Зарево

Тульчин. 1822 год.

ㅤㅤВ Подольской губернии, Тульчинском уезде проживала семья Траволинских. Таковыми уж столь богатыми не были, однако, деньги тратились только по потребностях. Владимир Траволинский — полковник, коего сослали сюда командовать Черниговским пехотным полком. Здесь обжился со своей семьей: прекрасной женой, познакомился с которой ещё во время пребывания в Польше, кою величают Александрой Потоцкой. До чего же была велика любовь, прятались, как малые дети. А ведь ещё до встречи с полковником Траволинским её должны были выдать замуж за польского шляхтича, обладающего который немереным количеством денег, способен обеспечить любого, кто только в помощи будет нуждаться. Спустя кое-какого времени Александра признается своим родителям в том, что жениха своего не любит и жить в не любви не будет. Они покорились воле их дочери Сашеньки и вышла замуж именно за полковника, через год который стал командовать пехотным полком, но проживая в Тульчине. А ещё через год, после того как стал командиром, родилась единственная дочка, кою нарекли именем Надежда. Наденька. Похожа была на свою мать: светлые волнистые волосы, как пшеница, голубые глаза, как океаны. Стройна, как лань. Росла в любви и не знала ни в чем отказа, однако подрастая, барышня понимала, что деньги это временное. Помнится, когда её папеньке присвоили чужие счета с колоссальными суммами и не имел чем оплатить, отчего пришлось многое продавать, в особенности ценные вещи. Девочка понимала всю сложность жизни в мире, где царствовала несправедливость. Наденька росла любопытной и в душе горело желание понравиться любому человеку, показывая свой ум, что младшая представительница Траволинских тоже многое умеет. Когда Надежде исполнилось около шестнадцати лет, её отправили учиться в Смольный институт, благо родителям было не в тягость обучить их единственную дочурку, которой души не чаяли, но при всем этом никогда большего не просила. Была мечтательной девицей. Чаще всего рисовала в голове образ мужчины, с которым она хочет прожить всю свою жизнь и мечтала о счастье прежде всего. ㅤㅤИ вот, ей исполняется семнадцать лет. Это был теплый июль. Именно в тот день родилась единственная дочь Владимира Траволинского. Был небольшой стол, в кругу котором сидели только её мать с отцом и никто более. Праздновали, веселились и даже шутили, решив немного расслабиться отец Надюши предложил вместе станцевать в этой зале, а матушка её заняла место у фортепиано, играя легкую и красивую музыку, писана польским композитором. Александра имела красивый голос, обладала талантом в игре на фортепиано, ведь семья Потоцких не жалела денег на обучение дочери, хоть и была далеко не одна в семействе. Надюша поистине была счастлива провести время со своей любимой семьей. Полковник любил свою семью и был готов на все ради них, даже пойти на преступление. Врагов было немало и многие желали занять его место, но сейчас ничуть не было важно. Нынче праздник его любимой дочурки, а самое время уже поскорее вручить подарок, под конец танца мать её решила развлечь маленько, пока тот принесет подарок в виде прекрасного ожерелья, которое украсит лебединую шейку мадемуазель Траволинской. Как только-только господин Траволинский открыл шкатулку, именинница буквально обомлела от удивления, голубые глазенки уже засверкали тем блеском радости, будто маленькому ребенку принесли какую-то сладость. Надежда убрала свои волосы, чтобы папенька надел это украшение. Как только сей ритуал был проведен, девушка буквально повисла на нём, говоря: папенька, вы самый лучший, спасибо! И вот тут за пару минут раздаются выстрелы, возгласы жителей. Полковник был обеспокоен. Траволинский понимал, что нынче такое время: бунты, мятежи, недовольства со стороны солдатов и офицеров. Владимир приказал жене и дочери спрятаться в комнате. Сейчас каждый житель страдал от того, что мятежники пытались уничтожить жилые дома. Теперь их дом стал гореть, отчего запах дыма уже слышался в той комнате. Пепел разгорался все сильнее и сильнее, подмога приехала вместе с Павлом Пестелем, к коему дошли известия о том, что на данный момент происходит в Тульчине. Полковник этим временем отдал нужные распоряжения, после чего стал драться вместе с мятежниками, пытаясь прекратить этот бунт недалеко от имения Траволинского, которое вот-вот пламя разожглось ещё сильнее. Наденька ухватив за руку свою маму искали выход из имения, только вот огонь настолько сильно полыхал, что не было видно призрачного света. ㅤㅤ — Доченька, — воскликнула Потоцкая. — Беги, ma chérie! — сжимая её за предплечья буквально прорычала ей Александра, после её ладошки белоснежные перешли к округленному личику единственной и любимой дочери Траволинских. — Na litość Boską, беги! Если уж такова участь постигла, лучше погибну я, а ты живи счастливо. Я любила тебя, Наденька! — душа супруги военного разрывалась на части, но что поделать, когда на кону судьба дочери. Уж пускай гибнет жена полковника, чем подводить дочь к пути смерти, от которого находятся и не так уж далеко. Наде было сложно осознавать то, что матери может и не увидеть, но она не верила до последнего. ㅤㅤ — Мамочка! — буквально задыхаясь в слезах произносит девушка. — Я спасу, папенька тебя спасет! Ты будешь жить! — ей слезы мешали говорить, которые истекали рекой из голубых глазенок. — Я сейчас! — Надежда нашла выход и поволокла мать за собой, оба прикрываясь тканями