Защити меня

─ Сонхва… Мы уговорим их. Единственное, что сказал Юнхо перед тем, как ввести лекарство. Укол должен был оказаться болезненным, но Пак продолжал спокойно сидеть и смотреть в одну точку. И если честно, Сонхва всё еще не до конца понимал, как у их врача так ловко удалось его уговорить на медицинскую помощь раньше самих «переговоров». Иначе Сонхва это мероприятие назвать совсем никак не мог. После всего, что случилось, стало очевидно: просто так оставлять это точно нельзя. Вот только ни Хонджун, ни тем более Сан, не собирались соглашаться на первое, что предложил бы Пак. Да, может это и рискованно, но не более, чем оставлять Сана в таком нестабильном, уязвимом состояние, как сейчас. Сонхва может исправить свою ошибку, может хотя бы попытаться, но ему не доверяет собственный капитан, да и команда тоже. Старший не мог быть уверенным даже в Юнхо, что открыто показывал, что целиком и полностью остается на его стороне. На самом деле, Сонхва просто не мог в это поверить, как и Ёсану. Он был безмерно им благодарен, но не всегда мог разделить в своей голове правду и надуманную чепуху, что в последнее время стала настоящим кошмаром. Однако сейчас старший хотел сосредоточиться только на Сане и попытках уговорить его довериться. В сложившейся ситуации это всё больше казалось невыполнимой задачей. Чхве, наверное, в жизни больше к нему не подойдет. Что резало по сердцу сильнее всего остального. Сонхва безмерно любил Сана, как младшего брата, хоть и родственников у Пака никогда не было. Сан наверняка считает старшего предателем… Как и капитан. Как и остальная команда, хоть часть из них и скрывает это. По крайней мере так думал Сонхва и считал, что они правы. Мысли постепенно переставали так быстро летать в его голове, да и состояние само по себе становилось лучше. Может действительно от лекарства, что должно было лишь тонизировать и дать возможность Сонхва наконец успокоиться. Юнхо, как всегда, превосходно справляется со своими задачами. А вот Пак сплоховал… Но сейчас, как никогда вовремя появилась возможность хоть что-то исправить. Но предстоящие события старшего совсем не радовали. Команда собралась в зале переговоров. Зал тут же преобразился, стоило всем занять свои места. Преобладали серые и немного бежево-коричневые цвета, чтобы не отвлекать. Зал пустовал, лишь с одной стороны создавалась иллюзия, словно они смотрят на странный абстрактный город. Сонхва даже невольно засмотрелся, впечатление, словно всё вокруг нереальное, обволакивало его сознание. Однако реальность обрушилась намного быстрее, чем он ожидал. Последним за главный стол, что появлялся только по самым важным собраниям, сел капитан. У каждого здесь было своё определенное место, на этом настоял сам Хонджун, когда они только изучали возможности их воистину уникального корабля. Даже сейчас они не стали изменять традициям, точнее никому это даже в голову не пришло. Свои личные места появились и у Минги с Чонхо. Они сидели напротив Сана и Уёна, однако последний сегодня вновь отсутствовал. Образовалась очень тяжелая и долгая пауза. Капитан, сидевший во главе стола, выглядел ничем не лучше бледного Сонхва по его правую руку. Они не одаривали друг друга даже мелкими взглядами, каких раньше было предостаточно. От долгой тишины у кого-то зазвенело в ушах. Сонхва же, пытаясь собраться, стал прислушиваться к собственному сердцебиению, что сейчас, кажется, стучало так громко, что его могли слышать все присутствующие. Но лишь Пак сквозь удары собственного сердца мог чувствовать сердцебиение еще одного человека… ─ Мы хотели, ─ начал Юнхо, чтобы немного помочь старшему. ─ Хотели, чтобы вы выслушали… Всё, что происходит с Саном от части и наша вина тоже, а не только хёна. Вся команда, кроме Ёсана, удивлённо устремила взгляды на Чона. Тот оперативно попытался объяснить то же самое, что очень скомкано рассказывал им Сонхва. Но выражение лица Чхве говорило само за себя. Может в глубине души он и хотел верить всем этим словам, ведь всё звучало так логично. Он никогда не отличался излишней осведомленностью о работе головного мозга, однако даже так легко было сделать вывод, что травмы головы — это довольно опасно. Вот только одно не выходило у него из мыслей. Неужели его превращение в