Приёмная Доктора Мастерса.

Двери лифта открываются и оттуда, к удивлению проезжавшего мимо ангела, появляется его собрат. Но мало того, что до сегодняшнего дня он никогда не видел его, так и вид у незнакомого ангела был…слишком впечатляющий. Высокий, в белоснежной тоге и с босыми ногами (это в то время, когда Гавриил строго следит за дресс-кодом!), но не нарушение корпоративного стиля больше притягивало взгляд. Сам ангел был…так прекрасен, что даже, привыкшие к небесному совершенству, собратья во все глаза смотрели на него, пока он шествовал по залам Рая. Золотоволосый, златоглазый и златокрылый… Кто вообще сейчас ходит с крыльями на виду? Он шёл, и само пространство Рая, словно сжималось. Вздумай бы кто-то поехать рядом с ним на гироскуторе, непременно отстал бы, хотя двигался тот спокойным шагом. Никто не решался его окликнуть или остановить. Но новости по Раю разносятся быстрее, чем ездят гироскутеры. Из своего кабинета вышла Михаил и, привалившись к стене, смерила вторженца взглядом, говорящим, что, мол, она впечатлена. Златокрылый остановился возле Архистратига. — Привет. Это Гавриил тут насаждает офисный стиль? — Рада встрече, — без тени иронии произнесла Михаил. – Визиты на Землю участились. В таком виде проще, да и удобнее, честно сказать. — М… Огненной Валькирией с мечом ты тоже бы хорошо смотрелась. — А ты чего тут изображаешь блудного сына? — Так дела у нас с мамой, у неё кабинет лучше оснащен. Да и, как-то… ну, не солидно ,что ли, ей ко мне по работе. — Заходи, как закончите, если пожелаешь. — Только меч убери в сейф. У меня бок до сих пор на погоду ноет. Михаил лишь ухмыльнулась и скрылась из виду. — Ты опаздываешь. Я уже пять минут на два фронта работаю, рук не хватает, — отзывается женщина, стоящая посреди большого кабинета. Вокруг неё в воздухе… словно телевизоры, висят картинки, на которых изображены люди. Вошедший ангел быстро подходит ближе, и на тех экранах, на которые он бросает взгляд, происходят странные вещи. У спящего мужчины растёт температура (это отображается на панели…), внезапно ломается машина. — Заболтался с Михаил. Женщина одобрительно кивает. — Мне нравится твоё обличье. — Ну не с рогами же сюда являться или в выбранном недавно человеческом теле. А так… Это же всё равно я. — Ты, — подтверждает Богиня. Как-то особенно произнося это слово. На одном из её экранов в службе доставки на компьютере цифра 1 сменяется на 2, и в заказ собирают два набора для приготовления ужина. Около другого экрана она задумывается. — Пффф. — Дождь? Женщина, моющая чашку, вдруг неловко роняет её в раковину и, пытаясь собрать осколки, ранит руку. — Задержится минут на 10, достаточно. А погоду нам портить нельзя… Богиня хмыкает, и у мужчины, стоящего в ожидании кого-то и желающего курить, вдруг неожиданно кончаются сигареты. Он нервно топчется на месте. — Вот дерьмо. Где её носит? Видимо, не сегодня. Мужчина сплевывает на асфальт и покидает свой пост. — Ты же понимаешь, что он её убьет потом? – уточняет Люцифер. — Главное не сегодня. Билл Мастерс сидел за столом, потягивая кофе. Впервые один за последние несколько недель. Нет, он был очень рад, что сын жил с ним. За это время они прошли этап от осторожного недоверчивого соседства до долгих вечерних разговоров, после одного из которых Билл звонил Лейнгу и долго говорил уже с ним. Но сегодня он завтракал в одиночестве, и это его радовало. И солнце за окном. И смс от Давины, что первая записанная пара перенесла прием, потому что мужчина внезапно заболел. Значит, он успеет зайти отдать часы в чистку и даже выпить кофе в любимой кафешке. По пути к той самой кофейне его настигло ещё одно смс. «Мне прислали по ошибке два набора продуктов на ужин)))» «Захвати на работу, отдашь Миллер», — печатает на ходу Билл. «Я уже не дома» Мастерс в это время остановился у газетного киоска, разглядывая прессу и заодно стараясь не мешаться толпе. Когда он поднял глаза на газеты, внезапно, чуть не выронил телефон. На него с