда на виду. Он снова делал все ту же ошибку, что и при первом «уроке» от Гран Торино. Снова пытался дистанцироваться от причуды, используя как вещь и отрицая саму ее суть.       Несколько раз глубоко вздохнув, медленно выдохнул, расслабляясь и позволяя заструиться в крови Одному за Всех, Полным Охватом обнимая кожу. Легкое покалывание от кончиков пальцев до макушки пробежалось по нему, будоража и заставляя улыбаться в предвкушении. Чувство некоторой невесомости накрыло его, и парень мог с уверенностью отметить, что перестал ощущать землю под ногами.       Немое ликование захватило его, и в нетерпении он открыл глаза, чтобы в следующий момент смачно приземлиться лицом во влажную траву. Восторженный смех вырвался из его груди. Это было невероятно! Он летал! Парил над землей, чуть меньше метра, но все же!       Перекатившись на спину, Изуку довольно улыбнулся, сохраняя в памяти это чувство, когда над ним не были властны законы гравитации. Чем-то это напоминало действие причуды Урараки, но там полностью ощущал себя невесомым, а здесь - словно сама Земля старалась оттолкнуть его. Словно будучи на глубине, вода сама выталкивала на поверхность, или как находился на магнитной подушке с соответствующей обувью.       Ветер трепал его волосы, ласково и зазывающе, что вновь захотелось активировать Полет, но тело будто свинцом налили - оно даже отказывалось шевельнуться.       - Значит, - задумчиво проговорил Мидория, наблюдая, как в утреннем небе плыли облака, - двадцати пяти процентов для нее не достаточно. Надо найти способ минимизировать затраты, как это было с Черным кнутом.       Рука поднялась вверх, и по ней легкими чёрными нитями заструилась причуда Пятого наследника, завораживающее ловя солнечные лучи на своей обсидиановой поверхности, переливаясь с зелёными искорками. За это Изуку и любил все причуды - они были великолепны, а сколько разного рода комбинаций или применений можно рассчитать! Ими можно было даже просто любоваться, даже каким-нибудь простейшим действием.       Звук сообщения разорвал мирную атмосферу, заставив вернуться в реальность. Перекатившись до своего рюкзака, Мидория достал свой телефон и проверил оповещение. Лечащий врач - Хидеки Накамура - интересовался, стоит ли его сегодня ждать.       «Добрый день, Накамура-сан! Да, я сегодня планировал прибыть в часы посещения» - тут же написал он, понимая, что есть какие-то новости насчет маминого состояния.       «Тогда все расскажу при встрече, Мидория-кун. Опережая ваш вопрос - состояние удовлетворительное, тенденция к улучшению есть.»       Пальцы чуть дрожали над экранной клавиатурой, не решаясь задать уточняющие вопросы - все было понятно и без них. Мама медленно, но идет на поправку! Словно камень упал с сердца, позволяя плечам свободно расслабиться. Это же потрясающая весть!       «Большое спасибо, Накамура-сан! Я приеду к трем часам дня.»       Он все успеет: и проверить домашнее задание на неделю, и заглянуть в прачечную, и встретиться с Эри, попутно выписав у Айзавы-сенсея пропуск. Сейчас было всего десять утра, некоторые из одноклассников наверняка только недавно встали, воскресенье - почти для всех был особо ленивым днем, если кто-то куда-то не собирался идти.       Изуку подхватился, сделал несколько выпрыгиваний, разминаясь, и уже решил отправиться в общежитие, как остановился на мгновение и задумчиво покрутил в руках телефон. Он так и не позвонил отцу, хотя обещал себе это сделать еще вчера. Для него этот человек... был слишком далеким и чужим. Может быть когда-то в глубоком детстве у них и были обычные отношения «родитель-ребенок», но не осталось даже малейшего воспоминания. Мама иногда рассказывала о каких-то забавных ситуациях, растроганно его обнимая и тихо всхлипывая от смеха, но у него это не вызывало никакого отклика кроме натянутой и лжепонимающей улыбки.       