Зарево

ㅤㅤ ㅤㅤОна спала, не шевелясь. Усмирено лежала на одном месте, не пытаясь даже глаз открыть. Надежде все это снилось, в памяти эти картинки отображались. Все эти возгласы, слезы в голове шумели, не пытаясь даже где-то затаиться в глубине. Белоснежные волосы, словно колосья пшеницы послушно лежали на белоснежной подушке, находящаяся в покоях полковника, командующий Вятским полком. До того времени, как должна была проснуться мадемуазель Траволинская от господина Юшневского не осталось следа, уехал в Тульчинскую управу. Рядом с ней уже сидела её компаньонка, кою величали Эльжбетой. Она была коренной полячкой, как и покойная маменька Нади. Когда Траволинской уже стало что-то опять сниться это восстание, Бетта легонько кончиком пальца поглаживает крохотную ручку барышни, отчего её глазки открылись с неким удивлением и испугом, осматривая потолки вовсе незнакомого поместья. После девица взглянула на свою компаньонку, коя была уже переодета в более подобающее платье. ㅤㅤ— Эльжбет? — делает польский акцент на имя компаньонки, одновременно глядя своими голубыми глазами на неё у которой читалось некое недопонимание к тому, где они находятся и даже боязнь того, что Надю похитили. — Что мы тут делаем? Где мы? ㅤㅤ— Панночка, — спохватилась Бетта, уже поближе садясь к Траволинской и берет её белоснежные ручонки в свои, с улыбкой проговаривая. — Dzięki Bogu, że się obudziłeś. Мы в доме одного очень уважаемого пана, вас лично привез на коне и уложил в эту кровать. — с неким восхищением, кое было присуще кровной полячке, родившаяся в Кракове откуда родом была и покойная пани Траволинская. В их доме разъяснялись, как и на польском, на французском так и на русском языке. По правде говоря, у Надежды слышался польский акцент в постановке речи на русском языке. Наверное так повлияла жизнь в Кракове, где Траволинские прожили около десяти лет. ㅤㅤУслышав следующую речь от Бетты, она с ужасом спохватилась, оглядываясь. ㅤㅤ— Он дурного ничего не сделал, — уже вступилась компаньонка представительницы семьи Траволинских. — Przysięgam na Boga! — крестится Эльжбет. Надежда стала постепенно утихать, укутываясь плотнее в одеяло, ещё бы не хватало, чтобы взрослый мужчина, коего впервые видит показываться в одном нижнем. Буквально минута и перед ними уже распахнулась дверь, в комнате которой уже оказался сам хозяин небольшого имения в Линцах, находящееся которое в Киевской губернии. Наденька перевела на него взгляд, большими глазами-океанами вглядывалась в его черты лица, замирая: на лбу виднелись вены, глаза большие и брови тонкие. Взглянув на внешность командира Вятского полка под своим сознанием поняла, что он строг и ему нужно попросту подчиниться, ведь худо будет, а Надежда не хотела для себя проблем, а в первую же очередь не хотела подстерегать опасности единственную компаньонку Эльжбету, которой доверяла наиболее всего и кроме того единственная, кто выжил в том горящем доме. Павел указал взглядом присутствующей подруге барышни, дабы у двери подождала. Как только полячка исполнила приказ полковника, тот же всматривался в неё, восхищаясь тем же самым блеском голубых глаз, который заметил ещё во время первой встречи, коя произошла не самым лучшим образом. Офицер обратил внимание на её пухлые губки, имеющие нежно-розовый оттенок, тонкую линию бровей и эти голубые глаза, будто два сверкающих алмаза. Этот золотистый оттенок волос, словно колосья пшеницы. Павел подметил, как она стеснительно куталась в одеялко и улыбнулся. ㅤㅤ— Я вас не трону, Надежда Владимировна, — спокойным и уравновешенным тоном произносит начальные слова Пестель. — Но не смею смолчать о том, что красота ваша олицетворяет все вокруг. — Траволинская резко