Новый мир. Часть 2
20 марта 2021 г., 11:28
***
Наконец дождь постепенно утихал и первые лучи уходящего солнца показались из-за грозных туч, что расходились по сторонам, давая свободу свету. Жёлтая неподвижно сидела у потухшего костра и сжимала свои колени. Её глаза потерянно бегали по земле, а внутри она кричала на саму себя. » Я поторопилась. Я не должна была… Дура! Где мне её искать теперь?!» Она не могла справиться с этим потоком мыслей. Она всё испортила, а всё могло бы быть иначе, если бы кое-кто не накричал на неё и был бы чуточку осторожнее и смелее в своих чувствах… Ведь нужно было начать с простого поцелуя в губы. Он бы и дал ей ответ: готова она или нет. Не могла она долго сидеть, зная, что её сородич находится непонятно где. Она медленно встала и пошла к своему кораблю, искренне надеясь, что она вернулась в кабину. К её счастью, самоцвет действительно была там. Вжавшись в кресло, Алмаз обхватывала себя руками, уставившись в пустоту столь разбито. Лицо Жёлтой выражало искреннее сожаление. Она пыталась начать диалог с ней, но это было весьма проблематично… — Голубая, я… — Оставь меня… Просто отвези меня домой. — Я… Я не хотела кричать… Аристократка подняла на неё заплаканные глаза, что выглядели весьма рассерженно: — А что ты хотела? Всё это время, когда я нуждаюсь в твоей поддержке, ты ищешь выгоду для себя. Ты… Ты начинаешь стараться найти способ воспользоваться мной, как игрушкой для удовлетворения. — Но ты не игрушка… — Ты играешь мной, Жёлтая! Ты ищешь все способы, чтобы поиграть мной! А я ведь тоже живая, хоть и самоцвет. Я тоже умею чувствовать. И когда тебе это было нужно, я всегда была искренна. — Ты… Ты не понимаешь, я… — Довольно… Я не хочу ничего слышать. Я думала, что ты изменилась… А ты всё такая же чёрствая. Просто отвези меня домой… — …Но… — Пожалуйста… Ответить было нечего. Хотя нет, есть что. Но Голубая и так сейчас не в состоянии слушать её. Да и кроме того, не самая лучшая идея давить на обиженную. Жёлтая тяжело вздохнула, пытаясь прокрутить произошедшее в голове и понять, что она в действительности очень сильно ошиблась. Она сделала неосторожный шаг. Голубая, в свою очередь, хоть и потеряла на мгновенье голову, но, в конце-концов, назойливые мысли о неискренности чувств пробудили в ней тревогу и даже страх о том, что их жесты аморальны, что за всем этим стоит лишь одна потребность. …И незнание и даже никакого представления о том что за этим может следовать порождали паранойю и разрушение всякого представления о том, что даже Алмаз может испытывать похоть. Она отворачивалась от сородича, пока та настраивала экраны, чтобы наконец-то взлететь и оказаться снова в Хоумворлде.***
По возвращению домой в тронном зале сидела Белая и встретила лишь взглядом своих сородичей, что молча хотели прошмыгнуть мимо неё. — Эй! Жёлтая застыла, повернув голову, а вот аристократка твёрдым шагом, даже не остановившись, пошла в сторону своих покоев. Заметив на себе взгляд старшей, воительница нехотя, но полностью развернулась к ней, выпрямив осанку. Над ними встала гробовая тишина, которая продлилась недолго. Белая стучала ноготками по подлокотнику, ожидая хоть какого-то ответа от сородича, но Алмаз настойчиво хранила молчание, да и выглядела весьма нервно. Поняв, что таким образом ничего с места и не сдвинется, верховная императрица лишь закатила глаза: — Ну, что? Как обстоят дела с исследованиями? Жёлтая подняла на неё глаза, замерев. От этого даже тошно, ибо вместе с этим в голову вклиниваются те ужасные моменты конфликта. Теперь это будет одной из её самых нелюбимых экспедиций. Алмаз слегка замотала головой и тяжело вздохнула: — К звёздам мне эти исследования не сдались. После сказанных ею слов, она быстро метнулась в сторону, оставив Белую в замешательстве. Алмаз похлопала густыми ресницами и потерянно опустила голову. Кажется, это впервые, когда подчинённая надерзила ей. Она не стала вдаваться в подробности произошедшего, но всё-таки решила, что лучшее решение — оставить Жёлтую с её агрессией наедине. С тех самых пор они больше не разговаривали. Аристократка как закрылась в своей комнате, так и сидела, не подавая никаких признаков присутствия. Из-за этого воительнице всегда было страшно за неё: « А не расколола ли она себя?» Понимая, что она очень виновата перед ней, Алмаз не могла работать вообще. Она то и дело, так это сидела за столом и просто пыталась состроить в голове целый диалоговый план примирения, вплоть до предугадывания её реакций, а также всевозможные планы «б». Жёлтая Жемчуг обеспокоено поглядывала на хозяйку и даже не знала, чем ей помочь. Своим словом она лишь боялась навредить. Хоть эти постоянные стуки сводили с ума самоцвет, она всё же подала голос: — Мой Алмаз, почему бы не перейти от планов к действиям? Жёлтая застыла и перевела взгляд на Жемчуг, не обратив даже внимания, что она снова назвала её так, будто она остаётся прислугой. — Я боюсь навредить, — послышался неуверенный ответ Алмаза. — Ещё хуже, когда вы молчите. Жёлтая вздохнула, потерев шею и медленно поднялась с