Пожиратели Судьбы

После незапланированной пробежки Розали стало душно в угнетающих коридорах школы. Пасмурная погода лишь усиливала привычную мрачность замка. Осень вступала в свои права. Днями бушевали ливни. Солнце всё реже и реже выглядывало из-за туч. В подземельях Хогвартса становилось холоднее. Октябрь неумолимо приближался к завершению. Спустившись на нижние этажи после разговора с МакГонагалл, Стоун оказалась перед большими дубовыми дверьми, выходящими наружу. Чуть навалившись на них, она приоткрыла щелку и её тут же ослепил яркий дневной свет. После приглушённого освещения в школьных залах он настолько давил на глаза, что пришлось их зажмурить. Немного проморгавшись, девушка привыкла к свечению и прислонилась к деревянной поверхности. Прогулка была необходима. Ей не понравилась столь острая реакция на дневной свет. С силой толкнув массивные двери и сделав несколько уверенных шагов вперёд, она оказалась в кампусе Хогвартса. Осмотревшись по сторонам, она тут же поймала себя на мысли, что за время, проведённое в замке, ни разу не выходила наружу. События нескольких недель настолько захватили её, что до прогулок ей совсем не было дела. Расценивая ситуацию, как шанс отвлечься, Розали подставила лицо ветру, наслаждаясь колыхающимися каштановыми локонами, и широко улыбнулась. Свежий воздух потоком попадал в лёгкие, стремительно пробираясь к мозгу, и пьянил своим чистейшим ароматом. Пожухлая мокрая трава нежно лизала молочную кожу, выглядывающую из туфель. Спокойствие и непередаваемая тишь поглотили в свою обитель. Медленно ступая, Стоун упивалась предоставленным ей состоянием. На душе было хорошо. Природный ландшафт помогал забыть обо всех бедах. Все проблемы просто меркли перед неописуемым пейзажем. Хоть небо сегодня и не славилось теплотой и ясностью, но золотые листья на деревьях скрашивали хмурость осени. Яркими красками они мерцали на сером фоне и манили своей пестротой. Никаких Волан-де-Мортов или Снейпов поблизости не наблюдалось. Никто не раздражал своим присутствием. Розали чувствовала себя абсолютно свободной и даже немного счастливой. В глубине души ей очень хотелось, чтобы так было всегда. Ей настолько надоело быть каждый день начеку и выкручиваться из опасных ситуаций, что она была готова исчезнуть, сбежать, оказаться на краю земли, лишь бы любоваться природой, а не бесконечными министерскими коридорами, бумагами и напряжёнными лицами. Ей хотелось просыпаться утром с чувством беспечности, готовить вкусный завтрак, красиво одеваться и, прихватив с собой перо с пергаментом, встречать рассвет на берегу моря, черпая вдохновение для собственной книги. Ей хотелось стать самостоятельной. Познакомиться с новыми людьми, вступить с кем-нибудь в отношения. Жить полной жизнью. Она устала от контроля отца. Она устала от окружающих проблем. Даже Запретный лес не казался Стоун таким ужасающим, как его описывают, по сравнению с тем, что творится с её судьбой. «Может, затеряться в этот самом лесу. Попасться какому-нибудь акромантулу? Или пойти к кентаврам, вступить в их табун. Хотя, кому я нужна? Нерадивая волшебница», — грустные мысли посещали Розали, неумолимо преследуя её на протяжении всего пути. От необдуманных действий девушку уберегла хижина, так вовремя попавшая в поле зрения. Огромное обветшалое здание стояло прямо у входа в Запретный лес, привлекая внимание прохожих. Оценив возникшее препятствие, Стоун вспомнила про его хозяина. Отец рассказывал ей про лесничего Хагрида, отличающегося своим огромным ростом и невероятным добродушием. Завладевший ей интерес разгорался с невероятной силой и, сдавшись под его напором, она решилась зайти внутрь. С одной