смолкла, не зная, как ответить на данное предложение, кое высказал сам офицер. Несколько мгновений, Надя рассматривала этот мундир и медали, которые торжественно были надеты. ㅤㅤ— И как я должна удостовериться в этом? — с польским акцентом переспрашивает у военного, резко запнулась на последнем предложении, взглянув в его очи и после, осознает то, что барышня не знает его имени. ㅤㅤ— Павлом Ивановичем меня величают, милейшая, — ответил ей, будто прочел мысли Траволинской, чего она сама не ожидала. — Вы не беспокойтесь, Надежда, — уверяющим тоном произнес Пестель следующую свою речь. — Меня часто не бывает в дома, я либо в полку нахожусь иль же в Тульчинской управе. Иногда вынужден удаляться в столицу нашу, как говорят в книгах: "Петербург — сердце Российской империи", — задумчиво заключает речь свою тот, расплываясь в легонькой улыбке, подмечая, с каковым вниманием слушает она. На секунду, командиру Вятского полка Надежда показалась ангелом, хрупким цветочком, коей нужна защита и опора, но в ней было нечто такое, чего не мог разгадать и сам. Он более чем уверен, что характер у неё тот ещё, как говорится: дикая по сущности своей. ㅤㅤ— Как скажете, Павел Иванович, — немного неуверенно ответила дочь покойного офицера, взглянув в его глаза, отчего её белоснежные щечки покрылись румянцем и улыбнулась, ещё плотнее прикрываясь одеялом. Пестель был сражен таковой красотой, которая сидела сейчас на кровати перед ним, прикрывается одеялом и стеснение выдавало её. Волосы послушно лежали на её хрупких плечиках, а этот взгляд, такой невинный. Он поймал себя на той мысли, что Надя девочка, у которой не было никаких отношений и не знала, как вести себя с мужчиной. В кое-какой мере это забавляло командира, ведь на других эта девица, в чьих жилах текла ещё польская кровь не была похожа. Она умела руководить своими эмоциями, но как создала матерь-природа Надюша, бывала порой вспыльчивой и могла накричать на кого угодно, после чего могла сильно пожалеть. ㅤㅤ— Сейчас я уеду в Тульчин, — почему-то сказал ей это. — Думаю, возвращусь к вечеру. Мой дом охраняют офицеры, вдруг будет что-то нужно, обращайся к ним. Они мигом исполнят, — серьезным голосом, не требующим никакого возражения продолжает Павел. — Так же, тебе привезу новые наряды, ведь не будешь же мелькать в одной рубашке льняной. — с некой усмешкой на устах заключает последние свои слова он. ㅤㅤ— Но вам ведь хотелось, чтобы я ходила вот так, — насмешливо произносит Траволинская. Юмор был оценен Пестелем, убеждаясь окончательно в том, что она порой бывает пылкой. ㅤㅤПавел, угомонись! Тебе нужно думать о Революции, а не о женщине. ㅤㅤНе только Революция поглотила сердце твоё, — твердило сердце пылкого мужчины. ㅤㅤОн попрощался с ней, без каких-либо раздумий покинул свою усадьбу, седлая своего коня. Дернув за поводья и ускакал прочь от своего дома, не оставляя ни единого следа здесь. Павел глядел прямо, а огонь в глазах полыхал этой мыслью, кою задумывал он уже подавно. Однако в мыслях восстал образ той, которую буквально спас от смерти и в своем логове укрыл. Теперь полковник чувствовал на себе ответственность и должен защищать, стать опорой, но есть одно но: у него не было давно отношений с женщиной и практически не было никого, хотя один раз было такое, что перебрав алкоголем от горя, когда Пестель расстался с невестой, коя обжилась в Митаве, усомнившись в любовных чувствах, испытывающие которые ещё давно, полностью погрузился в военное дело. Но когда он встретил её в сердце что-то ёкнуло, подобно на треск струны. Пробудились чувства? Пока что все сейчас без какого-либо окончательного ответа, главное сейчас — революция. Фанатическое достижение своей цели. ㅤㅤНо будет ли так?

