Он и Альба

Хосок неспешно вёл Юнги от самого первого стойла по порядку, рассказывая вкратце о каждом животном: — Смотри, это Тэён. — он протянул руку к молоденькой рыжей кобылке и потрепал за чёлку. — Ей три года и она ещё не объезженна. Любит показывать характер, плюс сладкоежка. Принесёшь сахар, и она станет твоей подружкой. — парень снова широко улыбнулся и подошёл к следующей (а точнее, к следующему). — Это Вихрь. Он хоть и в возрасте, но бегает быстро. Дальше Харис. Самый злобный. — из стойла показалась голова крупного темно-гнедого жеребца, который прижал уши в знак агрессии. — Он и кусается чаще всего. Не любит чужаков и детей. Зато ездить на нём одно удовольствие. Мин даже удивился тому, как спокойно его приятель гладит морду "агрессора". — Тебя, я так понимаю, он не трогает? — Просто привык. А может, я единственный ему симпатизирую. Как человек. — Продолжим? — Конечно. Вот стойло Драббла. Его самого нет, наверное на прогулке. Позже увидишь. Это Мия. Сестра Альбы, но не родная. И, в отличие от неё, очень пугливая. Из-за этого на ней редко кто ездит. Это разбивает мне сердце. Юнги внимательно слушал, наблюдал и удивлялся тому, как лошади спокойно, без опаски тянутся к Хосоку, и как он с гордостью и любовью говорит о каждой из них. Его улыбка говорила лишь о том, что парень счастлив. Мин тоже улыбался, невольно но скромно, пока их не прервали. — Хей, Хо. Оба обернулись и увидели парня в запачканных джинсах, с вилами в руках. — Кто это с тобой? — Привет, Ёнхо. Он мой приятель. Будет здесь работать. — А, ну ясно. Уже в курсе, как это делать? — он обратился к Юнги. — Менять солому, грести навоз? — Разберусь. — Мин ответил грубо, потому что не хотел знакомиться с кем-то в данный момент, пока он с Чоном. Да и после тоже. Хосок заметил перемену на лице Юнги, поэтому решил покончить с этим, не удачно начавшимся, разговором. — Он не дурак. Справится. Мы, кстати, уже собирались идти. — Ладно. До встречи. — Ёнхо ушёл. А Хосок повернулся к Мину. Сейчас он уже не улыбался. — Извини... Я не думал, что он сегодня приедет. — Всё нормально. Мне в любом случае придётся с ним контактировать. — Твой настрой воодушевляет. Ладно, забей на него. Пойдёшь со мной к Альбе? — Пойду. — Отлично. Только яблоки возьмём. Она их обожает. *** Увидев парней, кобыла издала радостное ржание и побежала навстречу. Первым, конечно, она поприветствовала Чона, потыкавшись носом ему в лицо и руку. Хо похлопал её по шее и, улыбнувшись, спросил: — Ну как ты, девочка? Хорошо вела себя сегодня? Я кое-что принёс. — он вытащил яблоко из кармана ветровки и протянул ей, но Альба перевела всё внимание на второго. Юнги просто наблюдал за тем, как она тычется мордой ему в грудь и плечо. Это был первый в его жизни близкий контакт с лошадью, поэтому парень растерялся. — Погладь. Не бойся. — Я не боюсь. — сказав это, Мин протянул руку и погладил кобылу по лбу, прикрытому длинной мягкой чёлкой. —Приятное ощущение. Альба слегла подняла голову, когда Юнги убрал руку, и теперь они просто смотрели друг другу в глаза. Казалось, пытались прочитать, что происходит на душе у каждого. Хосок внимательно наблюдал, с улыбкой и интересом. — Вот, положи на лодонь. Она возьмёт. — он протянул красное спелое яблоко Мину. Тот без колебаний скормил его кобыле. — Надо же. Она редко проявляет особый интерес к кому-то. Похоже, ты правда ей понравился. — Чон снова похлопал любимицу по шее. — У неё умный взгляд. — А ты внимательней, чем я думал, Юнги. Рад, что тебе нравится. — Как часто ты видешься с ней? — Два-три раза в неделю. И каждый она встречает меня так. — Вы с ней одно целое. — Иногда я думаю также. — Но если она встречает так только тебя, значит и ждёт