Sweet dream

Завтрак никак не хотел лезть в глотку. Ковыряясь ложкой в тарелке с кашей, Драко, подперев рукой голову, невидящим взглядом смотрел в сторону стола гриффиндорцев. Парень не мог понять: это он свихнулся, или кто-то наложил на него проклятье? Хотя… вероятнее, у него просто проблемы с головой, ибо кто мог придумать настолько извращённые муки? Разве что, какой-то абсолютно больной на голову человек, сбежавший как минимум из Св. Мунго. — Драко! Ты меня вообще не слушаешь? — Пэнси, сидевшая рядом и всё это время щебетавшая что-то о предстоящей Хэллоуинской вечеринке, с возмущением посмотрела на парня. — Ты хоть что-то отобразил из того, что я тебе говорила? Ты разве не хочешь как следует развлечься… — Не трогай его, Пэнс. Пожалуйста. — Перебил её Забини. — Что-то мне подсказывает, что сейчас далеко не эти мысли занимают его белобрысую головушку. Паркинсон, проследив направление затуманенного взгляда Драко, с удивлением и насмешкой подняла брови. — Что ты туда так уставился? Будто бы дементора увидел! Ах, если бы он увидел дементора! Уж лучше пусть все дементоры Азкабана захотят попрактиковать на нём свой незабываемый «поцелуй», чем то, что ему снится каждую ночь на протяжении недели! Например, вчера ему снился секс, хотя нет, жесткий трах, на верхней площадке астрономической башни, позавчера — в старом пыльном учебном классе, а за день до этого — в кабинете Слизнорта, среди всевозможных баночек и колб. И прости, дорогая Пэнс, вынужден признаться, но трахал в своих сновидениях он не тебя, а никого иного, как всезнающую, несносную и ненавистную ему Гермиону Грейнджер! Поганую грязнокровую суку, одна мысль о которой днём вызывает жгучее желание выколоть себе глаза, дабы не видеть эту зазнайку с вороньим гнездом на голове вместо волос. Уже пять дней подряд Драко Малфой, ложась в свою постель, молился всем, кому только можно, чтобы этой ночью он не видел снов. Но, видимо, никто его молитв не слышал, потому что уже шестую ночь подряд он видел во снах Грейнджер. И это его бесило. Адски. До скрипа зубов, болящей челюсти и желания бить стены. При одной только мысли о том, что вытворял по ночам его мозг, кровь в венах закипала и, к его ужасу, не только от ярости. Ещё сильнее его бесило то, что каждое утро он просыпался с каменным стояком, стояком от того, что трахал во сне Грейнджер! Само осознание того, что это она, порочило его сущность, заставляло испытывать отвращение к себе и пытаться докопаться до причины таких сновидений до адской пульсирующей головной боли. Драко трезво оценивал тот факт, что столь ярое отторжение эти сны вызывают лишь потому, что это была она. Будь это кто-либо другой, ему было бы абсолютно наплевать. Ну, как минимум, это не было бы так… Так контрастно. Все предыдущие года обучения, с самой первой встречи он презирал её. Ненавидел всеми фибрами души, каждой клеточкой своего тела испытывая омерзение лишь от того, что вынужден дышать с ней одним воздухом. Да уж, отец и вправду на славу постарался, прививая ему понятие о том, что «правильно», а что — нет. Грейнджер была этим самым «неправильным». Неправильная. А все «неправильные» вещи вызывали у него чувство презрения. Грязная. Грязная кровь. Эта самая грязная кровь не давала ему покоя. После того момента, когда она вмазала ему по носу на третьем курсе, Драко пришлось пол часа провести в ванной в попытках смыть с себя ощущение её прикосновения. Кожу словно жгло от осознания того, что он позволил ей ударить его. Вот и сейчас, глядя на то, как это маггловское отродье беззаботно щебечет со своими друзьями, парень чувствовал, как в голове шевелятся шестеренки, запуская мыслительный процесс. Что же всё-таки стало причиной? Как только он найдёт пусковой механизм, тут же сможет отключить эту адскую машину пыток. Резко развернувшись, Драко притянул к себе Пэнси, впиваясь в её губы жестким поцелуем. Прочь. Нужно выкинуть эти мысли из головы, забыться, переключиться. Малфой прекрасно знал, насколько хорошо Пэнс помогает ему перестать «загоняться». Её мягкие пухлые губы в мгновение выметали из его головы все ненужные мысли, оставляя после себя звенящую пустоту. А её тело… Не то, чтобы Драко Малфой относился к ней как к девочке для удовлетворения своих потребностей, вовсе нет. Она была хороша, уж внешне точно, вот только скучна до ужаса. Все её разговоры не интересны Малфою. Это были либо сплетни, либо обсуждение новых тряпок. Каждый раз, когда она открывала рот не для того, чтобы положить в него еду, Драко ощущал, как от раздражения глаза начинают закатываться куда-то вверх, да так сильно, что создавалось ощущение, будто ещё немного — и парень сможет во всех деталях рассмотреть собственный мозг. Девушка прекрасно знала, что у них просто секс по дружбе, по крайней мере, они десять тысяч раз это обсуждали, однако, продолжала вести себя так, будто бы их объединяло что-то большее, чем совместное времяпрепровождение в одной постели. Игриво проведя пальчиком по его шее, девушка заглянула ему в глаза и шепнула пару слов на ухо. Честное слово, он просто не мог противиться, когда она начинала эту «игру».

