Алмазные будни

***

      Верховная правительница бродила по залу, периодически выглядывая из-за двери. Она с предвкушением и энтузиазмом ожидала своего мальчика, перебирая свои пальцы. Алмаз с придыханием время от времени повторяла, посматривая в окно:       — Он должен прибыть скоро. Вот уже совсем скоро!       Воительница посмотрела на неё и осторожно прислонилась спиной к колонне, посматривая на свои пальцы, осторожно сцепляя их между собой, затем вновь перевела взгляд в сторону. Аристократка поправляла на себе платье, стряхивая воображаемую пыль, расправляя свои пышные волосы. Глаза её сияли от восторга, ибо она ожидала Стивена не меньше Белой. Без сомнения Жёлтая тоже хотела встречи с преемником Розовой, однако она была единственной, кто контролировал этот восторг.       Где-то с неба послышались звуки двигателя приближающегося корабля. Воительница медленно вышла из зала на улицу. И правда, на платформу приземлялся тот самый корабль Розовой.       — Вот и ваш ребёнок, — ухмыльнулась Алмаз, кивнув головой в сторону платформы.       Голубая и Белая тут же застыли и быстро ринулись туда, словно бурный поток ветра, пронёсшийся мимо воительницы.       Жёлтая лишь ухмыльнулась и медленно двинулась следом, стуча мелодично каблуками.       Наконец Кристальные Самоцветы вместе со Стивеном сошли с платформы, идя навстречу к Алмазам. Белая опустилась на колени, сияя от восторга, встречая мальчика:       — Стивен! — она бережно взяла его в руки и нежно прижала к себе, носом потираясь о ребёнка.       Мальчик звонко засмеялся, поглаживая ладошкой Алмаза, жмуря глаз:       — Я тоже рад тебя видеть, Белая!       Сзади подскочила Голубая, обняв соправительницу за плечи, весело улыбаясь, едва сдерживала слёзы счастья:       — Наш Стивен!       — Голубая! — мальчик аккуратно перелез с рук Белой к руке Голубой, которую она вовремя подставила для него специально, чтобы он безопасно смог расположиться на ней. — Надеюсь, ты больше не плачешь по пустякам?       Аристократка засмеялась, осторожно смахнув слезинку с глаза:       — Если только от счастья прямо сейчас.       Стивен весело улыбнулся, приняв этот ответ, и подпрыгнул, дабы залезть ей на плечо, чтобы посмотреть на Жёлтую, которая стояла поодаль, немного отчуждённо и скромно.       Воительница выдохнула и расплылась в тёплой улыбке, подставив ладони, дабы он смог перебраться и к ней.       Ребёнок так и поступил: он перепрыгнул и смог достичь кончиков её пальцев, добродушно взглянув на неё.       Императрица тепло ухмыльнулась и тихо прошептала, поднося его к себе:       — Рада встречи.       — Это взаимно.       Верховная правительница поспешила прервать их общение своим внезапным заявлением. С пылким счастьем она подняла палец вверх, гордо заявляя:       — Стивен! А у нас больше нет колоний! И заключённых нет! И вообще мы делаем ремонт!       Мальчик встал в ступор, но затем звонко засмеялся, посмотрев на старшую, отметив, что сейчас она выглядела, как ребёнок, хвалившийся своими достижениями:       — Вы и правда прогрессируете! Вы молодцы! Я счастлив, что смог направить вас на путь истины.       — Да, так жить стало правда легче не только нашим подданным… — с улыбкой выдохнула Голубая, краем глаза взглянув на свою подругу.       Воительница в ответ лишь соблазнительно улыбнулась, даже не посмотрев в её сторону, будто понимая, что её взгляд был направлен прямо на неё.       На щеках аристократки выступил румянец, но никто не заметил этого.

