Loving you is a hopeless game.

Flashback             Юнги спустился на этаж ниже. Пройдя небольшое расстояние по коридору, он зашёл в небольшую комнатку, видимо для персонала. К его счастью, она оказалась пустой, поэтому Мин быстро запер дверь и выудил из кармана телефон. — Ну же…бери трубку… , — нервно бормотал он, сжимая в другой руке чужой телефон.       Ответ на другом конце послышался через пару секунд после того, как Юнги уже мысленно выругался и уже распиливал пополам огромной бензопилой этого наглеца. К его счастью, гнев Мина быстро прошёл и тот приступил к сути. — Оборви ему все связи с информаторами…как? Я за тебя думать должен? Заплати им, уверь в том, что журналист мошенник, я не знаю, — Юнги иногда бесила эта бестактность его «правой руки», но жаловаться было бы опрометчивым решением, так как тот всегда выполнял его приказы, — И ещё…с этого момента ты ответственный за него. Убеди его, чтоб он больше не лез не в своё дело, запугай…в крайнем случае поймай и запри его где-нибудь, чтоб не высовывался. Но это только в крайнем случае, слышишь? И без рукоприкладства.       Человек по ту сторону лишь промычал что-то невнятное, уже давно сделав свои выводы. Слушать начальника он привык, но иногда вносил и свои поправки в планы, и этот случай не исключение. Сбросив трубку, Мин сразу же набрал своему водителю.

***

      Юнги ещё пару минут смотрел вслед отдаляющемуся автомобилю, а затем перевёл взгляд куда-то наверх, тяжело вздохнув. Вдруг свет от ярких фар неприятно ударил в лицо, а затем погас, привлекая к себе внимание мужчины. — Долго будешь тут стоять? — знакомый голос внезапно врезался в сознание. На лице Юнги появилась его настоящая полуулыбка. Он тут же подошёл к нарушителю своего спокойствия и ткнул того кулаком в плечо. — С чего ты вообще тут? Как же Пусан? — впервые за весь день Мин почувствовал расслабление, не то чтобы с Чимином он не мог этого сделать, сейчас ситуация другая, как и Мин Юнги, — Хё-ён, какого чёрта? — Вот не надо этого твоего «хё-ён», бесит до жути, знаешь же, — мужчина одарил друга не менее дружелюбной улыбкой и ударом в бок. — Эй, Джи… — Юнги не успел возмутиться, как тот его перебил. — Выпьешь со мной, Шуга? — от этого глава так и оцепенел, раз друг назвал его «Шуга», что являлось его псевдонимом во всех сделках, значит случилось что-то серьёзное. — Поехали ко мне, там и поговорим, — коротко бросил Мин и поплёлся к двери в машину. Ночка будет долгой.

***

      Ким Тэхён или же «правая рука Мин Юнги», несмотря на то, что вообще-то Юнги левша. Лучший, кого знал глава, в своей сфере деятельности: слежка за целью, переговоры с заказчиками, пытки, убийства — во всём этом он профи, пусть и слегка чудаковатый. Правда у него давненько не было подходящей работы, поэтому Юнги, не зная что с ним делать, даже отправил его в отпуск на 2 недели, однако Тэхён всё равно вернулся раньше положеного. И какова была его радость, когда начальник и по совместительству лучший друг старшего брата дал ему наконец задание. Да и ещё какое! Ким не мог усидеть на месте ни на секунду, поэтому тут же разработал план действий и приступил к его выполнению.

