Las luces

Намджун красив. Красивы закрытые темно-карые глаза с трепещущими от порывистого дыхания ресницами. Красивы серебристые стриженые волосы, в которые еще несколько часов назад закрывался пальцами Чимин, вдыхая, под покровом сказочной бесконечной ночи, незабываемый аромат персика. Красивы пухлые губы, немного приоткрыты. Красивы несколько почти завялых белых цветков, небрежно валяющиеся на смуглых ярко выраженных ключицах. Сначала омега непонимающе хмурит глаза, но перевев взгляд на прикроватную тумбу сразу же расплывается в улыбке. "Штука", которую Намджун перевернул сегодня ночью — ваза з ромашками. Чимин осторожно, одними кончиками пальцев, стряхивает цветы с грудей альфа. Затем опускает взгляд ниже и обнаруживает, что вся кровать устлана такими же ромашками. Медленно покачав головой в стороны, будто осуждая Намджуна за невнимательность, Чимин вновь оборачивается к все еще сладко спящему альфе. В голове сразу же всплывают фрагменты вчерашнего дня. И зонтики, и велосипеды, пропасть, и даже их с альфой ссора. А можно ли это назвать ссорой? Наверное, нет. Как бы там не было, омега до сих пор чувствует себя виноватым из-за этого случая. Намджун этот инцидент и не вспомнит, в отличии от Чимина, который еще долго будет винить за тот случай. Вдруг Пак отвлекается от своих раздумий, когда слышит приглушенные разговоры, доносящиеся из кухни. Также он замечает, что кроме дурманящего аромата персика, в комнате появляется еще какой-то. Все уже давным давно проснулись, и наверняка сидят за столом, обсуждая свидание Юнги, или еще чего — неожиданный визит Чимина и Намджуна. Омега невольно хмыкает, а улыбка появляется сама собой. Эти трое любят что-то такое, им бы лишь посплетничать. Юнги и Чонгук с рождения такие, а Тэхен уже у них научился. Чимин уже хотел было присоединиться к друзьям на кухне, на сразу вспомнил, что рядом еще мирно спит Намджун. Омега немного пододвигается ближе к нему и подпирается локтем, пытаясь как можно дольше насладиться моментом и понаблюдать за спящим Намджуном. Он невесомо приподносит ладошку к щеке альфы и, воспользовавшись моментом пока тот спит, тянется чтобы поцеловать его, но резко останавливается, встретившись взглядом с необъятными глазами. — Ты не спал, — Чимин издает короткий смешок, когда альфа берет инициативу на себя и сам целует омегу в уголок губ. — Возможно, — отвечает Намджун, после короткого поцелуя и приятно жмурит глаза. — Так не честно, — произносит Пак, когда тянет к альфе руку и переплетает с ним кончики пальцев, удивляясь, какая же большая разница в их ладонях. — А что по твоему мнению честно? — Намджун свободной рукой трет глаза и сладко зевает. — По моему мнению... Честно будет пойти на кухню и что-нибудь поесть. — Ладно, но давай не сейчас? — альфа утыкается Чимину в бархатное плечо и одаривает его поцелуями. Тихий хриплый смех заполняет светлую комнату. Намджун притягивает омегу ближе и одним движением оказывается сверху. Большим пальцем он оглаживает скулу Чимина, а за секунду требовательно впивается в его губы.

🌺 🌺 🌺

— Так вы не потрахались? — удивленно переспрашивает Чонгук, с апетитом поедая уже вторую сосиску, приготовленную Тэхеном. Юнги на это лишь скрещивает руки и закидывает ноги на стол, прямо перед тарелкой брата. — Ты тупой или доходит долго? Я же сказал — нет! — отзывается он после того, как альфа безжалостно скидывает его ноги со стола. — Это ты ему не дал? Или он побоялся на восемь лет сесть? — Чонгук отступать и не собирается. Тема в вчерашним свиданием Юнги, которое очень даже удалось, все не дает покоя. — Ты придурок, Чонгук, — Юнги тоже приступает к еде и дает знать, что тему закрыто. — А мне кажется, вы оба придурки, — объявляет Тэхен, который до этого времени молчал. Он сидит за столом вместе с двумя братьями и явно наслаждается их спором. Фартук, небрежно надетый поверх чонгуковой футболки, и в котором омега готовил завтрак все еще на нем, а на голове буквально гнездо птичье. Такого Тэхена редко когда увидишь. — Солнышко, котик, зайчик мой, чем я такое заслужил? — Чонгук невинно моргает своими большими глазами и по-кролячему надувает губы. — Я же люблю тебя, а ты со мной так. Юнги на такую заявочку фыркает и поднимается со своего места, чтобы налить себе молока. — Брат, твоя актерская игра никчемна, — издает он, когда отпивает немного напитка прямо из пачки. — Ты как со старшими разговариваешь? — все еще театрально отвечает альфа, и пытается наколоть на вилку уже третью сосиску. Тэхен глядит на него из-под лоба. — Вон еще молоко на губах не обсохло, а он уже брату грубит! — и Чонгук тычет пальцем в Юнги, у которого действительно чуток молока осталось на губах. Он вытирает их рукавом и присаживается назад. — Чонгук, она в пленке еще! — после очередной неудачной попытки альфы насадить сосиску на вилку Тэхен не выдерживает и вырывает из рук его тарелку. Под наблюдением непонимающего Чонгука он с помощью вилки снимает из сосиску пленку и возвращает ее назад. — Видишь? Тот бормочет что-то неразборное и едва не утыкается носом в свой завтрак. Юнги, явно поднесенный тем, что брату наконец утерли носа, вдруг спохватывается. — Слышите, а как же Чимин? И его свидание с Намджуном? Они к нему поехали? Я хотел тебя спросить, как только проснулся, но забыл. — Нет, они здесь, — просто объясняет Тэхен, заставляя Юнги оставить челюсть на полу. — Как это? — А вот так. Просто когда взрослые развлекаются, дети уже мирно спят и видят десятый