кресла. — Я надеюсь, что она ничего с собой не сделала. Стоит лишь подумать об этом раз и по телу уже ползут мурашки. Алмаз быстро сорвалась и направилась к её базе, по пути репетируя свою речь. Однако, подойдя к двери, она уже всё забыла. Взглянув на высокие расписные врата в рай, как она называла это для себя, Жёлтая больше не могла собраться с мыслями. Она очень переживала за подругу, с которой поступила подло, поэтому приходилось импровизировать. «Вдох-выдох». Она тихо постучала, но в ответ тишина. Тишина, что резала уши и камень. Она бы очень хотела услышать её заветный голос и успокоиться, убедившись, что сородич не натворила глупостей. Тонкие пальцы прошлись про расписной двери… Жёлтая уткнулась лбом, лишь тяжело вздохнув: — Я не хотела делать тебе больно… — наконец предприняла первые попытки она. Но в ответ тишина… Тогда Алмаз продолжила. — Я лишь хотела, чтобы ты почувствовала… —… — Почувствовала, что такое нежность… —… — …Ласка… —… —…Поддержка и забота. Я сделала это резко и сорвалась… И вообще я не должна была. Я… Я просто хочу, чтобы ты поняла. Ты не просто важный механизм в работе Хоумворлда, ты важный механизм в моей работе. Ты сама прекрасно знаешь, что моя продуктивность сокращается, когда я вижу, что ты страдаешь… Но в ответ всё та же гробовая тишина. Жёлтая тяжело вздохнула, чуть зажмурившись, но через мгновение, при механическом шуме, двери разошлись в стороны и в них показалась она. С заплаканными глазами и слегка хмурым лицом. Голубая сверлила её взглядом и, казалось, вот-вот просверлит в ней дыру. Воительница слегка подняла голову, взглянув. Её лицо озарила лёгкая улыбка, выражающая некое облегчение. Она тихонько прошептала ей: — Слава звёздам… Аристократка немного отступила назад, давая ей возможность зайти внутрь, что Жёлтая и сделала. Дверь за ней закрылась, а над ними вновь встало молчание. Воительница не знала, как продолжить беседу, чувствуя на себе давление осуждающего взгляда подруги. Опустив глаза, Алмаз начала стаскивать с себя перчатки, выкинув их в сторону. Обнажёнными нежными руками и тонкими пальцами она прошлась по щекам красавицы, щекотливо проведя по голубоватой коже, убирая её волосы. Голубая закрыла глаза под лаской, доверившись её рукам. Это был положительный жест. Дыхание смягчилось и она прикоснулась к её запястьям, вдохнув запах ладоней с металлическим привкусом смешанный с костром. Жёлтая делала всё аккуратно и мягко, будто извиняясь перед ней через ласку. Принимая эту ласку, она принимала и её извинения. — Я исправлюсь… Голубая раскрыла глаза, посмотрев на неё. Аристократка нежно ей улыбнулась, взяв подругу за руки и медленно повела её к кровати. Добравшись до неё, она развернула Жёлтую и усадила на кровать, сама разместилась у неё на коленях, обняв Алмаза за плечи. Воительница не отрывала от неё глаз и нежно положила ладони ей на бёдра, мягко огладив их и бережно подвинув к себе аристократку. Обе прикоснулись лбами друг к другу, закрыв глаза, уединившись в тишине и в лёгком мраке. Они лишь слышали мягкие дыхания друг-друга. Наконец Голубая прервала молчание шелестящими полушепотом: — Помнишь, как ты уделяла мне время, когда я была в трауре? Жёлтая взглянула на неё и чуть усмехнулась: — Тогда твоя аура чуть не лишила меня формы. В те моменты она была особенно сильной. — Но твоя ласка так грела меня, что я на мгновение успокаивалась. Мне были необходимы твои крепкие руки, сжимающие меня в объятиях. — Скажу тебе правду… Под воздействием твоей ауры, я обычно сдерживалась, но не в те моменты… Аристократка застыла, посмотрев на неё, тяжело выдохнув. На лице появилась горькая улыбка. Она крепко сжала её в своих объятиях, не отпуская подругу. Жёлтая лишь с осторожностью вновь губами коснулась её шеи, мягко поцеловав: — Я тогда проявила смелость, нежно целуя тебя всю… Мне было плевать на последствия такого акта… Я хотела помочь тебе, хоть на мгновение справиться с тоской и горем. — Что было тогда с тобой? — Белая завалила меня работой лишь сильнее, чтобы я не «искушала» тебя. Голубая погрустнела немного, взяв её руки. Воительница продолжила: — Во мне всё равно живёт этот страх из-за которого я не могу сказать тебе то, что так долго хочу… — Что?.. — Я… Я пока не могу… Мне нужно подождать… Белая изменилась, но… — Всё хорошо… — Голубая тепло ей улыбнулась. — Всё будет хорошо… Жёлтая посмотрела на неё и усмехнулась, уткнувшись ей в ложбинку. — Я буду рядом… Всегда… Аристократка закрыла глаза, тихо дыша. Она едва заметно улыбнулась и повалила её на кровать, оказавшись сверху. Нежные бледно-голубые волосы щекотали щеку воительницы. Та рассмеялась, обхватив её талию, и скинула с себя, поменявшись положением. Теперь она была сверху и начала нежно щекотать подругу. Алмаз звонко рассмеялась, поджимая ноги, и пыталась обороняться, прикрываясь руками, но Жёлтая была беспощадна. Она продолжала её тискать и щипать за бока. Голубая всё же перехватила её за запястья, притянув к себе. Обе посмотрели друг-другу в глаза и мягко коснулись носами, понежившись ими, закрыв очи. «Я всегда здесь»***