***

Что-то было определенно не так. Секс с Пэнс всегда ему нравился. Она была, как грубо, но чётко выразился однажды Тео, «горячая штучка» — делала все, что он захочет. Она знала, прекрасно знала, как доставить ему удовольствие, заставив, словно лужицей, растечься по постели от наслаждения. Но не в этот раз. В этот раз всё не так. — Я делаю что-то не так? — Оторвавшись от его члена, спросила Пэнси. — Ты сегодня такой угрюмый. — Да, все хорошо. Ты как всегда — великолепна. Просто что-то у меня пропало настроение. — Не глядя ей в глаза, Драко сел на кровати и огляделся в поисках одежды. — Я тебя больше не возбуждаю? — Надув пухлые губки, обиженно спросила она. — Или, у тебя появился кто-то ещё? — Добавила девушка, с подозрением прищурив глаза. — Не говори глупости. — Как и всегда — раздражение. — Собирайся, мы опоздаем на урок Снейпа. Девушка, не переставая обиженно дуться, слезла с кровати и, не глядя на него, начала одеваться. Взглянув на её обиженно сведённые к переносице брови и вздёрнувшийся носик, Драко лишь хмыкнул. Конечно, какой-то частичкой души он понимал, что Пэнс не виновата в его плохом расположении духа, и, даже, извинился бы, если б в этот момент все его мысли не занимало совершенно другое. Он не мог понять: почему? Почему в этот раз восхитительные ласки Паркинсон, обычно доводившие чуть ли не до дрожи в конечностях, на сей раз оставили его абсолютно равнодушным? Да, конечно, Драко хотел её трахнуть, да так, чтобы вытрахать всю эту дурь из своей головы. Вот только тело, кажется, не желало его слушаться. Мало того, что ему сложно было возбудиться, так ещё и нервные окончания будто отмерли. Ничего. Вообще никаких ощущений. — Мне точно нужно к мадам Помфри… — Пробубнил он, когда они, вместе с Пэнс, торопливым шагом направлялись на урок. Девушка шла немного позади. «Нужно будет всё же загладить свою вину» — подумал он. Однако, забыв, он так и не выполнил ни одного из обещаний, данных самому себе, а потому, все что ему оставалось — это надеяться, что Паркинсон не придушит его во сне и что хотя бы сегодня ночью он будет спать спокойно.