сон, — подмигивает Чонгук, который неожиданно получил шанс отомстить. — Да нет же... Я не мог пропустить момент, когда они приехали, — не успокаивается Юнги, приложивший всех усилий, чтобы не насолить брату в ответ. — Потому что ты приехал позже, чем они, — Тэхен вынимает свой мобильный и принимается проверять сот сети. — Серьезно? — Серьезно. — Так они еще спят? — интересуется Юнги, хоть и понимает, что уже достал своими вопросами. — Или спят, или занимаются тем, чем мог бы вчера и ты, если бы дал Хосоку, — Чонгук пожимает плечима, и мгновенно получает подзатыльник от брата, который перегнулся через целый стол, чтобы достичь своей цели. Вдруг слышится звук битого стекла, и все трое поворачивают голову на землю, где валяется уже разбита тарелка с фруктами. Чонгук коварно улыбается, адресовывая эту лыбу никому другому, как младшему брату. — Убираете двое, — командует Тэхен, поднимается со стула, кладет грязную посуду в мойку и пафосно покидает кухню, собираясь навести на своем лице порядок. Улыбка тут же сползает с лица альфы. Он тяжело вздыхает, вкладывая в этот вздох все свои страдания и смотрит сначала на разбитую тарелку, а затем на Юнги. — Ну и что ты наделал? Юнги аж подпрыгивает. — Я? — Нет, я, — грубо роняет Чонгук и присаживается на корточки. Он осторожно поднимает большие осколки, и складывает около себя. Омега сначала наблюдает за его действиями, а потом сухо дергает уголок губ и присоединиться к брату. Те фрукты, что уцелели, он повторно моет и перекладывает в другую тарелку, а тех, что уже не спасти, просто выкидывает в мусорку. Покончив с этим, Юнги вновь обращает внимание на Чонгука. Он уже собрал осколки побольше и выбросил, а сейчас подметает пол, стараясь не пропустить мелких, которых легко не заметить и наступить. Затем возвращается Тэхен. Умытый, одетый и хорошо выглядящий. Светлые волосы еще не высохли после душа, поэтому мокрыми прядями спадают на лицо. Проверив справились ли братья, он наливает в стакан сок, который притащил с собой, и без лишних разговоров усаживается в кресло, опять уткнувшись в телефон. Он разговаривать не хочет, Юнги и Чонгук — тем более. В кухне нависает тишина, нарушаемая только изредкими звуками тэхеновых видео. Эти трое уже как семья. Тэхен всегда нравился Юнги, и он был первый из омег своего брата, с кем тот действительно подружился. Они легко нашли общий язык, хотя общего у них почти ничего и не было. И именно Юнги первый узнал про отношения своего брата. А было все так: Тэхен — первый модник школы, всеми альфами желанный, а учителями хвастаный. Чонгук на год старше него, обычный спортсмен, имеющий кучу друзей, а тем более омег, стоящих в очереди, чтобы переспать. Но сам альфа ни с кем не встречался, что уж говорить про переспать. С омегами он не то что не общался, этот кудрявый дурачок даже боялся их, в отличии от Тэхена, который каждую неделю нового альфу имел. Встречаться они начали из-за тупой ситуации, когда Чонгук пришел к родителям Тэ, чтобы отремонтировать роутер (этот чертов альфа с мылой улыбкой еще и не такое умеет). Брать деньги он отказывался, поскольку его родители тесно контактировали с этими людьми. Тогда папа Тэхена предложил альфе сходить с их сыном на свидание, как альтернативу. Чонгук и сам не знает как согласился, но пошел в тот же день. И серьезно проебался, когда, из-за своей неопытности в общении с омегами, даже не провел потом Тэхена домой, объяснив это тем, что у него работа дома есть. Через несколько недель встречаться начали. Люди теперь удивляются, что такой омега как Тэхен остановился на Чонгуке. Все ведь знают, что уже к свадьбе идет. И Юнги любит этих двоих. Он любит их любовь, любит когда они смотрят друга на друга, когда за руки держатся или просто дурачатся. Он всегда мечтал о такой любви как у них. Думать о том, что уже совсем скоро жизнь "на троих" закончиться невыносимо больно. Думать о том, что посиделки перед телевизором допоздна, прогулки по торговым центрам, или поедание чипсов в полном составе скоро закончатся — пытка. Юнги понимает, что в скором времени Чонгук с Тэхеном женятся и переедут в собственной дом. А там и детки не за горами. Уже за несколько никчемных месяцев омега будет сидеть сам в своей комнате, кушать любимые чонгуковы чипсы и пересматривать старые видео, где они еще все вместе со слезами на глазах. Чонгука и Тэхена нельзя назвать друзьями, например, как одноклассников, с которыми Юнги общается. Они семья, и отпускать ее совсем не хочется. — Эй, хлыщ, чего задумался? Расстроился, что новые серии Винкс не выходят? Или наконец дошло, что все-таки нужно было дать Хосоку? — устав от гробовой тишины, обращается Чонгук. Выражение его лица опять поменялось, теперь альфа опять улыбающейся и самодовольный. — Думал сколько мне дадут, если я задушу собственного брата, — деликатно кахикнув, отвечает тот. — Ох, смотрите! Бэкхен женился! — с восхищением в глазах, Тэхен отдает Чонгуку свой телефон. Тот всматривается в фото, и тоже приподнимает уголки губ. — Бэкхен это твой одноклассник бывший? Тот, что с Чанелем встречался? — спрашивает Юнги и берет простянутый альфой мобильник. На фото — счастливая пара на своей свадьбе. Оба радостны, аж глаза сверкают. Юнги тоже улыбается, но улыбка эта слегка грустной выходит. — Он самый, — кивает головой Чонгук и сладко потягивается. На часах и одиннадцати нет, а на улице уже настоящий ад творится, поэтому все в доме сидят. — Привет. Три головы одновременно резко поворачиваются