Я вместо тебя, ты вместо меня

Юра, слушая разговоры о рыбалке, тем временем названивал Максу, который, по его мнению, непозволительно и бессовестно просыпал. Басист трубку не брал, продолжая спать, но это ничуть не мешало продолжать названивать: — Он онлайн был в пять сорок шесть, может, дашь ему хоть ещё часок поспать? — попросил Дин. — Время ещё есть. Всё успеем. — То, что кто-то не спит ночами, это полностью его дело и выбор, — безразлично ответил Юра. — Да, что ты так въелся? Второй день уже лютуешь, — сказал Дин, глядя на Андрея, который сегодня выглядел куда лучше, чем вчера. Интересно, Юра из-за него так нервничает, играя в бездушного боса? Хотя и Максу тоже по хорошему нужно совесть иметь. Юра не ответил, повторно набрав номер Максима. Ему действительно нужно было сбавить темпы давления на окружающих, но давать спать он не собирался. Дел много. И кроме прочего нужно отрепетировать ещё раз «Разговор с Рыбаком», вчера именно с ним было больше всего проблем. Если с ним ничего не выйдет, то придётся выбрасывать песню нафиг из сетлиста и что-то быстро соображать. Юра настолько задумался, что забыл в очередной раз набрать Макса и весьма удивился, когда телефон зазвонил. — Вот скажи мне, Энди, что мне с ней делать? На хрен послать? Игнорить? Или тебе дать? Диллон замер в нерешительности. С одной стороны он не знал Кристину и что он ей скажет? Тем более, что у них с Андреем сейчас напряжённые отношения. А с другой она наверняка волнуются за Андрея, иначе бы она так настойчиво не названивала бы, если бы не хотела услышать голос того, кого она любит. Как же он при расставании с Кариэль хотел бы оставить парный кристалл связи, но у него изъяли все артефакты, заставили оставить большинство вещей. Он покидал остров с мешком, в котором лежала пара рубашек, носок и любимые макасины, а за пазухой покоилось заветное письмо на имя ректора. Ах, если бы ему удалось бы пронести через границу хотя бы кристалл учителя. Но нет, его изгнали и оставили без связи с Родиной. Здесь наверняка всё было иначе, но Кристина наверняка страдает в неведенье. — Я поговорю, — решил Диллон. — Твоё право, — пожал плечами Юра, печально передавая телефон и принимая звонок. — Здравствуй, Кристина, — произнёс Диллон, услышав в трубке признаки соединения. Собеседница немного обалдела такому повороту событий. Она не ожидала услышать голос Андрея, и совершенно не ждала, что место обычного «Привет, Крис», за которое можно было начать сразу ругаться, услышит такое необычное приветствие. Но к чему придраться она нашла почти мгновенно: — Ты почему на звонки не отвечал? — бескомпромиссным тоном спросила она. — Нехорошо себя чувствовал, — соврал Полуэльф, он старался представить, что разговаривает с Кариэль, но тон, не подобающий благородной даме и присутствие рядом Дина, который осознав с кем, вокалист имеет разговор, замолк, и Ильёй, который старался делать вид, что чужие дела его не интересуют. — Что нажрался что ли? Этот вопрос поставил Диллона в тупик. Ведь он-то сам позавчера именно этим и занимался, а вот Андрей вроде как нет, но его ответ не потребовался. — Или ты что со своими этими девицами? Да? Мне Коля сказал, чем вы там занимаетесь. Диллон сначала побледнел, а потом покраснел от возмущения. — Да, как.? — воскликнул он, но был грубо прерван. — Не смей на меня кричать! Ты бесчувственный чурбан, которому только и надо, что надо мной поиздеваться! И вообще мы хорошо жили, пока не появился этот твой Юра!.. — А? — Не перебивай меня! — Диллон спешно отнял ухо от телефона, в паники обводя глазами соседей по столику, стараясь понять, что ему дальше делать, потому что его собеседница чрезвычайно громко, срываясь на плач, говорила много нелицеприятных вещей. Полукровка старался не реагировать, держа в голове, что это она всё говорит Андрею, а не ему, отчасти это помогало. Дин, не желая слушать семейные разборки, быстро доел и ушёл, через некоторое время за ним последовал и Илья. Юра, будь Андрей Андреем, тоже поступил, наверное, так же, ибо Энди всегда умел либо предотвратить подобное или каким-то волшебным образом прервать происходящее. Но сейчас он и не знал, что ему делать. С одной стороны отчасти это не его дело, но беспомощный взгляд Энди всеми силами старался найти помощи и поддержки. Но вот только что можно сделать? На этот вопрос и Диллон не мог дать ответа. Единственное что пришло ему в голову сказать это: — Кристина, выслушай меня, — ругань не прервалась, но Диллон решительно продолжил, преодолев некий внутренний порог. — Я люблю тебя! Слышишь, Кристин? В трубке послышались всхлипы, а затем последовал новый взрыв: — Любишь, говоришь! А сам-то, — она захлебнулась словами, — со своими… — всхлипы, — развлекаешься! Диллон побледнел, он больше не знал, что ему делать. Его обвиняли в тяжком для любого эльфа преступление и наверное, у неё есть какие-то доказательства, если она так говорит. — Кристина, успокойся. Дай мне объясниться. Было поутихшая женщина, взревела пуще прежнего. Полуэльф сидел весь бледный, не понимая, что ему делать или говорить. Юра как назло куда-то исчез. Единственное, что оставалось это сидеть и слушать или завершить сеанс