больше, чем кого-либо, тебя. — Прям в душу попал, приятель. — Просто не хочу, чтобы ты ревновал. — Я и не собираюсь. Раз Альба признала тебя, то и я тоже. После этих слов они молча смотрели друг на друга, пока Юнги не вспомнил: — Чёрт. Мне нужно материал готовить. Завтра занятие по философии. — Хах, ладно. Удачи. — Пока. И спасибо за экскурсию. — Пока... — тихо произнёс Хо, когда Мин уже уходил с поля. Альба хотела пойти за ним, но парень придержал её за гриву. — Тише, стой. У него дела. Увидитесь в другой раз. Смотри, у меня ещё яблоко есть. Оно не хуже предыдущего. Будешь? — ему удалось отвлечь кобылу. Скормив угощение, Хо обнял её за шею, и Альба на время забыла о Юнги. *** Следующим вечером Мин доехал на такси до самых ворот клуба. Зайдя на конюшню, он первым делом наткнулся на Ёнхо. — О, привет. Не ожидал, что ты вернёшься так скоро. Что случилось? Ты оставил Чона вчера. Не поладили? — Не твоё дело. — Не груби. В конце концов, я здесь подольше твоего. Тебе понадобятся мои советы. И я не хочу конфликтовать. Парень ты суровый, сразу видно. Но не нужно. Здесь другой мир и другие порядки. — Угу. Я понял. — Как зовут? — Юнги. — Отлично, Юнги. Преступай к кормежке. Стойла убирать не нужно. Остальные уже справились. — Сколько нас всего? Работников. — Если учесть, что ты только на испытании, восемь. Работаем по очереди. В разные дни. Обговори это с боссом. Тебя подстроят под график. — Хорошо. — Моя работа закончена. Так что я ухожу. Удачи. И да, с Харисом поосторожнее. Он сегодня не в настроении. Юнги только кивнул в ответ и пошёл в амбар за кормом. — Что мне, за каждым ведром бегать — произнёс себе под нос парень и, взяв пустую тачку, высыпал в неё сразу несколько. Мин заходил в каждое стойло по порядку, насыпал корм и проверял наличие воды в поилках. Лошади реагировали одинаково спокойно. Все, кроме Альбы. Когда Юнги зашёл к ней, кобыла подошла совсем близко и стала обнюхивать. Сначала волосы, потом одежду, пока парень не повернулся к ней и не начал гладить. — Здравствуй. Ты сегодня в настроении, как и я. Это хорошо. Но нужно работать. — заглянув в глаза лошади, парень оставил её и пошёл к следующей. Прошло около сорока минут. Мин обошёл все стойла, кроме одного, под номером "3", из-за стенки которого, прижав уши, наблюдал темно-гнедой. Юнги зачерпывал последний корм и даже не заметил, как со стороны входа в конюшню за ним смотрит ещё одна пара глаз. Хосок стоял, опершись боком о дверной проём, и внимательно следил за тем, как Мин решительно открывает защёлку и входит внутрь. Конь смотрит со злобой и сильнее прижимает уши, собираясь напасть на незнакомца, но Юнги вводит зверя в ступор, останавливаясь и смотря в глаза. — Думаешь, ты упрямее меня? Остынь, если не хочешь остаться голодным. — после этих слов парень высыпал корм и, выйдя из стойла, встретился взглядом с Чоном. — Как давно стоишь? — Пару минут. Не беспокойся. — Я спокоен. На лице темно-волосого появилась улыбка. — Даже Хариса покормил. — Не мог же я обделить его. Противный характер - не причина. — Это точно. — Ты за Альбой? — Угу. Сегодня тренируюсь на ней. Хочешь посмотреть? — Хочу. Она уже ждёт. — Моя девочка. — парень ухмыльнулся и добавил: — Я не сказал. Привет. — Привет. — Пойдём, посмотришь, как я подготавливаю её. Хо пошёл впереди, поэтому Юнги удалось рассмотреть то, в чём он был одет. Телесного цвета бриджи, высокие, почти до колен, чёрные начищенные сапоги, простая футболка, тоже чёрного цвета и перчатки. Спина ровная, плечи, руки и бёдра накаченные. Да, парень выглядел превосходно, как и любой спортсмен. Пока Чон чистил и седлал кобылу, Мин просто наблюдал. Прошло пятнадцать минут. — Готово. На выход. Правой рукой Хосок вёл Альбу за узду. С левой стороны шёл Юнги. Первому не хотелось молчать. — Как твоя философия? — Прекрасно. На следующей неделе последние сессии. Начнутся каникулы, и я смогу больше времени уделять работе. — Как же отдых? Развлечения? — Отдыхать можно дома, после работы. А развлечения...