***
В половину второго Мидория Изуку в сопровождении одного из клонов Эктоплазма покинул территорию Академии и направился на железнодорожную станцию. До больницы, которая была на другом конце города Мусутафу, ехать было ровно сорок пять минут, и будучи пунктуальным ребенком с самого детства, он предпочитал всегда приходить заранее назначенного. Но помимо обычной вежливости и хорошего впечатления, это еще несло запас по времени, если вдруг по пути встретится один из боев героя и злодея, который можно будет наблюдать воочию и записать все подробности. Хотя сейчас это уже иногда казалось чем-то обычным и не особо впечатляющим. И дело было далеко не в том, что большая часть известных героев были уже давно проанализированы, а скорее... в привычке. Это стало, своего рода, таким рутинным, когда сам участвуешь в патрулировании улиц и устраняешь непорядки, оказывая помощь нуждающимся. И иногда Изуку это чувство - ощущение чего-то приевшегося и обыденного - откровенно не нравилось. Стоило бы радоваться, что столько всего происходило в его жизни, что-то определённое и понятое с уже почти заранее известным результатом. Что мечта стала более достижимой, чем еще год назад, когда он только-только прошел вступительные экзамены в ЮЭй, но... Откуда-то появился червячок сомнения, подгрызающий его моментами. Нет. Он прекрасно знал, что это за «червячок», и откуда он взялся, а главное - когда. И это ему не нравилось еще больше, заставляя его обдумывать все, просчитывать и зацикливаться на причинах. Ведь прошлое никогда не исчезнет. Оно всегда будет преследовать его, куда бы ни пошел и что бы ни делал. Мидория вздохнул, заходя в вагон и садясь на свободное место. Эктоплазм, внимательно наблюдающий за ним, легонько стукнул его по голове и предложил повторить последние параграфы по математике, которые они проходили на этой неделе. Сначала Изуку это немного сбило с толка, но потом он с энтузиазмом достал из рюкзака запасную чистую тетрадку и задал интересующие его вопросы. Это время можно было провести с большей пользой, чем в непонятом самокопании. Ну или ему хотелось так думать. Все время пути было действительно продуктивным, хотя голова уже начинала немного ныть от двойных интегралов и построение фигур на плоскости. Но учитель видимо очень сильно любил свой основной предмет, что без стеснения углублялся в метаматематический анализ, опережая основную программу на два или даже три семестра. Что не облегчало задачу его студентам. И в какой-то момент голосовое сообщение поезда сообщило о следующей станции, Мидория как раз закончил писать разбор функции под одобрительным взглядом Эктоплазма, а затем закрыл тетрадь и осмотрелся. Февральское воскресенье, день. На удивление людей в вагоне было немного, что подкидывало новые любопытные вопросы (не было ли где какого-то мероприятия в данный момент?), но совершенно точно было ясно - для них двоих это было как никогда кстати. Каким бы известным героем не был учитель, но всегда находились те, кто не особо и жаловал его или даже побаивался. А что насчет самого стажёра Деку... то большинство, конечно же, запомнило его по Спортивному Фестивалю, и кто-то обычно при узнавании обязательно спрашивал насчёт его сломанных костей. «Надо выложиться на все 100% на следующем Спортивном Фестивале! Даже без царапинки!» - решал он каждый раз, неловко уходя от ответа насчет его травм. Ему не хотело иметь столь плачевную репутацию. Хотя даже про-герой Ястреб в первую очередь именно на это обратил внимание... Вздох сожаления едва не сорвался с губ, когда кто-то случайно толкнул его при выходе. Быстро извинившись, парень выбежал из вагона, зябко поёжившись на улице от холодного порыва ветра. Поправив лямки рюкзака и застегнув ворот дутого жилета, он нагнал ждущего его клона Эктоплазма и направился в сторону больницы. Несомненно, они прибыли раньше обозначенного времени. Герой проводил его до ресепшена, а затем тактично вышел на улицу, планируя осмотреть окрестности. Изуку лишь благодарно кивнул и направился в сторону зоны ожидания. Доктор Накамура, с которым он сначала должен был встретиться, все еще был на обходе других пациентов. Поэтому свободные