нескольких изданий смотрел в упор сам Сатана. И только спустя некоторое время Билл осознал, что это тот самый детектив, чей образ позаимствовал бойфренд Давины. И что-то во взгляде на фото заставило Мастерса долго рассматривать газету. «Я могу отдать тебе, во время вечерней прогулки. Но, по-моему, это неудобно — таскаться с пакетом. Можно приготовить вместе» — пришло ещё одно сообщение. «Идеальное свидание» — пронеслось в голове Билла. Значит пора… — Мне газету с этим… Холмсом. Спасибо. «К семи приеду к тебе. Только готовлю я из рук вон, ну, может уже чуть лучше» Алек Харди сегодня проснулся сам, без надоедливого будильника и в странном приподнятом настроении. Вообще ему редко снились сны, тем более хорошие. Он не мог вспомнить, что именно видел, но ощущение чего-то приятного прочно поселилось в груди. Когда он уже завязал галстук, в дверь позвонил курьер из службы доставки продуктов. Сколько Алек с ними намучился – слов нет. Мало того, что эти придурки сначала никак не могли понять, что у копа рабочий день ненормированный, и с трудом согласились на индивидуальный график доставки, проще говоря – накануне обсуждаем или я сам позвоню, так ещё и вечно звонили не вовремя, привозили не туда… но постепенно всё вошло в некую колею. — Доброе утро, распишитесь, Этот парень был из толковых, Алек быстро черкнул в бланке и кивнул на прощание курьеру. Он, удивившись некоторой тяжести пакета, понес его на кухню, чтобы убрать всё в холодильник. Странно, вероятно доставка опять что-то напутала. Харди набрал номер… — Да… да, вы доставили мне заказ в двойном количестве… — Нет, сэр, так указано в карточке заказа…. — Но зачем? То есть я всегда получаю только один набор — Видимо сбой в программе, в любом случае это для вас бесплатно. Так что… — Ок. Харди торопился на работу, пихнув пакеты в холодильник, он поспешил завязать галстук и отправиться в участок, по дороге набирая смс Мастерсу. «К семи приеду к тебе. Только готовлю я из рук вон, ну, может уже чуть лучше». «Вдвоем справимся. Надеюсь, сегодня не застряну с отчетом или не вызовут на какое-нибудь убийство». Против воли Алек улыбнулся. Они с Биллом находились в странных отношениях. Казалось, между ними напряжение, хоть ножом режь. Но Алек всё время гнал эту мысль от себя. Он не был «из этих», Мастерс, кажется, тоже. Но взгляды, прикосновения и всё то, что, так или иначе, порой проскакивало между ними, заставляло его не очень здоровое сердце биться быстрее, и даже румянец, нет-нет, да и заливал щёки. Можно было бы сказать, что они друзья, но… напряжение не давало Харди обрисовать их отношения только этим словом. А ещё он переживал, что всё это чувствует только он, что ему всё мерещится, а Билл просто общается с ним, как раз по-дружески. Харди и сам не знал, чего ждал от этих отношений. Он и отношений-то не особенно хотел, но всё же… На удивление день прошел спокойно. Отчёты были в порядке и без его вмешательства, никакой маньяк, убийца или хоть сколько-нибудь приличный преступник не попался в руки инспектора, всё как-то…словно обходило Харди стороной. Так что освободился он вовремя. Билл Билл был в ожидании, как на иголках. Он будто заранее знал, что проблемных пациентов сегодня не будет. Одна пара, которой, как врач, он и советовал терапию и прочее, но, как человек, посоветовал развестись, была записана последней и, Мастерс был уверен в одном – не придут. Другая же, долго пытавшаяся зачать, пришла, к его огромной радости, с положительным тестом. — Серьезно, мам, ребенок?! — Всё строго по плану, никаких вмешательств, только запись передвинула. — Ну, разумеется… — Вы на сегодня всё, док? – Да, и тебе советую идти домой. — У меня сегодня есть планы на вечер. — М…куда на этот раз? Париж? Альфа-Центавра? Микромир? — Нет, у него дела, мы с Мишель идём в бар. С Робинсон, не с той, что… — Давина махнула рукой, указывая вверх. — Девичник, прекрасно. — Или мальчишник, ещё не решили… — Ну, в любом случае, хорошо вам отдохнуть, — улыбается