По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Посреди темного коридора, по которому разносились гулкие шаги тролля, вдруг возник светящийся шар из молний и чего-то похожего на зеркальные осколки. Молнии били в стены, гуляли по ним, стоял треск, гул и еще неприятный скрежещущий звук – "осколки" постоянно двигались, их количество росло. Тролль, заинтересовавшись странной штучкой, подошел – и тут же был отброшен сразу несколькими молниями. Он пролетел через коридор и упал, не шевелясь. – Эта штука убила тролля, Гарри! – Я вижу... но нам пока тоже не уйти. Нас она не трогает – мы к ней не лезем. – Предлагаешь просто смотреть? – Да. Двое мальчишек стояли и смотрели на странное явление – и в это время из женского туалета выглянула девочка с копной кудрявых волос. – Ой... что это? – Гермиона, стой!! – два голоса прозвучали одновременно – но не успели. Девочка с любопытством протянула руку к странному явлению. Но… молнии, словно живые или разумные, огибали ее. – Электричество? Здесь? – Гермиона! Что ты творишь?! – Гарри! Оно не трогает меня! – Оно убило тролля! – Потому что он опасный. А я не опасная – для этой штуки! – Вообще-то электричество может и убить! Неизвестно, какой мощности эти молнии! Детям приходилось кричать – скрежещущий звук нарастал, молнии начали бить чаще, и девочка отступила в сторону. А потом... словно светящийся ветер пронесся по коридору, хлопок… И на пол упало тело. Девушка.. девочка. Темные волосы, рассыпавшиеся по полу, неловко подогнутые нога и рука, на одежде подозрительные пятна, на руках и ногах, где видно – порезы. Странное явление исчезло, и в коридоре стало еще темнее. – Она... мертвая? – Надо посмотреть! – Гермиона, стой! – Не указывай мне, что делать, Гарри! Ей может потребоваться помощь! Девочка стряхнула с себя руку мальчика в очках и подошла к лежащей на полу девушке. Незнакомка лежала без движения и казалась совсем неживой. Глубоко вздохнув, девочка коснулась пальцами шеи неизвестной – та чуть пошевелилась, и Гермиона отдернула руку, но тут же, нахмурившись, более решительно потрогала пульс на шее. – Она живая! Но она ранена! С другого конца коридора послышались приближающиеся голоса и свет. – Нам сейчас влетит… – Хуже уже не будет! – Ой, там Снейп… и директор… И в самом деле – следом за директором шагал сам Ужас Подземелий. – Мистер Поттер. И мистер Уизли с мисс Грейнджер. Почему я не удивлен? А это... что? – Профессор Снейп, мы не знаем... она... просто появилась... тут. Даже обычно бойкая Гермиона была растеряна. – Просто взяла и появилась? Да, мисс Грейнджер? – Да, профессор… – Так. Стоять здесь и никуда ни шагу. Дети кивнули. А Северус Снейп вместе с директором подошли к лежащей на камнях незнакомке. Едва Альбус Дамблдор наклонился над девочкой, как ее окутал кокон из белых и голубых молний, разъяренными змеями вздыбившимися над ней. – Вы ей не нравитесь, директор. – Интересно – почему? – Хороший вопрос, но несвоевременный. Ребенку нужна помощь. Позвольте, я… – Конечно, Северус, мой мальчик… "Мальчика" перекосило, но он наклонился над раненой девочкой – и странное дело – кокон угас, позволяя взять незнакомку на руки. – Я в Больничное крыло, и это трио – со мной. – Конечно, конечно… Троице ничего не оставалось, как пойти следом за самым строгим и нелюбимым профессором в Больничное крыло. Когда они добрались до места, медиведьма мадам Помфри всплеснула руками: – Магия! Северус, что случилось? – Тролль случился – а еще таинственная незнакомка, на которой стоит непонятная защита. – Тролль?! Какой ужас... Бедная девочка – это он ее так? – Нет. Скорей уж... она его. Но ее повреждения тоже нуждаются в лечении. – Так, клади ее сюда… вот так. Бедняжка… Сейчас… Едва Снейп отошел от незнакомки, как вокруг нее снова возник кокон. – Северус! Тебе придется помогать! Я к ней и подойти не смогу! – Мадам Помфри! Я могу помочь! – Мисс Грейнджер, и чем же это? Ядом профессора можно было отравить пол-Англии, но девочку было не смутить. – Я трогала ее, проверяя пульс… И она меня пустила к себе… – Гхм. Интересно. Эта защита посчитала вас… безопасной? – Да, профессор. – Тогда сделаем так. Вы, мисс, Грейнджер, поможете мадам Помфри, а я провожу ваших друзей в гостиную Гриффиндора. – Вот и хорошо. Идите, Северус, я вам потом передам все записи по нашей незнакомке. Снейп кивнул и увел мальчишек. Гермиона помогла медиведьме раздеть неизвестную, снять с нее ножны с палочкой и с кинжалом, бережно очистить от грязи и запекшейся крови и обработать все раны Бадьяном и Рябиновым отваром. – Ну вот. Теперь она будет спать. А платье… Бытовые Чары знаешь? Ах да, ты ведь из простых… Давай уж покажу… Гермиона с интересом повторяла жесты и слова. – Какое платье красивое… – Дорогое... на заказ шили. Бедный ребенок, что ж с ней приключилось. – Думаю, она сама сможет рассказать, когда проснется. В палату вошел Северус Снейп. – Северус, пусть девочка переночует у меня. Вдруг нашей больной потребуется что-нибудь – а я даже пальцем ее тронуть не смогу. – Хорошо, Поппи. Но я хотел бы взглянуть на кинжал, что был при девочке. – Вон он, возьми. Гермиона с интересом наблюдала, как обычно мрачный и невозмутимый профессор не смог сдержать изумления, что-то увидев на кинжале. – Вам интересно, мисс Грейнджер? – Да... то есть нет… – Так да или нет, мисс Грейнджер? – Да. Что необычного вы увидели на этой вещи, профессор? – Герб семьи Малфой. И мне безумно интересно – почему у девочки, которая выглядит как жертва гиппогрифа, кинжал, принадлежащий одной из древнейших аристократических семей… – Это важно, профессор? – Даже очень. Чтобы вам было понятней – представьте, что в маггловскую больницу попадает некто, у которого в руках сжата корона Британии. Гермиона обладала богатой фантазией и ахнула. – Я вижу, вы осознали необычность ситуации, мисс Грейнджер. Сегодня вы ночуете здесь. Возможно, что завтра вас в порядке эксперимента сменит мой крестник – Драко Малфой. А пока я покину вас, дамы, и заберу данную вещь. Доброй ночи. Оставив пораженных дам, Ужас Подземелий откланялся и покинул Больничное крыло. Мадам Помфри, отмерев, устроила Гермиону рядом с незнакомкой. – Отдыхай, и я хоть смогу подойти к ней. – Спасибо. Гермиона сняла форму и устроилась на больничной койке. Мадам Помфри ушла к себе, и девочка слышала ее бормотание, а потом все стихло. Сон не шел – от пережитого волнения она не могла уснуть. Девочка посмотрела на спящую глубоким сном соседку – в свете нарождающейся луны очень... породистый профиль кого-то напоминал, кого-то очень знакомого – но кого… Она не могла вспомнить, но была уверена, что такие черты, и именно в профиль, она уже видела. Понемногу напряжение ушло и девочка устало закрыла глаза, засыпая. Ночь опустилась на Хогвардс.