Туман судьбы

Here I Am — Tommee Profit (feat.Brooke) Неторопливо прогуливаясь по тропинке между посаженными яблонями и вишнями, задумчиво грызу первое в этом году румяное яблоко размером с кулак. Благодаря магии, заботе ангу и любви, саженцы хорошо вытянулись с весны и успешно плодоносят. Где-то здесь есть даже персики, в дальнем конце сада видны густые заросли малины и ежевики. Неудивительно, что дети полюбили наш сад всей душой. Под деревьями короткая шелковистая трава, на которую так и тянет присесть. Что я и сделала, расположившись под деревом, наслаждаясь нежарким солнечным днём, автоматически положив ладонь на подросший живот. — А я считаю, что ей лучше лишний раз не волноваться. Сами разберёмся. — Она Глава Рода, Северус. И потом, как ты докажешь, что это дело рук Дамблдора? Документы таинственным образом исчезли. Амбридж всё же заигралась, все факты указывают на неё. Фадж готов пожертвовать своей помощницей ради спасения своей репутации. Как так, стражи Азкабана нападают на школьников, да не на кого-нибудь, а на Избранного! Услышав последнее, я снова почувствовала знакомую ярость. Ладонь ощутила серию уверенных толчков. Плавно поднявшись, вышла из зарослей заставив вздрогнуть двух сыновей, которые обернувшись ко мне, переглянулись. — Дамблдор стал угрозой, с этим нужно что-то делать, — веско проговорила я и многозначительно усмехнувшись, приподняла бровь, — либо вы уладите это сами, либо я разберусь с ним по-своему. — Матушка, не волнуйся, — поспешил меня успокоить с заботливой улыбкой Северус, — мы решим вопрос на законных основаниях. Дамблдор уже лишился поста директора, оборотня тоже уволили… — Оборотень в школе? — изумилась я и осуждающе посмотрела на виновато потупившуюся парочку, — и почему я узнаю всё последней? — Римус Люпин был взят на должность преподавателя по защите от темных искусств, — пояснил Аларик. — Гарри предложил ему своё покровительство и защиту. Он с друзьями перенесся домой ночью. — Ладно, поговорю с детьми позже. Мне кажется, или вы считаете меня слишком кровожадной? — я насмешливо улыбнулась. — Любой из моего вида ревностно защищает своё потомство. Дамблдор уже не первый раз угрожает безопасности Гарри… — Да я ничего такого не имел ввиду, — смущенно улыбнулся Аларик, — хотя твои методы можно назвать радикальными с точки зрения современного общества. — Ты главное не волнуйся, — мягко проговорил Северус, — для вас это вредно. — Да я спокойна, как обожравшийся удав, — закатила я глаза, — пойду вздремну. В последнее время я сплю непозволительно много, — удрученно посетовала, вызвав улыбки умиления сыновей. Притормозив на тропинке между деревьями, словно вспомнив кое-что, обернулась к ним, лукаво прищурившись, — не управитесь за месяц, мы с Шассом решим эту проблему на манер драконов. Он будет рад порвать на клочки жареную курицу Дамблдора. И его самого тоже.