Мастерс. — Вы что-то не в меру счастливы, по сравнению с собой обычным… — У меня тоже…мальчишник, так сказать. — А… тогда… кхм, хорошо вам… — Приготовить ужин. — Если вы называете это так… — Я серьезно! — Главное, чтобы вам с инспектором, нравилось, - не удержалась от шпильки секретарша, но Билл на этот раз не стал ничего доказывать или вступать в спор. — Твои слова, да Ей бы в уши… — Мастерс кивнул на прощание и направился к лифту. — Да слышу я, слышу… — Стараемся оба, а благодарить будут тебя… — Этот и про тебя вспомнит. Продолжаем. Твой таксист, между прочим, в красной волне, меняй настройки светофоров. «Я освободился, взять что-нибудь по дороге?» — пишет Билл. Смс стали для него привычны, ведь Алек может быть занят. Телефон в руке заиграл стандартную мелодию, и Билл подумал, что месть сладка, но на самом деле обрадовался. — Я тоже свободен, сегодня все преступники, как сговорились взять выходной, хотя только пятница. Для полноценного ужина нам не хватает десерта и выпивки. Мне, конечно, не желательно, но… — Мы же не будем выходить за рамки. Белое или красное? — Сегодня в меню рыба, так что белое. — Вот и такси, до встречи. Вино, мороженое и презервативы. Мастерс чувствовал себя подростком, стоя на кассе с таким набором. Кассирша, к его радости, ни словом, ни мимикой не показала, что разгадала чьи-то планы на вечер. А паника внутри тем временем нарастала. Какое к черту свидание, если его чуть ли не трясёт. Алек пристально оглядывает кухню. Грязные с завтрака тарелки – отправляются в посудомойку, стол торопливо вытирается. В ванной в срочном порядке сменяются полотенца. Вероятно, можно было поменять только то, что для рук, но Харди зачем-то заменяет все. Наверное, стоит переодеться. Он едва успевает натянуть пуловер, как раздается звонок в дверь. Алек нервным движением приглаживает волосы. Да что с ним такое. Они с Мастерсом довольно часто общаются, Билл уже не первый раз увидит его дом, но нервное напряжение не покидает инспектора. Визитер мнется у двери, и ему в голову приходит дурацкая мысль о цветах. Ему отчаянно не хватает букета в собственных руках. Он понимает всю его неуместность, но теперь окончательно признается себе, что сегодня у них с Алеком свидание. Правда, Харди пока не в курсе. «В курсе, — ворчит Люцифер, — звони давай». — Проходи, я сам только пришел, переоделся. Вот чёрт, ты в костюме. Разумеется, Билл был в костюме, в голову не пришла мысль переодеться во что-то более подходящее для готовки, да и не было у него на работе ничего подходящего. — Ну, да… — подтверждает он чужие слова. — Тогда тебе поручим нарезку овощей и прочее, впрочем, - Харди задумывается на мгновенье. — У меня есть футболки, из тех, что ты получаешь бесплатно и никогда не надеваешь, и спортивный костюм, выданный на работе. Жертвовать рубашкой не хотелось, и, хотя, сама идея переодеваться у Алека, носила, по мнению Мастерса, самый интимный характер, сегодня, он шёл ва-банк. — Давай, футболку… и штаны… Харди отнес одежду в ванну, стараясь всеми силами не думать о том, как вся эта ситуация выглядит со стороны. Ну, нет в его доме фартука, логично предположить гостю что-то, что можно испачкать, правда? Билл вернулся на кухню «в боевой готовности». Футболка болталась даже на нём, понятно почему она валялась невостребованной у Харди, штаны были подвернуты, всё-таки в полиции рассчитывали на высокого инспектора… — Вроде неплохо. — Главное можно испачкать. Итак, у нас сегодня… стейк лосося, — Алек надел очки и зачитывал рецепт, – с соусом свит чили и жасминовым рисом. Серьезно, оно будет пахнуть жасмином? — Я думаю, мы узнаем об этом в конце, — ухмыльнулся Билл. – Итак, на мне гарнир? Алек взял на себя лосося, снабдив Билла всем необходимым для приготовления риса и соуса. Мастерс мог назвать всю их работу хоть и забавной, но довольно неуклюжей и неловкой. Они то и дело сталкивались то у раковины, то у полки со специями. Напряжение нарастало. В какой-то момент Алек потянулся за