Разбуди меня, Лэнс

— Так, всех осмотрели? — Лэнс ни на секунду не отпускал Уолтера, а в особенности его плечи, что так бережно обнимал, потирая ладонями, чтобы согреть в этот вечер. Бэккет все это время с особой нежностью смотрел на него. Все вокруг, кроме этого темнокожего любимого мужчины, было словно в тумане. Это чувство зарождалось где-то внутри, глубоко внутри. И, кажется, оно зародилось еще в тот самый день, когда он пришел его отвязывать от стула, на котором его оставил Киллиан. Сначала оно было небольшой искоркой, подожжённой чей-то доверенной рукой, а затем перерождалось в большее. В пожар. Он охватывал и сердце, и душу ученого. Это не было похоже ни на одно его изобретение. Почему? Потому что являлось любовью. Всепоглощающей. Даже в моменты слабости, когда кажется, что ты обречен. Влюбленность осталась позади. Потому что для того, что чувствуют эти два человека в эту секунду облегчения, нет места понятию влюбленности. Эти глаза, наполненными искренними чувствами. Чувствами, не похожими на страх, тревогу, ужас. Чувствами любви, нежности и жизни, в которой перехватывает дыхание от… Поцелуя. Лэнс снова с нежностью коснулся его губ. На этот раз Уолтер ответил намного увереннее, уже без смущения. Потому что он полностью осознал, что это не сон. Это жизнь. Всего пару секунд воссоединения душ. За это стоило пострадать в лапах чудовищ, скрывающихся под лицами Энн и Итана. Парень потянул руки по его футболке вверх, оставляя небольшие складки, и коснулся его шеи, ощупывая его как произведение искусства, к которому захотел бы прикоснуться создатель. В какой-то момент парень отстранился и улыбнулся тому, спрашивая лишь одно слово: — Домой? Стерлинг улыбнулся, поцеловал его в красную от удара того верзилы щеку и кивнул: — Домой. — Но немного отвлекся, все также, не отпуская его. — Марси. Девушка тут же подошла: — М? Все в порядке? Лэнс усмехнулся: — Хотел у тебя спросить то же самое. Каппел убрала пару прядей за ухо и кивнула: — Все хорошо. Мы разберемся с пленными и с контрабандистами. Можете ехать. Вам не помешает отдых. — Тебе, кстати, тоже. Ты сильно тут не бери все на себя. — Посоветовал Уолтер, наконец, отвлекшись от любования Лэнсом, хоть ненадолго. — Вот-вот. — Согласился с ним Лэнс. — А то скажешь еще, что снова в строю, снова за работу. Ну, уж нет. Ты заслужила отдых, как и Уолтер. Марси рассмеялась, когда мужчина при этом спародировал ее. — О чем болтаете? — Калеб и Эрик подошли к ним. Первый уж больно сильно зажимал второго в объятиях. — Об отдыхе. Если что приезжайте на следующей неделе. — Позвал Лэнс троих. — Посидим вместе. Вы не знаете, но Уолтер тот еще любитель настольных игр. Особенно с множеством правил. — Закатил глаза он. — Правила нашего клуба задротов будут следующими: никогда и никому не говорить о клубе задротов. — Это отсылка на "Бойцовский клуб"? — Эрик поправил очки. Калеб стукнул его по плечу. — Эй, за что? — Зачем пояснять то, что и так нам всем понятно? — Калеб усмехнулся: — Блеснуть знаниями? Чертов умник. Лэнс, кстати, — вновь переключился на него, — а почему только на следующей неделе? У вас, что намечается медовый месяц? Уолтер покраснел. Так сильно. Марси рассмеялась: — Ты зачем смущаешь мальчика? Может Лэнс сюрприз хотел сделать. — Сюрприз в штанах? — Не мог угомониться Калеб. Лэнс покачал головой: — Его не исправить. И как ты с ним встречаешься, Эрик? Блондин посмотрел на своего избранного и пожал плечами: — Сам не знаю. Люблю его. Тот легонько поцеловал его в губы: — И я тебя, Солнышко. Ой, забыл представиться. Калеб. — Протянул руку Уолтеру. Ученый пожал ее: — Ты, кажется, был в тот момент, когда меня похитили? — Даже вспоминать об этом было неприятно. — Эрик рассказывал о том, что пытался изменить твои взгляды. — Он? Мои? — Мужчина рассмеялся и слегка дернул парня за щеку. — Это я ему первый сказал, что нужно валить от его сумасшедшей сеструхи. "Очкарик" закатил глаза: — Опять одеяло на