End Flashback       Тупая сильная боль в затылке тут же вернулась, стоило Чимину попытаться вспомнить, что происходит. В панике он наконец поднял тяжелую голову, безнадежно бегая взглядом вокруг, в попытках найти хоть что-нибудь, на чем сфокусируются разбегающиеся глаза, но его занятие оборвали почти сразу: — Что, уже проснулся? — невозмутимо проговорил голос где-то над ухом, вынуждая журналиста резко развернуться в его сторону, улавливая размытый силуэт и черную куртку в и без того плохо освещенном помещении. Чимин непонимающе промолчал, четко вслушиваясь в собственное судорожное дыхание, потому что голова в этот момент поехала неимоверно.       Тэхен не спеша обошел пойманного журналиста спереди, останавливаясь и крайне завороженно любуясь оттенками паники и ужаса на поплывшем лице. Он только успел зафиксировать руки и ноги парня в креплениях индивидуального стула Чимина, который вообще-то зачастую используется не совсем для целей обычного обездвиживания, но Кима сейчас такие мелочи мало волновали. — Слушай, я тут помог тебе немного расслабиться, а то ты слишком напряжен поиском информации на мафию в последние дни, — Тэ подходит ближе, просто проводя холодными пальцами по чужой, уже проколотой вене, и наигранно хмурится, состроив жалостную мину, — Вот только со следующей дозы ломку ты вряд ли переживешь.       Чимин бы и рад ответить, вот только накрывшая волна страха попеременно сменяется дичайшим наслаждением от прошедшего по венам наркотика, блокируя все возможности высказаться и оставляя в речи лишь несвязные междометия и нервно вылетающие «почему?», «кто?» и «за что?». В уголках глаз собралась влага еще от той части сознания, которая теперь исчезала бесследно, вынуждая парня чуть не трястись мелкой дрожью, безрезультатно пытаясь вырвать запястья из креплений уже ослабшими руками. — Такой восприимчивый, — усмехнулся брюнет, вставая напротив и заглядываясь на развязно разлегшееся на стуле в припадке наслаждения тело журналиста.       Знал бы этот Чимин ещё, что находится под обычной смесью с экстази, вот только что-то подсказывало Киму, что у парнишки это впервые, и такая жалостливая реакция, будто его накидали героином в конце концов, была тому только подтверждением. Ким сгреб чужие волосы с макушки, запрокидывая назад податливую голову Пака до хруста в шее, заставляя посмотреть на себя не самыми трезвыми глазами, и прошипел низким, безумно угрожающим голосом, как обычно любил творить с предоставленными ему жертвами. — Брось это дело и свои ебучие статьи, — резко выплевывал парень, по инерции сжимая волосы в ладони сильнее, надеясь на остатки чужой сознательности, еще не заросшие окончательным возбуждением и расслаблением, — Ещё раз я увижу твое блядское личико, копающее под кого не надо, и обычной синтетикой в вене ты не обойдешься. Чимина накрыло окончательно. Он проскулил что-то невнятное, шипя от боли и вглядываясь нечеткими глазами в продолжающую расплываться мазню. — Ебучие статьи, — развязно прыснул брюнет от смеха, не в силах сдержать легкую улыбку. Каждая частичка тела просила больше, когда этот непонятный парень в черной куртке выпустил из рук волосы, возвращая журналисту свои несколько часов расслабленного кайфа. — Никуда не уходи, через несколько часов вторая доза, такое ты пропустить на можешь, — безумно улыбнулся Тэхен, запирая огорченно простонавшего Чимина наедине со своими вздохами и кайфом.       Так глупо, что даже смешно… Куда он сможет уйти? На это нет ни сил, ни возможности. Журналисту оставалось только закрыть глаза и молиться, чтобы этот кошмар побыстрее закончился. — Ким, мать твою, Тэхён, тащи сюда свою задницу, сейчас же! — раздалось по всему зданию с утра пораньше через специальное устройство.       По спине пробежалась стая мелких мурашек, стоило только Тэхену услышать свое имя, так резко врезающееся в слух из громкоговорителя, что он невольно вздрогнул, тут же по инерции прерываясь. До того, как глава решил оповестить весь штаб о том, что его «правую руку» ждет не самый мягкий разговор по душам, Ким вёл непринужденную беседу с одним из своих любимых наркоторговцев, по старой дружбе доставившим парню в кабинет новую партию пакетиков, шприцов, порошка и прочих полезных для его работы ингредиентов. Он увлеченно, но даже слишком расслабленно и буднично пытался объяснить Тэхену, будто это был стандартный разговор о погоде, что-то о пропорциях, передозировке и способах применения, пока тот, нахмурившись для концентрации, старался в этот раз самостоятельно устроить этому журналюге новую порцию клубного кайфа, преподнесенную, естественно, под видом чего-то пострашнее.       Парень сдул со лба упавшую темную, кудрявую челку, состроив неприятную мину и резко стягивая с кистей тонкие резиновые перчатки. И без слов было понятно, куда именно ему надо пройти, поэтому младший Ким даже не удосужился оповестить своего собеседника, молча выходя из кабинета.       Чимин точно не знал, как долго здесь сидит, сколько времени шел приход, и, наконец, как давно его отпустило. Только сейчас он смог рассмотреть холодную, слабо освещённую подвальную комнату, но от этого легче не становилось. Брюнет так явно помнил горячие дорожки слез банальной усталости и тревоги и все еще ощущал натертые и затекшие запястья, которые уже даже устал пытаться вырвать из сдерживающих их креплений.       Яростное и громкое «Ким Тэхен» из динамиков заставило его чуть ли не подпрыгнуть вместе с сиденьем, а голову снова начало ломить. Он так усиленно пытался запомнить это имя, всё ещё надеясь выбраться живым, но с явной физической зависимостью, и дописать статью хотя бы в наркодиспансере, ведь телефон, блокнот да и вообще все вещи, включая накинутую когда-то поверх черной футболки рубашку, куда-то делись. И Чимин даже знать не хотел, куда.