платья, дабы не дышать дымом. Внезапно послышался треск — прямо перед ними падает пылающая потолочная балка, и они едва успели отпрыгнуть оба падают на пол. Огонь опять разгорается все сильнее и сильнее, не оставляя ничего после себя. За коридорной кушеткой они нашли ещё молодую девушку, коя была старше неё на несколько лет и так же ухватили за собой, а перед ними вновь падает ещё одна балка. Александра теряет сознание, после чего барышня буквально падает перед ней, пытаясь привести чувства, но компаньонка ухватила её и выводит наконец-то из имения. Со слезами прося у офицеров, кои были посланы на подмогу и те вбежали в имение со своим отцом. Траволинская столкнулась с ним. Встретились взглядами, кои пристально глядели друг на друга. Из её голубых глаз текли непрошеные слезы, будто прося, чтобы помог матери Наденьки. Павел, будто находился в своем мире, не обращая внимания на возгласы Юшневского, который дослужился к званию генерала-интенданта второй армии. Между ними пробежала искра, глаза мадемуазель заблестели таким блеском, отчего господин Пестель буквально растаял. ㅤㅤ Гробовая тишина. Она вовремя оторвалась от цепких объятий полковника. Челядь, стоящая не поодаль от дома полковника Траволинского наблюдали с такими лицами, будто обухом по голове дали. Её белоснежное личико было обгорелым, а праздничное платье бежевого цвета, обшито красивым кружевом и маленькими жемчужинками. Вынесли тело отца Надежды, подходя к ней, офицеры снимали головные уборы, выражая этим свои искренние соболезнования. Она хотела подбежать к лежащему на земле отцу, коего любила больше своей жизни, но Пестель перехватил её и прижимал к себе. Надя, буквально кричала на весь мир, будто изливает всю свою боль, одновременно ударяя кулачками в широкие плечи офицера, который не мог смотреть на её слезы. Такая хрупкая девушка, по его мнению ей было не меньше семнадцати лет и по всей видимости был какой-то праздник: помолвка или же у кого-то было день рождение? Если у кого-то из покойников были именины, то ему искренне жаль. Хотя ранее не испытывал таковых отношений, тем самым удивлялся самому себе. Сейчас было не так столь важно. ㅤㅤ — Пусть мучаются враги отца и матери в страшных муках, — прошипела ядовитым тоном мадемуазель Траволинская, он неотрывно на неё смотрел, пытаясь удержать в своих крепких объятиях. — Чтобы не знали покоя, радости, — уже постепенно повышает голос, переходя на крик и маленькими кулачками сжимала ткань мундира Пестеля, после маленькими кулачками стала бить по плечах мужских. Он, как бы сейчас странно не прозвучало понимал боль этой девицы, которая уже была брошена на произвол судьбы. — Пусть платят за содеянное, Боже! Ты все слышишь, видел и знаешь, покарай убийц моих родителей! — кричит Надежда, поднимая свои выпученные голубые глазки, которые были красными от слез к небесам. — Пусть горят в аду, пускай черти колотят так, чтобы ничего живого не осталось! — Она не останавливалась, а продолжала бить кулачками маленькими и плакать навзрыд, на что обратило внимание весь люд и только ртом прикрывали свои рты, лишь бы лишнего не взболтнуть. Пестель только крепче прижимал, пытаясь успокоить, усмирить и угомонить. Юшневский только опустил взгляд, приказывая уносить тела. Спустя пары долей минут успокаивается. Сама не замечает того, как кладет свою головушку на плечо полковника. Она невзначай вдохнула запах пороха, но теперь аромат мундира был пропитан хрустальными слезами. Из её этих пухлых губ, имеющие нежно-розовый оттенок лишь сорвалось короткое словечко: помогите. ㅤㅤ Её голос стал для него священной молитвой. ㅤㅤ Павел подхватил на руки и унес к лошади. Усадив для начала её, после оседлал свою лошадь, дернув поводьями ускакал прочь из Тульчина, оставляя в удивлении всего народа, которых уже беспокоило множество вопросов. Он скакал прямиком в Линцы, где находилось имение самого полковника, к которому ехать нужно было, будто к черту на куличиках. Дорога до безумия утомляющая, но ближе к ночи уже достались к имению, а позже привезли и компаньонку госпожи Траволинской. Пестель первый слезает с лошади, позже берет на руки девушку, унося в свое небольшое имение, находящееся поодаль от глаз любопытных, но недалеко находилось от полка, коим командовал. Полковник открыл дверь, занося её в свою комнату освобождает от платья, оставляя в тонкой ткани и укрывает потеплее, думая про себя: пусть спит спокойно. Офицер предпочел отдохнуть в кабинете, переосмысливая все то, что произошло нынче в Тульчине. Неужели кроме Революции, будет беспокоить она? ㅤㅤ — Кто же ты, таинственная незнакомка, — расплывается в некой ухмылке, держа её маленький кулончик с её изображением, вглядываясь в черты лица. Кончиком пальцем он нащупал некую надпись, оборачивая на другую сторону читает это, слегка прищурившись: Надежде от твоего отца и матери. Улыбка уже была до ушей, закусив свою нижнюю губу, победоносным взглядом смотрит в потолок, после переводит взор на портрет этой девушки. ㅤㅤ — Надежда ... — смакует имя Павел, все с той же улыбкой. В душе творилось нечто невообразимое. Он боялся своих чувств, вспоминая эти неудачные любовные истории, с обеими женщинами планировал будущее, только в разное время и тут же отказывали. А вдруг сделает то же самое? Эти мысли в крайне настораживали его, но сейчас отложил этот кулон и решил рассмотреть военные бумаги, а так же кое-какие документы, касающихся "Союза благоденствия".