***

ㅤㅤВ Тульчинской управе уже дожидался сам Муравьев-Апостол, у которого запланирована встреча с господином Пестелем. Спустя пары часов полковник приехав в сию часть, слезает с коня, повелевая, чтобы присмотрели и зашел вовнутрь, где на пути уже попался подполковник и без каких-либо колебаний Апостол последовал позади Павла. Дверь открылась быстро, так же и закрылась наглухо, Сергей Иванович вместе с предводителем Южного общества заняли свои места. Командир Вятского полка, как обычно держал голову и спину ровно, с пристальным блеском в глазах серых взглянул на собеседника, давая понять, что тот готов к так называемой аудиенции. ㅤㅤ— Рад вас видеть, Сергей Иванович, — заговорил Павел голосом, в котором слышалась полная серьезность в его словах, кои будет произносить так же, как изначально. — Неужели вы колебаться более не будете, а поддержите мою идею в цареубийстве? — его губы расплылись в некой усмешке, вспоминая прошлую их встречу, как тот стремился не к кровопролитию. ㅤㅤ— Вы опять за свое, Павел Иванович? — вопросительно взглянул Муравьев-Апостол, томно вздыхая. — Если убьют царя, то в Империи начнется настоящая смута, можно по-людски решить те вопросы, кои беспокоят нас. В конце концов, переговоры существуют. ㅤㅤ— Если мы прольем кровь, верховная власть тогда почувствует настоящие потери, — процедил Пестель, вставая со своего законного места, облокотившись своими кулаками к деревянному столу, на котором лежало множество бумаг, касающихся Вятского полка, подготовки восстания: манифесты, указы и прочее продолжил глаголить. — И когда вот сие чувство потери кольнет в самое сердце, они исполнят то, чего мы желали долгие годы, только с помощью убийства монарха времена настанут получше. ㅤㅤ— А ты подумал про в ничем неповинных детей и жену? — задал вопрос Павлу подполковник, глядя с некой яростью на предводителя Южного общества. — Ведь если убивать монарха Российского государства, тогда и всю семью Романовых надо уничтожить. И к тому же, вряд ли на кровопролитие согласится князь Трубецкой. ㅤㅤ— С господина Трубецкого диктатор никакой, он человек благороден и не пойдет на кровопролитие, — холодным тоном произнес свой ответ полковник, который был адресован Сергею Ивановичу. — Здесь нужен холодный ум и умение организовать военную революцию, господин Муравьев. — Пестель сделал особенный акцент на слове "военная революция", властность во взгляде была видна одновременно, что и подметил про себя Серж. ㅤㅤ— Ах, кстати, — вдруг вспомнил Муравьев-Апостол, что он ещё хотел кое-что сказать. — На следующей неделе состоится встреча в Петербурге у Кондратия Федоровича, — передает известия находящемуся Павлу, смотря на него с некой серьезностью во взгляде. — Ведь сами понимаете, не станет же Сергей Петрович приводить в дом, где жена и годовалый ребенок. ㅤㅤ— Надеюсь встреча будет весьма полезной, Сергей Иванович? — вопросительно взглянул полковник на собеседника, легонько усмехаясь уголками своих губ. Он уже был далек от своих мыслей. Вдруг из ниоткуда вспомнился облик девицы, коя сейчас находилась в его имении, находящееся которое в Киевской губернии. ㅤㅤ— Будет обсуждаться об воссоединении Южного и Северного общества, — без какой-либо задумчивости, коя была присуща Муравьеву-Апостолу проговаривает ответ свой он. После этой беседы, Сергей Иванович надевает двууголку и прощается с Павлом Ивановичем. От Сержа не осталось ни единого следа, после чего командир полка достает со своего кармана мундира этот амулетом, хозяйка которой является та сама Траволинская, которая уже с первых дней беспокоила мысли того, у которого была одна мечта — революция. ㅤㅤА может она тоже стала его мечтой?

