Плачь, принцесса

Декабрь 2017 года. Премия M1 Music Awards 2017 — Тина Григорьевна, Ваш номер следующий. Пройдите, пожалуйста, на сцену, — разрезал тишину гримерки звонкий голос устроителя премии. Последний раз окинув себя взглядом в зеркале, девушка быстрым шагом направилась к сцене — сегодня ей предстояло поразить публику, затронуть струны души каждого, будь то великий артист или же простой зритель.       Тина вздохнула поглубже, пытаясь унять уже привычное перед каждым выступлением волнение, схватила протянутый ей микрофон и сделала шаг из-за кулис. В тот же миг свет прожекторов ударил ей в глаза. Зал наполнился аплодисментами, рядом стоящие колонки начали играть первые ноты — спокойствие пришло. Сцена, наверное, — единственное место, где Кароль вновь чувствовала себя живой.       Тина плохо запомнила свое выступление: все смешалось в гармонии звуков и движении, в восторженных хлопках и криках зрителей. Единственный момент, отпечатавшийся в ее сознании, — взгляд. Взгляд какого-то мужчины, стоявшего в кулисах: он словно прожигал ее насквозь, читал, как открытую книгу, изучал. Девушка не успела ничего осознать в те пару секунд: номер и песня снова захватили ее внимание целиком и полностью, но то, как он на нее смотрел, врезалось в сознание Тины и не хотело отпускать.       Кароль закончила выступление, встряхнула головой, чтобы избавиться от мыслей о странном человеке и сбежала вниз по ступенькам, направляясь к ждавшему ее недалеко от выхода Паше. Где-то за спиной на сцене разговаривали ведущие, в зале легкими шепотками переговаривалась публика, а Тина лишь тяжело вздохнула, представляя уже, как едет домой, но зная, что это случится лишь через несколько часов: впереди еще ждало афтерпати. — Тин, поздравляю с победой, ты действительно ее заслужила, — Паша приобнял девушку, провожая ее к месту в зале. Где-то по пути их несколько раз останавливали артисты, Кароль перебрасывалась с ними словами, улыбалась своей фирменной, из красной помады, улыбкой, позировала фотографам — на душе было пусто. На сцене заиграла музыка: Тина повернула голову, улавливая силуэт мужчины, и застыла на пару секунд. Даже будучи достаточно опытной певицей, встречаясь и работая с людьми разного уровня и разных жанров исполнения, сейчас ее сердце забилось чаще: магия, созданная музыкой и словно рождающимися из этих звуков движениями выступающего артиста, захватила ее полностью. — Тина! Тина, черт возьми, не выпадай из реальности. Еще немного и врежешься в Потапа, — Паша потряс ее за плечо. — Что ты там такое особенное увидела? — А, нет, ничего, прости, просто устала, не выспалась. — Очередные кошмары прошлой ночью? Когда ты уже перестанешь мучить саму себя? — Увы, плинтусное животное, в ближайшую пару лет мне это явно не грозит. Не будем о грустном, тем более в такой день.       Паша на несколько секунд задержал взгляд на глазах девушки, всматриваясь, пытаясь что-то понять, а потом, видимо, обнаружив в них искомое, прошептал ей на ухо: «Женя бы гордился тобой». Тина поежилась, судорожно сглотнула, дыхания резко перестало хватать, в горле будто застыл ком, не давая легким наполниться воздухом в достаточной мере. Девушка потеряно обвела взглядом зал: некогда пестрый мир казался серым и безжизненным, только изредка, мимолетными всполохами, в него просачивались цветные искры, которые тут же потухали, неизменно сталкиваясь с реальностью. Уже больше 4-х лет она не видела ничего иного, жила в этой холодной действительности. «Снежная королева», — усмехнулась про себя Тина, припомнив прозвище из комментариев в социальных сетях, да и, что таить, весь шоубизнес за глаза звал ее так, думая, что Тина не замечает этого. «Он бы гордился мной… И вновь неизменное сослагательное наклонение, от которого, наверное, уже никогда не сбежать», — в душе Кароль поднималась буря, которую та собиралась притушить дома бутылкой алкоголя. А пока: — Да, Паш, он бы гордился мной, — прошептала одними губами Тина и, натянув знакомую улыбку, за которой прячутся заплаканные глаза, резко развернувшись, вышла из зала, стремглав бросившись к поджидавшей на улице машине.       Декабрьский мороз тут же окутал девушку, пока та добиралась до парковки, но ей уже было все равно. Кажется, где-то позади нее выскочил на улицу Орлов, кричал что-то об афтерпати, Тина лишь смеялась, горько, болезненно, надрывно, и отвечала ему, что к черту все! Она ведь победила и имеет право отпраздновать это событие так, как пожелает: она, плед, потухший камин, бутылка вина и огромный пустой дом. ИХ огромный пустой дом, в котором почему-то всегда теперь тихо и одиноко.