и с интересом оглядывают вошедшую парочку. Чимин стоит спереди, вид у него не самый лучший, но, судя по его выражению лица, настроение у омеги отличное. Намджун стоит чуток позади, смущенно топчась у входа. — Ну привет, — Чонгук мельком бросает взгляд на Тэхена, таким образом спрашивая разрешения, можно ли хоть немного подшутить, но тот категорически мотает головой в разные стороны. — Мы не знали когда вы проснетесь, поэтому завтрак я не приготовил, простите. А еще в дома есть две свинки, жрущие все съедобное в доме, — виновато произносит Тэхен и разводит руками. — Ничего страшного, мы не хотим есть, — Чимин наконец двигается с места и босиком шагает к столу, присаживаясь на один из стульев. Жестом он приглашает покрасневшего Намджуна присоединиться ко всем. Сначала тот мнется, но вскоре тоже оказывается за столом с Чимином по одну сторону, и с Юнги по вторую. Последний особенно внимательно рассматривает альфу, будто находится не на кухне, а в музее доисторических существ. — Сегодня меня опять не будет, — произносит Чимин, стараясь звучать максимально природно. — В этот раз снова целый день? — Юнги вскидывает бровь, и невольно задумывается — как эти двое не плавятся под таким палящим барселонским солнцем? — Не знаю, — Пак пожимает плечима. — Намджун обещал показать мне море, — он с гордостью толкает альфу под ребро и ожидает реакции других. — Эх, море... Я бы тоже хотел, — вдумчиво признается Юнги, подпирая подбородок рукой. — Может ты еще хочешь, чтобы они тебя взяли на свидание вместе с ними? — хихикает Чонгук, и сразу же ощущает тупую боль у себя на затылке. Он не подумал, и ляпнул, что в голову пришло, лишь бы поиздеваться над младшим братом, за что получил заслуженное наказание от Тэхена в виде подзатыльника. Уже второго за сегодня. — А это неплохая идея, — на полном серьезе соглашается Чимин, и, налив себе в стакан воды, предлагает то же Намджуну. Когда тот отказывается, он добавляет: — Давайте все пойдем? Намджун, что скажешь? Ты не против? — Да нет, — альфа наконец выдавливает из себя слово. — Думаю, будет весело. Тэхен и Юнги аж сияют от радости, из-за полученной возможности наконец поплавать в море, но вот Чонгук счастьем не очень выделяется, ведь шутка опять не удалась. — Но не сейчас. На улице можно свариться, — предлагает Тэхен, на что все согласительно кивают головами.

🌺 🌺 🌺

Что такое счастье? Может быть оно в деньгах, роскошных домах или дорогих автомобилях? Или в свободе, окрыленной путешествиями по неизведанных странах и с чувством независимости за спиной? Может счастье в семье и самых родных для тебя людей? Или в ночных клубах, каждая ночь в которых незабываемая, с пьянящим привкусом алкоголя на языке? Для Чимина счастье — момент. Каждый момент, каждый день, час, секунда, проведенная с Намджуном — счастье. При упоминании каждого мгновения, в котором присутствовал Намджун, по спине тысячи мурашек пробегают, растекаясь по телу приятной дрожью. Этот альфа страсть дарит, красоту и любовь. С ним танцевать хочется, петь во всю горлянку и жить настоящей жизнью, где кроме Чимина и Намджуна никого нет. Где мир только на двоих, с персиками на завтрак и ужин. Чимин любит свою жизнь, любит людей, которые в ней присутствуют. Он во всю наслаждается своими лучшими годами и ни о чем не жалеет, стараясь отдать себя всего этому времени. Он ценит момент, ценит что дают. — Сегодня будет жарко. Тихий, приятно шепчущий где-то рядом голос заставляет омегу оторваться от потока своих мыслей и вернуться в реальность, на деревянный шезлонг около привычного бассейна. Чимин немного поворачивает голову, и наносит больше солнцезащитного крема на лицо. — Ты прав, — соглашается он, надевая расстегая красную гавайскую рубашку еще на две пуговицы. В отличии от Намджуна, загорающего в одних шортах, Чимин предпочел остаться в футболке. Еще и десяти утра нет, поэтому солнце приятно лижет уже довольно сильно загоревшую кожу, но уже через жалкий часик барселонские улицы превратятся в настоящий ад. Тэхен с Чонгуком за продуктами отправились, а Юнги опять у Хосока тусит, из-за чего на заднем дворе витает идеальная тишина, нарушаемая только звуками рычащий моторов автомобилей, проезжающих этой улице. Пока дома никого Чимин решил позагорать, и предложил тоже самое и Намджун, который сегодня опять ночевал здесь. Вот уже целую неделю он остается в этом доме, чтобы провести еще одну незабываемую ночь, каждая из которых будто впервые. Чонгук и Тэхен должны вернуться с минуты на минуту, и хотя Чимин хочет побыть в спокойствии еще как минимум полчаса, в животе у него предательски бурчит, а в холодильнике еды нет. — Не хочешь искупаться? — заманчиво предлагает Намджун и немного приопускает свои солнцезащитные очки. — Спасибо, но мне и случая на пляже хватило, — Чимин тянется к небольшому столику и достает оттуда стакан своего персикового сока. — Но ведь ничего страшного не случилось, — альфа вдруг краснеет, и пряча в глазах бесовщинку опускает голову, разглядывая пальцы на ногах. — Не случилось, — соглашается омега и хмыкает, сверля Намджуна взглядом. — Благодаря Тэхену. — Да брось ты... Я уже сто раз извинился, что еще от меня нужно? К тому же, это целую неделю назад! — Знаешь ли, незаметно подплыть к ничего не подозревающему мне, и попытаться утащить под воду за ногу было не самой лучшей идеей. Если бы Тэхен не заметил этого, и не сказал, что это всего лишь мой тупенький друг, то ты бы уже давно ходил без пальца. Тогда я серьезно