Я буду сверху, А-Лин...

И вот снова Сычжуя перебросило в другую локацию, уже в комнату Сичэня в Облачных Глубинах. Парень уже привыкший к таким путешествиям во времени, нехотя приоткрыл глаза, но тут же пожалел об этом. Перед его взором была такая картина: По среди просторного помещения, обставленного со вкусом и со всеми удобствами, как любит Лань Хуань, стояло что-то на подобии кушетки, где лежал ну очень разжиревший Ваньинь. Рядом с ним обеспокоенно бегали А-Яо, Хуайсан с братом, и виновник торжества. Лань-Будущий Папань. Не Минцзюэ спокойно себе в стороне натачивал саблю, словно его и не было. Хуайсан наоборот же, взволнованно обмахивал ворчащего и запыхавшего Цзян Чэна, который лежал уж ну в очень неестественной позе, растопырев ноги. Мэн Яо, сидя рядом, агрессивно листал книгу по медицине, пытаясь что-то найти. Сичэнь был бледнее всех, с огромными чёрными синяками. А-Чэн паразит изматывал несчастного Ланя до последнего, не давая тому спокойно спать и жить. Мелколаню стало интересно, что же там происходит, и он решил подойти поближе. Парень конечно догадывался, но до последнего надеялся, что это не то самое. Сычжуй услышал краем уха их разговор. — Мэн Яо, сукин ты сын, ты нашёл что-нибудь про роды? Я блять сейчас рожу, у-у-х..Р-р-р.. — Чэчэн издавал какие-то демонические звуки, матеря всех вокруг. — Нет ещё, всё же подобное литературы нет в библиотеке Гу Су, эх... Ну ничего, сделаем всё сами, — усмехнулся Глава Ордена Цзинь, откидывая книгу куда-то далеко. — Рожай быстрее, мне ещё хочется повеселиться в Облачных Глубинах. Цзян Чэн на это лишь фыркнул, ничего не отвечая. В комнате творилась какая-то суматоха, что пугало А-Юаня. Ему уж точно не хотелось видеть, что сейчас будет происходить. Зрелище определённо не для слабонервных. — Всрались вы мне тут, никто вас вообще не звал! Что-то не нравится? Вали! — крикнул А-Чэн, корчась от новых приступов схваток. Лань Сичэнь в ужасе подбежал к любимому, успокаивая его и сжимая руку. — Милый, не нервничай, дыши глубже, вдох, выдох. Вдох, выдох. Ура, наконец-то наш малыш скоро родиться! Не могу в это поверить… А-а-а! Я три месяца ждал! — радостно причитал Хуань, мечтая о счастливом будущем. — Ура! Ещё немного и я увижусь с маленьким Ланем. Как же здорово, — воодушевлённо подхватил Хуайсан, хлопая в ладоши. Ваньинь злобно зашипел, грозно отмахиваясь руками от надоедливых заклинателей. — А ну заткнулись! Что б вы знали, я ненавижу этого выродка, ненавижу! Знать его не желаю, вытащите его скорее из меня, мне так плохо! — мужчина сжал зубы, вцепляясь в одеяло. Ему было очень больно, но он как мужик, старался не подавать виду. — Да ладно тебе, это как посрать сходить, переживёшь, — решил заговорить Не Минцзюэ, усмехаясь и убирая саблю. Мэн Яо нервно засмеялся, ловя флешбеки. Уж кто кто, а он, как никто другой понимал Цзян Чэна. Сань Ду Шэншоу резко дёрнулся, крича, что есть силы, от чего все в комнате вздрогнули. Всё Гу Су от таких оров наверняка наложило в штаны. — А-Чэн! Всё хорошо?! —  подбежал к нему Хуайсан и Сичэнь, держа за обе руки. — Уже родил? Не Минцзюэ прыснул со смеха, пряча лицо за рукавом. — Нет блин, обосрался. Рано ещё. Нужно его резать, а то как мы по вашему вытащим ребёнка? Все в помещении испуганно вздрогнули, в том числе и Сычжуй. Он