Что ты имеешь ввиду? — Ну... Кино, друзья, вечеринки. — Это мне не нужно. Я ценю уединение и тишину. — Понял. — А ты? Тоже ведь учишься. Чем занимаешься в свободное время, помимо лошадей? — Особо ни чем. Так, рисую...Один раз был на вечеринке, мне не понравилось. Много кричащих и пьющих. А как ты понял, что я тоже учусь? — Не знаю. Чутье, наверное. — парни уже были рядом с площадкой. — Ладно, договорим потом. — Чон запрыгнул в седло. — Да. Давай. Мин остался возле изгороди, а Хо направил Альбу по кругу площадки. На тренировках Чон всегда был сосредоточенным. Даже сейчас, он не обращал особого внимания на наблюдателя, который, в свою очередь, подмечал для себя все детали. То, как уверенно парень держится в седле, все его движения совпадают с тактом движений лошади, которая плавно переходит с шага на рысь, с рыси на галоп, а затем, по велению Хо (он тянет поводья в сторону), поворачивает в центр, где расположены несколько барьеров. Альба грациозно несётся к первому и с лёгкостью перепрыгивает. Последующие пару минут она с наездником проходит всю "карту" центра площадки. Чон лишь направляет, то влево, то вправо (препятствия расположены не в ряд, а хаотично), при каждом прыжке тянет поводья на себя и пригинается к шее лошади. Всё происходит быстро, но даже в эти считанные секунды Мину удаётся рассмотреть лицо (друга?), который сейчас слишком серьёзен. Преодолев всё без ошибок, они вновь начали наматывать круги по периметру. С галопа на рысь, с рыси на галоп. И три повторных прохождения карты препятствий. Всё это время Юнги не сводил с пары глаз. За двадцать с небольшим минут они изрядно устали. Наверное, майская жара начала сказываться. Изо рта Альби текла пена, а со лба парня не сходил пот. Чон подвёл кобылу к изгороди и спросил — Ну как тебе? — Ты мастер своего дела. — Говоришь так, потому что настоящих чемпионов не видел. Но вообще приятно. Что скажешь про неё? — и он похлопал любимицу по плечу. — Грациозная и сильная. — И выносливая. — он улыбнулся и поправил рукой мокрые волосы. — Мы погорячились. Обычно больше времени на разминку уходит. — Может потому, что вы работаете как одно целое? — Юнги, снова в душу. — Извини. — Нет, мне нравится слышать подобное. Тем более от человека, который не сильно разбирается в конкуре. — Со скольки ты ездишь верхом? — С восьми. Когда я был маленьким, ничем особо не интересовался, но в один прекрасный день бабушка отвела меня на конюшню. Тогда я понял, чем действительно хотел бы заниматься. Лошади притягивают меня больше, чем люди. Не знаю. Наверное потому, что не задают бессмысленных вопросов, не осуждают, не пытаются доказать тебе свою точку зрения. Просто любят и уважают в ответ. Конечно, противные находятся и среди них. Например, Харис. Но рано или поздно найдётся человек, с которым они станут одним целым. Мин всё это время смотрел на Хосока и, на своё удивление, понимал, что ему нравится слушать этого парня, то, как он рассказывает о себе и об отношении к лошадям, просто и ясно выражается. Юнги подумал, что Чон мыслит также широко, как он сам, и, кажется, имеет схожие с его собственными мнения. — А ты как считаешь? — теперь уже Хо смотрел на Мина. — Я согласен с тобой. — Даже так. Вау. Слушай...