стороны, что-то ей подсказывало о неправильности её поступков. С другой, просто кричало о том, что это ей необходимо. Отметая все сомнения, Розали дернула ручку на себя и застыла на пороге. Внутреннее строение избушки казалось поистине великанским. Невероятных размеров стол, кровать и прочие принадлежности смущали и удивляли. За свою короткую жизнь девушка не видела ничего подобного. Массивные форматы были настолько захватывающими, что хотелось их немедленно потрогать и опробовать. Когда ещё выдастся возможность побывать в жилище у полувеликана? — Кто там? — высокий басистый голос отвлёк её от рассматривания деталей и обратил внимание на себя. Из прилегающей к прихожей двери, незаметной ненатренированному глазу, появился четырёхметровый взлохмаченный мужчина. Следом за ним тут же выбежал чёрный пёс, облаяв гостью. Розали дёрнулась, не ожидая появление собаки, и внезапно пожалела о своём желании здесь появиться. — Клык, фу! — рыкнул хозяин лачуги и дружелюбно улыбнулся застывшей в дверях девушке. Пёс, немного порычав для вида, развернулся и лениво поплёлся к своему месту. Удобно устроившись под окном, он широко зевнул и, положив голову на лапы, притих, оставив в покое испуганную Стоун. Она неловко потопталась на месте, отходя от охватившего её на долю секунды страха и уверенно посмотрела на мужчину. — Рубеус Хагрид, — тактично поприветствовала она, делая несколько шагов вперед. — Да, я. А вот вы кто? Я не помню вас… — в воздухе повисла неловкая пауза. — Ааа, наверное, вы журналистка, — хлопнул себя по лбу лесничий. — Извините меня за такой нерадушный приём. — О, ничего страшного, — поспешила заверить Розали. — Вы же не ожидали меня. А я вот как снег на голову свалилась, — усмехнулась она ситуации. — Что-нибудь хотите узнать? — догадался мужчина. — Спрашивайте. Чай будете? Стоун ещё раз посмотрела по сторонам и, приметив громадные, судя по виду, черствые кексы, вежливо отказалась, пододвигая стул к большому столу. Хагрид сел напротив, поставив чайник на огонь и задел локтем край мебели, сотрясая деревянную поверхность. Девушка улыбнулась в ответ на неуклюжесть хозяина хижины и, устроившись поудобнее в сиденье не по размеру, обратилась к собеседнику: — Расскажите про Запретный лес. Располагающую к себе обстановку Розали решила использовать с умом. Ей действительно было очень интересно узнать всё об этом загадочном месте. А в первую очередь — почему оно находится на территории школы, где целая толпа учеников. Ведь, исходя из известных данных, там обитают опасные существа, которые могут навредить детям. И хоть они не выберутся из своего жилища по собственной воле, но причинить вред могут. В том случае, если какой-нибудь любопытный первокурсник случайно забредёт в самые дебри леса. И как бы правила не пытались уберечь от этого, никто не был застрахован. — Необычная просьба, — прищурился лесничий. — Мало кто интересуется им, — вздохнул он. — И, раз уж вы спросили, я расскажу. Видите ли, мисс Стоун… — Можно просто Роз, — поправила девушка, пока собеседник не разразился монологом. — Видишь ли, Роз, — быстро соориентировался Хагрид. — Запретный лес сейчас переживает не лучшие времена. Впрочем, как и все мы. Местные жители очень обеспокоены. Кентавры настроены агрессивно. Они первее всех попадут под удар, если Тот-кого-нельзя-называть придёт ко власти. Акромантул Арагог захворал. Боюсь, осталось ему недолго. Приходится присматривать за его потомством, — с грустным выражением лица поведал он. — Как бы маленькие паучки не разбежались по замку и не напали на какого-нибудь беззащитного студента. Розали не знала, что ответить. Она лишь сочувствующе посмотрела на мужчину