испугался, поэтому собирался укусить своего "врага". Намджун обиженно вздыхает и тоже наливает себе сока. Сделав несколько больших глотков, он резко разворачивается к Чимину и неожиданно спрашивает: — А может быть есть что-то, что сможет загладить мою вину? Альфа одним движением оказывается на том же шезлонге что и омега, и огромной горой нависает над ним, вцепившись руками в спинку. — Не думаю, джентльмен, — выдыхает Чимин прямо в чужие губы и зарывшись в волосы Намджуна, притягивает его ближе к себе. Тот времени не теряет, и ловко стягивает с омеги футболку, швыряя ее куда-то назад. Чимин через одежду чувствует жар чужого тела, а намджунов стояк твердо упирается в чиминов живот даже через ткань зеленых шорт. Омега закидывает ногу на спину Намджуна, заставляя того пропустит через себя хриплый стон, и ощущает как его шорты тоже сползают с тела. Намджун целует дико, собственно, кусая любимые губы до крови, будто кому-то доказывая, что Чимин — его, и только он имеет право его целовать. Слизав капельку крови на чиминовом подбородке, альфа отпускается ниже и принимается оставлять пометины на медовой шее, которая слаще любой конфеты. Пусть все знают, что именно Намджун оставил засосы на шее Чимина. Когда Пак понял, что альфа уже на пределе, и пора бы уже приступить к делу, из переднего двора донесся знакомый рык движка, следом за которым последовали два коротких автомобильных сигнала. Чимин резко отстраняется, и отталкивает Намджуна. — Черт, они уже приехали! — раздраженно выдает он, и в панике начинает напяливать на себя одежду. Намджун тихо выругался себе под нос, но тоже надел свою футболку. Пока омега на ходу одевался, звук рычащего движка затих, но зато из дома начали доноситься звуки оживленных разговоров. — Чимин?! Намджун?! Вы дома?! В дверях, которые выходили на задний двор, показался Тэхен и мило заулыбался, когда заметил Намджуна, и уже одетого Чимина. — Вы тут? Прекрасно. Мы с Чонгуком немного закупились, продуктов там купили — глаза Тэхена счастливо засияли. — Чонгук даже предложил пройтись по местным магазинам с одеждой, поэтому я слегка обновил свой гардероб. Короче, вы там присоединяйтесь, будем готовить обед. Хосок и Юнги тоже обещали успеть на обед, поэтому поторопитесь. Макушка Тэхена исчезла, а двери закрылись также, как и открылись. — Я тоже хочу пройтись по магазинам! — Чимин требовательно посмотрел на Намджуна, а когда тот не ответил, кинулся ему на шею. — Ну пожалуйста... — Ладно, я... Я подумаю, — отмахнулся альфа и направился в сторону дома. — Я есть хочу. Пошли лучше чего-нибудь поедим. А гардероб... Его можно и потом обновить. Омега закатил глаза, но тоже вошел в дом, на удивление прохладный и со свежим воздухом. Кондиционер в большой комнате поработал на славу, теперь и в доме посидеть не грех. Чимин зашел на кухню, где его уже ждали Чонгук и Тэхен. Первый, распаковывающий пакеты, второй, уже начавший колдовать над плитой. — Тебе что-нибудь помочь? — поинтересовался Пак и покрутив в руках абрикос, взятый из тарелки с фруктами, целиком закинул его в рот (косточку тоже не забыл выплюнуть). — Да вроде нет. У меня уже есть свой персональный помощник, — усмехнулся Тэхен и кивнул в сторону Чонгука. — Всегда готов служить, — альфа отвлекся от пакетов и гордо поднес ладонь к виску, приложив ее будто солдат. — Хотя... — блондин задумался. — Нужно нарезать овощи на салат. Чимин послушно кивнул, быстро нашел доску и нож, достал нужные овощи, не забыв их предварительно помыть, и принялся их нарезать. С готовкой у него всегда было не очень, чего не скажешь про Тэхена, но он всегда готов предложить свою помощь и послужиться. Резать овощи — дело не очень сложное, поэтому омега справился за несколько минут, а когда складывал нарезанное в миску, Тэхен неожиданно к нему обратился: — Кстати, завтра наш последний день в Испании, — лицо омеги знатно изменилось при произношении этих слов, но он продолжил: — Поэтому, мы с Гуком посоветовались, и решили, что неплохо было бы сделать сегодня вечером барбекю. Пригласить и Хосока, и Сокджина. — А почему сегодня, а не завтра? Мы ведь летим послезавтра утром, — Чимин умыл руки и аккуратно протер из кухонным полотенцем. — Мы подумали, что завтра будем слишком заняты подготовкой к полету... Ну там, чемоданы складывать и так далее. Плюс, барбекю может затянуться, и утром мы будем, прямо как овощи, которые ты только что нарезал, — Тэхен выдавил из себя улыбку, но получилась она не очень веселой. Чимин согласился, и решил, что будет лучше покинуть кухню. Он на носочках зашел в свою комнату. Намджуна там не оказалось. Оно и лучше, сейчас ему Намджун точно не нужен. Плюхнувшись спиной на кровать, Чимин широко распахивает глаза и безразлично всматривается в потолок. Ну вот. Вопрос, который всю неделю был в омеги на уме, вопрос, который он боялся подпустить к себе, а подумать над ним — тем более, наконец подняли. Чимин еще несколько дней назад задумывался над тем, что же будет потом? Когда время возвращаться домой настанет. Когда поездкам на разноцветных трамваях, прогулкам по безлюдным уличкам и визитам к пропасти настанет конец. Когда жарких бесконечных ночей с Намджуном больше не будет. Да, омега думал над этим. И с завершением каждого дня ему становилось все страшней, а не языке крутился только один вопрос: "что же будет?" Дни прошли, время покидать так полюбившейсю страну уже близко, а ответ так и не нашелся. Так что же будет потом? Неужели им настанет