полотенцем, наклонившись через плечо гостя. Тот настолько потерял контроль над тем, что делает, что нож, до этого измельчающий кинзу прошелся по пальцу. — Черт, ш-ш… – кровь алыми каплями закапала на стол. Билл инстинктивно сунул палец в рот. — Секунду…тут где-то был… — Алек мигом принес из аптечки пластырь и помог Мастерсу заклеить порез. — Обычно я выступаю в качестве врачевателя… — Нас учат первой помощи. — Не сомневаюсь, — смущается Билл от того, что Алек все еще придерживает его руку. — Это Момент! — почти кричит Сатана. Богиня смеется. Мужчины неловко улыбаются и возвращаются к своим занятиям. Безнадега «Это идеальное свидание, да? А музыка? Свечи? Красивые костюмы, романтическая обстановка, шум моря, например?»– Билл бросает укоризненный взгляд в небо. – Вроде бы пахнет неплохо, – Алек с недоверием смотрит на вполне удачный стейк. – Похоже, твоё неплохо – значит чудесно. Может Либби и нашла бы изъяны в блюде, Вирджиния… Она редко чем-то кормила Мастерса, да и сама была довольно неприхотлива в еде. Внезапно телефон в кармане Билла оживает, отвлекая его от неуместных размышлений, и голосовой помощник сообщает: «Песни со словами «значит»…. «Что мы значим друг для друга» – аппарат без всякого на то разрешения начинает проигрывать мелодию…. – Вот черт, почему он решил, что я пытаюсь заставить его найти песню?! – возмущается Мастерс, неловко стараясь остановить воспроизведение. «Отличный юмор, ребят, я понял….» – проносится в его голове. Романтическая музыка, как по заказу. – Да пусть играет, – останавливает его Харди,– давай ужинать? Через мгновение даже Алек жалеет, что они не выключили злополучную песню. Этот вечер становится квинтэссенцией неловкости. «I'd rather know if you had turned the page. If you go faster than I do. Suddenly, it's not so clear just what I am to you. Am I friend, am I lover? Do we still need each other? When you touch me, when you touch me, baby, I can tell » – Мы можем, пока остывает рыба, приготовить десерт. Тут предлагается фондю, и у меня даже есть эта странная кастрюля. Она шла в комплекте с квартирой. – Почему бы и нет, что там нужно?– соглашается Билл, чтобы как-то отвлечься от песни. Мужчины разбираются с подставкой, в кастрюле находится несколько свечей, и вот сливки и шоколад медленно тают, а Алек и Билл приступают к ужину. – Кажется, у нас неплохо получилось, и жасмином не пахнет, – Мастерс пробует рыбу.– И под «нас» я в виду тебя. – Поверь, первый десяток блюд я запорол, – признается Харди. – М… вероятно, мне стоит и себе оформить заказ, будет больше толку, чем от вялых попыток приготовить что-то вкусное, из того, что есть в холодильнике. Алек смущенно улыбается, соглашаясь. Они едят, едва перебрасываясь общими фразами. Даже вино как-то не расслабляет. Мастерс периодически мысленно ворчит на себя и на Люцифера, Харди – только на себя. – Кажется, вечеринка не огонь…. Пора добавить жару! Богиня изображает фейспалм. – Десерт? Похоже, шоколад растаял и даже слишком кипит…– Алек смотрит в недра кастрюльки для фондю… Мастерс начинает убирать тарелки, а Алек осторожно перемещает приспособление в центр стола. – Нужно убрать свечку, – вслух думает он, и тут происходит катастрофа. Харди, не рассчитав, что свеча буквально раскалена, неловко роняет ее на стол, вскрикнув. Билл, потянувшийся отодвинуть бутылку, слишком резко оборачивается, что в пределах небольшой кухни оказывается фатальным. Харди толкает фондюшницу, и шоколад, надо сказать не просто горячий, а обжигающий, заливает скатерть и ноги Алека и Билла. Мастерс же роняет бутылку, та, не забыв в полете обдать мужчин ещё и вином, разбивается на мелкие осколки. В это время на столе разгорается пожар: горят салфетки, подожжённые упущенной Харди свечой. Мастерс чувствует жар растопленного шоколада и принимает единственно верное решение – стянуть штаны, причем сделав это со своими, он резко дергает и брюки Алека, который до этого момента пытался как-то отодвинуть ткань от кожи. Но