***

      Невозможно было не слушать болтовню ребёнка. Он только и успевал, так это рассказывать о своих похождениях за все те прошедшие дни, которые были. Даже то, как он чихнул в космосе и улетел в потолок. Алмазы… Ну… Они лишь молча слушали. Никто из них не хотел делиться психологическими проблемами Белой, то, как она чуть не угробила корабль или потерялась на планете. Старшая невинно хлопала глазами, когда дело дошло до неё и от ребёнка последовал вопрос:       — А что было у вас?       — Н-ну-у…       — Замечательные планы на преобразование Хоумворлда, — перебила воительница, вздёрнув подбородок.       Белая взглядом поблагодарила Жёлтую за помощь, ибо у самой даже не было представления о том, что можно было сказать юнцу, чтобы не расстроить его.       — Это замечательно! А что у тебя с Голубой?       Жёлтая резко замолчала, раскрыв солнечные глаза.       Аристократка даже поперхнулась, прокашлявшись в кулак:       — Мы… Облагораживаем флору Хоумворлда, Стивен, — с приятной хрипотой в голосе произнесла Алмаз, улыбаясь.       Воительница смогла облегчённо выдохнуть. Наивный ребёнок явно поверит в это, хотя она давно не контролировала состояние того самого цветка, который они нашли в каньоне. Ей стало интересно: затух он там или нет?       — Ого! Теперь Хоумворлд будет ещё краше, чем ранее! Это же круто!       — Да… Правда круто.       Белая заинтересованно посмотрела на своих сородичей после вопроса «А что у вас с Голубой?». А что-то и правда есть. Они не просто так трутся друг о друга. Но её мысли снова перенеслись куда-то вглубь. Она осторожно подхватила Стивена в ладони, подарив ему щекочущий поцелуй в макушку.       — Мой дорогой Стивен, расскажешь мне о своих похождениях по самоцветным мирам? Я практикуюсь в написании книги…       Глаза мальчика тут же засияли от восторга:       — Ты пишешь книгу?! Серьёзно?!       — Ну, стараюсь, но мне нужна твоя помощь… — неловкая улыбка едва заметно проскользнула на её белоснежном лице.       Стивен радостно запрыгал у неё по ладоням, чем вызвал беспокойство у Белой. Она старалась удерживать его, лишь бы он не промахнулся и не слетел куда-то мимо. В таких случаях часто возникала потрясающая мысль в голове:       » Он точно ребенок Розовой.»       — Тогда пошли скорее! Я тебе столько всего должен рассказать!       Белая аккуратно поднялась с мальчиком, слушая его внимательно и понимающе кивая, едва не напарываясь на стенки, направляясь в свою комнату.       Воительница глянула ей вслед и с ухмылкой посмотрела на Голубую.       Аристократка, почувствовав её взгляд на себе, слегка вздрогнула, отведя глаза в сторону.       Жёлтая аккуратно встала и пошла в сторону тренировочной, чем явно намекала Алмазу пойти за ней следом. Голубая восприняла этот намёк и медленно отправилась за ней.       Такая немая коммуникация заинтересовала Гранат, и с лёгким смешком она тихо пошла за ними.       — Стой, куда ты? — за плечо её остановила Жемчуг.       — Мне интересно кое-что…       — Интересно «что»?       — Как далеко они продвинулись?..— Гранат задумчиво улыбнулась и медленно отправилась за ними.       — Продвинулись в чём? Гранат, стой! — Жемчуг поторопилась за ней, чуть не споткнувшись. А вот Аметист, ковыряясь мизинцем в носу, немного прозевала момент и, осмотревшись, быстро пошла за ними:       — Эй!