такого уязвимого и поломанного убийцу было первой необходимостью? Неужели в голове Сонхва не нашлось ни одной альтернативной идеи… Всё это казалось подозрительным. И даже если Чхве и хотел бы, но верить Паку он просто боялся. Ещё больше страха и сомнений появилось у него, как только сам Пак подключился к Юнхо. С каждым словом Сану всё меньше нравилось то, к чему эти двое клонят. Их речи долетали до Чхве отдельными фразами. «Можно исправить», «я помогу», «еще есть шанс» — это даже больше звучало, как издёвка, чем реальное желание помочь. Взглянув на капитана, Сан невольно сложил руки на груди, прямо как он, пытаясь хоть как-то сконцентрироваться на том, что ему говорят. ─ Юнхо дал мне лекарство, как только я почувствую, что полностью восстановил силы… Сан, если бы ты только позволил мне, я бы попробовал избавиться от… От этого всего! Пожалуйста, я обещаю, никаких фокусов только… ─ Сонхва обхватил свою руку чуть ниже запястья, стараясь не нервничать, однако договорить ему всё равно не дали. ─ Юнхо сделал что?! Капитан воскликнул это так внезапно, что сидящий рядом Сонхва вздрогнул. Хонджун пропустил все последующие слова Пака мимо ушей. С самого начала Ким не хотел брать старшего на Иллюжен, ведь просто боялся, что тот начнет использовать свои силы против команды или него самого. А Юнхо мало того, что сам вызвался вернуть Сонхва, наверняка, подговорил Уёна с этим глупым голосованием. Так теперь ещё и поит Пака лекарствами, чтобы тот «восстановил силы». Мысли сами по себе всё больше и больше сворачивали на опасную дорогу состоящую из сплошной тревоги и паранойи. Больше всего Хонджун переживал, что такой «эксперимент» может только навредить Сану. Будь всё так просто почему Сонхва просит разрешение, а не просто действует как до этого? Капитан был теперь более чем уверен, что Пак способен на такое. Однако в точно такой же манере, как Хонджун перебил Сонхва, самого капитана перебила открывшаяся массивная дверь, что всегда издавала множество раздражающих звуков, которые по какой-то причине Юнхо не стремился убирать. ─ Ужасно выглядите. На пороге оказался Уён. Он учтиво сделал всем «комплимент», проходя внутрь. Вся команда замерла, внимательно наблюдая за Уёном, даже Хонджун не стремился продолжить свою мысль. Если не считать коротких бесед с Ёсаном, это была первая сказанная Чоном фраза еще с того последнего дня на Кастельме. Учёный устало окинул взглядом команду, а после как ни в чём не бывало сел на своё место, кротко посмотрев на Сана. Нельзя было сказать, что Чону всё равно на то, что случилось с Саном, Сонхва и Ёсаном. В лаборатории, когда к нему ломился Сан, а после и вовсе звучали выстрелы… Уён краем своего сознания уже мечтал, чтобы до него добрались и просто убили. Тот страх и абсолютная беспомощность могли бы вновь сломать его, как это было после нападения на Иллюжен. Однако в этот раз он для себя понял. Чем больше он боится и пытается спрятаться от проблем, свалить их решение на кого-то другого, тем страшнее становится просто за этим наблюдать. И в этот раз Чон просто не может допустит этого чувства, словно он единственный, кто выйдет сухим из воды. ─ Я вас, кстати, не прощу за Ёсана, ─ Уён откинулся на спинку стула, оглядывая не проронившую ни слова команду. ─ Это был твой решающий голос, если бы не Сонхва, ничего бы этого не произошло. ─ Не выдержал Хонджун, говоря об этом так, словно Пака и вовсе не было рядом. ─ Не произошло бы сейчас, произошло бы потом… Но, если бы не хён, мы бы лишь покалечили Сана. ─ Как можно более беспристрастней вмешался Ёсан, чтобы капитан не смел даже думать, что оставлять Пака на Кастельме было бы лучшим решением. ─ Да. Да, мой голос был решающим, а знаешь почему? Если Сонхва-хён сам всё это провернул, он абсолютно также сможет это исправить. ─ Уён смотрел на Хонджуна, в надежде, что тот его услышит. ─ Поверь, капитан, я на твоей стороне. ─ Хён не стал бы помогать нам спасать Сана, если бы изначально задумывал разрушить его сознание… Да и это слишком жестоко, капитан, это же всё еще Сонх… Ёсан старался достучаться до Хонджуна как можно более аккуратно, пытаясь хотя бы для себя понять, как это всё видит сам Ким. Однако судя по выражению лицу их капитана у Кана получилось его только разозлить. Тот