Не хочешь прогуляться? По лесу. — Может сначала слезишь и даш Альбе отдышаться? Или ты не возьмёшь её? — Возьму. Так ты не против? — Не против. — Отлично. Сняв амуницию, напоив кобылу, Чон (вместе с Юнги) повёл её на любимое пастбище. — Оставим. Пусть развеется и отдохнёт от меня. — Врятли она сильно устаёт от твоего внимания. Но одиночество полезно. — Не буду спорить. — закрыв калитку, Хо обратился к лошади: — Не скучай, красавица. — и чмокнул в нос напоследок. — Идём. Парни отошли от изгороди на приличное расстояние, забрели в лес. Чон первым начал задавать вопросы. — Так...Ты сказал, что шумные развлечения - не твоё. Тогда что тебе нравится? Чем занимаешься, помимо работы? — Я...Играю на синтезаторе и читаю книги. — Здорово. И как? Давно играешь? Какие жанры нравятся? — С 12 лет. Сам научился и играю для себя. Читаю в основном драмматичные произведения, или те, в которых задет вопрос о смысле жизни. — Ты случайно не автором хочешь стать? — Нет. Музыкантом. Но это не так просто, как хотелось бы. — А философия для чего? — весь разговор Хо с перерывами смотрел на (друга?), но сейчас особенно внимательно. — Я должен выучиться. Моя мама говорила, что её сын лучший и безусловно самый умный. Конечно, я понимаю, что это не так, но она бы гордилась, если бы узнала, что я получил высшее образование. С такой наукой, как философия, у меня получается лучше всего. И ещё с литературой. К тому же, я получаю неплохую степендию и это позволяет мне платить за квартиру. — Вот как. А живёшь один или с кем-то? — Один. В своей собственной квартире. — Юнги, а...твои родители. Где они? — Их нет. — сказав это, парень остановился и заметно побледнел, но тут же почувствовал, как Чон взял его за запястье. — П...прости, я не хотел. — Всё в порядке. Просто...Ты первый, кто спросил о них. — Я не хотел тебя расстроить. — Ты не расстроил. Правда. — Хо отпустил руку, и Мин заглянул в глаза человеку, которому на самом деле доверился, и которому хотелось рассказать всю правду о себе и своей жизни. — Я давно смирился с этим. Если тебе интересно... — Интересно, Юнги. Расскажи. — наверное, Хосок ещё никогда не был настолько напряжённым и одновременно серьёзным, как в тот момент. — Мама умерла, когда мне было 17. Я заканчивал школу, готовился к первым в жизни экзаменам. Она всё время подбадривала меня, говорила, что я со всем справлюсь, ведь я её сын. Умный, находчивый, смелый и решительный...Мама верила и в то, что я стану музыкантом. Синтезатор был её подарком на двенадцати-летие. Вообще, я увлёкся музыкой раньше, но не сразу сказал об этом. А когда увлёкся настолько, что начал проводить за просмотром музыкальных шоу целые вечера, и книги, любовь к которым она привила мне с раннего детства, перестали завлекать, мама поняла, что я нашёл нечто большее, чем просто интерес. Как-то она спросила, звучание какого инструмента нравится мне больше, и я сказал, что хочу синтезатор... День, когда я получил этот подарок, наверное стал одним из самых знаменательных дней в моей жизни. Я продолжил читать. Мне и сейчас нравится проводить свободное время с книгами, но именно в музыке я могу выразить все свои чувства, всё, что творится в моей душе...Что касается отца, его я никогда не видел. И мама о нём не говорила. — пока Мин рассказывал, они дошли до ручья и, присев на большие камни, продолжили. Чон выглядел подавленным и тихо глядел на воду. Он не решался спрашивать что-либо, но и молчание убивало. — Ты скучаешь по ней? — Иногда да, очень. Но в тоже время понимаю, что даже если бы не остался один тогда, это произошло бы рано или поздно. Когда я читаю, или играю свои любимые мелодии, то чувствую умиротворение. И то, что она со мной. В душе. — Юнги повернулся и увидел, как по щеке Хосока скатилась слеза. Решив немного скрасить обстановку, Мин со спокойной улыбкой спросил: — Снова в душу? — Да... Прости. — парень вытер лицо рукой. — Не извиняйся. Это всего лишь история моей жизни. — Да...