***

      — Мы… Снова будем заниматься? — Голубая медленно следовала за Алмазом, нервно потирая вспотевшие ладони.       Жёлтая ухмыльнулась, идя вперёд, стуча каблуками сапог:       — Почти.       Одним взглядом она приказала Топазам оставить дверь. Обе расступились и медленно пошли куда-то в другую сторону, не смея ослушаться приказа Алмаза. Раздвижные двери разошлись в стороны, пропуская императриц внутрь. Следом успели проскочить Кристальные Самоцветы, перебегая от стены к стене.       Воительница осторожно стянула с себя перчатки. Взглянув на свою подругу, она головой кивнула в сторону раздевалки, дабы та привела себя в порядок.       Голубая подняла глаза и кивнула, быстро метнувшись в ту сторону, скрывшись за дверьми.       Жёлтая усмехнулась и посмотрела на зеркало, подойдя к нему ближе, ногтём проведя по поверхности, рассмотрев внимательно своё отражение, затем лёгким движением стянула с себя фрак, откинув его в сторону. Фрагмент одежды растворился в воздухе на несколько световых частиц, а затем и вовсе исчез. Алмаз уже стояла в чёрном спортивном лифчике, изящными пальцами проведя по своей талии вверх по рёбрам, прогнув спину. В ней проснулся зверский аппетит к своей подруге. И это было видно по её поведению, сексуально настроенному, выражаемому через телодвижения и походки от бедра, а также желанием оголиться слегка перед предметом воздыхания. Она бы ей продемонстрировала свою грациозность.       — Я не думаю, что нам нужно это делать, Гранат. Мы врываемся в чужую жизнь и личное пространство, — на щеках Жемчуг выступил голубоватый румянец, она вцепилась в руку своей подруги, стараясь отвести её назад, но самоцвет будто оглохла: она наблюдала с энтузиазмом, не дыша и даже не шевелясь.       Позади Жёлтой послышался голос:       — Я… Я готова.       Алмаз приоткрыла глаза, посмотрев на свою подругу через отражение. Голубая была воистину аппетитна. Но на этот раз на ней было не худи, а тоже спортивный лифчик и волосы собранные в тугую косу. Аристократка залилась румянами, демонстрируя своё скованное поведение. Ведь она никогда не оголяла живот и единственное, что она могла оголить в принципе это только свои плечи, если говорить о её платье. Она нервно мяла пальцы, опуская глаза к полу, избегая контакта с Жёлтой:       — Я не слишком толстая?       Воительница ещё какое-то время стояла в очарованном ступоре, затем быстро очнулась, посмотрев на неё. Она подошла ближе и взяла её за нежные ладони, поцеловав тыльные стороны рук аристократки:       — Ты очаровательна.       — Мне… Мне так неловко.       — Со мной тебе будет очень комфортно, — Жёлтая вновь усмехнулась, не отводя взгляда от соправительницы. Она размяла свои пальцы, похрустев ими и тихо пошла куда-то вперёд.       — Что мы будем делать сегодня?       — Сегодня я хочу попробовать с тобой кое-что неординарное… — Жёлтая затихла, отдаляясь от неё. — Ты поймёшь, просто доверься мне…       Слово «неординарное» пугало Голубую лишь сильнее. Она развернулась к зеркалу, сминая пальцы. И это состояние было необъяснимо. Вроде бы и приятное будоражащее чувство, а вроде бы и весьма странное поведение Алмаза вводило в ступор. Жёлтая никогда не была такой внимательной по отношению к ней, а тут такое… Но учитывая то, как сильно Голубая проникалась ею, она не могла не довериться чувствам Алмаза. Она вся предоставлена ей. Всегда и везде…       Жёлтая хлопнула пару раз в ладони, заиграла лёгкого характера музыка явно земного происхождения. *Тогда у аристократки бешено застучало в камне, сравнимое с бешеным биением возбуждённого сердца.       