***

Линцы. 1822 год.

ㅤㅤПоутру наведался в имение господин Юшневский, который так же брал участие во всем этом движении, привозя кое-какие сведения по поводу этого, а ещё велено было передать, что на днях нужно будет уехать в Петербург, поскольку планируется встреча с заговорщиками, находящиеся в столице Российского государства. Заходя в дом, Алексей стал выискивать хозяина этого дома, встретившись с ним в коридорах, Павел пропустил в гостевую комнату гостя и закрыл дверь. ㅤㅤ — Чего тебя принесло в такую рань, разве в Директории дел нету? — слегка нахмурился полковник, глядя на собеседника, сидящий на кресле и держа на колене свою двууголку. — Или что-то случилось? Говори, злить меня лучше не стоит, — его голос постепенно становился жестким, давая понимать, что не нужно портить излишне настроение господину Пестелю. ㅤㅤ — В Петербурге состоится встреча через неделю, нужно выезжать, как можно скорее, — изложил ответ свой генерал-интендант. — А где состоится, неизвестно, но скорее всего у Кондратия Федоровича, согласись же, не станет к примеру князь Трубецкой собирать всех участников будущего восстания в доме, где живет его супруга, — не отводя взгляда от собеседника произносит Юшневский. — Тем более если жена Сергея Петровича — это дочь генерала-губернатора Петербурга. ㅤㅤ — В пол голоса тише, генерал-интендант, — отчеканил Павел, беспокоясь, чтобы барышня не проснулась. ㅤㅤ — Ах, запамятовал, — хохотнул Алексей Петрович. — Только ты поберегись, Павел, ведь эта дамочка непростая: мать у неё польских кровей, а полячки уж с пылким нравом. Боюсь, не сойдетесь характерами. ㅤㅤ — Это уже не твоего ума дела, господин Юшневский, — буквально выплюнул свою фразу Пестель, сощурившись. Каково ему дело к этой девушке, если она сейчас в его доме, то будет исполнять только приказы полковника. Нечего перечить, но выгонять её не станет. Понимает, что некуда будет идти. ㅤㅤ Неужели ещё она будет беспокоить его мысли, кроме Революции?