По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Чудесное лето 2000-го года ознаменовалось одним из лучших выпусков Колдовстворца. Пять золотых и четыре серебряных медали, с десяток похвальных грамот.. Директор был рад принимать поздравления и благодарности от родителей, тем более, что порой некоторых учащихся хотелось наказать куда строже.. Ибо поводы были… Но сейчас – пусть радуются. Молодость бывает лишь раз. Нарцисса с улыбкой смотрела на сына и его друзей. Такие взрослые – и такие юные. Драко так вообще – копия Люциуса. Ну почти. Как Малфой-старший чуть не на ушах стоял, когда Драко ударился в эксперименты со внешностью – надо было видеть. Но и мальчика понять можно – кому не лень в шрам тыкали. А так вышло очень интересно – и группа пережила второе рождение. Ну и перебесились в итоге – сейчас все в классических костюмах, такие красивые. – Как бежит время… – Безумно. Но взгляни на них… – Наш сын самый красивый. – Верно. А Гарри какой… – Копия отца – но лучше. – Точно. И есть чем гордиться – золотая медаль у Драко, серебряные у Гарри и Невилла. – И золотая же у Гермионы. – И у этого мальчика – Басмина. Шалопай, но талантливый. – Почти все золото и серебро у нас.. – Ну так… если создать правильную обстановку – почему и нет. О, речь директора… Директор выступил с толковой торжественной речью, поздравляя выпускников, потом было вручение медалей и грамот, потом магический фейерверк… Счастливые и радостные выпускники снимались с друзьями и родными, звучала музыка… После официальной части был устроен банкет, ну а потом – танцы. Люциус посмотрел на сына, кружащего девушку в вальсе, и галантно поклонился жене: – Сударыня, не позволите ли тур вальса? – Ты еще каблуками щелкни… Ржевский… Лукавая улыбка в ответ. //Так… Меня ждет сюрприз? А похоже…// Нарцисса изящно присела в книксене и протянула руку. – Ах.. почему бы и нет... поручик.. Рука мужа легла ей на талию, и они заскользили по освободившемуся пространству, словно возвращаясь на годы назад – когда никакой Лорд и Метка не омрачали их счастье. Красивой парой любовались все – а они просто танцевали, наслаждаясь мгновениями безмятежного счастья. Но счастье имеет свойство заканчиваться. На следующий день они вернулись домой. Теперь стояли более серьезные вопросы. Учеба закончилась – пришло время свернуть шею Лорду. Тем более что недавно из Англии дошли сведения, что там все очень нехорошо. Предстояло спланировать действия и подобрать команду. Примерный состав был ясен – однозначно Гарри и Драко, к ним в компанию твердо собирался Богдан Басмин, ехал также Гилберт Грейп, заявивший, что "ну напоследок кому-нибудь рога поотшибаю", совершенно точно – Нарцисса. Стоял вопрос об участии Гермионы и Невилла, а также Северуса – эти трое чуть ли не скандалили – кто все же поедет. Также стоял вопрос об участии Сириуса – и если уж выбирать из двоих на "С" – но Нарцисса взяла бы брата, поскольку Блэк-мэнор в состоянии обороны не раздолбать сходу и атомной бомбой. Но зато более опытный, чем Невилл, зельевар – тоже полезен. Споры решили банально. Всех сомнительных собрали в одной комнате и предложили тянуть соломинки: едут те, у кого короткие. Короткие вытащили в итоге Сири и Гермиона. – Значит, так тому и быть. Сири, ты вроде имеешь контакты с армейскими и прочими гениями в области человекоубийства? – Да. – Нам нужно обмундирование на… семерых. Нам с Гермионой можно и мужское. – Понял. Что-то еще? – Какую-нибудь гадость.. попродвинутей. – Зарин? Зоман? – Ну я же не теракт устраиваю, а акцию возмездия. – Ну чуть-чуть. – Севушка… накапай ему в чай.. чего-нибудь.. продвинутого. Северус мрачно кивнул, Сириус побледнел и поднял руки: – Я ж пошутил. – А я нет. Ну тебе чем люди виноваты? И сами потравиться можем. – Все, понял и осознал. – Не заметно. Сев, едешь ты – а этот будет пасти нашу семью. – А в Блэк-мэнор ты как зайдешь? – Гад. – Ну чисто дети. Люциус, глядя на этот цирк, только вздохнул. В итоге все же сговорились, что едет Сириус. Потом были долгие сборы, прикидки действий, сборы багажа – и последние указания. Каждый прощался отдельно. Драко заглянул к сестре – Вайли уже было двенадцать, она вытянулась, начала оформляться в девушку и обещала вырасти в ослепительную красавицу с мощным даром. – Ну что, мелкая, скучать будешь? – Очень… Драко.. я боюсь.. – Знаешь, я тоже. Поэтому оставляю тебе одну вещь. Вот. Драко протянул сестре ножны с кинжалом. – Наш, фамильный. Меч я беру с собой – а это чтобы ты могла себя защитить. Я хочу, чтобы ты была в безопасности. – А ты? – А я поеду помогать Гарри. Он один не справится, так что мы едем с ним. Вайолет крепко сжала в руке ножны кинжала и обняла брата. – Возвращайтесь.. возвращайтесь поскорей… – Обязательно, сестренка.. обязательно. Девочка отпустила его и посмотрела в глаза. – Будь осторожен… – Буду. Чмокнув девочку в щеку, вышел. Люциус обнимал жену, не в силах отпустить ее в дорогу. – Я боюсь за тебя. Я боюсь потерять тебя. – Не бойся. Я вернусь. Береги детей. – Сберегу. И уже безмолвно... //Вернись// //Вернусь. Дождись.// //Дождусь// //Я люблю тебя…// //Я тебя люблю…// Уже все вещи собраны, все проверено и перепроверено много раз – и собрались все, кто уходил в бой – и те кто оставался – ждать и верить. Нарцисса взяла в руки гитару. Покроется небо пылинками звезд И выгнутся ветви упруго Тебя я услышу за тысячу верст, Мы эхо, мы эхо, Мы долгое эхо друг друга. И мне до тебя, где бы я ни была Дотронуться сердцем не трудно. Опять нас любовь за собой позвала Мы нежность, мы нежность, Мы вечная нежность друг друга. И даже в краю наползающей тьмы, За гранью смертельного круга Я знаю, с тобой не расстанемся мы, Мы память, мы память, Мы звездная память друг друга.[1] Смолкли последние аккорды, женщина отставила гитару, подхватила вещи и решительно шагнула за порог. За спиной оставался кусочек души и сердца. Но ради мирной и спокойной жизни.. иногда приходится чем-то жертвовать. Даже если это больно и страшно. Даже если очень любишь. Особенно – если любишь. Спустя несколько дней в частный самолет грузилась команда из нескольких парней и женщин. Самолет должен был переправить их в Англию.. ну и если все кончится мирно – забрать. Нарцисса закрепила свои вещи, села в жесткое кресло и посмотрела в окно. Губы беззвучно зашептали: " И окажется так минимальным наше непониманье с тобою перед будущим непониманьем двух живых с пустотой неживою. И качнется бессмысленной высью пара фраз, залетевших отсюда: "Я тебя никогда не забуду. Я тебя никогда не увижу".[2] Самолет, пробежав по полосе, взлетел, беря курс на Англию. Их ждал самый главный бой. [1]Эхо любви, Р. Рождественский [2]Юнона и Авось, Я тебя никогда не забуду