ядовито пшикнул, откинувшись назад. Всем видом он пытался скрыть свои настоящие чувства, что превращалось в настоящую кашу из слишком сильных эмоций, что не давали нормально мыслить. ─ Ха! Не стал бы? А воспоминания он мои тоже не специально стёр? Спрятать меня от мира, как трофей тоже не специально собирался?! Давай, скажи мне, Ёсан, кто такой настоящий Сонхва. Я не позволю подвергать Сана такой опасности. ─ Хонджун с холодом смотрел в глаза Ёсану, ни при одном упоминание старшего даже не удосужился повернуться на него. ─ Хватит! Я поверить не могу, что вы действительно думаете, что я способен специально навредить ему! ─ Сонхва со скрежетом своего стула встал с места. Он тут же попытался выдохнуть под пристальным взглядом команды, чтобы спокойней продолжить. ─ Сан-и, я знаю тебе страшно, я знаю, через что тебе пришлось тогда пройти, но я верю, ты сделаешь правильный выбор. Пак тревожно вздохнул, чувствую тяжелый взгляд капитана. Ему не нужно было с ним говорить, чтобы понять о чём он думает. К сожалению, Сонхва был прав, когда опасался слишком большого прилива собственных сил после лекарства. Лишь случайного прикосновения с капитаном во время подъема хватило, чтобы мысли Хонджуна в мгновение ока заглушили его собственные. Всего на несколько секунд, но даже сам Пак не смог это предотвратить. Хотелось закричать от этого голоса в голове, но Сонхва держался изо всех сил, стараясь скорее унять свои попытки разобрать в чём же чужие мысли заключались. Хоть и это знание ничем не помогало. Наоборот, лишь больше заставило переживать. Настоящие отчаяние начало подступать к Сонхва всё ближе, стоило ему разобрать, чего так хочет капитан. Да, он может помочь Сану, может попытаться убрать его образовавшееся второе «я». Но вот воспоминания Хонджуна… Сонхва не может их вернуть, он просто не знает как. Сану он просто заблокировал доступ к его некоторым воспоминаниям, заменяя их ложными. Однако с капитаном всё было иначе. Даже сам Пак не мог для себя с уверенностью сказать, что именно произошло и как он это делал. Поэтому он и не знал, как помочь Хонджуну. Он бы вернул чужие воспоминания, если бы знал, где они спрятаны. Из страха, что всё же капитан поднимет эту тему, Сонхва уже более аккуратно выходит из-за стола и быстро покидает зал. Оставшаяся команда вновь переглянулась. Сан урывками помнил себя на корабле инферианцев, когда остался только со старшим. Это было слишком больно, чтобы запоминать абсолютно всё. И как бы сильно Чхве не пытался, та самая напуганная часть его сознания просто не хотела возвращаться к тому, что было на том проклятом корабле. Это всё может наконец закончиться… Или стать лишь хуже. В этот момент, кажется, кто-то вновь начал говорить, но Сан уже точно не слушал. Решение всё равно будет за ним, хоть пилот и зачастую прислушивался к мнению своей команды. Белым шумом голоса звучали где-то на фоне пока наконец не стихли. Устремленный сквозь стол взгляд не замечал ничего странного и Чхве продолжал сидеть. Продолжал сидеть и думать даже после того, как почувствовал на своей руке чужую ладонь. Хоть и спустя такое относительно долгое время она показалась самой родной из всех. Он сразу понял, что это был Уён. Осознание этого лишь сильнее заставляло его сердце завязываться в узел. Можно было бы подумать, что Чон в безопасности рядом даже с тем Саном, что пытался убить других членов команды. Однако это было не так. Сан мог сделать намного хуже, чем просто убить. Оставить жизнь лишь одному Чону, убирая любые преграды на пути к «свободе». И несмотря на весь тот ужас, что Сан в последнее время дарил Уёну, тот всё равно был рядом. Даже сейчас, когда буквально полдня назад Чхве оглушил Сонхва, заставил Ёсана пережить свой худший кошмар в его жизни и ломился к самому учёному, оставляя его ждать помощи. Помощи по спасению от самого Сана. Наверное, Уён совершенно лишен инстинкта самосохранения, либо настолько сильно дорожит Чхве, что готов терпеть, что угодно лишь бы тот был в порядке. Однако сам Сан не хотел, чтобы Уён так подставлялся. Слишком уж велика цена. От этих мыслей пилота всё больше тянуло на риск. Пойти к Сонхва и сдаться на его «эксперименты». Пускай делает, что хочет. А если что-то пойдет не так… Уж лучше его убьют, чем