конец? Неужели все закончится так просто? Чимин нервно стряхивает головой, отгоняя тупые мысли, которые так и просятся в голову. Нет. Нихрена не закончится. Они с Намджуном начали, они и закончат. Вместе. Что-нибудь придумают. Но любовь так просто не отпустят. У Юнги с Хосок ведь тоже такая ситуация, но по этим двоим не видно, чтоб они сильно парились над этим вопросом. Чимин поднимается с кровати, вытирает накатившиеся слезы, которые как всегда не вовремя, и почему-то улыбается. Книга. Этот засранец до сих пор не отдал ему эту долбанную книгу. Аж не верится, что со встречи в баре прошло уже почти две недели. В тот день Чимин бежал из этого бара куда глаза глядели, лишь бы избежать разговора с этим "странным испанцем" и быстрее добраться к друзьям, а сегодня уже благодарит всех богов, за то что оказался именно там. Вдруг послышались три настойчивых стука в дверь. — Чимин ты тут? Можно я войду? Услышав любимый голос, омега подбежал к зеркалу, убеждаясь, что глаза после слез не красные, и уже тогда ответил: — Да, входи. — Чего ты тут сидишь такой насупленный? — Намджун вошел в комнату, а как только увидел Чимина, то сразу заметил неладное. — Да так... Задумался просто. — О чем? — альфа с интересом изогнул бровь, выжидая что же скажет омега. — Никогда не доверяйте милым испанцам, которых встретили в ближайшем баре, ведь что если вы встретили любовь всей своей жизни? — Чимин не растерялся, и ответил так, как этого хотел бы Намджун. Тот захихикал и вселся около омеги на кровати, аккуратно приобнимая его за плечи. — У тебя красивые глаза, — мурлычет альфа прямо на ухо. — Это я должен тебе это сказать, — Чимин пальчиками ведет вдоль намджуновой макушки. — Я влюбился в них еще тогда, в баре. Я влюбился в огоньки сияющие в твоих глазах почти сразу же. Они волшебные, завораживающие. И в зависимости от твоих эмоций меняются. Когда только не посмотрю — они всегда на дне глаз твоих. — Они горят только в те моменты, когда я смотрю на тебя, — уверенно говорит альфа, будто готовил этот ответ всю жизнь. Затем едва ощутимо касается мочки уха омеги своими губами, заставляя того вздрогнуть и добавляет: — Давай просто посидим?. — Давай, — Чимин опускает голову на плечо Намджуна и устало прикрывает глаза, носом вдыхая его природный запах, такой родной и приятный, заставляющий чувствовать себя хорошо, в безопасности. — Надеюсь остальные не обидятся.

🌺 🌺 🌺

Солнце уже давно откинуло последние лучи на землю и спряталось где-то за горизонтом, оставляя за собой лишь покрасневшее небо на западе, но на улице было еще вполне светло, по крайней мере, в уличных светильниках пригород Барселоны пока не нуждался. Местные возвращаются с работы по домам, к семьям и отдыхают после очередного жаркого и плодотворного дня, готовясь к новому дню. Туристы же, эмоциями переполнены и красотой этого города очарованы, в это время направляются назад в свои отели. Но есть еще один тип людей. Аромат барбекю, идущий из грили, где альфы по очереди готовят мясо, кружит голову, а с каждой секундой дожидаться ужина становится все тяжелее. Кучка дыма, которая все время свивается над готовящимся мясом, и при одном виде которой в животе бурчать начинает, прибавляет аппетита еще больше. Последние полчаса задний двор наполнен звонким смехом семерых счастливых людей, разливающемся по окрестностям. Из колонок во всю грохочет музыка, и только остается надеется, что соседи не пожалуются, или еще чего — обратятся в полицию. Вот тогда точно будет прекрасное завершение отпуска. Отпуска, который еще никто не готов отпускать. Маленькая неприметная птичка с довольно короткими крыльями и чудным клювом, присаживается на крупное, на первый взгляд старое дерево и с интересом всматривается вниз — там, где люди радостны, настроение праздничное, а алкоголь хороший. Там, где нет "вчера" или "завтра", а только "момент" и "свобода". Там, где хорошо и уютно, где не задумываешься о последствиях, ведь знаешь, что пока ты здесь, все будет прекрасно. Вдруг птичка взмахивает своими миниатюрными крылышками и с испугом отдаляется от двора. С уст Хосок срывается негромкий мат, который из-за внезапно включившиеся какой-то рок песни, растворяется вместе с другими звуками. Альфа неохотно поднимается со своего почетного места на шезлонге рядом с Юнги, и сбавляет с разрывающихся колонок звук, делая его потише, а также переключая песню на более спокойную. — Что там? Как барбекю? Услышав за спиной голос Чонгука, Хосок резко поворачивается и в недоумении приоткрывает рот. — Сейчас же очередь Намджуна, разве нет? — растерянно произносит он, но звучит не очень уверенно. — Намджуна? Я его видел только что в доме. Обнимающегося с Чимином, — Чонгук тоже мнется и чешет затылок. Как бы он не прикалывал Юнги на счет Хосока, и сколько бы он не шутил по этому поводу, но рядом с этим альфой он до сих пор чувствует себя немного неловко. И не тому что его брат с ним встречается, вовсе нет. Чонгук однажды уже задумывался над этим, и решил, что такая неловкость с его стороны только из-за того, что Хосок стал для него примером для подражания. Хосок привлекательный, спортивный, умеет удачно подшутить и всегда находит подход к каждому. К тому же, у него уже есть своя тачка. Узнал бы Юнги какого на самом деле его брат мнения о Хосоке, то это было бы для Чонгуком проиграшем на всю жизнь. — Да, точно, — Хосок уверенно покачал головой, после нескольких секунд колебаний. — Сейчас однозначно очередь Намджуна, ведь я точно