***

Дамблдор негодующе мерил шагами свой кабинет, который еще недавно занимала Минерва МакГонагалл. Ему пришлось за выходные собрать все свои вещи и торопливо скрыть за еще большей защитой и тонной маскирующих чар свою лабораторию. Попытка оспорить решение Попечительского Совета ничего не дала. Он хотел оттянуть своё переселение. Шокированная повышением Минерва нуждалась в его руководстве, постепенном введении в нелегкое дело задач директора. Еще со времён Диппета защита замка пребывала в плачевном состоянии только лишь потому что директор прекратил проводить регулярные ритуалы на праздники. Хогвартс незаметно перестал быть независимой, нейтральной по отношению к Министерству, территорией. Прежде замок мог с лёгкостью выдержать любую осаду, благодаря мощной защите, установленной еще Основателями и собственному подсобному хозяйству. Но большинство теплиц пришли в запустение, остались лишь те, которые были необходимы для выращивания растительных ингредиентов для создания зелий. За ними раньше располагались фермы, где содержались животные, что потом шли на стол школьников. Питались жители замка скромно, но разнообразно. Теперь же Хогвартс полностью зависит от поставок провианта из магического мира. Ритуалы забирали силы и время директоров, нарушали законодательство Британии. Со временем отправлять учеников на отработки на фермы или в теплицы из-за травм по неосторожности стало не престижно. Представители Палаты Лордов возмущалась тем фактом, что отпрысков благородных домов заставляют работать, словно магглов каких-то, опасаясь за безопасность единственных наследников. И Диппет просто пошел у них на поводу. Альбус, много имён, Дамблдор размышлял о том, как изъять из своего бывшего кабинета замаскированные запрещенные книги по тёмным искусствам, которые он позаимствовал из библиотек Блэков и Поттеров. Плюс ко всему, его план опять потерпел неудачу. Его человека в Министерстве устранили от всех работ с документацией, особенно после внезапно возникшего в хранилище пожара. И таинственный Игрок так себя не проявил, не смотря на все усилия и опасную провокацию. Дамблдору пришлось рискнуть жизнью Поттера. Он знал, что Люпин успеет вовремя и спасёт детей, если вдруг дементоры решат на них напасть. Но небольшой риск того, что кто-то из его друзей пострадает, был. Гарри сильно изменился за прошедший год, окреп как физически так и магически, приобрёл знания, от которых так старался оградить его Дамблдор. После того как гриффиндорца избавили от непонятного проклятия, мальчика словно подменили. Он стал интересоваться учёбой, нашел даже среди слизеринцев себе друзей, свободно общаясь со всеми, невзирая на принадлежность к факультету. Распространял вокруг себя жизнерадостность, легкий пофигизм талантливого в магии человека и невероятное обаяние. Дамблдор настороженно нахмурился. Что за проклятие поразило мальчика и кто смог добраться до Избранного, чтобы его проклясть? Возможно кто-то из сторонников Воландеморта всё же смог добраться до чудом выжившего мальчика. Или же это вовсе не проклятие, а то, что обнаружил Дамблдор, когда впервые взял на руки маленького Гарри. От пронзившей догадки, бывший директор без сил опустился в кресло, внезапно почувствовав легкое стеснение с левой стороны груди. Вдруг мальчика по имени Гарри, больше не существует и его душу поглотил кусок души тёмного Лорда? Однако не смотря на некоторые странности в поведении, гриффиндорец оставался доброжелательным и лёгким в общении ребёнком, с готовностью помогал однокурсникам с уроками. Ничего похожего на скрытного и холодного юного Реддла. Тот обладал неким мрачным обаянием и очарованием даже в двенадцатилетнем возрасте. Поттер в этом смысле больше походит на немного безбашенного Сириуса Блэка в школьные годы, без бунтарства и перегибов в поведении того. На первый взгляд обычный подросток, довольный жизнью, живущий насыщенной жизнью. Проверить любое из предположений немедленно не представляется возможным — Гарри вместе с друзьями исчез на глазах медиковедьмы. Порт-ключ, который с лёгкостью преодолел ослабленную защиту замка, перенёс детей к нему домой. Северус серьёзно озаботился о безопасности своего приёмного сына. Однако зельевар никак не смог бы создать нечто подобное самостоятельно. Заказы подобного уровня редки и крайне дороги. И снова здесь прослеживается след неизвестного весьма могущественного, талантливого мага. А не так давно в школу пришло письмо от бывшего Снейпа, который решительно отказался возвращать приёмного сына