Далеко не простой жизни. — Хосок... — Хо. Называй меня так. Просто Хо. — Ладно. Спасибо, что выслушал. — Не за что. Уверен, что это далеко не всё, но спрашивать сейчас не стану. — он повернул голову к другу. — Юнги, если тебе захочется с кем-то поделиться, рассказать о том, что тебя тревожит или просто поговорить... Я всегда к твоим услугам. Мин не знал, как ответить на услышанное, поэтому просто смотрел в глаза напротив. — Воу, у тебя такой взгляд проницательный... Мне нравится. — Чон снова потёр рукой мокрые глаза и продолжил: — Слушай, тебе же надо к тренеру зайти. — Это ещё зачем? — Узнать, в какие дни недели тебе нужно будет работать. — Да, точно. Забыл. Ёнхо сказал мне, когда я приехал. — Оу, вы разговаривали? — Немного. Стоп. К тренеру? А он тут при чем? — Видишь ли, он не только тренер, но и владелец-директор клуба. Любой вопрос решается через него. — Неплохо устроился. — Да. У него, как мне говорили, нет жены, а взрослые дочери учатся в Сеуле. Ведёт здесь свой бизнес, помогает им с деньгами. Заодно занимается любимым делом. Всю жизнь предпочитал людям лошадей. В этом мы похожи. —Планируешь для себя нечто подобное? — Нет. — ответив с уверенностью, парень поднялся на ноги. — Я люблю лошадей, но не люблю управлять. Бизнес не для меня. Остальное расскажу позже. Идём. Сон Джун живёт неподалёку. Его дом на той стороне леса. Но не считай его отшельником. — Ладно, не буду. — Наверное, он как и ты ценит уединение. — И природу. — Да, её самую. *** Сон Джун сидел на веранде и читал книгу. Увидев двух молодых людей, он улыбнулся, положил книгу на стол и первым поприветствовал: — Ааа, Хо, Юнги. Рад вас видеть. — Добрый вечер, господин Сон. —ответил Чон, останавливаясь. — Здравствуйте. Я по поводу работы. — Ёнхо сказал ему встроиться в график, поэтому мы здесь. — Вижу, вы подружились. Хорошо. Тебе ведь была интересна вторая смена, Юнги? — Вообще да, но скоро лето. Времени будет больше. Если сильно понадобится, смогу поработать и в первую. — Мне нравится твой настрой. Но обычно летом все сбегают, и мне приходится искать новых помощников. — Я не сбегу. Мне нужна эта работа, хён. — Хорошо. Вторник и четверг. Твоё время после полудня, когда спадает жара. Кормежка, поилки, чистка стойл. Понаблюдаю за тобой. — Хорошо. Спасибо. — Не за что, Юнги. Наверное, скоро я сам буду говорить тебе "спасибо". В разговор вмешался Хосок (он обратился к Мину): — Круто. По вторникам и четвергам у меня по расписанию тренировки. Сможем видеться. — Угу. Господин Сон, можно взять ваш номер? — Конечно. *** Через несколько минут парни уже возвращались на поле, где оставили Альбу. Они медленно шли, наслаждаясь свежим воздухом и разговором друг с другом. — Знаешь, твой тренер - приятный человек. — Да, и он думает о тебе также. — Думаешь? — Сто процентов. Позаботился о том, чтобы ты не в жару работал. Он и смотрит на тебя по-другому. Не так, как на остальных. — Ты ведь его любимый ученик? — Не знаю, но у нас с ним хорошие отношения. Часто он разговаривает со мной по душам после занятий, слушает о моих проблемах. Мой отец иногда не такой тёплый ко мне. И ему всё равно, что происходит в моей жизни. Главное, как он считает, занять хорошую должность и обзавестись семьёй. Но я считаю, что всё это ерунда. Кому вообще нужны дети и власть? — Чон посерьёзнел, а Юнги посмеялся. — Эмм, что смешного? — Ничего. Просто ты так серьёзно и эмоционально всё это рассказываешь. Видно, детей не любишь, ахах. Хо усмехнулся, но на его лице заиграла улыбка. — А ты их любишь? — Не-а. Терпеть не могу. — серьёзно ответил Мин, и теперь Хосок смеялся над серьёзным лицом друга, а Юнги улыбался.