и поджала губы. История показалась ей очень печальной. Стоун даже и предположить не могла, что настрой волшебников будет столь сильно влиять на магических существ. Даже они чувствовали приближение войны. Всё неумолимо сигнализировало о начале глобальных изменений. — Сегодня вот нашел раненого единорога. Зацепился за что-то, наверное. Совсем плох. Не знаю, что делать. Оставить умирать — жалко. Лечить не получается. Нужно какое-то зелье специальное, а я его варить не умею. И купить не могу. Редкие ингредиенты. Бедное животное. Чистейшей души, — из глаз лесничего брызнули слезы, смачивая косматую чёрную бороду. — Хэй, ну вы чего? — девушка достала из кармана мантии платок и протянула его расстроенному Хагриду. Мужчина благодарно принял кусочек ткани размером с его палец и лёгким движением смахнул небольшие капли. — Всё будет хорошо. Он выздоровеет, — взмахнув палочкой, она отлеветировала закипевший чайник на стол. Разлив по чашкам кипяток, подала одну из них собеседнику, с трудом удерживая тяжёлую ношу. — Мы обязательно добудем это зелье, — убедила в собственной правоте. — Но как же это? — непонимающе уставился на Стоун лесничий. Розали не стала утаивать и без того очевидную вещь и лишь пожала плечами. Она надеялась, что её уверенность поможет добиться желаемого. Но не знала, с чего начать. В зельях она была совсем не сильна. В ингредиентах тоже не разбиралась. — Снейп! Нам поможет Снейп! — неожиданная догадка осенила её, подобно молнии в ясную погоду, заглушая все переживания сегодняшнего утра. Данное себе обещание тут же отошло на второй план. Стоун настолько прониклась рассказом Хагрида о единороге, что единственной заботой для неё стало его спасение. И никакие обиды не могли её остановить.

***

Профессор ЗОТИ только что закончил урок у семикурсников и с удовольствием уединился у себя в кабинете. Бесконечный наплыв учеников завершился и теперь он мог спокойно наслаждаться одиночеством, прокручивая в голове слова Розали, и попутно проверять контрольные тесты. Количество работы, свалившееся на него, никак не позволяло подумать о произошедшем вчера вечером, чтобы по праву оценить ситуацию. Было слишком очевидно, что Северус невольно зацепил девушку, задев кровоточащую рану, и необоснованно отчитал её, как школьницу, на что не имел никаких полномочий. Она действительно не заслуживала такого отношения. Его поведение было чертовски неправильным и было вполне разумно это исправить. Но как? Извиняться мужчина никогда не умел. Он не привык просить у кого-то прощение. Единственный раз, когда он буквально умолял забыть все обиды, был ещё в школьные годы после того, как он обозвал Лили, тогда ещё Эванс, «грязнокровкой». С тех пор он на дух не переносил это слово и старался не доводить конфликты до ощущения собственной вины. Снейп и так поплатился за необдуманный поступок смертью возлюбленной, тем самым обрекая себя на пожизненную расплату. Он не хотел быть должником кому-то ещё. Но в случае с Розали понимал свою ошибку. И с этим нужно было что-то делать. Оставив размышления и несвойственное ему беспокойство за кого-то, декан Слизерина пододвинул к себе стопку работ и внимательно начал их перелистывать. Писанина учеников как ничто иное отвлекала от душевных терзаний и даже немного успокаивала. В ней всегда была стабильность — полнейшая ахинея, написанная безалаберными студентами. И эта стабильность позволяла расслабиться и чуть-чуть насладиться статичностью жизни. Из года в год на профессорском столе появлялись исписанные чернилами пергаменты, в которых зельевар не находил ничего нового. И с долгожданной должностью хоть и появилось какое-то разнообразие, это не