На гребне

Рарити шёл по тёмному переходу в сопровождении Ровера и Фидо. Спот, самый маленький из этой троицы, убегал вперёд, возвращался и снова убегал, шумно сопя.

***

Когда Ровер неожиданно появился из листвы дерева, к которому подошёл Рарити в поисках драгоценностей, жеребец был испуган и ошарашен. Он уже некоторое время нервничал по поводу того, что они со Спайком давно вышли за пределы Понивилля, но камни попадались всё чаще, и Рарити игнорировал нехорошее предчувствие: не каждый день знаменитая поп звезда заказывает у него костюмы для выступления! Он должен приложить все силы, чтобы одежда получилась бесподобной, и не позволит каким-то фантомным ощущениям испортить себе жизнь! И вот, они углубились в малознакомую скалистую местность, а опасения Рарити нашли своё подтверждение. Алмазные псы выглядели спокойно и самодовольно, как и положено хозяевам территории: они легко и быстро раскапывали землю, так что выражения «провалиться сквозь землю» и «появиться, словно из-под земли» обрели реальные подтверждения. Спайк обхватил ногу Фидо — самого крупного из троицы, не давая тому сдвинуться с места, и крикнул Рарити, чтобы тот делал ноги, но жеребец не мог позволить себе сбежать, оставив Спайка. Он обернулся на дракона, пытаясь решить, как помочь, но за спиной вдруг объявился Ровер, их лидер, и схватив Рарити подмышку, будто тот ничего не весил, уволок в тёмную нору. Фидо и Спот, отвесив Спайку пару оплеух, прыгнули следом, и после недолгого падения они оказались в хитросплетении слабо подсвеченных подземных переходов. Рарити еще некоторое время пронесли подмышкой, но он был уверен, что даже если бы прошёл весь путь своими копытами, вряд ли смог бы запомнить повороты. А со звоном в ушах и испуганно колотящимся сердцем и подавно. Через некоторое время Рарити немного успокоился, но от этого сознание идентифицировало только больше отвратительных нюансов: воздух был спёртым и влажным, под ногами валялся мусор и мелкие кости, сверху сыпался песок, а от запаха нечистот и разложения драло в горле. Рарити больше сглатывал, чем вдыхал, и довольно скоро у него разболелась голова. — Куда вы меня ведёте? — притормозил Рарити, но тяжёлая шершавая лапа тут же придала ему ускорения. — Эй! Что вы себе позволяете? Недовольно ворча, Фидо ещё раз хлопнул его по заду, чтоб не задерживал движение, а Ровер потянул за гриву. Мечущемуся туда-сюда Споту Рарити случайно наступил на хвост, так что в широкую каменную пещеру они вывались комом, визжа и спотыкаясь. Когда трое псов, злобно ворча, поднялись, у Рарити снова ёкнуло в груди и он попятился к противоположной стене пещеры. — Что вы хотите? Зачем я вам? — Нам нужны драгоценности, — объявил Фидо, — и ты отыщешь их все! Рарити немного успокоился, так как успел нафантазировать себе биографию тех костей, что в изобилии валялись под ногами. — Хорошо, сейчас, — Рарити обследовал пещеру, отметил нужное место и двинулся дальше. — Эй! — окликнул его Ровер. — А копать кто будет? — Но вы же просили только найти! Ровер помнил, о чем просил Фидо, но этот чистоплюй, оглядывающийся с выражением бескрайней брезгливости, его раздражал. Ишь, какая цаца выискалась! Немного попререкавшись, Рарити принялся хлопать о землю копытом, что с копанием не имело ничего общего, и при этом стенал так душераздирающе, что Роверу быстро надоела эта клоунада. — Что ты делаешь? — сквозь зубы прошипел он. — Простите меня, — Рарити приосанился, взмахнув роскошной гривой, — но до того, как вы затащили меня в эту грязную яму, я был пони с чувством достоинства. Я не собираюсь пачкать свои копыта, и мне всё равно, если вам не нравится, как я копаю. Спот примерился куснуть Рарити за бедро в воспитательных целях, но Ровер свёл брови, и тот отошёл. Что же, Ровер был не прочь посмотреть, на сколько глубокую яму выкопает себе этот копытный своими неосторожными высказываниями. — Ладно, — Ровер свистнул и примчавшаяся группа из четырёх псов быстро выкопала