Аметист вынула палец из носа, раскрыв широко свои глаза:       — Вау… — заулыбавшись в предвкушении, она обтёрла козюльки о бант Жемчуг. Но Жемчуг была в таком потерянном состоянии, что она даже не восприняла этот отвратительный жест своей подруги. Щёки запылали сильнее, а Гранат заухмылялась шире:       — Ну давайте, красотки, не подведите.       Воительница медленно подходила сзади, скрестив руки на груди, внимательно глядя на Алмаза через зеркало. Бедняга стояла как вкопанная. Она смотрела в зеркало, буквально сходя мысленно с ума. Вся потерянная, ей стыдно и страшно.       — Ты со мной… Нас никто не видит…       (Хах, если бы…)       Она распустила её воздушные густые волосы, встряхнув их, тем самым распушив сильнее, затем схватила её за запястье и подтянула к себе, закружив слегка, ухватившись за её бедро и откинула назад низко к полу.       Алмаз подчинялась её движениям, закрыв глаза. Несмотря на тонну веса, по Алмазным меркам, да и определённой сексуально-милой полнотой, она была такой воздушной и привлекательной в движениях, что это невольно заводило её подругу. Подтянув ту к себе за поясницу, она вновь закружила её, плотно прижавшись к её спине всем телом на медленной части песни.       В зобу дыхание спёрло, Голубая тихо ахнула, почувствовав, как сзади тесно прижались к её ягодицам.       Пошли горячие движения. Жёлтая медленно прошлась пальцами по её талии вниз к тазовым косточкам, её другую руку она завела назад, себе за голову.       Голубая слегка занырнула пальцами в её жёсткие блондинистые волосы на затылке, она начала чувствовать тягу и ноющую боль внизу живота, но эта боль больше возбуждала, нежели отвлекала.       Качающими движениями, она двигала свои бёдра, попутно управляя её тазом. Сиё действие ощущалось таким развратным и горячим, что возбуждение подступало уже к горлу, испуская неслышные вздохи. Она чувствовала это трение сзади, доводящее до экстаза, а внизу уже всё будто задубело от эротического напряжения, происходящее прямо сейчас.       Алмаз давала ей управлять собой, управлять своими телом. И было нетрудно понять, что их доверие достигало высшего уровня, ибо она не убегала, не истерила, не отпихивала свою подругу, хотя их действия уже были с намеками на косвенное соитие.       На вновь относительно быстрой части музыки Жёлтая развернула Алмаз к себе, держа её за талию. Движения были немного грубыми и резкими, но такова идея танца. Она за ягодицы подтянула её к себе, заставив полной грудью прижаться к её грудям.       Голубая не отводила от неё своих очаровательных глаз, уложив ладони ей на плечи. Вперёд и назад, влево и вправо, разворот. Вновь, держа её руки скрещёнными, она двигала её бёдра влево и право, переставляя ноги.       Голубая чувствовала её движения и понимала, куда ей идти. Она предугадывала каждый ход Алмаза, вновь развернувшись, Жёлтая перекинула её ногу себе на плечо под прямым углом, откинув её назад. Шёлковые волосы коснулись пола, голова откинулась назад. Резкая и ловкая смена позиции не сбила её с толку.       Покрутившись вокруг себя, Жёлтая вновь, будто свою жертву, прижала её к себе, тесно пристраиваясь сзади.       Вновь одна рука на бедре, Голубая снова завела свою ладонь ей за голову, тесно прижавшись к ней. Снова поступательные движения, но это стеснение куда-то исчезло и аристократка продемонстрировала свою вовлечённость в дело. Она в такт качала волнообразно бёдрами, слегка притираясь к ней.       Жёлтая краем губ улыбнулась, за подбородок поворачивая её голову к себе.       Алмаз закрыла глаза, чувствуя её губы на своих губах, но это был вовсе не поцелуй. Они шумно выдыхали друг-другу в уста, единым дыханием синхронно.       