в школу до тех пор, пока Хогвартс не приведут в приемлемое состояние. Малфой сообщил о том же в схожей формулировке, высказав собственные опасения. «Самая безопасная школа в Британии» на поверку оказалась далека от данного заявления. Попечительский Совет размахивая отчётом демонолога, словно боевым штандартом, ратовал за восстановление защитной системы замка, упрекая директора в попустительстве и наплевательском отношении к безопасности учеников. Знали бы они, что восстанавливать там почти нечего. Остававшийся сотни лет без подпитки Источник под Хогвартсом выживает лишь за счёт колдовства учеников и редких ритуалов, которые проводили тишком старшекурсники из старых семей. С каждым годом всё меньше волшебников приходили в стены школы. Последний век вовсе стал катастрофой, унеся жизни десятков семей в результате двух мировых маггловских войн, гражданской резни Гриндевальда и Воландеморта. — Альбус! — постучавшись, к нему стремительно вошла взволнованная МакГонагалл, — Хагрид вне себя от ужаса вернулся из леса, болтает о каком-то гигантском змее, который на его глазах оленю кости все переломал. Будто у того нет одного глаза. Хагрид сейчас находится в моём кабинете. — Нужно расспросить его, — решительно кивнул Дамблдор последовав за действующим директором. Из сбивчивого рассказа лесника следовало, что какое-то существо покинув своё логово, охотится в глубине Запретного леса. — Дык он как взглянул на меня, я ажно остолбенел. Вместо одного глаза темнота, а второй золотой и взгляд як человечий, разумный, во! — Я пойду, посмотрю что это за змей, Хагрид. — Я это… с вами пойду! — Нет, это может быть опасно, — покачал головой Дамблдор, решительно нахмурившись. На плечо ему сел феникс, — со мной будет Фоукс, не беспокойтесь, я справлюсь сам. — Может, вызвать отряд из отдела по регулированию? — Нет Минерва. Может это существо просто решило освоить новые охотничьи территории и раньше обитало в каком-то глухом уголке леса. Поэтому раньше Хагрид его не видел. Осенние сумерки уже опустились на лес, волшебник медленно, с опаской продвигался по едва заметной тропке, что была проложена лесником в густом подлеске за многие годы. Дамблдор смог убедить коллег, что в сопровождении не нуждается и отправился по указанному лесником маршрутом один. Изломанное тело молодого оленя обнаружилось на том самом месте, где обнаружил таинственного змея Хагрид. Только видно лесник смог спугнуть таинственное существо. Дамблдор понял, что тот змей, которого он пытался уничтожить еще летом, каким-то образом оправился от ран и смог выжить. — Как же так, Фоукс? Мы же убили его. — Проговорил Дамблдор, обращаясь к парящему рядом фениксу, внимательно изучая следы вокруг жертвы. — Дракона не так-то просто убить, маг, — раздался неподалёку глубокий мужской голос. Дамблдор резко обернувшись наставил на неизвестного в темном плаще палочку из бузины. Облокотившись плечом о ствол лесного гиганта, скрестив руки на груди, стоял высокий мужчина на вид чуть старше тридцати. Поперек лица черная повязка, закрывающая правую глазницу, на правой скуле виднеются тонкие шрамы, резко контрастирующие со смуглой кожей. Единственный глаз цвета расплавленного золота пылает первозданной яростью и гневом, губы кривит насмешливая усмешка. — Мы давно истребили ваше тёмное, жестокое племя! — Я последний из своего вида, — отозвался дракон, многозначительно усмехнувшись и посмотрел на феникса, — на этот раз твоя птица тебе не поможет. — Ошибаешься! Вперёд, Фоукс, пора покончить с этой тварью! — Истинный феникс не подчиняется смертному, — из зарослей за спиной Дамблдора выскользнула изящная крылатая фигура, сверкая золотом чешуи, что покрывала её обнаженное тело в свете, которое испускало оперение огненного фамильяра. Фоукс, курлыкнув, опустился на её плечо. Изящная ладонь аккуратно погладила грудку феникса, — ну здравствуй, вечный странник. Я раньше думала, что вы смогли приручить создание нижнего плана… Однако, теперь понимаю, что сильно ошиблась. — Ты еще что за тварь? — ошеломлённо выдохнул Дамблдор. — Я сказал, что я последний… но не единственный дракон, — с усмешкой проговорил мужчина с синими волосами, сверкнув золотым глазом, плавно оттолкнувшись от ствола дерева. — Вы стали опасной помехой моим планам, Дамблдор, — тонко улыбнувшись, проговорила золотая драконица. Фоукс исчез в золотой вспышке — тот, кого он считал своим другом и верным фамильяром, предал его. А был ли феникс на самом деле верен? Или же решил уйти поняв, насколько сильно Дамблдор