***

ㅤㅤТем временем в Линцы, где находилась сама мадемуазель Траволинская привезли два больших сундука с нарядами для неё. По-началу она не особо понимала, что сейчас происходит, но вспомнив разговор между полковником и ней. После того, как дворовые мужики удалились из комнаты, Надя задумчиво открыла сундук и стала рассматривать наряды своими блестящими голубыми глазками, мысленно благодаря бога, что он не оставил одних её и компаньонку Эльжбет, коя для панны Траволинской была очень и очень дорога. Она могла ей доверить любую тайну, касающаяся только её. Легонькая улыбка на белоснежном личике появилась, что заметила сама Бетта. Надежда, по правде говоря, не видела такого количества платьев. Она ограничивалась нарядами, украшениями. У неё ко всему этому вызывало не такое обожание этих платьев с дорогостоящих тканей, в Смольном институте это обсуждали, когда мадемуазель Траволинская обучалась в институте благородных девиц, высмеивая её простоту в тех нарядах. Однако дочь военного думала совершенно иначе, она считала, что не роскошные наряды и украшения приукрашивают человека, а душа. Наденька к этому была приучена с самого детства, воспитывая в таковой благородной и простой семье, хоть по сословию они были дворянами. ㅤㅤ— Какие же ткани красивые, панночка, — в голосе полон восхищения вымолвила Эльжбетта. — Będziesz piękną damą. — с тем же самым восхищением заканчивает свою речь полячка, не сводя глаз с барышни. Она подметила, что на шее нету этого заветного кулона, который подарили ещё на её семнадцатый день рождения, до того, пока не случилась сия трагедия. Надя не сразу поняла, почему компаньонка заострила внимание на лебединой шейке мадемуазель. Своею маленькой ручкой коснулась к шее, выражение лица было изменено на испуг. Траволинская, бегая из угла в угол, заглядывая чуть не в самую нору ищет это украшение, подаренное родителями. Это, к сожалению было единственное, что осталось в память о них. ㅤㅤ— Matka Boża! — шептала Надежда и суетливо заглядывала под подушки, чуть не переворачивая все верх дном. Пестель, появившись в самом доме уже слышал возгласы и расслышал только то, что уже сгоняла злость на несчастной компаньонке, а причина того стала потеря этой вещицы, коя покоилась во внутреннем кармане мундира. Усмехнувшись, вытащил оттуда и держа в одной ладони последовал в те покои, уступленные которые были ей. Ему не плохо спалось на диване, однако зачастую Павел занят делами, касающихся самого полка и подготовки к восстанию и ему некогда до сна. Эльжбетта была напугана, ведь понимала причину гнева её панны, ища слова для поддержки, дабы усмирить её пыл. Да, порой дочь покойных Траволинских была довольна вспыльчивой, может не подумав выплюнуть очень обидную фразу, а потом жалеть. По сущности Наденька была отходчивой и первая шла на примирение, когда чувствовала себя действительно виноватой. Бетта, заметив полковника, учтиво склонила голову, как она то делала, будучи ещё в имении Траволинских и ушла, дожидаясь, когда можно полячке войти вовнутрь. ㅤㅤ— Надежда Владимировна, не эту вещицу ищите? — показательно держал за эту тоненькую золотистую цепочку и расплылся в улыбке, вновь в своих мыслях отмечая, что она довольно пылкая барышня. Надя, развернулась в полуобороте, обратив внимание на эту цепочку. ㅤㅤ— Отдайте! — подбегая к нему, умоляющим голоском произносит свое слово, пытаясь отобрать с его ладони сей ценнейший дар. Одна рука офицера уже покоится у поясницы дочери полковника, прижимая к себе. Щечки Наденьки покрылись ярким румянцем, с большим рвением её маленькие ручонки пытались оттолкнуть от себя полковника, однако попытки тщетные. Губы господина Пестеля впились нежным поцелуем, от нахлынувшей эйфории он прикрыл глаза, не обращая вовсе никакого внимания на сопротивления барышни. Траволинская, сама того не ожидая целует в ответ: робко, неумело, нежно; отчего по телу командира ордой бежали мурашки. Они позабыли о мгновенном споре, касающегося колье, которое присвоил себе Павел Иванович. ㅤㅤ— Вы мой ангел хранитель, Наденька. — единственное, что произнес своим тихим, как вода голосом предводитель Южного общества. Вновь поцеловал, Траволинская оторвалась и дала звонкую пощечину, злобно взглянув на него, однако девица обратила внимание на свою покрасневшую ладошку и на правую щеку полковника, отчего сердце немного сжалось, губки пухлые слегка подрагивали, будто хотела что-то произнести. Пестель лишь ухмыльнулся и ответил следующее. ㅤㅤ— C'est audacieux, — произносит спокойным голосом Павел начальную фразу на изящном французском. — Mais vous ne tuerez pas en moi ce que vous avez ressenti au fil des ans. — Он развернулся и покинул комнату, оставаясь в рабочем кабинете и разбирал свежие бумаги, касающихся не только военных дел, но и домашних расходов. Траволинская была обескуражена и в своей светлейшей головушке продумывала, как можно попросить прощение у Павла Ивановича за сию выходку. ㅤㅤОна для него стала мечтой. ㅤㅤМожет и он уже её мечта?