Словно пустота, которая заполняла первые четыре года его жизни. Если верить маминым словам, то отец уехал незадолго до того рокового похода к доктору Тсубаса. И когда узнал, что его сын оказался беспричудным, ничего не сказал по этому поводу. Лишь призвал подождать еще немного, ведь и у него довольно поздно обнаружилась сверхспособность. Но для мальчика это было пустыми словами - скорее всего и не запомнил их на фоне тех разбившихся мечт. Вся жизнь тогда в основном и поделилась на «до» и «после». Были какие-то телефонные разговоры, но тоже все как в тумане. Для него такого человека, как Хисаши Мидория, физически не существовало.       Он понимал, что нельзя так отзываться о нем, разделять и оставлять позади. В конце концов без него не было бы и его. Без него мама не жила бы, не зная забот больше, чем воспитать сына и что же новенькое приготовить на ужин. И они же общались время от времени, в самые удобные для нее часы. Но все, что Изуку знал - что отец всегда слишком занят, занимается какой-то общественной деятельностью и имеет какой-то бизнес в сфере информационных технологий. И ему просто необходимо быть на работе вечно 24/7 и все дни в году. На протяжении уже более десяти лет.       - Это глупо, - вздохнул он, взъерошивая в неловкости свои волосы и понимая, что в нем говорит обычная детская обида и некоторая ревность. Все было ясно как ярким летним днем - ведь и сам будущий про-герой Деку уже сейчас отдает всего себя учебе, стажировке и тренировкам. А что будет, когда обучение в Академии подойдет к концу через два года? Горы бумажной работы, отчеты, патрулирование, расследования. Многоножек и Баблгерл, как было известно, до сих пор пытались разобраться со всеми оставшимися делам от Сэра, а сверху еще накапливались и новые. Тогата-семпай иногда им помогал, но и сам быстро сдувался от такого количества писанины. Единственное, что его спасало от ночевки в офисе, что он еще не был про-героем, а только третьекурсником, и обязан вернуться в общежитие до комендантского часа.       Мидория прекрасно это все осознавал, и держать свои детские замашки из чистой гордости ... было бы неправильно. В конце концов они все же семья, пусть и на расстоянии.       Телефон замер в руках, ожидая, когда же им воспользуются по назначению. Но точного решения не было принято - позвонить или написать? Сколько сейчас там времени? И где сейчас отец был: в Нью-Йорке, Сан-Франциско или вообще отправился в очередную командировку, как это было летом за неделю до его дня рождения?       Он не знал. Но, скорее всего, знала мама.       Конечно, рационально было просто написать сообщение, но любопытство и проснувшаяся жажда знаний сделали свое. Это было немного неловко, но только так можно было получить нужные ответы. Согласно выгрузке журнала звонков, они разговаривали где-то дней десять назад. А значит можно попытаться найти запись разговора и прослушать ее.       Второй телефон удобно лег в руке. Некоторая нерешительность тут же овладела Изуку, но решение было уже принято. Ничего противозаконного он делать все равно не собирался. Только узнать, где сейчас отец, и можно ли ему звонить.       Черный экран блокировки моргнул, и на заставке отобразилась сделанная на Новый Год фотография, где только он и мама, сидящие в обнимку и счастливо улыбающиеся. И даже поздравительная надпись, сделанная в фоторедакторе, ничуть не портила это изображение. Да, это был первый раз, когда из-за новых правил в Академии разрешалось студентам провести целый выходной в кругу семьи. А на следующий день все уже отправились на свои геройские стажировки.       