двадцать минут стоило потратить с пользой. Порывшись в рюкзаке, стараясь особо не шуметь и не привлекать внимание, Мидория хотел уже записать краткий анализ причуд людей, которых он сейчас мог спокойно наблюдать, как взгляд наткнулся на мамин телефон. Воспоминания об утренней тренировке и неожиданной находке после тут же всплыли в голове, вызывая улыбку и тепло в груди. Да, это было действительно удивительным открытием. Эти фотографии из детства он точно никогда прежде не видел, и они явно были сугубо между родителями. Причем, если он правильно успел заметить, все эти фото присылал именно папа, раз в галерее они были в альбоме сохранённых изображений. И Изуку не знал, как на это реагировать. Что-то начинало клубиться внутри, заставляя желать чего-то большего, но это ещё больше загоняло его в тупик. Но рука уже держала мамин телефон, и, вздохнув, парень его разблокировал. Просмотрев фотографии и еще раз убедившись, что в детстве спуску отцу не давал (или же это так все выглядело в статике), он открыл мессенджер, через который мама с ним и общалась. Мысли, что кое-кто сейчас делает что-то противозаконное и вторгается в частную жизнь взрослого человека, не давали ему покоя. Вдруг, увидит то, что не должен знать? Что-то смущающее или компроментирующее? Он же тогда в глаза маме смотреть не сможет от стыда! Все же родители - взрослые люди, которые любят друг друга, общаются на расстоянии уже столько лет... И, конечно, будет нечто смущающее между ними в переписке! Щеки тут же начали гореть, а мысли старательно пытались обходить возникающие ассоциации и, что уж говорить, закономерные выводы. Пусть будут неладны девчонки из класса, которые обсуждали скорый День Святого Валентина очень и очень громко! Но любопытство, подкреплённое необходимостью знания информации о графике отца (или хотя бы о номере телефона и об электронной почте) пересилило муки совести. И... ничего неожиданного или секретного найдено не было. По крайней мере на первый взгляд. Редкие сообщения с приличным разбросом по датам и времени разбавлялись входящими звонками внутри приложения. Прокрутив немного вверх, Изуку увидел ту самую фотографию с Нового Года. И ответ на нее был весьма интересным - фото, где был изображен рабочий стол, заваленный кипой бумаг, за которой виднелось окно, через раскрытые жалюзи можно было увидеть немного ночного города. Сан-Франциско или Нью-Йорк? Но ответ был дан сразу в сообщении ниже: ___________ •Хисаши [01.01.2xxx: 16:27] «Еще один год в каменных джунглях Большого Яблока. Хочу к вам! Но если не приеду к июлю, то можете смело вызывать спасателей - меня ЭТО точно когда-нибудь погребет под собой.» «Изуку так вырос. Он такой очаровательный! Я слишком много упустил. Мне так жаль.» «Только не говори ему. Это сюрприз. На День Рождения.» «Я уже рассматриваю возможности, чтобы хотя бы работать в Японии. И мы наконец-то снова будем нормальной семьей.» «Инко. Не молчи. Я вижу, что ты читаешь мои сообщения.» «Пожалуйста.» «Обещаю, что большую часть времени буду работать из дома. По крайней мере в Мусутафу находиться буду больше пяти дней в месяц.» «...» «Не менее двух недель точно.»•Я [01.01.2ххх: 16:57] «Для профилактики: неделю спать будешь на диване»
•Хисаши [01.01.2ххх: 17:00] «...» «Справедливо.» «Позвоню позже. Люблю вас.» ____________ Изуку моргнул, заново перечитав этот диалог, особенно задерживаясь на словах о своем дне рождении, работе в Японии... Папа собирался вернуться к ним?! О... это было невероятно! В это было очень сложно поверить. Но эти сообщения так и вселяли в него... надежду?.. Черт возьми! Он вернется домой. После стольких лет! Сердце забилось в груди, руки вспотели от волнения и немного затряслись. Осознание, что вся семья наконец будет вместе. Как когда-то в детстве. Это заставляло метаться мыслям и вновь перечитывать сообщение, чтобы удостовериться - не сон ли это. Но это было реально. По крайней мере так было напечатано и сохранено в приложении. И фотографии были более чем настоящими. И дата... дата приезда папы - его день рождения. Его семнадцатилетие. И это точно было бы самым настоящим сюрпризом. Самым лучшим подарком! Ох... он не мог справиться