связи. Последнее с каждой секундой становилось всё более привлекательной. Диллон с интересом рассматривал экран, чтобы понять какая из картинок отвечает за это. Вернулся Юра со стаканом горячего чая. И на немой вопрос и пантомиму просто тыкнул в красный кружок, а затем быстро выключил передачу мобильных данных. — Выпей хоть чаю, — предложил он, подвигая стакан. В голове крутилась мысль, что чай здесь может не помочь и нужно что-то покрепче, но данный напиток ещё нужно было где-то взять. Хотя у кого он может быть Юра, примерно знал, но дотуда надо ещё дойти. Диллон отхлебнул большой глоток, затем ещё один, но всё ещё молчал, потом ещё и только немного посидев растерянно спросил: — Это что было? — С женщинами иногда такое бывает, — ответил Юра. — Моя Кариэль не такая! — уверенно, но всё ещё как-то тихо заявил Диллон. — Кариэль — принцесса, а кто их знает королевских особ, — пожал плечами Юра, а затем резко поднялся, увлекая за собой своё «горе». — Ладно, пошли Макса будить, а то этот бессовестный скоро всё на свете проспит. Пока шли из столовой, пока поднимались по лестницы Диллон потихоньку приходил в себя, хотя больше не обмолвился ни словом о Кристине, он вообще молчал, что было для него не характерно. Около двери номера, в котором разместился Макс и большинство оборудования, Юра становился, оглядел Диллона прикидывая, стоит ли заикаться об алкашке или он обойдётся без неё. Андрей был человеком, выпивавшим по праздникам в приятной компании, Диллон был ещё там пьяницей. Как он отреагирует на алкоголь? Не ухудшит ли это ли это сложившуюся ситуацию? Юра настойчиво постучал в дверь. Через некоторое время попыток Максим сонно ответил: — Да встал я встал… — Ты уверен, что именно стал, а не только что продрал глаза? — грозно спросил Юра. — Уверен. Всё время пока Макс шевелился в номере Юра стоял под дверью и действовал на нервы соне. После того, как зевающий Максим появился в коридоре, бездушный Бос сцапал его репетировать песню, с мотивом, что поесть тот ещё успеет, а потом им будет некогда. До вечера было очень много дел и Диллон даже умудрился в них поучаствовать. Юра отыскал пару кусочков видео с концерта. Весь этот материал «горю» пришлось просмотреть, чтобы иметь представление об манере общения Андрея с публикой. Больше всего Диллону докучал Макс. Действовал он из благих побуждений, чтобы хоть как-то поднять настроение Андрею, который второй день был сам не свой. В душу Макс лезть не привык, а вот просто пошутить, показать прикольные мемы или пересказать прочитанную историю — пожалуйста. Для Диллона было настоящим чудом созерцать движущиеся картинки, на тех видео, что его попросил посмотреть Юра и на гифках, что несколько подсовывал ему Макс. Наверняка у этого было своё загадочное объяснение, о котором обещал рассказать Юра, но и с точки зрения магии это было просто невероятно, ведь это, если верить тому же Юре, не была прямая трансляция реальных событий, а их запись. Может и такая магия существовала, но она не была слишком распространена даже на его Родине. А время шло. Юра отправил каждому чек-листы, чтобы точно ничего не забыть, общими усилиями они были дополнены. Диллону он лично выдал список, написанный от руки, и отправил собираться. А через некоторое время и сам заглянул к «горю», который уж подозрительно долго копался. В комнате был ещё больший беспорядок чем утром. Это «чудо» рюкзак в чемодане нашло, вот только не сразу осознало, что вещи уже там. Андрей, оказывается, для убодства сразу упаковывал необходимые вещи в отдельный рюкзак. Вот же и беспорядок он устроил! Как завтра собираться и упаковываться будет неизвестно. Но дела было в другом. Это «горе» ни как так и не поняло намёка на то, что следует уложить волосы. — Вот же возни с вашими короткими волосами! — вздохнул Диллон, когда Юра скрепя сердцем решил помочь с укладкой. — Вот я. Утром расчесался, заплёл косу и до вечера свободен! — А я думал ты с распущенными ходишь, — заметил Юрий. Диллон взглянул на него, как на неразумное летя, отомстил. — Во-первых, они жутко путаются. Во-вторых, вши! Я ненавижу этих насекомых! Ладно, тараканы, клопы, от них никуда не денешься. А блохи и вши! Я только за это ненавижу короля Икхерэл, что он заставил меня познакомиться с ними. Дома, в королевстве этой пакости нет. Она только у людей живёт. Поэтому только собранные волосы и, причём чем туже, тем лучше! — Диллон умолк после своей гневной тирады и перевёл дух, в этот момент у него аж голова зачесалась, стоило ему вспомнить, как он с этой напастью боролся и о том сколько раз она возвращалась. Подобное даже Создатель Страшных Снов и Властитель Ужаса не придумает. — Я уже и не помню когда тараканов в последний раз видел, — заметил Юра, его немного передёрнуло от мысли о паразитах. Но ведь теперь же такого нет, вроде. Диллон пропустил эту фразу мимо ушей, ему вспомнился дом, настоящий дом, то есть башня Ирьена, сад окружающий королевский дворец, шумные улицы столицы. Он скучал и по эльфам, которые бросали на него косые взгляды. Но больше всего сердце тосковало по его принцессе. Теперь он больше не увидит её. Если там были хоть призрачные надежды, то здесь нет даже их.