I can feel your heartbeat

       Что вы представляете, когда слышите словосочетание «родственная душа»? Наверное какого-нибудь родственника или близкого друга, не так ли? Назвали ли бы вы так человека, с которым видитесь всего второй раз? Андрей бы тоже ответил нет, если бы не встретил Максима.        Они уже около трёх часов болтают без умолку, перерывами смеясь действительно искренним смехом. Они говорили про всё: начиная с погоды, заканчивая футболом. Но ни разу не затронули тему Ютюба. Как будто забыли про то, что они достаточно знаменитые блогеры с миллионной аудиторией. Они так увлечённо разговаривали, что даже не заметили первые капли дождя.        Первым пришёл в себя Максим, который начал заметно дрожать от холода. Его губы стали бледными с синим отливом, кровь прелила к носу и ушам. Через несколько минут Брайн чихнул, а потом ещё раз и ещё. — Так, Макс, ты такими темпами и простуду словить можешь. Давай пока мы дойдём до моего дома, я отдам тебе свою куртку, чтобы немного легче стало.        Брюнет уже было хотел отнекиваться, мол это будет как-то по гейски, но не успел он даже рта открыть, как что-то очень тёплое окутало его так, что все мысли отказаться улетели прочь.        Они бежали, огибая лужи под проливным дождём, как маленькие дети, которые спешат домой чтобы погреться, а потом сразу по окончанию ливня снова выйти гулять.        Поворот ключа в замочной скважине, распахивается дверь. Они молча снимают обувь, как и мокрые до ниточки куртки. Андрей говорит Максиму, чтобы тот шёл на кухню, указывая пальцем на проход в конце коридора, а сам заходит в соседнюю дверь.        Брайн молча садится на деревянный стул, всё ещё иногда вздрагивая от того, что мокрая ткань футболки касается уже тёплой спины. Кухня небольшая, однако очень чистая. Ни единой грязной тарелки, ни единого пятнышка на микроволновке и духовке. Раковина блестит, все тряпки аккуратно сложены в углу стола. Он невольно вспоминает свою кухню, и у него появляется отвращение к самому себе.        Через несколько секунд заходит Андрей. В его руках серая футболка и мешковатые штаны. — Не Гуччи, конечно, но для дома сойдёт,  — с улыбкой произнёс Новостников. — Спасибо, — скромно ответил Макс. — А где мне переодеться? — А, да, можешь пойти в мою комнату. Дверь прямо возле входной. — Угу.        Тарасенко снова прошёл по коридору и открыл как будто уже знакомую дверь. Но как оказалось дальнейшем — не только дверь, но и комнату.        Деревянный стол возле окна, микрофон «Trust GXT 212 Mico», чёрное кожаное кресло. Всё прямо как в том сне. Максиму стало как-то не по себе, поэтому он принял решение быстро переодеться и выйти из злосчастной комнаты. Поскольку Андрей был буквально на десять сантиметров выше Брайна, он выглядел как иностранный гэнгста в этой одежде. А его худоба ещё больше усугубляла ситуацию.        «Надо обязательно пойти в качалку и привести себя в форму. А то как хлюпик хожу вечно, поэтому у меня получается с девушками строить отношения не больше дружбы.»        Максим подумал про Андрея. У него прекрасное телосложение, отличный характер, умный. Наверняка у него должна быть девушка. С этими мыслями Брайн отправился к своему другу обратно на кухню.        Пока Тарасенко переодевался, Андрей уже заварил чай с лимоном, буквально осыпал стол разными сладостями и принялся готовить ужин. Когда Максим зашёл в комнату и сел за стол, Виндяй не оборачиваясь сказал: — Что-то ты как-то долго.        Брайн уже хотел ответить, но желание чихнуть было сильнее. Андрей обернулся и обеспокоенным взглядом посмотрел на Максима, так же, как мама смотрела на него, когда в детстве Тарасенко мог упасть или пораниться о что-то. . — Ты точно заболел, — поставив кружки, на стол произнёс Новостников. — Ну ничего, вылечусь, — равнодушно ответил Максим. — Так, это я тебя вылечу — строго сказал Андрей, смотря Брайну в глаза.        Хоть и голос летсплейщика был как никогда строгим, взгляд у него был таким добрым, что невольно хотелось улыбнуться. — Это как? Ты поедешь ко мне домой и будешь меня лечить? — с сарказмом сказал Максим. — Может быть и так. Но сам ты лечиться не будешь при любых условиях. — Да мне уже двадцать лет! Я могу вылечиться сам! — немного повысив тон произнёс Тарасенко. — Не ори на мать! — ответил Андрей после чего кухню окутал громкий смех.        Новостникову было смешно не только от своей шутки, но и от вида строгого Максима. Ведь он определённо не выглядел на свой возраст, поэтому эту сценку вполне можно было назвать «Мама и её тринадцатилетний сын». Он сам не понимал, почему решил с такой ответственностью отнестись к лечению своего друга, но он знал, что если задумал что-то, то обязательно это выполнит при любых условиях.        