алмазы. — Что же, раз ты не хочешь копать камни, то будешь их везти, — Фидо и Спот, переглянувшись, быстро раздобыли хомут и тележку, и Ровер довольно прищурился. — Вы не могли бы объяснить мне, что вы делаете? — холодно уточнил Рарити, отступая назад. — Они копают, а ты потащишь тележку, — повторил Фидо. — Избалованный капризный пони, — добавил Спот, надевая на него хомут. Рарити немного присел под его весом — ржавая удавка царапала загривок и туго сжималась на рёбрах. Он попробовал было брыкнуться, но сзади была стена, а с обоих боков прижимались огромные туши псов. — Вам стоит больше внимания уделять своим копытам! — объявил Рарити, прекратив сопротивление и морщась, когда кто-то в очередной раз задевал его когтями. — И что это за запах? А-а. Это твоё дыхание. Спот дохнул в ладошку — ну да, не розы, ну, а что делать? Он же не питается листиками, как эта фифа, а вода здесь — только для питья. До озера пара часов ходу, пока добежал обратно, уже испачкался. Он бросил взгляд на вожака и тот подмигнул, улыбаясь половиной рта. Значит, может перепасть. Не удержавшись, Спот игриво ущипнул жеребца за круп, от чего тот подскочил и гневно раздул ноздри. — Вам всем следует хорошенько помыться! — припечатал он и поволок телегу вперёд, гордо выпрямившись. Поняв, что его не собираются бить за разговоры, Рарити решил попытаться донести до них свои претензии, чтобы алмазные псы осознали, насколько тяжело ему здесь находиться, и не задерживали сверх необходимого. — Рабочие условия тут просто ужасные, — разглагольствовал он, отмечая места нахождения драгоценностей. — Жара, грязный воздух, и я не могу вдохнуть поглубже из-за вашего специфического запаха, вы вообще знаете, что существует мыло? — Рарити понял, что переходит на личности, но кто бы не перешёл в такой ситуации? Он — выдающийся дизайнер, вынужден терять время в этой отхожей яме с компанией вонючих собак вместо того, чтобы шить костюмы для Сапфир. Да, тут много камней, но он вынужден будет отдать их все существам, которые наверняка снова закопают их — зачем вообще собакам камни? По настоящему ценных, которые можно бы было использовать в качестве денег, совсем немного, может, они хотят украсить эту дыру? Тащить тележку становилось всё тяжелее, хомут царапал спину, а от копающихся в земле псов разносились такие тучи пыли, что Рарити старался дышать себе в плечо, но это всё равно не сглаживало ощущение оседающего в глотке песка. — А можно мне воды? Я так хочу пить! — Да сколько же ты будешь ныть? — взмолился Фидо, хватаясь за голову — у него были очень чувствительные уши и подвывания Рарити больше всех действовали ему на нервы. — Ныть? — возмутился Рарити. Он считал, что держится молодцом и ведёт себя достойно, но похоже эти блохастые не способны оценить его усилий. — Ныть! А кто же ноет? Я даже не начинал! Хотите, я покажу, что такое «ныть»? Тележка очень тяжёлая, — заскулил он, притопывая передними копытами, — и хомут ржавый, у меня уже вся спина изодрана! И копыта посбивал! — он протянул Роверу под нос ещё недавно отполированное и блестящее копытце, сейчас поцарапанное и покрытое слоем серой пыли. Ровер попытался зажать ему рот, потому что судя по нервным движениям хвоста и краснеющим в уголках глазам, Фидо ему сейчас шею свернет и не вспомнит. Но жеребец, который, судя по поведению, когда-то сильно стукнулся головой, вывернулся и принялся пятиться вместе с тележкой. Тяжело ему, как же. — Из-за пыли и влажности моя грива выглядит ужасно! — продолжал скулить Рарити. — В этой дыре есть сухой шампунь? Нет? Неудивительно, что ваша шерсть похожа на комок грязи! На этом месте Ровер поймал его за голову, поэтому жеребец ничего не успел сказать о запахе пота, а надо бы. Может, они бы всё-таки устыдились? — Ладно, Фидо, можешь пока сбросить напряжение, — постановил Ровер, стягивая с взвизгнувшего Рарити хомут и толкая его к Фидо. — Аккуратнее, ему ещё работать. Спот, отвези камни, куда надо, — пёс печально