Душа чемпиона

- Знаете, почему мне трудно верится в это, Элис? - спросил Ферант, слегка съехав со стула. - Почему же? - Психосоматика, самовнушение, что хотите - работают совершенно иначе, чем вы описали. То есть, если верить вашему рассказу, описанию страхов, готовности умереть - вы уже мертвы. - Почему вы не хотите смотреть дальше? Вполне возможно, что страхи были иллюзией, навязанной мозгом. Вполне возможно, что память моя переменчива. Вполне возможно, что там была не я, и кто же говорит это сейчас? Просто слушайте... Ведь я бежала быстрее, и рассчитывала преодолеть большую дистанцию. Это был марафон, соревнование с самой собой. Другой. Но мне казалось, что я была не одна, и ощущение это усиливалось с каждым метром, и клетки мои сотрясались при подобной мысли. Я ведь... это чуждо мне, верите или нет. В такие моменты чувствуешь себя белой вороной с черным крылом. И ощущаешь себя как дома, хотя никогда он не будет и чем-то близким. Но только ты запускаешь себя в эту сферу, и являешься режиссером. Кто? Обрадуется самонадеянному объекту, создающему неизведанное сферическое что-то? Существу другой окраски? Казалось, вот-вот упадет на меня чей-то грязный тюбик. Но вместо этого... Да... Это были крепкие узлы из жесткой черной веревки. Но ты можешь представить, что они бежевого цвета. Ведь цвет - разве это так важно? Будь они хоть желтыми с милыми улыбочками, остались бы такими же охерительно пугающими. Вот бы описать эти волокна, от которых взгляд не оторвать. В любой момент оттуда выскочил бы червь, или бык, или огромный дракон со злыми умыслами, или даже человек... как думаешь, что из этого нанесет более весомый вред? Это ведь тоже относительно, но ты не думаешь об этом в моменте, тебя окутывают лишь тьма и отчаяние. Забавно, я не могла вырваться, как бы не пыталась. Они связали меня со всех сторон, ограничивая все, что только можно. Они чувствовали такую же тьму и отчаяние, как и я, только немного другое. Они отличались от меня, хотя мы были невероятно схожи. В тот момент мне захотелось улыбнуться, ярко и ослепительно. Вдруг это помогло бы несчастным, а облегчать страдания мне не было нужды. Но они даже не дали шанса, а самое страшное - не давали шансов самим себе. Бедные, бедные создания! Но даже когда эти тугие веревки покидали мой разум, след оставался. И было понятно, что останется он навсегда. И это нельзя оценить как "хорошо" или "плохо", никакие мерки не применимы ни к чему, что связано с этой ситуацией. Ни к чему, что связано со мной. Просто скажите. Объясните мне. Вверьте. Дайте мне хоть какой-то знак, и я обещаю, что получится.