По ту сторону зеркала. Зеркало Обретения.

Осенним теплым днем компания детей и взрослых входила под своды школы магии Шармбаттон. – Ну вот – до Рождества мы вас не увидим, но не скучайте – учитесь хорошо, пишите нам и ведите себя хорошо. – Да, папа. – Конечно, дядя. Вайолет стояла в новенькой форме своей новой школы, положив руки на плечи мальчиков – Гарри и Драко. Летом ей провели экзаменовку и сочли, что ей стоит поступить на четвертый курс Шармбаттона, а детям на второй. Для нее купили все необходимое – от сундука для вещей, до этих самых вещей. Она пыталась возражать, что может обойтись вещами и попроще, но была остановлена заявлением "Ты – Малфой, а у нас все лучшее". Но нельзя было не согласиться, что все вещи были высочайшего качества. – Вайолет, присматривай за ними… Они все же еще дети… – Хорошо. Ласковые поцелуи в щеку, объятья, и дети отправились к своим курсам. Нарцисса коснулась руки мужа. – Она лишь кажется взрослой… – Она сильная… И здесь не Хогвардс – тут правила безопасности настоящие, а не иллюзия. – Что сказал Антонин? – Что займется ей на каникулах. Как раз и вопрос с Метками решим… Вайолет с интересом осмотрелась в комнате – мальчики и девочки жили раздельно, встречаясь на занятиях. Для спокойствия к ней подселили младших девочек – так она попросила. Учеба началась со следующего дня – какие-то предметы были знакомы, какие-то в новинку, различалась и манера подачи материала, а ей было с чем сравнить. В целом Шармбаттон был гораздо лучше Хогвардса, хотя и уступал Колдовстворцу. Дома была более удобная и практичная форма – на ее взгляд, равно как и подход к некоторым дисциплинам. Зельеварение ее не впечатлило вообще – как и его преподаватель. //Снейп куда толковей и доступней объясняет, да и пользы у его уроков больше. А это что… // Спустя месяц она подошла к директрисе школы и рассказала, что знает куда лучшего преподавателя этой дисциплины и готова написать ему с просьбой о визите. Директриса, мадам ЛеБон, согласилась, и в ближайшие выходные Северус Снейп почтил своим вниманием стены школы. После разговора с директрисой он сменил месье Тушона, и уроки зельеварения перестали напоминать балаган. А так учиться Вайолет нравилось – и младшим учиться тоже нравилось. Здесь как раз была возможность именно учиться. Понемногу пришел Хэллоуин, который они провели впятером, просто молча посидев в комнате со свечой, разделяя скорбь утраты с Гарри – как раз Северус прислал альбом с фотографиями его родителей. После Хэллоуина незаметно наступила зима, и как только укрепился лед, Вайолет нацепила коньки, в свободное время выписывая на льду вензеля. Другие девочки и даже мальчики заинтересовались, чем она таким занимается, и теперь днем и даже вечером, при свете фонариков и под негромкую музыку, по льду скользили одиночки или парочки. А еще в школе появился кружок кружевниц – Вайолет поделилась тем, чему научилась в своей школе, и теперь раз в неделю, по пятницам и субботам, девочки, кто хотел, собирались в выделенной комнате, плели или вязали кружево, пили чай и общались. В противовес девичьим посиделкам – мальчики организовали кружок поэзии, где изучали как творчество поэтов разных стран, так и пробовали себя в творчестве. Так – то за развлечениями, то за учебой, проходило время. На зимние каникулы вся компания отправилась по домам – отпраздновать Рождество и пообщаться с близкими. Дети возвращались домой с радостью и предвкушением, а Вайолет впервые осознала, что все что вокруг – это надолго… если не навсегда. И ей придется смириться с этим. И возможно, что назвать родителей мальчика и своими родителями… От этого стало грустно. В поместье после обмена приветствиями она ушла к себе в комнату и, разложив вещи, упала плашмя на кровать, наконец дав волю слезам. Домовика, посланного позвать к ужину, снесло обратно за дверь подушкой. Слезы понемногу вымывали боль и тоску, и на коснувшуюся ее плеча руку Вайолет отреагировала почти спокойно, лишь вскинувшись. Сев, она смутилась – рядом с ней сидел владелец поместья. – Извините… – Тебе не за что извиняться. Я хорошо понимаю тебя. – Понимаете? Почему? Вайолет села прямей, вытирая ладонью слезы с лица. Люциус протянул ей платок и пояснил: – Я тоже рыдал в первый день в Хогвардсе. Я впервые оказался так далеко в незнакомом месте и без родителей… – Но… это… – Другое? Да. Но ты не одна – и у тебя есть мы. – Так лишь больнее… Вы – не они… – Возможно… но мы можем любить тебя и заботиться о тебе - может, чуть иначе, но так же внимательно и тепло… Иди сюда, ребенок… Вайолет сначала неуверенно, а потом уже порывисто прижалась к мужчине, чувствуя тепло и надежность его рук, обнимающих ее. – Ты не одна… У тебя есть мы – я, Нарцисса, Драко.. а еще Северус, Гарри… Антонин, который будет учить тебя тоже… Понемногу девочка успокоилась и, отпущенная, привела себя в порядок. – Ну что, идем ужинать? – Да… За ужином Вайолет уже была полностью спокойна и поддерживала беседу, завязавшуюся за трапезой. Уже позже – лежа в постели – девочка думала, что после Рождества попросит разрешения у четы Малфоев называть их папой и мамой. Но сначала.. она сделает им маленький сюрприз. Улыбнувшись, девочка повернулась на другой бок и заснула.