с разбегающимися мыслями и быстро бьющимся сердцем. Лучше бы Изуку не читал эти сообщения. Но с другой стороны этот постыдный момент предопределял его будущее возможное поведение. Кто знает, может быть на радостях от неожиданности он упал бы в обморок или расчувствовался бы, затопив соседей?... Скорее всего, это было бы на самом деле почти одновременно, только в небольшом промежутке времени. И это было бы потом ужасно смущающее. По крайней мере у него теперь есть время подготовиться к этому и не упасть в метафорическую грязь лицом. Едва справившись со своими эмоциями, юноша выровнял свое дыхание, стараясь успокоить сердце, и едва улыбнулся, перечитывая тот диалог и отмечая, что мама весьма успешно «воспитывает» папу. Надо будет потом ему подсказать, что бывший кабинет-спальня теперь пустует, и кровать в ней намного приятнее, чем диван в гостиной. Да и побольше будет, так что в три погибели ютиться не нужно будет. С его-то ростом. Изуку хмыкнул, оглядываясь вокруг и отмечая, что доктора Накамура все еще не было, и продолжил листать сообщения, особо не вчитываясь, но где-то на заднем плане ища какие-то новые фотографии, чтобы убедиться, что всё это действительно взаправду. Пока не наткнулся на адрес сайта Академии с кратким описанием. Это была статья про Культурный фестиваль. С прикрепленными видео и фото того, что происходило в тот день. И даже не стоило читать слова отца на это, чтобы испытать еще один смущающий эпизод. Потому что там была ссылка на вырезанный момент из одного старого фильма. «Супергеройское приземление» - и этим все сказано. Без лишних слов стало понятно, почему последующие сообщения папы состояли из цитат и смеющихся смайликов. Мама пыталась его упрекнуть в бестактности и просила даже не пытаться показать это их сыну из-за высокого возрастного рейтинга. Очевидно, когда-то она тоже видела это кино и имела представление о сюжете. Впрочем, он тоже видел это не раз. В последний раз они всем классом решили пересмотреть несколько старых франшиз, чтобы найти какие-либо интересные приемы, которые могли бы пригодиться им с их причудами. Все же фантазии людей в допричудную эпоху были очень яркими и красочными, а местами даже полезными для современных реалий. Поэтому это должно было быть интересным и поучительным. Хотя на самом деле это был обычный марафон кинофильмов и сериалов на выходных, когда можно было весело провести время всем вместе. Но все же лучше маме об этом не знать. По крайней мере до того момента, который обещал ей папа - совместное времяпровождение с кино-просвещением и разговоры на «взрослые темы, которые должны быть у каждых отца и сына». Это вводило в задумчивость и заставляло посмеиваться, потому что мама тут же отвечала, что «его взрослые темы точно не касаются правильного завязывания галстука, так как тот всегда в итоге оказывался сожжен в негодовании». По крайней мере Изуку мог завязать эту удавку. Пусть и в причудливый узел, но хотя бы так. Конечно, был соблазн убрать вообще этот элемент из школьной формы, как то делал Бакуго, но такой вольности он не мог себе позволить. Все-таки Каччану это было необходимо, чтобы излишне не потеть, раз его пот был достаточно взрывоопасным. И ведь немногие это понимали, пытаясь призвать его к порядку из-за небрежности в одежде. Хотя ключевое здесь было именно «пытались», не все решались сказать ему что-то против. Улыбнувшись своим мыслям, юноша прокрутил сообщения в чате, отмечая лишь даты переписок. Все же разброс был приличный, пусть довольно часто разбавлялся звонками. К сожалению, прослушать не получалось, специфика шифрования данных не позволяла это сделать, а запрашивать у разработчика не было смысла. Это немного огорчило, но и даже слегка успокоило, что не придется уж совсем внаглую лезть в частную жизнь родителей. Иногда лучше не знать о некоторых вещах. Когда у стойки регистрации появился доктор Накамура, Изуку уже заканчивал сохранять себе номер телефона папы, фоном устанавливая приложение, где они с мамой общались. Позже он обязательно ему позвонит. В случае чего, его переведут на голосовую почту, если же ответят, то... это будет даже лучшим исходом. Пусть и весьма неловким.