повесил уши, но послушно развернул телегу. В малую пещеру, — добавил Ровер, глядя на Фидо, оглаживающего брыкающегося жеребца. Сам он пошёл учинять разборки — судя по звукам борьбы и сдавленному порыкиванию, Алек с Аленом опять что-то не поделили. Беда с ними. Пока Фидо волок его в «малую пещеру», Рарити тормозил ногами и цеплялся за все углы, уже не думая о состоянии копыт. Его уже успели потрогать во всех стратегически важных местах, так что не приходилось размышлять о том, что подразумевается под сбрасыванием напряжения. Сопротивляясь, Рарити лягнул Фидо в бедро сильнее, чем в предыдущие разы, и пёс, прошипев что-то об отсутствии мозгов, опустил его перед собой, зажал все конечности и придавил лапой морду, перекрывая доступ кислорода. — Раз тебе тут так воняет, считай это услугой, — подождав, пока Рарити задёргается всерьёз, он ненадолго убрал лапу, давая возможность сделать пару судорожных вдохов, и снова лишил возможности дышать. После ещё одного такого раза у Рарити перед глазами начали летать красные и чёрные точки, а мышцы стянуло болью. Ноги ослабли, и когда Фидо дал ему отдышаться, Рарити понял, что лежит на животе, а пёс прижимает его сверху, перебирая гриву. — Ну что, успокоился? — Фидо сгрёб обмякшее тело подмышку и поволок дальше. — Чего так долго? — Ровер уже дожидался их в малой пещере, успев разнять драку и раздать указания. — Брыкается, — коротко пояснил Фидо, бросая Рарити на каменный пол. — Но вроде дышать ему уже нравится больше, чем до этого, да, сладкий? Ровер придавил пытающегося подняться на дрожащие ноги жеребца лапой к полу, а Фидо убрал хвост и навалился сзади. Рарити заскулил и завертелся, ощущая потирающийся о задницу мокрый горячий член — в этот же момент находящийся спереди Ровер влез на него чуть ли не целиком, от чего дышать снова стало трудно, и сопротивление сошло на нет. Вожак намотал его хвост на лапу и потянул на себя, вынуждая Рарити прогнуться, чтобы ослабить давление. На анус сначала закапало горячее и липкое, так что жеребец снова затрепыхался от понимания, что это собачьи слюни, а потом в неразработанную дырку въехал член. Рарити замер, чтобы не делать себе больнее, и Ровер одобрительно похлопал его по боку. Фидо шумно сопел и входил неглубоко, трахая его быстрыми короткими рывками. Стоило Рарити немного расслабиться, как член тут же проникал глубже, вызывая резкую вспышку боли, и тот снова зажимался. — Мне он теперь больше нравится, — прокомментировал Ровер почти добродушно, наконец слезая с Рарити, но придерживая того за гриву. — Не дёргается, не дерзит. Фидо приподнял его за бёдра и навалился сильнее, от чего Рарити захныкал и заскрёб ногами об пол. — И ревёт уже не напоказ, — Ровер убрал ему с морды расрепавшуюся чёлку и удовлетворённо осмотрел красные припухшие глаза с потёками подводки. Фидо кончил на выходе и мутная водянистая жидкость немедленно потекла по бёдрам. Он тронул покрасневшее растянутое колечко и сильнее размазал свою сперму, заставив Рарити содрогнуться от отвращения. — Ну всё, хватит разлёживаться, — Ровер потянул его за гриву, вынуждая встать. От этого усилия из ноющего ануса вытекла новая порция спермы, ещё сильнее испачкав ноги. — Мне нужно помыться, — у Рарити кружилась голова и он стоял, немного покачиваясь. — Ну, конечно, детка, — саркастически пропел Ровер, — мы тебе покажем направление ближайшего озера, когда наберёшь ещё пару тележек камней. — Я не могу, — одно осознание того, что эти двое видят его в таком непрезентабельном виде, вызывало спазмы в желудке, а ведь их тут целая стая! И все они будут смотреть и знать, что с ним сделали? — И почему же? — Ровер решил, что тот снова начнёт ныть: про больную задницу, например, но ошибся. — Все увидят, — прошептал жеребец чуть слышно, и Ровер дёрнул ухом. — Что? — Я не хочу, чтобы все видели. Они же поймут, что… — Все уже и так всё поняли, — припечатал Ровер, подталкивая его в бок, — ищи камни! Или ты хочешь продолжить?