отменило того, что ученики остались прежними. — Мистер Снейп! Мистер Снейп! Тонкий девичий голосок прервал занятие Северуса, вызвав в нём волну негодования. Он был крайне раздражён нежелательным присутствием кого бы то ни было и твёрдо настроен вышвырнуть его за дверь. Отложив письменную атрибутику, мужчина встал из-за стола, чтобы хорошенько отчитать незваного гостя и уж было направился в сторону класса, откуда и доносился неприятный зов, но был тут же оставлен неприятным скрипом. Распахнув дверь настежь, в кабинет влетела возбужденная и растормошенная Розали с горящими от напряжения глазами. Профессор ЗОТИ, увидев эту картину, тяжело вздохнул и мысленно выругал себя за невнимательность. Погрузившись в бумаги, он не заметил, что его назвали «мистером Снейпом». И с учётом того, что все ученики обращаются к нему никак иначе кроме «профессор», он должен был принять это во внимание. Рассердившись за потерю бдительности, зельевар сжал челюсти и коршуном глянул на влетевшую журналистку. Грош ему цена, как шпиону, раз он не отличил такую существенную деталь. — У нас пожар, Стоун? — издевательски искривил губы в усмешке Северус, сверху вниз взирая на лохматую гостью. Такой он её не видел ещё ни разу. Разве что после парочки «круциатусов» от Лорда на Посвящении. Только тогда у неё был потухший взгляд. Сейчас же живой. Переживающий. Просящий… А вот это уже интересно. — Нет, нет. Я просто… Очень важно… — замявшись пролепетала девушка, не в силах подобрать правильные слова. Пока она бежала сюда, выстроила в голове целый возможный диалог, который мог бы сложиться в ходе их разговора. Сейчас же ни одной верной фразы вымолвить не могла. — Я Вас слушаю. Говорите побыстрее. Я не намерен ждать вечно, — колко бросил Снейп, не упуская из виду ни малейшего движения собеседницы. Медленно надвигаясь на неё, он выхватывал каждый неосторожный взмах руки или же нервное облизывание губ. Она боялась. Ей было неловко. Такое несвойственное Стоун поведение отчего-то настораживало. Розали открыла рот, чтобы, наконец, всё объяснить, но тут же замолкла. Ступор сковал её конечности и заставил язык онеметь. Она беспомощно смотрела на нависающего над ней мужчину и инстинктивно вжималась в стену. Неспешные приближающиеся шаги хозяина кабинета застали её врасплох. Непонятное чувство обуяло её с ног до головы. — Что Вы жмётесь, как девчонка? Раньше были смелее. Постоянно огрызались со мной, пытались что-то мне доказать, даже ляпнули, что мы с Вами пара. Без всякого зазрения совести, — вид обескураженной девушки явно забавлял мага. — Не смейте! Не смейте так говорить! — замечания зельевара задели Стоун и она не могла не ответить. Колкие фразы вывели её из странного состояния, помогая встать в стойку боевой готовности. — Если б не срочное дело, я бы ни за что не заговорила с Вами. — Так в чём же дело? — вопросительно изогнул бровь Северус, терпеливо ожидая разъяснений её наглого вторжения. — Мне нужна Ваша помощь. Нужно вылечить единорога. Хагрид не справляется. Требуется какое-то специальное зелье. Думаю, Вы понимаете, о чём я. Это в Ваших же интересах. Единороги — довольно редкий вид. И мы не можем позволить исчезнуть даже одной особи из-за глупой раны, — уверенно отчеканила Розали, с вызовом заглядывая в чёрные глаза. Снейп прожигающим взглядом посмотрел на девушку, но она даже не шелохнулась. Минутная растерянность ушла, будто её и не было. Перед ним снова стояла боевая девушка, готовая к любым сложностям жизни. Она была твёрдо настроена добиться желаемого, а он был не вправе отказать ей в этом. — Следуйте за мной, — самоотверженно не вступая в спор, приказал мужчина и молча вышел из кабинета.