долго размышлять над своим странным внешним видом у мужчин времени нет, Харди хватает полотенце и накрывает им пожар на столе. – Не двигайся – кричит Билл, когда нога Алека опасно зависает над внушительным осколком. Выучка спасает Харди от травмы, он вовремя замирает, услышав крик. На кухне стоит запах гари, на полу лужа из шоколада, вина и осколков. На ногах мужчин по красному пятну, которые Мастерс характеризует, как ожоги первой степени. Харди со всей осторожностью садится на стул, осматривая помещение. – Хм…если сейчас прорвёт трубу, отключат свет и упадет астероид – я даже не удивлюсь. «Прекрасно! Только это стало похоже на свидание, причем лучшее за много лет, как всё пошло под откос», – мелькает в голове инспектора. – Видишь, он тоже думает это свидание! – Пожар? И ты, сын, обвинял меня в банальности! – Не подавай вселенной идей,– ворчит Мастерс. И они оба начинают смеяться…. – Где-то был веник… Через десять минут по кухне можно нормально передвигаться, ещё десять минут они, по настоянию Мастерса, охлаждают мокрыми полотенцами места ожогов. Ещё через пятнадцать, скатерть и полотенце летят в мусорку, а посуда – в посудомойку. – Нам стоит переодеться – предлагает Алек. И вот они стоят в спальне напротив раскрытого шкафа, прикидывая, что можно подобрать Биллу. — Есть спортивная форма, с другого участка, – наконец находит подходящее Харди. Странно, они переодеваются без стеснения, слишком устали, слишком напряженный вечер. Алек обнаруживает, что его пуловер в вине и стягивает и его, тут же надевая футболку. Мастерс как раз подворачивает штаны, попутно отмечая, что Харди, хоть и выглядит астенично, всё же не лишен некоторого рельефа. Про себя Билл предпочитает не думать. Он выпрямляется и ловит на себе усмехающийся взгляд Алека. – Мы с тобой – странноватый инь-янь, – поясняет свою веселость детектив. И в самом деле: на Мастерсе синие, почти черные штаны с, вышитой желтым, круглой эмблемой полиции, а на Алеке белая футболка, с такой же, только темно-синей эмблемой. – Кажется, свидание пошло не так, как хотелось, – усмехается Билл, и тут же ловит себя на типичной «оговорке по Фрейду». Он так много думал о том, что у них свидание, так старался не выдать своих мыслей, что, разумеется, прокололся. Богиня, которая после пожара на кухне не так внимательно следила за этим экраном, посчитав, что дело сделано, отрывается от других мониторов и сосредотачивает внимание на замершем детективе. – Его сбивает с мыслей голый торс дока, – объясняет затянувшийся ступор Сатана. – Я уже сама себе молюсь, чтобы этот полицейский сделал всё как надо, – ворчит Она. – То есть не я один тут считал это свиданием?! Не поверишь, как мне полегчало! Золотые крылья расправляются даже раньше, чем Люцифер выкрикивает “Ву-ху!» Алек обессиленно садится на кровать, Билл тоже ощущает, что у него нет сил больше стоять, с улыбкой присаживается рядом и буквально «спотыкается» взглядом о голые ноги Харди. – Я, да, – подтверждает он. – Прости, если нет, вернее…кажется, у меня проблемы с выражением мыслей или с самими мыслями. – Если ты не натянешь что-то сверху, я вскоре просто перестану издавать внятные звуки, – усмехается Алек. – Согласен, свидание – катастрофа. – Нет, нет, погоди. У нас был ужин, свечи, музыка, приключение и теперь мы в спальне полуголые. Это – идеальное свидание! – Десерт! Мы испортили десерт. – Давай Билл, давай, – женщина наверху сжимает кулаки. – Ты самому Сатане обещал! – О, да брось, они обещания-то тебе легко забывают… но я верю в дока, ты не думай. – Тогда, наверное, по закону идеальных свиданий, – старательно собирается с мыслями и с внутренними силами Мастерс, – тут следует замечание про то, что у нас осталось кое-что «на сладкое». Он точно покраснел, и определённо его ладони вспотели, но Билл всё же сделал это, самое важное, движение вперед и, успев заметить в глазах Алека удивление и понимание, а самое главное – ответное движение навстречу – прикрыл глаза и приоткрыл