***

Терпения Рарити не хватило и на полчаса работы: его снова запрягли в телегу, хотя и без неё жеребец передвигался не бодрее, чем бабуля Смит. Присоединившийся к ним Спот возбуждённо блестел глазами, шумно принюхивался и чуть ли не капал слюной на пол в предвкушении. Когда пёс в очередной раз, будто невзначай, притёрся к его боку, Рарити запустил палкой, которой до этого делал отметки, в ближайшую стену, вызвав небольшой обвал. — Я не буду ничего искать! Ровер и Фидо обменялись взглядами и дружно подтолкнули телегу, вынуждая Рарити быстрее шевелить конечностями. — Мои друзья тут камня на камне не оставят! — кипятился Рарити, тормозя всеми копытами. — Пять маленьких пони? — насмешливо фыркнул Ровер. — И один маленький дракончик? Рарити кольнуло нехорошим предчувствием: если они уже здесь, но ещё его не нашли, выходит, подземная сеть намного обширнее, чем кажется? А сколько вообще псов тут обитает? Неужели, они тоже попались, как и он? Ну уж нет, Спаркл, Рэйнбоу и Эплджек точно не дадут себя в обиду. А Флаттершай и Пинки с ними, они будут в порядке. — Что, даже не спросишь, в какой из пещер они сидят? — хихикнул Спот. — Или ты не собираешься помогать? Всё он врёт. Они не могли попасться. А вдруг их завалило? Вдруг они разделились? Попали в засаду? — С твоими друзьями ничего не случится, пока ты работаешь, — хмуро добавил Фидо. — Надо обвалить вон ту стену, — буркнул Рарити, указывая копытом. Кажется, она была несущей, и утыкана камнями, как кексы изюмом в рецепте Пинки. Так что работа тут затянулась и Рарити, притопнув копытом на Спота, который снова к нему лез, попытался притулиться к каменному выступу, рядом с которым они остановились. — Устал? — Ровер потрепал его по шее, и Рарити снова ощетинился. — Убери от меня лапы! — Будь повежливее, если не хочешь, чтобы я пустил тебя по кругу, — проворковал Ровер, перебирая пальцами влажную гриву. Когда псы нагрузили тележку камнями, Ровер шлёпнул его по крупу, призывая поторапливаться. — Вперёд, мул! Глаза Рарити наполнились слезами раньше, чем он успел обдумать вариант с истерикой или обмороком, чтобы заставить псов оставить его в покое хоть ненадолго. — Мул? — Рарити жалобно посмотрел на Ровера. — Ты назвал меня мулом? Ровер даже стушевался немного, так как «мул» едва ли тянул на оскорбление. — Мулы некрасивы, хочешь сказать, что я страшный? — Рарити залился слезами. — Верно, я был красивым до этого, а теперь… — Что случилось? — отлучившийся Фидо вернулся к тележке и Рарити не упустил возможности ему пожаловаться. Может, возникнет какой-нибудь порыв опекать? — Он назвал меня уродливым! — провыл Рарити, падая на пол и размазывая сопли. Фидо утешительно похлопал его по загривку, от чего жеребец разрыдался ещё горше. — Кто ты там? Швея? — Ровер поднял его за шиворот, не пытаясь быть аккуратным. — Подумай о карьере актёра, такой талант пропадает. — Швея? — фыркнул Рарити, выворачиваясь из хватки. — Я — дизайнер! Лучший в Понивилле, между прочим! — Видишь, раз под тобой побыл и уже манипулирует, — обратился пёс к Фидо, потому что слёзы у жеребца высохли мгновенно. — Ищи камни, болтун! — обратился он к Рарити. — Или ты домой не сильно хочешь?

