По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Люциус почти упал в кресло, благодарно кивнул на предложенный бокал с виски и выдохнул. – Ты видел этот ужас? В который он одевается… – Мальчик взрослеет. Типичный подростковый бунт. Здесь больше контактов с внешним миром – поэтому больше возможностей. – Ладно одежда.. но прическа! Что он с собой сделал… – Учитывая, как Драко злился от излишне пристального внимания – это как раз понятно. – Но это ужасно! – А себя вспомни в его годы. Люциус махнул рукой и сделал глоток. Виски обожгло горло, стало чуть легче. – Мне кажется, что он мстит мне за ту порку. – Пусть порадуется, что это ты, а не Нарцисса. Северус чуть иронично улыбнулся, садясь напротив. – Но заметь – здесь куда спокойней относятся к подобным вещам – форма только на занятиях, в свободное время ученики одеваются, как им нравится – хотя и в рамках разумного. И разве ты сам не оценил.. некоторые новшества? – очень красноречивый взгляд на ноги любовника, обтянутые джинсами. – Непривычно… Но Нарси нравится. – Мне тоже, – очень красноречивый взгляд черных глаз. Люциус ухмыльнулся в ответ своей пакостной усмешкой, но резко посерьезнел. – Догадайся, о чем меня попросила любимая дочь. – Купить ей розового пони? – Если бы. Та.. ночь Рождества что-то надломила в ней. Она попросила меня научить ее противостоять Империо и Круцио. – Ты ведь отказался? – Отказался. Десять раз. – Упорная девочка. Вся в тебя. – Она уломала меня на Империо. Причинять боль Вайолет я не смогу, даже будучи сам под Империо. Мы начали тренировки. – И как? – Уже сейчас ее воля очень сильна. Что будет через несколько лет.. мне сложно сказать. – Нарси знает? – Нет. Потому что если узнает – оторвет мне голову. И у меня есть подозрения, что Вайолет занимается не только со мной – у нее сбиты колени и ссадины на руках. – Ей только десять… – Знаешь.. пусть лучше мы ей наставим синяков, и это спасет ей жизнь в будущем, чем… – Люциус замолчал, делая глоток виски. – Старших гоняем еще сильнее – им идти убивать Нежитя… – Не получится у нас спокойной жизни – не успели из одного пророчества вылезти – вляпались в другое. Кстати, поздравь меня – Амалия обещает вырасти очень сильным магом, выбросы выдает как дышит… – Поздравляю. У Антонина тоже сильный мальчик растет. А вы не думали, чтобы… – Малфой, евгеника вне закона. Захотят – так тому и быть. Нет – здесь выбор куда шире и интересней. Фырканье в ответ. Помолчали. – Как тебе подарок от Драко? – Эти платки пришлись кстати. – Особенно их расцветка! Северус пожал плечами. Ну расцветка и расцветка. Ну черепа, ну еще что-то.. Хотя ему больше всех нравится с символическим рисунком летучей мыши… – Это все временное – и как только Драко перебесится и найдет свой стиль, все станет.. более привычным. А еще меня удивил Гарри. – Чем? – У него все сильней раскрывается Дар Артефактора – и НекроДар. – Но Созидание и Разрушение… – Поттеры – потомки Певереллов. – Равно как и Блэки и Малфои. Да и у Принцев что-то есть… – Ему нужен хороший наставник, но как только ядро сформируется. – Когда? – Годам к двадцати. Хотя выплески могут быть и раньше. А как Артефактор… Смотри. Северус поднялся и принес небольшую вороненую брошку, изображавшую голову ворона. Мрачно мерцали черные бриллианты и обсидианы. – Красиво – и как раз для тебя. – Он и тебе что-то делает. Сириус купил ему качественные инструменты – парень готов жить в мастерской. – Как и ты. – Да.. Так странно… Знаешь… – Северус налил виски и себе, глядя в огонь сквозь бокал. Люциус молчал – на его партнера желание раскрыть душу находило редко, но метко. – Знаешь.. Когда Лили вышла за Джеймса, а потом погибла, защищая Гарри… я едва не возненавидел их обоих… А потом… У тебя никогда не было такого чувства, словно ты в.. коконе.. ледяной броне… – Бывало. До сих пор болит? – Нет. Просто.. Гарри мог быть моим сыном… Люциус коснулся руки друга. – Прошлое нельзя изменить. Но можно сделать будущее таким, каким мы захотим. Молчаливый кивок в ответ. Люциус решительно поднялся из кресла и, потянув за собой друга, пересел на диван. Обняв за плечи Северуса, бережно перебирал похожие на тяжелый шелк волосы, чувствуя, что сейчас вот слова не нужны – просто поддержка и сопереживание. Он знал, что маска отстраненного, холодного, подчас жесткого до жестокости зельевара – именно что маска. Внутри под броней Сев был ранимым и очень не любил показывать свою уязвимость. И лишь с ним – или с теми, кого Северус считал достойными доверия, он раскрывался, позволяя себе побыть настоящим. И это был весьма ограниченный круг людей. Но эти люди в ответ тоже могли всецело доверять Северусу. Ровное дыхание подсказало, что зельевар заснул. //Пусть спит. Малышка доставляет немало хлопот… Жаль, я не поддержал его раньше – еще на учебе.// Люциус с теплотой посмотрел на черную макушку, доверчиво прислонившуюся к его плечу, и чуть улыбнулся. Сев прав. Это просто возраст…