Голубая коснулась ладони Алмаза, расположенной на своем бедре, активно разделяя с ней движение. Она потеряла всё стеснение и свободно качала с ней бёдрами, чувствуя тесную связь тел между ними. Жар снизу никуда не уходил, он подступал лишь сильнее.       Жёлтая сжимала слегка её подбородок, дыша ей в губы, довольствуясь позицией и дрожащим дыханием своей партнерши, которая, казалось, вот-вот кончит.       «Move, baby, move, baby, I’m in love…»       От этих слов по телу ползли мурашки и именно с этими словами они попадали в такт своими волнообразными движениями. Грудь младшей здорово напряглась, заставляя набухшие соски просачиваться через, вроде бы, плотную ткань.       Жёлтая повела руку к низу её живота, а беднягу будто током шибануло.       «Что же ты творишь…»       Композиция постепенно затихала, а свет, пылающих от жара камней, разлился по всему телу, сливаясь воедино. Они снова стали Зелёным Алмазом.       Кристальные Самоцветы всё это время наблюдали с отвисшими челюстями, кроме Гранат, которая восхищённо улыбалась этой картине:       — Молодцы.       — Да они чуть не… — Жемчуг вовремя зажала рот Аметист, сгорая от стыда после увиденного. Оказывается процесс слияния Аметист с Гранат был ещё цветочками.       — Они нашли гармонию в движениях. Только сильная связь способна найти компромисс в танцах совсем другого, чуждого им жанра. Они любовницы… — удовлетворённо заулыбалось слияние.       — Они… «Кто»? — тихо прошипела Жемчуг, потряся головой.       — Ты жила под Алмазной крышей и ты не замечала эдакой связи между ними? Они очень долго прячут её ото всех и сами отрицают своей близости друг к другу, но внутри них кипит влюблённость, которую каждая пытается раскрыть знаками внимания и движениями. Быть может они и отрицают свои любовные узы, называя их чисто родственными, но ведь все мы знаем, что «родственники» так делать не будут, верно?       Жемчуг немного помолчала, прокручивая в голове каждое слово Гранат, затем, заикаясь, кое-как подобрала ответ:       — Я не знаю. Я не следила за ними.       — А по-моему это любопытно наблюдать за чужими отношениями. Каждые такие отношения уникальны по-своему. Их многое будет связывать вместе. Иногда я жалею, что Роза всего этого не видела.       Самоцвет дрогнула, посмотрев на свою подругу, а затем на Аметист, которая хулиганисто улыбалась, потирая руки в удовольствии от увиденного:       — Вот это порнуха…       — Аметист как всегда, всю картину испортит одной фразой. Пошли… Нас могут увидеть, — Жемчуг потащила за шкирку свою подругу, которая поехала по полу пятой точкой, продолжая глядеть на Зелёного Алмаза.       Алмаз, в свою очередь, стояла перед зеркалом, обхватывая себя руками. Её щёки пылали от некого возбуждения, а дыхание было всё ещё тяжёлым. Она мягко заулыбалась, чувствуя душевное удовлетворение из-за связи двух световых оболочек. Это так томило и кружило голову, что она на время потерялась в пространстве и во времени.       Однако это время самолюбования длилось недолго. Их слияние разлетелось в пух и прах из-за голоса на улице, который отвлёк и напугал их. А это была Аметист, которая бежала обратно к Стивену с нестандартным и забавным ором примата, периодически обожая вести себя, как забияка.       Жёлтая осторожно поднялась, потирая спину, смахивая лёгкий пот с висков. Она подошла к Голубой, помогая ей подняться.       Аристократка всё ещё тяжело дышала и подняла глаза, полные стыда и смущения, показывая зарумяненные щёчки:       — Что мы делали и… И почему мне так стыдно?       — Мы экспериментировали… — Жёлтая слегка ухмыльнулась и потрепала щеку подруги. —… Вижу тебе понравилось… Во второй раз ты буквально вошла во вкус. Я даже завелась, — она прикусила нижнюю губу, стирая большим пальцем отпечаток губной помады с края рта аристократки.       