помню, что... черт! Мясо! Если за ним никто из нас не следил, значит оно пригорело уже! — Так какого хрена мы тут стоим? — не дал договорить хену младший и пулей кинулся к грили. Хосок не растерялся побежал за ним, но в пару метрах от грили споткнулся об камень, и едва не покотился на Чонгука, но, к счастью, тот успел его поймать. — Тут пусто... — выдохнул Хосок, не замечая, что Чонгук до сих пор придерживает его за талию. Альфы переглянулись, обменявшись одинаково непонимающими взглядами, но затем опять уставились в пустую поверхность грили, на которой сейчас должно было готовиться барбекю. — А если оно сгорело полностью? Нас прибьют же, — Чонгук беспомощно моргнул, и сжал в губы в тонкую линию. — Не говори глупостей, — категорически возразил старший. Он заметил, как испуг промелькнул в глазах собеседника. Еще бы тут не испугаться. С таким омегой как у него лучше не шутить. — А что тогда? Что нам делать? — Чонгук нервничает все больше, а волнением, которым от него веет, и самому заразиться можно. — Что? Обосрались? Альфы одновременно вздрогнулись, когда услышали сзади себя знакомый голос. А вот и тот самый "омега как у него". Хосок разворачивается сразу, как по свистку, но вот Чонгук сначала втягивает голову в плечи, затем, будто кролик, топает на месте, и уже потом тоже обращает внимание на Тэхена. Выглядит он довольным: губы растянуты в ухмылке, щеки красиво пылают, руки скрещены на грудях, а голова поднята высоко. — Не парьтесь так, — наконец продолжает омега, дерзко посматривая на двух подавленных альф. — Проследил я за вашими стейками. И с огня их убрал. Они на столе уже, — Тэхен кивает в сторону огромного длинного стола, расположенного в пару метрах от грили. — Боже, знал бы ты, как я тебя люблю! — в восторге восклицает Чонгук и кидается своему омеге, расцеловывая его шею и волосы. Хосок незаметно отходит, понимая что ему тут не место, и уже тогда наконец возвращается к Юнги. Тот отлипает от мобильника и вопросительно смотрит на альфу из-под лоба. — Что у вас там произошло? Опять, — спрашивает он, отпивая глоток от своего коктейля. — Намджун забыл проследить за барбекю. Но благодаря Тэхену все обошлось, — отвечает Хосок и тоже тянется за своим напитком. — И почему я ни капли не удивлен? — омега зарывается пальцами в свои волосы. — Я его с Чимином видел. На кухне зажимались. Так и думал, что кто-то из вас налажает. — Но ведь я не налажал, — сладко тянет альфа, и присовывает свой шезлонг ближе к юнгиевому. Сначала гладит того по волосам, заставляя его мурчать, как кот, а затем тянется к молочным губам, оставляя на них поцелуй — долгий и сладкий. Оставив губы омеги в покое, Хосок припадает к его шее, и тоже целует. Медовые поцелуи так и сыплятся из его уст. — Ну все-все, — Юнги легонько отталкивает альфу, но тот и не думает останавливаться. Он закатывает губу, и умоляюще складывает руки, а глаза выпучивает, будто маленький ребенок. — Ну только один поцелуйчик, — Хосок выставляет указательный палец вперед. — Ну пожалуйста. — Ладно, — сдается омега, и ухмыляется. — Но только один. Хосок тут же расплывается в широчейшей улыбке, и не успевает Юнги как-либо среагировать, как опять впивается в его губы. Омега хоть и ошарашен, но не сопротивляется, а наоборот притягивает альфу к себе и обхватывает его затылок. Поцелуй затягивается и получается еще длиннее чем предыдущий. Ну а что? Один так один. Время никто не уточнял. — Хосоки? — сладко тянет Юнги, после длительного поцелуя. Хосок в ответ вопросительно мычит, и омега добавляет: — А когда я уеду, ты будешь мне писать? — Конечно буду, — альфа мягко целует того в нос, — И звонить буду, и посылки тебе отправлять. Каждый месяц. — Я тоже, — Юнги прикрывает глаза и тянется к Хосоку, чтобы его обнять. — Я буду присылать тебе посылки с разными корейскими вкусняшками. — Единственная вкусняшка, которую я сейчас хочу попробовать — это ты, — смеется альфа, и вновь сокращает дистанцию между своими, и юнгиевыми губами, но слышит сзади себя насмешливый голос: — Ну и что вы тут устроили? Парочка отпрыгивает друг от друга, и поднимает голову, из-за внезапно раздавшиегося сверху голоса. Чимин стоит прямо около шезлонга Юнги, выглядя в отличном настроении. Хосок мгновенно краснеет и прячется за спиной омеги, но тому плевать. Он выглядит даже весело, почти не ощущая неловкости. — А вы? — он вскидывает брови. — Из-за ваших зажималок в доме, стейки едва едва не пригорели. — Всмысле? — выражение лица Чимина из победного сменивается на растерянное. — В прямом, — спокойно отказывает Юнги. — Если бы не Тэхен, мы бы остались без ужина. Пак на такое заявление молчит, но спустя несколько минут до него доходит, что Намджун таки забыл о барбекю. Этот человек хотя бы раз может что-то сделать нормально? Чимин бормочет себе что-то под нос и тихо отходит в сторону, чтобы найти Намджуна и хорошенько ему всыпать. Юнги самодовольно хмыкает, а затем поворачивается к Хосоку, который все еще тихонько сидел у него за спиной. — Ну а ты чего прячешься? Представляешь, Чимин-хен тебя не съест, — иронично произносит омега, толкая альфу под локоть. — Да вылазь уже оттуда. — Только за поцелуйчик, — Хосок оказывается неожиданно близко и дважды невинно моргает. Юнги вздыхает и сам целует Чона. Чимин шагает шумно, а дышит тяжело. Он за несколько секунд продлевает расстояние от бассейна ко входной двери, ногой он ее распахивает, и охает, когда нос к носу встречается с Намджуном. — Милый, ты что-то хотел? —ничего