***

— Я не могу больше, — объявил жеребец, когда от него отстегнули заполненную доверху тележку. — Я пить хочу. Пожалуйста. Спот протянул ему булькнувшую флягу и Рарити с трудом сглотнул подкативший к горлу ком. Эту флягу псы передавали друг другу и за последний час её облизали по меньшей мере раз десять. А до этого и того больше. — Почему нельзя сходить к озеру? — захныкал Рарити. — Он не хочет пить, потому что там твои слюни, — перевёл Ровер, и жеребец возненавидел его ещё больше. Тот всё выкручивал так, будто они тут все жертвы ужасного Рарити и это он их унижает, насилует, заставляет тягать тяжеленные телеги и собирать камни. Это они его похитили! — Я действительно очень устал, — объявил Рарити, — давайте сделаем перерыв? Я не могу постоянно использовать магию. — Все устали, а ноешь ты один. — Я здесь не живу! — разозлился Рарити. — Я ничего не получаю с того, что делаю! — Ты получишь возможность уйти и пока ты пререкаешься, эта возможность всё отдаляется. — Ровер переглянулся с Фидо. — Я думал, пони более бескорыстные. Рарити поднял пустую тележку магией и грохнул ею о место, где секунду назад стоял Ровер. Он не имел права говорить такое! Сама магия считала его бескорыстным, он мог и делился даже тем, что было ему особенно дорого! Но сделать что-то для того, кто в этом действительно нуждался и позволять пахать на себе грязным собакам — это вообще не тоже самое! Рарити выкрикивал свои умозаключения вслух, забрасывая псов камнями, пока Фидо не поймал его со спины.