Вторая, одурманенная её взглядом, на выдохе тихо прошептала:       — Н-не делай так больше…       — А мы и не будем… Мы сделали это для себя… Сняли напряжение, так сказать, — затем она опустила глаза, внимательно осмотрев её, ласково подцепив её сосок через лифчик. — А вот ты, кажется, наоборот напряглась.       Алмаз ахнула, прикрыв грудь руками, отворачивая голову.       Воительница умилённо посмотрела на неё и крепко обняла, прижав к себе:       — Ты сделала это для меня. Что я могу сделать для тебя взамен?       Голубая замолчала. Значит ли это, что она может просить у неё всё, что она захочет? Но она ужасно боялась… Она ужасно хотела, но ужасно переживала из-за этого…       — Я… Я…       — Ну, не бойся…       — Я… Хочу… Чтобы ты научила меня быть более поворотливой.       Это не то, что она хотела на самом деле, но ведь это по-своему было необходимым занятием, верно? Алмаз в душе даже разочарованно вздохнула.       Жёлтая подняла брови, будто не поверив в подлинность её желаний. По её глазам читалось, что она боялась ей сказать свои истинные намерения, но давить на неё не стала:       — Без проблем… — она аккуратно убрала с её лица спадавшие пряди, продолжив. — … Только ты уже просила меня об этом циклами ранее, ты уверена, что это именно то, чего ты действительно хочешь?       — Д-да… — Алмаз сглотнула, не поднимая глаз.       — Ну смотри… — она аккуратно провела по её волосам снова, поднимая её подбородок. — Иди, переодевайся.       Голубая быстро закивала, направившись к раздевалке, чувствуя ком, подступающий к горлу.       Закрыв за собой дверь, она прижалась к ней спиной, разрыдавшись беззвучно. Это правда не то, чего она хотела. Она чувствовала себя очень противоречиво. Изнасилованной и неудовлетворённой. Всё ещё пылала внутри и горела, она едва справлялась с этим состоянием. И после третьего такого раза она поняла, что ужасно хочет интимной связи с Жёлтой. Она ужасно хочет её. Самоцвет сгорает от желания. Бедная Алмаз теперь страдает ещё сильнее. И всё-таки в Жёлтой присутствует сволочной характер. Она потаскала её морально, дразня своим телом, движениями, косвенными поцелуями. Да это просто издевательство какое-то! И как теперь забыть это и вернуться обратно с заплаканными глазами? Что объяснить Алмазу? Она буквально воспользовалась ею… Её безотказностью…       «Прости, я разрыдалась, потому что хотела близости с тобой»?       Но ведь это не аргумент. Это глупое заявление. А потом ещё и засмеять могут за такое. Она судорожно вздохнула и махнула рукой, облачившись в своё длинное платье. Аристократка рукавами стёрла слёзы, вернувшись в зал, где её уже ожидала воительница, постукивая каблуком по полу:       —  Вообще странно, что ты уходишь, когда ты можешь вполне это сделать при мне, лишь щёлкнув пальцами, но если тебе так удобнее…       Голубая промолчала, опуская глаза, продолжая неловко улыбаться. Жёлтая отчасти понимала, что испытывает в данный момент её подруга, она вздохнула и аккуратно обняла её за плечо:       — Прости… В последнее время я начинаю терять голову. Это недопустимо со стороны Алмаза, но… Но я исправлю своё поведение. Я… Знаю о чём ты сейчас думаешь, быть может я не догадываюсь до конца, я не Сапфир, но… — Жёлтая застыла, вздохнув. —… Забудь, просто забудь… Я не готова поведать тебе это… — она поцеловала её руки и поспешила удалиться, но услышала голос вслед:       — Взаимно…       Жёлтая остановилась, медленно повернувшись к ней:       — Взаимно?..       — Я тоже не готова…       Воительница едва заметно улыбнулась:       — Нас ждет Стивен…       Аристократка кивнула и медленно двинулась за ней, опуская глаза к полу.

***