не подозревая спрашивает альфа, но как только встречается с бурей в глазах Чимина, сразу меняется в лице. — Ким сраный Намджун! Ты ничего не забыл? Например проследить за готовкой барбекю, или что-то в этом роде? — омега сжимает кулаки и хмурит брови, но при невысоком росте получается у него это довольно забавно. — Черт! Точно! Стейки! Как я мог забыть?! — кричит альфа и хватается за голову. Он пытается проскользнуть мимо Чимина, и вырваться на улицу, чтобы глянуть как там действительно барбекю, но тот Намджуна не пускает и хватает за воротник футболки. — Тэхен обо всем позаботился, — объясняет Пак, все еще не отпуская альфу. — Стейки уже давным давно ждут нас на столе. — Блин, я такой дурак, — беспомощно роняет Намджун и опускается на скамейку рядом. — Когда рядом такой соблазнительный омега как я, грех не задержаться, — Чимин подмигивает, присаживается около альфы, и затем шепотом спрашивает: — А когда... — Сегодня, — перебивает тот и оглядывается. — Думаю, прямо во время ужина. — Хорошо, — Чимин также тихо соглашается. — Намджун?! Чимин?! Вас еще долго ждать? — через открытую дверь слышится голос Тэхена. — Пошли, нас уже все ждут, — Намджун поднимается, но сам всматривается в зеркало напротив, проверяя хорошо ли он выглядит. Омега на это лишь усмехается: — Да красивый ты, красивый. Если еще так немного постоишь — останешься без стейка. Громадный стол, накрытый белой скатертью, сегодня полон разнообразных блюд и напитков. Аромат идущий от еды и витающий над столом манит к себе и буквально кричит о том, какие блюда вкусные и роскошные. Тэхен и Сокджин хорошо постарались. Во время приготовления ужина эти двое сдружились и быстро нашли общий язык. Как оказалось, у них есть много общего, но любовь к готовке объединяла больше всего. А вообще, постарался каждый. Все семеро попытались внести свой вклад в подготовку к вечеру. Сокджин с Тэхеном главными поварами на кухне были. Чимин хоть и не очень в этом деле, но тоже не отставал: подавал все что просили, нарезал фрукты и овощи, наводил на рабочем месте порядок. Намджун, Хосок и Чонгук вытащили кухонный стол на улицу и помогли вынести туда же еду, а также жарили барбекю. Ну а Юнги... А что Юнги? Он всем настроение поднимал, путешествуя от одним к другим. Хотя нет, один раз он помог посуду помыть, чем потом очень гордился. Все понимали, что такой вечер, когда они все вместе — последний в этом году. Да, возможно следующим летом история повториться, четверо друзей опять прилетят в Испанию, и этот раз им уже будет к кому лететь. Но мысль о том, что столько времени они не будут видеться наводит тоску. За эти две недели ребята невероятно сдружились, стали семьей. Сокджин даже стал нравиться Чимину, ведь Пак понял, что этот, на первый взгляд, самовлюбленный омега на самом деле с большим сердцем и теплой душой. И хоть каждый знает, что завтрашний день — последний, никто не выглядит грустным или подавленным. Наоборот, все счастливы и с улыбками на лицах, ведь эти семеро умеют жить моментом. — Ну наконец! — вздыхает Чонгук, сидящий около Тэхена, и нетерпеливо подглядывающий на стейк в своей тарелке. — Ну вот почему вы всегда где-то шляетесь? — бурчит Юнги, и, не в силах больше ждать, насаживает стейк на вилку, откусывая большой кусок, за что получает осуждающий взгляд от Тэхена, сидящего напротив. — Присаживайтесь на свободные места, — Тэхен указывает на два стулья по левую руку от Юнги. Сам же омега занял место между Чонгуком и Сокджином. Когда все наконец уселись, Тэхен объявил, что уже можно приступать к еде. Этот омега любит контролировать ситуацию и брать все в свои руки. Он должен быть уверен, что все идет по плану, а если быть точнее, то так как подходит ему. Возможно именно поэтому именно он оказывается сверху, а не Чонгук. Чимин хоть и голоден не был, но с едой начал разбираться не по-детски. Свой стейк он проглотил моментально, из-за чего опять привлек всеобщее внимание. Затем подумал, и взял себе немного фирменного салата Сокджина, приготовленного по его собственному рецепту. По крайней мере, так говорил сам Джин. — Время так быстро пролетело, — вдумчиво начинает Тэхен, покончив со своей порцией, и подпирает голову рукой. Остальные молча соглашаются, и как-то неприродно затихают, каждый думая а чем-то своем. — Мы будто вчера распаковывали чемоданы, — Юнги горько усмехнулся. — Помню, как Чимин психовал, потому что забыл свою любимую футболку дома. — А я помню, как безжалостно выкинул тебя в бассейн. Тогда, в первую ночь, когда мы приезд праздновали, — произносит Чонгук и показывает свои белоснежные зубы. Чонгук не Чонгук, если не подшутит над братом. — Хах, ты был настолько пьян, что даже не сопротивлялся. — А я помню нашу первую встречу с Юнги, — Хосок вклинивается в разговор, а когда упоминает имя омеги, тот сразу заливается румянцем, но выглядит довольным. — Он зашел весь такой на пафосе. А осознав, что бармен, тоесть я, кореец, начал жаловаться буквально на все на свете, в особенности на то, что его друзья отправили его бедного и несчастного на поиски гида. Вот тогда и дал Юнги свои контакты, ведь сказал, что мой лучший друг хороший гид. — А несколько минут после этого в "Las luces" наведался и Чимин, — глаза Намджуна вновь засияли, когда он взглянул на Пака. — В то время я с Хосоком в карты играл. — Эту встречу невозможно забыть, — соглашается Чимин, и прижимается к Намджуну. — А как на счет дня, когда мы собрались всемерым впервые? — дает знать о