***

Неторопливым шагом, Драко направлялся к ванной старост. Ему выпала возможность насладиться горой пены и мыльных пузырей, понежившись в горячей воде после тренировки. Стоило только зайти, как его окутало облако водяного пара. Пот неприятными жгучими каплями катился по телу, разъедая кожу, а потому, быстро закрыв дверь, Малфой скинул одежду и окунулся в горячую воду. — Решил присоединиться? На противоположной стороне огромной ванной Драко увидел её. Вечно непослушные каштановые волосы, завиваясь от витающей в воздухе водяной пыли превратились в мелкие упругие кудряшки и лишь слегка прикрывали грудь, блестящая от влаги кожа и игривый взгляд. Он почувствовал, как внизу живота начал завязываться тёплый узел желания. — Ты так и будешь смотреть, или уже перейдёшь к действиям? Ох, Мерлин, её голос… он был такой томный, тягучий, сладкий, словно мёд. Не помня как, Драко оказался рядом с ней. Она смотрела ему прямо в глаза, отчего дыхание перехватило. Медленно подняв руку, девушка положила свою ладонь на его грудь и плавным движением проскользила вниз, туда, где уже стоял пульсирующий член. Обхватив его ладонью, она двинула вверх-вниз, заставив Малфоя рвано вздохнуть. — Не торопись, кошечка, — перехватив её руку, произнёс он, — давай для начала мы с тобой примем ванну? — Конечно. А я как следует тебя помою. Вода была горячая. Но её кожа казалась просто пылающей. Взяв немного геля, она вспенила его и начала плавно намыливать плечи и грудь Драко. Затем, зачерпнув воды, смыла пену и, приблизившись губами к его шее, прошептала: — Ты так восхитительно пахнешь. И я сейчас вовсе не о геле. Произнеся это, она медленно, словно смакуя, провела языком по его шее, вызвав тем самым табун мурашек по всему телу. Он, едва касаясь под водой её тела, скользнул ладонями по талии, выше, к груди и легким движением сжал её соски, отчего девушка прильнула к нему ещё сильнее, почувствовав его возбуждение. Грейнджер потянулась к его губам, увлекая в дурманящий, всепоглощающий поцелуй, заставляющий кожу полыхать огнём желания, а весь окружающий мир перестать существовать, раствориться в пленительной неге этого момента. Переместив одну руку ниже, Драко провёл по животу гриффиндорки, вниз и, раздвинув складки кожи, почувствовал её возбуждение. Влажная, горячая, готовая принять его в себя. Медленно, он ввёл в неё один палец, отчего девушка, словно кошка, выгнулась, и слегка вцепилась ногтями в его плечи. С её губ сорвался тихий сладкий вздох, отчего ком возбуждения внизу живота начал полыхать ещё сильнее, но Драко не собирался спешить. Не прекращая ласкать одной рукой грудь девушки, он ввёл в неё второй палец, отчего Грейнджер издала уже более громкий стон. Её ладонь вновь нашла его член и, крепко сжав, девушка медленно провела вверх-вниз. Слизеринец начала двигать быстрее пальцами, заставляя Гермиону стонать все громче и выгибаться от удовольствия. — Пожалуйста, Драко… — Прерывающимся от желания голосом прошептала она, кусая его шею, — пожалуйста… я хочу больше. — Что ты хочешь? — Играясь, он замедлил движение пальцев. — Я хочу почувствовать твой член внутри. Я хочу, чтобы ты… Чтобы ты трахнул меня. — Как? Как именно ты хочешь? — Ему нравилось, как она, раскрасневшаяся от желания, с прилипшими к щекам и лбу мокрыми волосами и горящими от возбуждения глазами, с мольбой смотрит на него. — Очень хочу. Просто безумно хочу. Трахни меня, Драко. Дважды его просить не пришлось. Обхватив её бёдра, он приподнял её и резко вошёл, заполняя полностью. Гермиона издала громкий стон, обвивая ногами его талию и впилась ногтями в кожу плеч. Резкими размашистыми толчками Малфой вдалбливался в её тело, затыкая крики страстными поцелуями. Она запустила руку в его волосы, оттянула назад и, пронзительно глядя в его глаза, издав громкий стон, кончила. Чувствуя, как её плоть сжимается вокруг его члена, Драко, сделав ещё пару резких толчков, излился прямо в девушку. — Ты восхитительна! — Прошептал он, целуя её шею. — Мерлин, ты так восхитительна!

***

— Мда, Блэйз… Я начинаю всё больше склоняться к тому, что меня прокляли.— Отчаянно проговорил Драко Малфой, хватаясь за голову.