запутался. Впервые с момента сражения с Гриндевальдом маг приготовился к смертельной схватке. «Я остановлю тебя, даже если для этого мне придётся тебя убить» — болью зазвучали в его сознании слова, что он сказал перед дуэлью своему бывшему другу, который стал ближе и роднее собственного брата. С несвойственной для своего возраста проворством он отскочил в сторону, уклонившись от смертоносного выпада обратившегося синего дракона. Взревев, огромный змей выпустил из пасти сноп ветвистых молний, которые Дамблдор успешно отразил успев поставить магический ячеистый многогранный щит. Связка заклинаний, выпущенных в дракона, были поглощены выставленным золотым щитом. Обернувшись, маг с изумлением понял, что в бой вступила золотая драконица, в её руке мрачно сиял багрянцем длинный меч с пламевидным лезвием. И снова его великолепная молниеносная тактика искрами рассыпалась о странной конструкции щит драконицы. Дамблдору приходилось тратить силы на поддержку мощного щита, защищаясь от молний дракона, который при этом быстрыми выпадами головы, ощерив пасть с частоколом клыков, пытался схватить и смять мага. И одновременно уклоняться от выпадов фламберга, умудряясь сохранять дистанцию. — Шасс, назад! — рявкнула напарнику драконица, над драконами возник золотой купол магического щита, через секунду на них обрушилось мощнейшее заклинание Дамблдора. Магический щит опасно замерцал, поглощая огненный дождь и сноп трансфигурированных обломков деревьев. Ликующий маг, подхватив движением палочки лежащие на земле щепки, метнул их в ослабленный щит, защищающий драконов. Древесные обломки на лету превращались в острые осколки стекла. Невероятно быстрым движением драконица разорвала дистанцию, воспользовавшись манипуляциями врага, молниеносное движение мечом и Старшая палочка оказалась разрублена надвое. Дамблдор шокировано уставился на погибший артефакт и выхватил из кобуры на левой руке запасную. Но секундное промедление едва не стоило ему жизни. В следующую секунду грудь с силой ударила рукоять меча, гибкий хвост драконицы произвёл изящную подсечку, опрокидывая ошеломленно мага на землю. Воздух вышибло из лёгких при столкновении с твердой поверхностью. Слезящимися глазами глядя на стоящую над ним невозмутимую драконицу, Дамблдор пытался вдохнуть воздух, морщась от сильной боли в грудине, волшебная палочка выпала из рук. Вдруг над ним возник из ниоткуда феникс. — Фоукс, — умоляюще простонал Дамблдор, с надеждой протянув руку к верному другу, который решил все же спасти его. Привычное ощущение переноса. Однако вместо такого безопасного кабинета или его убежища, маг оказался в каком-то квадратном помещении, освещаемом волшебными факелами. Посреди небольшого зала с абсолютно черными стенами, испещренными письменами на древнем языке, возвышался алтарь из обсидиана. Феникс уже исчез с тем, чтобы появиться вновь уже с синим драконом, принявшим человеческий облик. Взмах изящной, сильной ладони и Дамблдор с ужасом понимает, что его подняли над полом и положили на алтарь, который мгновенно обездвижил мага, лишив возможности сопротивляться. — Надо же, как один-единственный человечек может разрушить то, что стояло и процветало веками, — веско проговорил дракон, неторопливо приближаясь к Дамблдору, который онемел от ужаса и безуспешно пытался скинуть магический паралич. Феникс сидел на пустой опоре факела, склонив голову на бок и внимательно наблюдал за происходящим, — каждый директор, спускаясь в этот зал при помощи Хранителя вечного пламени, после передачи поста преемнику, добровольно приносил себя в жертву. И тем питал защиту замка, даровал силы Источнику, передавая свою магию и знания следующему. Из-за таких жалких червей, как ты и твой предшественник, я вынужден был впадать в спячку, потому что Источнику магии замка едва хватало сил, чтобы поддерживать собственного Стража. Древний ритуал не проводился многие сотни лет. И потому юные волшебники вместо того, чтобы развивать магическое ядро, благодаря подпитке, тратили свои силы на поддержание Источника. Пора вернуть всё на круги своя… — дракон вытянув руку, призвал в ладонь изогнутый ритуальный нож и многозначительно усмехнувшись, сверкнул золотым глазом, — придётся потрудиться, чтобы ты согласился на жертву… добровольно, маг. Но у нас впереди о-чень много времени. Мы ведь никуда не торопимся, верно Хранитель?.. Фоукс мелодично курлыкнул, только вместо привычного тепла Дамблдор почувствовал леденящий холод, охвативший все его нутро и повергший мага в еще больший ужас.