себе Сокджин. После его слов все виновно улыбаются. — Неловко тогда вышло, — Юнги кивает, вспоминая как же он тогда налажал. — Хотя, в этой ситуации больше Чимин виновен. — Я? — тот спохватывается. — Да я просто... Это ж неожиданно было! Я в одной футболке вышел! А тут такие люди! Юнги, мог бы и предупредить. — А я откуда знал, что вы встречались? — Как бы там ни было, но реакция Чимина на наш визит была незабываемой, — признается Хосок, и наливает себе сока. — Это точно! — смеется Сокджин, прикрывая рот рукой. Из-за его заразительного смеха остальные тоже начинают хихикать, после чего приходять в себя как минимум минуту. — Нам будет что вспомнить в будущем, — с ноткой грусти проговаривает Тэхен, и сразу прижимается к Чонгуку, играя с его волнистыми волосами. Остальные молчат, но на лицах каждого все написано. Им есть про что подумать, есть что вспомнить или над чем посмеятся. Сейчас бы вернуть эти две недели назад, пережить их заново, вновь погрузившись в ту испанскую атмосферу. — Кстати, у нас с Чимином есть для вас кое-что, — Намджун нарушает тишину первым и хитро прищуривает глаза, пряча искреннюю улыбку. Все пять голов будто по сигналу оборачиваются к альфе, и только Чимин смотрит куда-то вниз. Юнги, как главная сплетница на районе, в ожидании приоткрывает рот и готовиться не пропустить ни единого слова Намджуна. С каждой секундой напряжение растет, и каждый уже прокрутил у себя в голове каждый вариант. Наконец Намджун мило улыбается Паку, и уже тогда продолжает. — Мы с Чимином посоветовались и... В общем, мы решили, что будем жить тут, в Испании. Оба. Затем наступает один из тех моментов, когда все настолько ошарашены, что и слова не могут произнести. Даже Юнги, который был готов ко всему, застывает в немом шоке. Чимин видит, как хмурнеют взгляды Тэхена и Чонгука, которым предстоит потерять друга, видит непонимающе застывшие на лице Сокджина, видит как переглядываются Юнги с Хосоком, не знаю как на такое реагировать. — Что? В-всмысле?... — Тэхен наконец приходит в себя и берется первым отвечать на такую новость. — Вы уже все решили? Это уже точно? А документы? А... — С этим мы вопрос решим, — перебивает Чимин, нервно жуя губу. — Я поеду в Корею вместе с вами. Там же я разберусь с документами и постараюсь получить испанское гражданство. Конечно, придется немного повозиться, но, думаю, я справлюсь. Тэхен отводит взгляд, который заметно тускнет и мрачнеет. Он не может поверить. Да, так будет лучше для Чимина. Да, так он будет счастлив, но... Тэхен не готов его отпускать. Даже в голове не укладывается, что Чимина больше не будет рядом. Не буде лучшего друга с улыбающеимися глазами, друга с огромным сердцем, который всегда поддержит и утешит. Чимин всегда был рядом с Тэхеном, и Тэхен думал, что это навсегда. — Тэхен... — Пак неуверенно поднимается, и медленными шагами обходит стол, оказываясь нос к носу с другом. У обоих губы предательски дрожат, а в глазам слезы накатываются. Чимин делает еще один шаг, и не раздумывая прижимает Тэхена к себе. Крепко-крепко. Слез уже не сдержат, они ручаями стекают по щекам, а затем пачкают одежду друг друга. Слов не нужно, и без них все понятно. Спустя минуту Чимин отодвигается и большим пальцем вытирает слезы друга, хотя у самого целый ручей на лице. — Я люблю тебя, Тэ, — Пак выдавливает из себя улыбку, и Тэхен заставляет себя сделать тоже самое. — И я тебя, Чим. — Все, хватить ныть, — закатывает глаза Юнги, пытаясь делать вид что все хорошо, но ведь только что и он сам ревел, утыкаясь Хосоку в грудь. — Ну камон, у нас ведь появился еще один повод, чтобы праздновать. Ну? Хосоки, налей всем чего-нибудь. Чимин ведь не сегодня переезжает. Вы же знаете, как долго решаются все эти делишки с бумажками, поэтому у вас еще будет время. К тому же, есть такая штука, как Ин-тер-нет. Слыхали? А вы разве в гости не будете ездить? Не смешите меня, я ведь знаю что друг к другу каждые два месяца ездить будете... Что вы на меня так смотрите? У меня что-то на лице? В общем, я пошел за пивом. Все шестеро провожают омегу взглядом, а затем растеряно смотрят друг на друга. — Что это сейчас было? Это точно Юнги? — Чонгук удивленно приподнимает брови, но никто так и не отвечает. Только улыбаясь плечима пожимают. — Ах, точно! — бьет себя по лбу Намджун. Чимин следит за тем, как альфа направляется к бассейну, поднимает какую-то вещь из шезлонга и довольный идет назад. — Это твое. Пак искренне смеется, принимая вещь. "Испания. История с древнейших времен до конца XVIII века" — надпись на книге. Та самая. Намджун не забыл. Чимин кидается к альфе с обнимашки, широко распахивая маленькие ручки. А когда Юнги возвращается с целым ящиком пива, то от грусти и следа не остается. Вечер продолжается в том же темпе, что и раньше. Все счастливы, радостны и... пьяны. Сегодня можно. На целую улицу раздается общий смех, звонкая музыка и чоканье стаканами. — Хей, Хосок, ты не помещаешься в кадр, — машет рукой Юнги, и притягивает альфу к себе. Тэхен стоит в обнимку с Чимином по одную руку, и с Сокджином по другую, улыбаясь на все тридцать два. Намджун спохватывается и ищет своего омегу, пытаясь успеть его приобнять, до щелчка фотоаппарата. — Чонгук, давай быстрее, — сквозь улыбку просит Тэхен. Тот ставит фотоаппарат на таймер, и за секунду оказывается сзади омеги. Раздается щелчек, а вспышка освечивает семерых молодых и счастливых людей, стоящих перед небольшим бассейном. Чонгук запечатляет очередной снимок.