Чай в доме Андрея казался Максиму вкуснее, чем где-либо. Или на это повлиял дождь, либо это из-за того, что Тарасенко наконец-то не чувствует себя одиноким. На ужин, кстати, реакционер приготовил очень вкусную «Карбонару». Максим такую не ел даже в ресторанах.        «Отлично, он ещё и готовить вкусно умеет.» — Андреей, а у тебя есть девушка? — запихивая себе в рот кусочки куриной грудки, задал вопрос Максим.        Новостников в ту же секунду поднял голову и вопросительно посмотрел на Тарасенко. — С чего такие вопросы? — Ну, эм, просто ты, ну, идеальный мужчина.        Андрей ухмыльнулся и встал из-за стола. — Рад, что я тебе понравился. — Да. То есть, стоп, что?!        Виндяй уже был возле двери в гостиную. — Ничего. Положи пустую тарелку в мойку, я потом помою, и иди сюда! — прокричал Новостников через всю квартиру. — Хорошо! — крикнул Максим, после чего так же громко чихнул.        Почему-то от всего происходящего Тарасенко становилось тепло на душе. Осознание того, что наконец у него появился такой хороших друг, у которого можно ночевать сколько захочется, и поговорить с ним интересно, добрый и умеющий вкусно готовить в конце концов. Не друг — а сказка! Наконец-то он может почувствовать себя нужным кому-то ещё помимо Тигры.        Гостиная Андрея не уступает место ни его комнате, ни кухне. Просторная комната с удобным кожаным диваном, находящимся возле стены, с двумя такими же креслами по бокам. Напротив висела огромная плазма. Внизу расположился плейстейшн с различными пультами управления и два шлема VR. Заметив взгляд Максима, Андрей гордо сказал: — Выбирай.        Поколебавшись, Тарасенко выбрал плейстейшн.        Конечно, она у него есть, но находится-то у его мамы. А сейчас она уехала в командировку, поэтому добраться до неё Максиму временно невозможно.        Вы думали, что они будут играть в какую-то игру? Поверьте, они тоже так думали. Но что-то пошло не так. И вот уже заставка Just Dance. Они оба знали, что не умеют танцевать, но факт того, что им будет весело, полностью перекрыл все недовольства.        Первой песней была выбрана пожалуй сама популярная: «I'm An Albatroz»        Уже на первой минуте их животы болели от смеха. А по окончании всей песни они ещё больше посмеялись с того, как они, если это так можно назвать танцевали. Прошло около часа. Они уже протанцевали песен десять, не меньше. Всё так же смеясь уже с приятной болью в животе. — Давай последнюю песню и я тебе измерю температуру, — сказал Андрей, прерывисто дыша. — Давай, — выдохнув, сказал Максим.       «Despasito.» Они до самого начала песни не знали, что она парная. Только когда заиграла песня, они увидели девушку и парня. Друзья переглянулись. — Будем? — спросил Андрей. — Будем. — сказал Максим.        В начале песни всё шло как по маслу. Почему-то в этот раз они не смеялись, а старались танцевать красиво. И вот припев. Партнёр должен одной рукой взяться за бедро партнёрши и тогда уже продолжать танцевать. Тарасенко стоит на месте повторяя движения, как вдруг сильная рука касается бедра и Винди как будто так и нужно продолжает танцевать. Максим вздрагивает, но ничего не говорит.        «Это просто танец», — думает он. «Это должно быть смешно, но почему-то мы не смеёмся.»        В следующем движении им нужно взяться за руки. Новостников протягивает свою руку. Брайн может отказаться, но чтобы танец не портился, он кладёт свою ладонь поверх Андрея и танец продолжается.        Песня окончена. Они смотрят результат.        Все движения без единого колебания, как будто они танцевали это уже несколько раз. А ведь друзья даже не договаривались, кто будет мужчиной, а кто женщиной. Всё решилось само. Андрей молча выключает телевизор и, по всё видимости, уходит за градусником.        «Да, весело.», — Подумал Максим.        Каждый стук сердца раздавался по всему телу. Кровь в венах пульсировала.        «Да что происходит?»        Винди заходит в комнату, даёт Тарасенко градусник и садится напротив. Всё время они сидели молча, стараясь не встретиться взглядами. Тишина продлевала время, казалось они сидели так час, а может и больше. Наконец, Макс вытаскивает градусник. — Почти тридцать девять — медленно произносит Максим.        В глазах темнеет, мозг отключается. Темнота. Лишь где-то далеко, эхом в мозгу Тарасенко раздаётся голос его друга. — Макс? Максим!