***

Розали не ожидала, что декан Слизерина так быстро согласится, и несколько секунд после его ухода обескураженно пялилась в одну точку — на учительский стол со студенческими работами. Но, взяв себя в руки, всё же двинулась за ним. Совсем неудивительно было, что после этого они очутились в подземельях. Комната, уставленная склянками, котлами и различными ингредиентами, чем-то напоминала огромную кладовую. И, наверное, так Стоун и решила бы, если б не один нюанс. Всё вокруг было живым. Зелья кипели и бурлили, флаконы отливали разными цветами. И лишь это сигнализировало о том, что это лаборатория зельевара. Набрав каких-то снадобий в тот момент, когда девушка изучала обстановку, Северус подлетал то к одной полке, то к другой, в конечном итоге сложив целую кучу склянок на стол. Розали оценивающе осмотрела разноцветную гору и потянулась было к парочке флаконов с краю, но была крепко схвачена мужской рукой. Обиженно фыркнув, она выдернула запястье из мёртвой хватки и тоном, не терпящим возражений, заявила: — Я иду с вами! Снейп насмешливо посмотрел на Стоун и победоносно улыбнулся. Он-то понимал, что этот раунд останется за ним. Ему выпал неплохой шанс поставить зазнайку на место. — У Вас нет выбора, — самодовольно заметил мужчина. — Это ещё почему? — ответ профессора ЗОТИ застал её врасплох. Она была готова к отпирательствам, разгорающимся конфликтам, язвительности и прочему арсеналу Снейпа, но никак не к намерению, превратившемуся в безысходность. — Если Ваш друг Хагрид с лёгкостью находит с животными язык, то я не могу похвастаться тем же. Знаете ли, единороги непростые существа. С ними очень тяжело выйти на контакт. Особенно мужчине. Насколько мне известно, они питают слабость к прекрасным юным девам, представительницей которых Вы и являетесь. Думаю, Вам под силам успокоить животное, пока я обработаю рану, — учительским голосом пояснил Северус, складывая зелья в расширенные карманы мантии. Розали кивнула, по праву оценив предстоящий вклад в лечение единорога. Она была довольна тем, что ей предстоит сыграть важную роль в этой миссии. Она так хотела чувствовать себя полезной. Сейчас, когда всё катилось к дракловой матери. Когда нервные клетки были измотаны. И только увлекательные задания держали на плаву.

***

У входа в Запретный лес они оказались уже в сумерках. День с каждым заходом солнца шёл на убыль. Темнеть начинало рано. В принципе, ничего удивительного в этом не было. Но Стоун почему-то стало не по себе. Громадные деревья были похожи на зловещих великанов. Пугающие звуки невиданных существ заставляли конечности холодеть. Окружающая природа выглядела куда более жуткой вечером, чем днём. Теперь желания скрыться в глубине леса у девушки совсем не возникало. — Держитесь рядом, — скомандовал Снейп, входя на территорию чащи. Розали покорно засеменила следом, даже не думая о том, чтобы сказать слово поперёк. Она, как никогда, понимала, что в этих окрестностях она — лишь слепой котёнок, вынужденный следовать за голосом матери. — Смотрите под ноги. По дороге нам могут попасться неприятные сюрпризы, — спокойно предупредил спутник, будто это было совершенно обычным делом. Девушка тяжело вздохнула, уже совершенно не радуясь тому, что согласилась на такое самоотверженное спасение единорога. Конечно, ей двигало сочувствие и жалость. Она искренне хотела помочь бедному животному, обречённому на мучительную смерть. Но не таким же способом. В конце концов, они могли пойти не вечером, а утром. Или завтра в обед. Хотя, с другой стороны, медлить было нельзя. Каждая секунда на счету. Хоть Хагрид и перевязал рану, с лечением опаздывать не было возможности. Северус с любопытством наблюдал за сменяющейся гаммой эмоций на лице Стоун. Погруженная в свои мысли, она не замечала ничего вокруг, что делало её маленькой и беззащитной перед внешним миром. Маска, с таким трудом выстраиваемая перед ним целый месяц, спала, являя чистейшей красоты ангельский облик. Несмотря на яростную борьбу, чтобы показать свою взрослость, она всё ещё оставалась юной невинной девушкой, практически нетронутой тяготами жизни. И горько было оттого, что она избрала неверную дорожку, вступив в ряды Пожирателей. И защитить хотелось от несправедливости судьбы. Погружение в личность Розали прервал серебристый блик, мерцающий сквозь стволы деревьев. Мужчина прибавил шаг, чтобы скорее добраться до единорога, надеясь, что спутница незамедлительно подстроится под него. Бедное измученное животное было совсем рядом. Безвольно развалилось на одинокой поляне, истекая кровью. Остановившись на безопасном расстоянии, Снейп оглянулся в поисках Стоун и замер на месте, не в силах пошевелиться. Девушки нигде не было. В лесу воцарилась полнейшая тишина.