пошатнулся в сторону, пытаясь выйти из комнаты. Но у него ничего не вышло, за пределами комнаты был невидимый барьер, который покинуть было невозможно. Лань Юань запаниковал, оглядываясь по сторонам. — Волшебные грибочки! Унесите меня отсюда, я не хочу этого видеть! — крикнул парень, но ничего не получил в ответ. И только что он обратил внимание на те самые золотые грибочки А-Яо, которые он видел в башне Золотого Карпа! Он наверняка прихватил их с собой вместе с Ебабастой. Курильница лежала около кушетки Цзян Чэна и Мэн Яо. Мелколань смирился и принялся ждать, ведь он сам не сможет покинуть это место. Для себя Сычжуй решил, что будет закрывать глаза, но любопытство требовало смотреть всё внимательно, во всех подробностях. Услышав слово «резать», Сичэнь в ужасе округлил глаза, смотря на возлюбленного. Неужели придётся идти на такие меры. — Как резать?! Ты же шутишь, да? — Лань нервно сглотнул, обнимая голову Ваньиня, попутно получая локтём в щёку. — Конечно. А ты что думал, он через пизду родит? Он не женщина, прошу заметить. —  подтвердил Глава Не. Испуганный и взбешённый Цзян Чэн схватил Ебабасту и со всей силы долбанул об пол, от чего та не выдержав, разломалась на несколько частей. Мужчина скрипел зубами от злости и долбил несчастый артефакт об пол, пока к нему не подбежали заклинатели, затаскивая обратно в постель. — Это тебе за всё! За всё! Дерьмовая хуйня, это из-за тебя я так страдаю и мне так больно! —  чуть ли не рыдая от обиды всхлипывал А-Чэн. А-Яо и Не Минцзюэ ударили себя по лбу, цокая языком. — Ты дурак совсем? Вот нахера ты это сделал?! Это же была реликвия Великих Орденов и многовековая традиция! Что ты наделал..Блять, блять! — заорал Минцзюэ, закатывая глаза, и ходя по комнате. — Это был твой шанс не быть разрезанным! Мы бы тебя превратили в девушку и ты бы смог нормально родить. Но уже поздно… Мда уж. Ваньинь панически дёрнулся, округляя глаза. — А можно было раньше это сказать?! Ой..Ая!.. Быстрее, вытащите его из меня! Оно меня разрывает! — мужчина завизжал, дёргаясь в припадках. Заклинатели сразу же засуетились, подкладывая по него подушки и раздевая. Не Минцзюэ протирал серебрянный нож, готовясь к операции. Хуайсан подавал брату инструменты, как настоящая медсестра. Смотря на всё это, Сычжуй почувствовал себя дурно. Когда Ебабаста была разломана, то только он смог увидеть, как из курильницы вылетело облако, вселяясь в золотые грибочки. Парню показалось это довольно странным и он уже строил кое-какие догадки. — А-Чэн, давай дыши, глубже, глубже! А то потеряешь сознание… — лепетал Хуань, находясь на грани обморока. Ваньинь скулил от боли, сжав в зубах кусок одеяла, чтобы не закричать. По его измученному красному лицу рекой тёк пот, а тело непроизвольно подрагивало. Он пытался дышать, но вместо этого получались прерывистые хрипы. За одну его руку держался А-Яо, что-то шепча и советуя, а другую Сичэнь. Не Минцзюэ нагрел на огне нож, подходя к оголённуму животу А-Чэна. Не Хуайсан засунул в рот мужчине обезболивающие травки, одобрительно кивая. — Держите его крепко, ему будет больно и он будет вырываться. Я начинаю операцию, — хмуро произнёс Минцзюэ, поднося нож к животу. — Может лекаря позовем?.. -  всхлипнул Лань Хуань, со всей силы удерживая Цзян Чэна. — Никакого