себя тянет. Лэнс усмехнулся: — Ладно, в общем, у нас в следующее воскресенье. — Показал на Марси. — Ты – обязательно. — Тогда это будет клуб парочек и одинокой Марси. — Пожала плечами она. — Разве? А как же…— Кивнул в сторону рыжеволосой девушки, Уолтер. Та очень часто смотрела в их сторону. — Пригласи ее. Она будет на седьмом небе от счастья. — Хм. — Задумалась Марси, ненадолго обернувшись на нее. "Глаза" стремительно покраснела. — Так и сделаю. Пока, парни! — Она махнула им рукой, показав фак Калебу, который снова стал прикалываться. — Ля, соблазнительная кошечка направляется покорять другую. Ой, сама иди, Марси! Эрик рассмеялся: — Так вы домой? — Да, как раз Ауди подогнали. Спишемся. Обязательно напомните Джой не беспокоить нас. — Лэнс подмигнул Калебу. — Обязательно, мистер сексапильная задница. Стерлинг закатил глаза и повел Уолтера в свою машину. — Они забавные. — Бэккет уселся в машину. Стерлинг бережно застегнул ремень безопасности того, а затем прошел и сел с другой стороны. За руль. — Это точно. Они мужья. Может и мы когда-нибудь... — Когда-нибудь что? — Хитро спросил парень. — Ну, сыграем свадьбу. Уже хочу нести своего муженька на руках. Нас осыпают лепестками роз. Все радуются. — Стал активно жестикулировать руками Лэнс, кажется, представляя все в ярких красках. — Знаешь, — Уолтер накрыл его ладонь своей, — мечты имеют свойство сбываться. Стерлинг вновь поцеловал его. Как будто тот был дополнительным источником кислорода. И произнес то, что так долго не мог. Кое-что важное: — Я люблю тебя. Сердце Бэккета разрывало от счастья. Как странно, что за один день можно испытать такой большой спектр эмоций. — Я… тоже тебя люблю. Едем. А то испытаешь гнев Лави. — Мило рассмеялся он. Спустя минут пять те проезжали мимо леса, холмов. Дорога была мокрой от недавно прошедшего дождя. Шум волн заменял музыку. Приятно слушать, слышать и вникать. В какой-то момент Стерлинг все же включил пару песен, подключившись через телефон. Это были старые английские. — Это Элтон Джон*? — Спросил Уолтер с улыбкой. — Не думал, что ты слушаешь такое. — Эта мне нравится. — И мужчина стал напевать: — Верую в любовь — это все, что есть. Преград, пределов не встретишь здесь. Любовь — проста, вражды хотят Те, кто счел разность за порока дитя. Уолтер через какое-то время присоединился к нему, смотря на него и еле дыша: — Не будь любви — не верить мне Во все, что дышит и живет. Не будь любви — не мыслим гнев, Нет права находиться здесь. Не будь любви — не верить мне... Не мог бы верить я в тебя, Не мог бы верить я в себя – Не будь любви. Верую в любовь. Оба заулыбались в конце, встретившись взглядами. Казалось, что сердца бьются в унисон. Возможно, так и было, до… Удара. Их машину резко качнуло в сторону и повело вниз к деревьям и океану. Ауди влетела в сосну. Огонь. Пожар. На этот раз не в сердце, а в реальности. Дерево заполыхало вместе с машиной. Уолтер открыл глаза спустя минуту. Голова сильно болела. Его успокаивало только одно. Лэнс рядом с ним, раз его кто-то вытащил и положил на сырую землю. Но его не было. Парень поднялся. В ушах звенело. Он подошел к машине с замиранием сердца. Она полыхала огнем. Но внутри никого не было. Уолтера охватывала паника, по лбу стекала кровь: "Он не умер. Его нет в машине, все хорошо". Но слезы уже умывали лицо солью. Но "хорошо" явно не подходящее слово. Покачиваясь и хватаясь за деревья, он направился к океану. Волны предвещали шторм. — Лэнс! — Пытался как можно сильнее крикнуть парень. — Лэнс! — Страх снова закрался в душу. Перед глазами была пелена. — Лэнс? — Он увидел смутную фигуру в воде. Кто-то стоял и будто любовался закатом. Ярким пламенем день сменялся ночью. Пока звезды не собрать в созвездия. Фигура обернулась. Но от этого стало тревожнее. Кто-то лежал на животе в воде рядом с первым силуэтом и не шевелился. Его дыхание похитили на пару секунд. Он произнес лишь следующее, не веря глазам: — Разбуди меня, Лэнс.