***

Розали не заметила, как исчез Северус и совершенно спокойно продолжила путь в размеренном темпе. Угнетающая обстановка способствовала тому, чтобы подумать о чем-то хорошем. Например, представить то, как выглядит единорог. Или же набросать примерную картину предстоящего квиддича. А может, даже вспомнить семейный ужин и почувствовать вкус папиного фирменного пирога. Воображение слишком чётко рисовало различные образы, что справляться с их наплывом было сложно. С каждым пройденным метром они становились всё более реалистичнее и настойчивее захватывали в свой плен. Не выдержав мелькающих картинок, девушка сдалась, полностью отдаваясь в их власть. — Стоун! Стоун! — смутно знакомый голос прорвался сквозь яркие воспоминания, поглотившие в свою обитель, и мешал целенаправленно добраться до улыбающегося отца с протянутыми руками. — Розали, Мерлин тебя дери! — чёрное пятно стремительно приближалось к абсолютно счастливой волшебнице. Она вот-вот воссоединиться с семьёй и назойливый расплывчатый человек исчезнет из её головы навсегда. — Вечно с тобой одни неприятности! — цепкие пальцы обхватили её талию и потянули за собой. Недовольная тем, что её разлучают с отцом, Стоун начала брыкаться, отбиваясь от невидимого противника. Оказавшись на земле, она попыталась рвануть, но обнаружила, что её руки и ноги прижаты. Воинственно завопив, она стала раскачиваться корпусом, извиваясь всеми возможными участками тела. — Тише, девочка, тише, — Снейп, аккуратно раскрыв рот Розали, откупорил зелье и попытался влить его в неё. Разъяренная девушка укусила мужчину за сухожилие и демонстративно заклацала челюстями. — Я хотел по-хорошему, — рыкнул Северус, доставая из кармана палочку. — Петрификус Тоталус. Стоун застыла в каменной позе, обездвижимая заклинанием. С враждебно-настроенным выражением лица она походила на настоящую фурию. Каштановые кудри хаотично расползлись в разные стороны, утопая в земле. Стеклянные янтарные глаза горели в темноте адским пламенем. Злость окрасила молочную кожу в тёмный цвет. — Что же тебе там такое привиделось, что ты так яростно сопротивляешься? — зельевар всмотрелся в очертания девушки и беспрепятственно влил жидкость в её организм. — Всё равно уже не вспомнишь. Когда он увидел Розали на краю пропасти, внутри что-то оборвалось. Он успел разозлиться, пока искал её по лесу, теряя драгоценное время. И был уже готов высказать всё, что о ней думает. Но, как только, застал столь напряжённую картину, тут же забыл обо всём на свете. И о том, что нужно поскорее вылечить единорога. И о том, что Стоун умудряется влипать в неприятности. Он не мог потерять ещё кого-то по собственной вине. Хватит одной лишь Лили, которая будет до конца жизни преследовать его с осуждением в глазах. Не думая ни секунды, Снейп бросился спасать девчушку, самозабвенно приближающую свою смерть, совершенно не зная об этом. Выяснить, что она находится под галлюциногеном, не составило труда. Затуманенный взор, глуповатая улыбка. Чувство абсолютной эйфории. — Что произошло? — как только действие заклятия спало и зелье подействовало, Розали неспеша встала и чуть дернулась, схватившись за голову. Придя к выводу, что разумнее будет сесть, она опустилась обратно на траву и выжидающе посмотрела на мужчину. Её состояние оставляло желать лучшего. Виски пульсировали, конечности болели так, словно их кто-то сжимал верёвками. Самочувствие было сравнимо с похмельем, которое ей удалось испытать лишь раз — на семнадцатом дне рождении. Тогда она выпила целую бутылку огневиски, за что получила нагоняй от отца, и наутро страдала от убитого алкоголем организма. — Ядовитый плющ, — коротко ответил зельевар, уже стоявший спиной к ней, словно отгородившись ото всего мира. — Это опасно? — нервно сглотнула Стоун, переживая за действие этого растения. — Его яд не опасен. Он лишь вызывает галлюцинации, которые через