губы. В конференц-зале клиники Давина обняла Майлза. Хастур, Честер, Питер и Кроули с криками вскочили со своих мест перед огромным экраном. Энтони даже запрыгнул на стол. Аро расплылся в самой очаровательной из своих улыбок, Гавриил дал «пять» Мишель. Правда, им обоим нужно было торопиться назад, и они тут же вознеслись в столпе света. Вельзевул хмыкнула, но тоже быстро рванула в Ад, который вообще-то был оставлен на её попечение в отсутствие шефа, прихватив с собой Лигура. Азирафаэль щелкнул пальцами – прерывая трансляцию, к всеобщему недовольству. – Хватит вуайеризма, расходимся. Через некоторое время клиника опустела. – Ты принес мороженое, – вспоминает Алек. – Только если мы будем его есть, наслаждаясь просмотром какого-нибудь романтического фильма. Или триллера. Что смотрят взрослые угрюмые мужики на свиданиях? – Только не детектив! Да и у меня что ни неделя, то хоррор, то триллер. – Комедию? – Согласен, но не слишком старую, но и не очень новую, чтобы можно было отвлекаться, – уточняет Харди уже у холодильника, вытаскивая пару контейнеров с неполезным мороженым, и предлагая им обоим неэстетично есть прямо оттуда. – "Трасса 60"? – Британцы такое смотрят? – Нет, мы смотрим только мистера Бина! – А кто это? Билл несильно толкает Харди в плечо, и с явным удовольствием вытягивается на кровати, пока хозяин дома запускает фильм. Алек устраивается рядом, и когда они сталкиваются руками, оба поначалу напрягаются, но затем, на некоторое время переплетают пальцы. – Ты мог бы остаться у меня, – произносит Харди, когда они уже убрали остатки еды в холодильник. Он нервно трет запястья, отчаянно краснеет и уже точно жалеет о том, что сказал. «Всё так хорошо, что мне отчаянно не хочется, чтобы это закончилось, и я только что всё испортил?» – Я не в том смысле, что…прости, я ужасен во всём этом, и если раньше это было мило, то теперь, кажется глупо… Мастерс сначала ощущает, как сердце падает куда-то в живот, затем, отмечает всю взволнованность Алека, вспоминая слова Винсента о том, что вообще-то тому страшнее, скорее всего. Он впервые жалеет, что его рост не позволяет, как с женщинами, прижать партнера к груди, поэтому он просто ограничивается объятиями, в которых, впрочем, мужчина буквально теряется. Он не хочет уходить, поэтому только рад ухватиться за возможность остаться. – Я не думаю, что я намного лучше в этих социальных взаимодействиях, но я предлагаю, что мы достаточно взрослые, чтобы не играть в привычные игры. Нам не нужно ждать третьего свидания, и мы можем…говорить друг с другом прямо, – тихо шепчет он в район чужого плеча. – Главное говорить, с этим могут быть проблемы, – иронизирует Харди. Где-то наверху златокрылый ангел, развалившись в воздухе, как в кресле, жует попкорн, нагло мусоря в родительском кабинете. – А ещё я только примерно представляю, что делать дальше, – это уже Алек произносит на грани слышимости, когда они оказываются в постели. – Гуглил, да, но… – Зато я неплохо подкован, но только теоретически, – отвечает Билл. – Мы можем начать с чего-то менее… Есть много способов… – Это чересчур мило, – Харди целует лежащего напротив мужчину в макушку. – Сексолог, стесняющийся говорить о сексе. – Да Бога ради, я же не пробую всё то, что происходит в моей клинике. – Остаётся надеяться, – смеётся Алек. Мастерс легко оказывается сверху, прижимая мужчину к кровати. – Но кое-что я могу продемонстрировать…. Монитор перед Люцифером гаснет, он спрыгивает с импровизированного кресла. – Дальше скука. Я пойду, – кивает он Богине, которая с видимым удовольствием доедает его попкорн. – Заглядывай почаще, что ли. У тебя как-то мрачновато, по-моему. – Да там почти курорт! Ты же в курсе, что грешников уже терзают только когда объявляют проверку? У меня классный термальный курорт, полезно для кожи и суставов. Женщина заставляет пустое ведерко исчезнуть. – Зайду-зайду…на следующей неделе. Во вторник, хорошо? – Договорились, Сатана кивает и выходит из божественного офиса