По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Не зря они ждали чего-то необычного от Нового года – для начала это была елка. Здесь украшали ели не только в доме, но и на улице. Огромная пушистая красавица в обычных и магических украшениях была просто сказочная. Дома была не менее красивая и пушистая, которую наряжали всей семьей. Вид отца в вязаных высоких носках и меховых тапочках вызвал легкий когнитивный диссонанс, но в целом только добавлял уюта. Подарки были готовы давно – еще с осени позаботились об этом. Закончив наряжать елку, Драко поднялся к себе еще раз проверить, все ли на месте. Вайли – кукла, близнецам тоже игрушки – мишка, и да, еще одна кукла, Невиллу – какая-то редкостная книга, давно он по ней страдал, так пусть получит, Гарри - приличный футляр для очков и набор инструментов для занятий артефакторикой, талант у парня, Гермионе… Драко мечтательно улыбнулся – брошку он выбирал долго, загоняв мастера. Так, маме – набор гребней, ее прекрасные волосы в прически укладывать. А отцу… Драко вздохнул. Его отец относился к той "чудесной" категории, что "у меня все есть, мне ничего не надо". Дарить подарки всегда было мучением… Наверное, больше всего он обрадуется внукам – но до внуков.. далеко. Так что – что имеем. Подарком была уменьшенная копия золотого механического павлина, старательно зачарованная Драко так, что в двенадцать, три, шесть и девять часов распускала хвост, поворачивалась вокруг себя, кланялась и достаточно мелодично пела и произносила фразу "Смерть Дамблдоррру!". Он надеялся, что такая безделка порадует отца – Люциус до сих пор, останавливаясь взглядом на его лице, тяжело вздыхал. Ну да, шрам так и остался на лице – этакая неправильной формы многолучевая звезда. Но шрам и ему тоже доставлял немало хлопот, когда стала известна история с Турниром (знать бы, кто разнес, наверное, та русская команда), он в полной мере вкусил прелесть стать "самым популярным мальчиком на курсе". С ним все стремились познакомиться, причем не только ради дружбы, и Драко начал понимать, почему Гарри весьма нервно относился к вниманию к его шраму. К слову – хотя тут с прохладцей относились к однополым отношениям, и все это не выставлялось напоказ – прецеденты были. Просто если уж совсем никак – чаще заключался брак триадный. Просто про это не говорилось. Впрочем, это не его проблема. У него Гермиона есть. Убедившись, что все на месте, посмотрел подарки друзьям семьи и знакомым. Так, всякая милая мелочь – знаки внимания. Соберутся опять самые близкие, и будет что-то интересное – как и всегда. Снизу уже начали просачиваться вкусные запахи – но к столу их пустят не раньше одиннадцати, а сейчас только восемь… Разве что по куску пирога, испеченного на такой случай, сунут. Драко кинул взгляд в зеркало – надо еще успеть переодеться к ужину, и да, надо что-то со шрамом сделать. Прикрыть его как-то… А то надоело уже. Выбрав то, что он наденет на ужин, выложил вещи на кровать и спустился вниз – помогать с доукрашением дома и развлечением мелких. Со всеми этими делами время подошло к половине одиннадцатого – он успел сбегать переодеться и помогал накрывать на стол. Вечер все ж не обошелся без сюрпризов – сначала да, был праздничный ужин с кучей вкусностей, потом даже попели немного, а вот потом случилось ЭТО. Часы пробили два часа – малышню и даже Вайли уложили спать, им разрешили посидеть подольше и даже плеснули буквально по глотку шампанского. Трещал огонь в камине, с улицы неслись голоса, песни и звуки салютов. Внезапно Бэзилс поднялась, под встревоженным взглядом мужа прошлась от стола к очагу, к окну.. Она шла словно во сне – и вдруг остановившись, резко развернулась к ним. Голос зазвучал, как чужой – низкий, вибрирующий: – Пришедший не отсюда – издалёка, ищущий знаний и кровью поливший дорогу к ним, ищущий то, что есть суть жизни и кровь, то, что ценится превыше злата, обманувший всех и даже ее, воспитавший лжеца и палача, он начинает свой путь. Лживый умрет, убийца будет убит, цена ребенка – кровь и власть, но сумей выбрать и найти. Твой выбор – цена жизни мира. Тонкий палец уперся прямо в Нарциссу, голос словно наполнил комнату: – ПЯТЬ И ТРИНАДЦАТЬ, ГОД ПРОРОЧЕСТВА В КАЛЕНДАРЕ ДРЕВНЕМ, КРУГ ЗАМКНЕТСЯ ТАМ, ГДЕ ПЛЯШУТ ИСПОЛИНЫ, ОТРАЗЯСЬ В ЗЕРКАЛЕ – ОБРЕТЕШЬ УТРАЧЕННОЕ. Бэзил побледнела и, закатив глаза, начала падать – едва успели подхватить. Очнувшись, она не помнила ни что говорила, ни что вообще прорицала. Потом пили чай, обсуждая услышанное – даже пришлось немного почаровать, сравнивая воспоминания – помеченные флаконы гуляли по рукам. – Ну.. мне сложно судить – но, похоже, это ИСТИННОЕ пророчество. И оно касается напрямую Нарциссы. – И не только. Судя по всему, оно касается кого-то из наших детей. Но кого? – Оно само по себе звучит страшновато. – Тогда бережем всех. – Верно. Вот такой странный вышел Новый год. Настроение было уже не таким – даже фейерверки не сильно его подняли. Странное событие заставило задуматься многих. Северус на руках отнес жену в отведенную им комнату, а потом отловил Антонина и в лоб спросил: – Скажи.. а в роду Бэзилс были.. пророки? – Сложно сказать. Провидеть – тот еще Дар… Но она последняя в Роду, могло и вот так выйти. Иногда сама Магия так говорит с нами. Боишься, что она начнет прорицать? – Боюсь за нее. – А, ну да.. у вас таких стараются держать на коротком поводке. Думаю, что это один раз. Что-то пришло в движение – и нас вот так просто предупредили. Но я попробую узнать. – Спасибо, Антонин. – Да не чужие, чай… И ты нам с Белкой помог, и малому нашему. Демидка вон какой растет здоровенький. – Я рад. – Ну добре.. Утро вечера мудренее. На том и разошлись. Нарцисса, распуская сложную прическу и готовясь переплести ее на косу ко сну, задумчиво водила гребнем по прядям, глядя в зеркало. – О чем думаешь? – О том, что услышала. Люц, я боюсь за детей. Да, я сильная и могу многое – но я мать, и за детей я скорее убьюсь сама, чем позволю хоть волоску упасть с их голов. Тогда… во время турнира.. там был какой-то барьер.. я еле пробилась и так была зла.. – Да уж, я помню.. назвать прилюдно Дамблдора "старым козлом" – ты была в ярости. – Наш сын и племянник были в опасности! Драконы! Русалки! Драко мне потом показал, что там такое веселое было в лабиринте – соплохвосты и акромантул!!! Дамблдор явно выжил из ума.. – Тише, моя родная.. Все позади. – Это – да. Но сама история не закончена. – Мы разберемся – со всем. – Верно. Отложив мысли о пророчестве в сторону, Нарцисса решила хотя бы пару дней просто насладиться праздником и покоем.