Парень и не заметил, как снова сел на влажную траву и стал рассматривать снимки в галерее, пока не наткнулся на несколько сохраненных из одного мессенджера. На них был сам он, только маленький - совсем еще малыш, может года два-три, вместе со своей мамой или один, или... на коленях у мужчины, который прятал свое лицо за какой-то детской книгой. Светлые пепельно-русые волосы были в явном творческом беспорядке, иначе эту лохматую причёску назвать нельзя было, а сам он был одет в какие-то хлопчатобумажные треники и растянутую футболку. И это немного не вязалось с общим образом отца, который себе представлял Изуку: всегда строгий костюм, опрятная и короткая стрижка и дипломат в руке. А здесь же... теперь он был в точности уверен, кому обязан своими густыми и непослушными кудрями и пристрастием к нелепым, но донельзя удобным вещам.       Неожиданно где-то в глубине груди разлилось тепло, и палец сам листал пересланные фотографии, увеличивал изображение, а взгляд цеплялся и запоминал все возможные кадры, где они были с ... папой. На одном фото он его поднял над собой - Изуку (наверное ему здесь чуть больше года) был в смешном желтом комбинезоне с ушками, явно размахивал руками и случайно закрывал тем самым голову родителя - видны были только светлые локоны. А на другой его купали - это было, скорее всего, в старом доме, потому что эта ванная была в самом, что ни на есть, европейском стиле. Вокруг были детские резиновые игрушки - даже уточки! - кораблики и пластмассовые овощи и фрукты. Кадр был сделан в тот момент, когда папа пытался его вытащить из ванной, но, судя по полотенцу на волосах и мокрой футболке-поло (с забавной надписью: «нужно больше кофе»), терпел грандиозные фиаско.       Смешок сам сорвался с губ, стоило Мидории только представить, каким маленьким, оказывается, бедствием был в таком раннем детстве! И как мама с ним справлялась одна? Уму не постижимо! Однако, не только это бросалось в глаза.       Оказывается его от... папа был довольно высоким и, на тот момент - пятнадцать-двенадцать лет назад, достаточно крепким. Широкие и слегка покатые плечи, сильные большие руки, волевой подбородок и острый нос с небольшой горбинкой.       Изуку почесал переносицу, принимая очевидное. Все перечисленное, помимо роста, унаследовал от него. И это было немного обидно, если вспомнить, каким хлюпиком он был полтора года назад. Спасибо тренировкам Всемогущего! Но вот если бы еще пять-шесть дюймов в рост... - было бы даже легче смириться с такой немного несправедливой генетикой. А так просто обычные параметры среднестатистического японца без каких-либо причудливых мутаций.       Но было еще кое-что. Как бы не было надуманно завидно, но знать, что его папа был таким (что, возможно, по комплекции мог бы потягаться даже с про-героями первой десятки, а с учетом того, что его причуда была Огненным дыханием, то может быть даже и закрепился в топе!), как-то даже радовало и воодушевляло. Вот бы знать, какой силы был выдыхаемый им огонь и его лимиты! Какой температуры он был, насколько направленным могло быть пламя, или какую площадь покрывал!       Восторг от будущего анализа, который однозначно будет, стоит этому человеку вернуться домой (а если сам не приедет, то Изуку намеревался навестить его, и пусть только попробует не встретить), почти что накрыл его с головой, а руки инстинктивно стали записывать в воображаемом блокноте все интересующие вопросы. Столько всего, что нужно было спросить, узнать, понять...       Звук входящего сообщения своего телефона отвлек от обзора галереи. Мидория, увидев, что это от Ииды, отметил фото, которые он впервые видел в своей жизни, в частности со своим отцом, на мамином смартфоне и переслал себе. Будет еще время их рассмотреть повнимательнее, как раз спадет некий детский восторг будто от долгожданной игрушки в подарок на Рождество.       Проверив пришедшие файлы, Изуку убрал мамин телефон и проверил сообщение. Неужели что-то обещал и забыл сделать? Но тут же успокоился, Иида лишь спросил, как долго он еще будет тренироваться, потому что все одноклассники, кто уже проснулся, планировали позавтракать коллективом. Желудок тихо отозвался на одно лишь упоминание о еде. Пальцы сами написали в ответ о пяти минутах.