лекаря! Никто, слышишь, никто не должен знать, что произошло! Этот секрет мы унесём в могилы! — грозно прорычал Глава Не. — Резать я лучше всех умею, так что начали. Мужчина тяжело вздохнув, приступил к операции, делая надрез. Ваньинь сдавленно взвизгнул, закатывая глаза и теряя сознание. Сичэнь часто дыша, читал мантры и молитвы, пытаясь контролировать страх и ужас. Мэн Яо был сосредоточен, наблюдая за движениями ножа и давая советы. Хуайсан же нервно обмахивал рожаника веером, потея рекой и часто моргая. Бедный Сычжуй поборол отвращение, сел за спину Хуайсана и ужасно волнуясь, наблюдал за операцией. Так сильно нервничал он впервые, будто сам рожал. Положив нож в сторону, Не Минцзюэ начал доставать ребёнка, кривясь и тяжело дыша. Все в нетерпении молчали, нервно сглатывая и хрипя. Через пару секунд мужчина достал из Цзян Чэна маленькое нечто, гордо поднимая вверх. Ребенок недовольно пищал, будто был не рад, что его вытащили. Сичэнь косо улыбнувшись, замертво повалился лицом на пол. Все остальные заклинатели облегчённо выдохнули, слабо улыбась. Юань не заметил, как тоже улыбнулся. Но их улыбки долго не длились, ведь ребёнок выскользнул из рук мужчины и упал. Все в помещении испуганно крикнули, подбегая к орущему малышу. — Ты дурак совсем?! Будешь его ронять, вырастет декрикнули  воскликнул Хуйсан, осматривая малыша и проверяя, живой ли. — ты забыл перерезать пуповину, мне кажется нужно резать тут. —  парень попытался взять нож и резануть, но А-Яо отпихнул его. — Ты совсем? Резать надо здесь. — мужчина резанул ниже, чуть не задев младенца. Теперь ребенок находился на руках Мэн Яо, не переставая орать и извиваться. Услышав крики своего отпрыска, Сичэнь устало приподнял голову, захлёбываясь слезами. — Мой Цзинъи, мой маленький Цзинъи, вырастет самым умным и талантливым.. — мурлыкал Лань Хуань, протягивая к нему ручки. - Хо-хо, какое необычное и прекрасное имя, мои поздравления! - поздравил его Минцзюэ, вытерая руки и нож от крови. А её было много. Испугавшись воплей, Цзинь Гуан Яо выронил ребёнка, тихонько ойкнув. Цзинъи ударился головой об пол, резко затихая. — Ты дурак?! Мой маленький! —  папаша оттолкнул заклинателя, грозно одаривая его ненавистным взглядом, поднимая малыша и прижимая к себе. — Он же тупым будет, если ронять его! Сычжуй в шоке открывал и закрывал рот, охреневая от своих догадок. Он так и знал, что это Цзинъи. Теперь понятно, почему тот такой ненормальный и тупой. Всё наконец-то встало на свои места. ---------------- Ничего против Цзинъи не имею! Очень милый и прекрасный персонаж, люблю его, просто так надо в этой работе😅 Спасибо за внимание :) ---------------- Вдруг Сычжуй почувствовал сильную слабость в теле, будто его поднимает в воздух и уносят далеко-далеко. Всё вокруг начало превращаться в золотой вихрь, сгущаяясь с каждой секундой. Ещё пару мгновений и наступила золотая пустота, где в середине тумана парил Лань Юань. Испугавшийся и чувствуя панику, парень начал оглядываться, но кроме слабого свиста урагана ничего не слышал. Со спины Сычжуя кто-то незаметно появился, кладя руки ему на плечи. Он резко вздрогнул и обернулся, видя перед собой парящую призрачную фигуру юноши в белых одеждах и соломенной шляпе доули, который с нежной улыбкой и теплотой в глазах смотрел на юного заклинателя.