***

Двадцать лет спустя: В контору легендарного охотника на демонов влетели друг за другом два рослых блондина. — Пап, спасай! За нами погоня! — смеясь, заявил один из них, одетый в кожаную косуху поверх просторной толстовки с капюшоном, тряхнув густой гривой платиновых волос до плеч. Данте приподняв бровь, положил на колени журнал и не спешил убирать ноги со стола. Он до сих пор предпочитает печатное издание, вопреки всем новым веяниям в информатизации. — Ремул, я тебе патлы обрежу, пижон несносный! — выпалила вбежавшая за братьями стройная девочка тринадцати лет. Её глаза лукаво сверкали, длинные серебристые волосы с золотыми прядками заплетены в толстую косу, — папа, они не хотят брать меня с собой на охоту! — Тебе еще рано, дракончик, — с усмешкой проговорил Данте, возвращаясь к прерванному чтению. Дочь сложив руки на груди, знакомо насупилась, выпустив струйки дыма из ноздрей. — Тебе что мама сказала? Пока не пройдёшь перерождение, даже не думай об охоте. — Но мама и до перерождения демонов лупила! И ничего. — Она взрослый, золотой дракон… К тому же ты так и не освоилась со своей магией. — Подучись, куда тебе спешить? — резонно возразил более спокойный и рассудительный из близнецов. Данте невольно отметил, что младший сын унаследовал от дяди всё самое лучшее. — Аааа! Ну сейчас каникулы, чем мне заниматься? Джастин с мамой умотали в своё путешествие, кузены тоже где-то отдыхают. — С Венерой пообщайся… — С этой избалованной су… — Сильвия! — строго осёк дочь Данте, грозно нахмурив пепельные брови, — не выражайся. Не бери пример с мамы… — Самира и вправду избаловала свою дочь, — возразил Лиам, тонко улыбнувшись, — мама как-то упомянула, что её кому-то из нас сватали. — Не-ее, на любой женюсь, только не на этой стерве! — прижав ладони к груди, изображая сердечный приступ, воскликнул Ремул, вызвав дружный смех родственников. — А может вообще не женюсь. Пока как у папы седина не появится. — А куда спешить? — резонно заметил Данте, хмыкнув, — счастье оно может быть совсем рядом ходит. Даже братец женился… Я до сих пор в шоке, если честно, хотя племяшке уже семь лет как стукнуло. — Наш тёмный ангелок Аннет, — улыбнулся Ремул, лукаво сверкая голубыми глазами и получил тычок кулачком в бок от сестры. — Пап, мы побежали. — Давайте, удачи, — кивнул Данте с усмешкой и многозначительно посмотрел на дочь, — даже не вздумай, — прорычал он, прищурившись, отчего Сильвия посмурнев, направилась к холодильнику. У папы всегда есть запас клубничного санди, так любимый ими. Как раз полведёрка хватит, чтобы заесть стресс и обиду на старших. Лиам ободряюще улыбнувшись сестре, создал портал, который осыпался золотыми искрами, закрывшись за спинами братьев.