какое-то время проходят. Однако высокая концентрация может сильно задурманить голову. А это чревато печальными последствиями, — сухо отрапортировал Северус. — Покажите Ваш порез. Девушка обхватила себя руками и недоверчиво отползла назад. Она совсем не представляла, что от неё хотят. Внутреннее чутье ей подсказывало, что только что случилось что-то страшное. И она непосредственно в этом фигурировала. — Вашу ногу, — требовательно повторил Снейп, намекая на исток несчастья. Испуг Розали был вполне объясним, но не желателен. Её забитость никак не помогала делу и поэтому приходилось брать всё на себя. Стоун медленно протянула ногу мужчине и закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Волшебник аккуратно провёл по оголённой лодыжке и, нащупав кровяной ожог, обработал мазью. Девушка, почувствовав приятный холодок в области голени, заметно расслабилась. Боль постепенно утихала, разум становился чище. Она медленно приходила в себя. — Идти сможете? — поинтересовался зельевар, выжидающе смотря на Розали. — Да, — твёрдо кивнула она. — Кажется, да. Поднимаясь на ноги, Стоун отряхнулась от прилипшей к ней грязи и сделала пару шагов. Дрожи, мешающей ходить, уже не было и она вплотную подошла к спутнику. Он, лишь качнув головой, развернулся к еле заметной тропинке и двинулся по ней. Розали теперь старалась не отставать, след в след ступая за Снейпом. Она старалась не задавать лишних вопросов о том, что на самом деле с ней случилось. Мужчина выглядел напряжённым, и дураку было понятно, что не просто так. «Неужели переживал? — пронеслось в голове. — Или я просто чего-то не знаю?» Но чего-то ещё знать было не обязательно. Не успели они оглянуться, как их настигла новая неприятность. Разбушевавшийся ветер донёс буйный шелест листьев. — Впереди! — лишь успела крикнуть она, заметив огромный надвигающийся на них куст, как её отбросило назад невидимым потоком воздуха. Ядовитый плющ двухметрового роста тянул свои противные лапы к заблудшим путникам, стараясь зацепить ветвями как можно больше участков кожи. Северус среагировал на этот выпад молниеносно и вскинув волшебную палочку, для начала обезопасил Розали, пока она не влезла в гущу событий. Хватит с неё и одного знакомства с сорняком. На попытку растения ухватиться за магический проводник, он уже ответил жестоко. — Инсендио! — из палочки вырвался огонь, опаляющий настырные листья. Сжигая всё вокруг он подобрался к зарослям, сокрытыми разросшимися ветками и выжег всё дотла. Всё закончилось так же быстро, как и началось. — Почему нам сегодня так не везёт? — поднимаясь с колен, возмутилась девушка, недовольно испепеляя взглядом спутника. — Потому что Вы пошли со мной, — в привычной ему манере ответил зельевар. Розали тяжело вздохнула, возведя глаза к небу, и, проклиная всё на свете, пошла спереди. Она молилась, чтобы этот день поскорее закончился. Она мечтала о том, чтобы поскорее попасть в замок. Но, похоже, у судьбы на них были другие планы.

***

Благополучно минуя Запретный лес, Снейп со Стоун устало вошли в школу. Сейчас им решительно было не до единорогов и помощи Хагриду. И если Северуса сегодняшняя прогулка скорее позабавила, чем существенно подорвала настрой, то Розали в точности наоборот. Успешно справившись со всеми трудностями, он преспокойно планировал проверить работы учеников и в очередной раз убедился, что Стоун просто жить не может без неприятностей. И, к сожалению, не всегда умеет из них выкручиваться. Бок о бок следуя с Розали по коридорам Хогвартса, Северус приметил некую странность. Боковым зрением он стал замечать рыжую копну волос. Сославшись на цвет кудрей Стоун в свете факела, он отмахнулся и решил перевести внимание на что-то более важное. Но назойливый медный волос мешал сосредоточиться. Не пересилив свой интерес, он все-таки повернулся и его сердце стремительно сжалось. Рядом с ним стояла она. «Лили?»