***

Очнувшись, Рарити обнаружил себя под Спотом: тот вколачивался быстрыми глубокими толчками, и у Рарити сводило живот то ли от этого, то ли от долгого лежания на холодном полу. Спот навалился на него грудью, ещё сильнее раздражая исцарапанную спину и протолкнулся до конца, придержав Рарити за плечо, когда тот попытался отползти. — Очнулся, — постановил Фидо, — я же говорил, что всё нормально, а ты «сломал, сломал». — Я точно слышал хруст, — Ровер потянулся, щуря жёлтые глаза. — Но раз он в порядке, Спот, клади его вон на тот выступ. Рарити поморщился от впившейся в спину каменной крошки и попытался сгруппироваться: каменное плато было слишком коротким и голова свисала. Спот положил его задние ноги себе на плечо, удерживая одной лапой, второй придавил грудь, и подался бёдрами вперёд, безошибочно находя припухшую дырку, мокрую от слюны и смазки. Рарити был сосредоточен на попытках удобнее пристроить голову и распирающем жжении сзади, поэтому дёрнулся от мазнувшего по губам члена и немедленно прикрыл рот передними копытами. — Что, всё ещё уверен, ты этого не заслужил? — Ровер склонился, и Рарити увидел насмешливые глаза, которые раздражали его даже будучи перевернутыми. — Или у пони постоянное враньё считается приемлемым? — И когда это я врал? — пробормотал Рарити в сложенные копыта. — Сначала жаловался на отсутствие магии, а потом чуть не снёс Споту башку булыжником, — Ровер приподнял ему голову, — думаешь, он не заслуживает компенсации ущерба? Рарити не сразу понял, что тот от него хочет, а когда взглянул на Спота, чуть не заорал от ужаса — вся его щека была в кровоточащих ссадинах. — Это… я не хотел, прости, — залепетал Рарити. — Это ты виноват! — разозлился он на Ровера. — Ты наговорил мне гадостей! — Да-да, великий Рарити очень великодушен, потому что пожертвовал свой роскошный хвост водяному дракону взамен оторванного уса, — таким тоном даже самый достойный поступок звучал ничтожно, поэтому Рарити уже набрал в грудь воздуха, чтобы возмутиться, но в этот момент Фидо отнял его копыта от морды, и жеребец не рискнул раскрыть рот. — Я уже понял, ты считаешь, будто красивые тряпки важнее того, чтобы стая не подохла от голода. — Эти камни — просто блестяшки! — не выдержал Рарити. — Декор! — Ну, разумеется, — Ровер, склонившись, лизнул его в щёку, — хотя за этот декор драконы поставляют нам мясо. Но тебе не надо в это вникать, ты ешь травку, и остальное не имеет значения, — Рарити содрогнулся от прошедшегося по нижней губе мокрого языка и попытался освободить передние копыта. Спот уже не двигался, но всё ещё был в нём и опирался на выступ, тяжело дыша. Внутри жеребца становилось горячо и мокро от спермы, а разработанный фрикциями вход почти без сопротивления принял узел. Подождав немного, Спот подался бёдрами назад, и Рарити болезненно охнул, чем Ровер и воспользовался, впихнув член ему в рот. Рарити был уверен, что если Ровер попытается так сделать, он его просто откусит. Но сжать зубы так и не решился. Плоть была солёная, скользкая и сильно отдавала мускусом — Рарити отказывался сглатывать чужие выделения, поэтому очень скоро слюна и смазка потекла по щекам. Ровер ненадолго дал ему отдышаться и вытереться, пока Спот вынимал узел, после чего снова неумолимо раздвинул губы членом. У Рарити совсем не было сил сопротивляться — он пытался пристроить язык так, чтобы не дать Роверу войти глубже, но от этого тот наоборот одобрительно заворчал и начал вколачиваться резче. Фидо легко въехал в раскрытую скользкую дырку — в прошлый раз он был слишком возбуждён, чтобы играться, но зрелище того, как Спот вбивал в Рарити покрасневший твёрдый узел, растягивая его задницу под себя, было невероятно горячим. Ровер кончил Рарити в рот и помог Фидо взять его на руки, пока жеребец кашлял и отплёвывался. Теперь Рарити держали на весу, и он опускался на член всем своим весом, елозя мордой о грудь Фидо. Его шерсть забивалась в нос и пребывающий в невесомости Рарити порой делал попытки как-то ухватиться за широкие плечи, но пёс был слишком высоким. — Не дёргайся, — Ровер пристроился сзади, придерживая его за бёдра и позволяя опереться спиной на свою грудь. — Как думаешь, Спот, двоих возьмёт? — пёс потёрся ещё не опавшим членом об отверстие Рарити, в котором поршнем ходил член Фидо, и длинно лизнул его в загривок. — Не надо, — Рарити задрал голову, глядя в глаза Ровера, — пожалуйста, не надо. — Какой прогресс, — фыркнул Ровер, приседая, чтобы Рарити лёг ему на плечо. Рарити выдохнул, надеясь, что Ровер не передумает. Всё, что Рарити пытался сегодня предпринять, работало не так: все психологические уловки Ровер раскусывал на раз, а когда Рарити искренне возмущался, становилось только хуже. Ровер упоминал быть повежливее. Фидо просто время от времени захлопывал ему рот. Им не нравится, когда он говорит. А что он говорил? Оскорблял псов и жаловался на дискомфорт, который они тоже вынуждены терпеть и приспосабливаться. Фидо как-то болезненно отреагировал на его жалобы. Потом Рарити запустил булыжником в Спота и чуть не прибил Ровера телегой. Рарити не ощущал готовности к искренним извинениям, потому что считал себя вправе жаловаться и возмущаться. Они его похитили. Они заставили его пахать на себя. С другой стороны, он делает костюмы из драгоценностей, когда другим камни нужны, чтобы выжить. И он действительно оскорблял псов своими замечаниями. Извинения почему-то казались правильным решением, и хоть шли они не от сердца, Рарити попросил прощения за грубость и свою магическую вспышку, которая, возможно, затронула не только Спота. Ровер не ответил, но из взгляда впервые исчезла насмешливость. Фидо с рыком натянул его на себя в последний раз и содрогнулся от удовольствия, чувствуя, как тугие стенки обхватывают раздавшийся узел. Ровер погладил Рарити по боку, продолжая удерживать его у себя на плече.

***

Очнулся Рарити уже где-то в другом месте от того, что Рэйнбоу тряс его за плечи. — Эй, Рарити! Ты в порядке? — Болит что-нибудь? Идти можешь? — над головой возникли Эплджек и Флаттершай. Рарити подскочил и нервно оглядел себя: вроде бы он выглядел довольно чистым, и друзья ничего не заподозрили. — Давайте, парни, бегом, — прошипел Спаркл от входа в пещеру, — эти псы тут повсюду. Пинки выглянул из-под валяющегося рядом валуна, где нормальному пони нереально было спрятаться, изобразил копытами какой-то шпионский шифр, никем не понятый, и в мгновение ока переместился за другой валун. То, что они не только «случайно» наткнулись на Рарити, но и довольно быстро нашли выход на поверхность, если кому и показалось странным, никто не придал этому особого значения. Хотя Рарити показалось, что из тёмного бокового ответвления рядом с выходом на него смотрят жёлтые прищуренные глаза.