***

— Ох, Юнги-хён, вызывал? — с широко натянутой нервной улыбкой поинтересовался Тэ, после двух небрежных постукиваний по тяжелой двери входя в кабинет и плюхаясь на стоящий в углу, его излюбленный диван.       Глава сидел в своём огромном чёрном кожаном кресле перед таким же огромным чёрным столом, заваленным всякими папками и бумажками. Казалось, у него какая-то мания на чёрный, но на самом деле просто случайность. Нервно постукивая пальцами по гладкой тёмной поверхности, он тщательно подбирал слова, чтоб ни в коем случае не сорваться на младшего, иначе Джин с него шкуру сдерёт. За своих младшеньких он стоял горой даже тогда, когда они творили всякую неистовую хрень. — Послушай, Тэхён, — начал серьёзно глава, медленно обходя стол и облокачиваясь на него, — Я понимаю, тебе скучно, ты профи в своём деле. Но почему ты отказываешься слушать мои приказы? Я ж тебе не мамочка, я не Джин и не Намджун. Если ты влипнешь в неприятности, то потянешь за собой нас всех. Тебе это нужно? — Хён, я не понимаю, о чём ты, — в недоумении заявил Тэхён, — я выполнял твой приказ и не более того. — Тогда какого чёрта ты напичкал его наркотиками?! — Мин не на шутку взбесился, показушно скинув оказавшиеся под рукой папки на пол, кажется нервы в последнее время просто сказали ему «пока» и ушли в закат, — Я разве об этом тебя просил? Ты хоть знаешь, каким трудом нам достаются эти материалы? Легче притвориться, что это всё из-за денег, чем принять, что на самом то деле Мин вышел из себя совершенно по другой причине. — Ты не знаешь ничего, потому что каждый твой косяк приходится исправлять мне, либо твоим братьям. Когда ж ты уже научишься не нарываться на неприятности или хотя бы прикрывать свою задницу сам? — от продолжения лекции Тэхёна спас Джин, который буквально ворвался в его кабинет. — Юнги-я, ты бы хоть громкоговоритель то выключил, — спокойно проговорил тот, нажимая на нужную кнопку на устройстве, — А то твои нотации слушает вся команда.