дадут возможность «второму Сану» захватить власть над его сознанием окончательно. Только вот Чонхо второй раз уже не попросить. Никто в команде не справится с этой задачей, что очень подогревало сомнения и страх пилота. Но глупо надеяться на то, что все проблемы сами собой испарятся. А не идти совсем будет словно активировать бомбу замедленного действия. Наконец выбравшись из бесконечного потока мыслей, Сан поднял замученную голову. Только сейчас он понял, что все места в зале совсем опустели. Кроме одного. Уён всё еще сидел рядом, крепко держа руку Чхве, кажется, тоже немного потерявшись в собственных мыслях. Задержав на нём свой взгляд, пилот внезапно потянул учёного на себя, чтобы покрепче обнять. Так словно больше никогда не сможет этого сделать. Юнхо сегодня упомянул, что возможно это последний шанс для Сана и если они ничего не сделают, тот может навсегда потерять своё настоящее «я». И пугало даже не потеря собственного рассудка. Пугала невозможность больше вспомнить свою команду. Пугала мысль о том, что он собственноручно может разрушить жизни каждого из них и даже не поймет, что он сделал. Пугали испуганные глаза всех членов экипажа, кого он может в одночасье лишиться. Сан не хотел этого. И лишь хуже становилось от осознания, что пока он думает об этом, у него всё еще оставался выбор. У капитана этого выбора не было, когда тот очнулся на Кастельме после нападения. Хонджун наверняка даже не подозревал, чего он лишился, ведь он не мог посмотреть свою жизнь заново, как полнометражный фильм. «Как Сонхва на это решился?» - в который раз проносится в голове Сана. Главный вопрос, который никак не давал покоя. Чхве понимал всю ту боль Хонджуна за их команду, когда тот стал их вспоминать. Тот наверняка винил себя во всём произошедшем. Как пилот винил себя все те разы, когда наконец приходил в себя. От буйных мыслей уже намеренно Чхве отвлек Уён. Он аккуратно отстранился, взяв чужую голову своими ладонями. Однако Сан успел перехватить инициативу и озвучить свои мысли раньше. ─ Мне жаль, ты не заслуживаешь всего этого… Ты мой… Мой лучший друг в конце концов, а со мной одни проблемы. ─ Чхве фыркнул, пытаясь опустить голову, чего так настойчиво не позволял сделать Уён. ─ Дурак ты, Сан, ─ сразу после ответил Чон, убирая пальцами чужие волосы назад. ─ Я приму любое твое решение, даже если страх перед Сонхва окажется сильнее. Тогда… Тогда мы просто убежим и ничего не случится с ними, верно? ─ Но ты этого не хочешь? ─ Сан затаив дыхание приблизился к лицу Уёна, практически чувствуя его дыхание на своей коже. Повисла тишина, заполоняющая всё пространство вокруг, даже собственные мысли, словно и время шло уже совершенно иначе. Чон напряженно зажмурился, не зная, как ему ответить. Он давно понял, что «починить» Сана абсолютно полностью уже точно невозможно. После предостерегающего намёка от Ёсана о том, что творится в голове у пилота, Уёну не потребовалось много времени, чтобы прийти к простому выводу. Мыслями Сана теперь заведует не только сам парень, но и его второе «я». Если их мысли перемешались страшно представить, что еще может скрывать Чхве. О чём он думает? Кто во главе, когда он видит Уёна? ─ Не хочу… ─ Прошептал учёный, со страхом покачав головой. И Сан, несмотря на все опасения Чона, ничего не сделал. Чхве ощущал все те противоречивые чувства, не в силах разобрать, что чувствует он сам, а где навязанное помешательство того «другого». Он аккуратно отстранился, чтобы вновь мягко обнять друга, позволяя тому спрятаться в собственных руках, быть может даже от него самого. Страх Уёна разрывал сердце. Чхве бы хотел, чтобы этого никогда не происходило. Словно это всё простой ночной кошмар. И Сан принял решение. В другой другой части корабля сидел капитан, пальцами постукивая по своим коленям. Он был в центральном зале, забравшись на просторный диван, притянув коленки к себе. Давно он не чувствовал себя настолько равнодушно. Разговор с командой забрал у него последние силы. Хонджун словно с каждой секундой погружался всё глубже в себя. Возвращаться в каюту он больше не хотел. Там такой погром, что даже рядом находиться не хотелось. Да и прятаться не имело смысла. Очень многое для капитана потеряло смысл в последнее время. Он лишь надеялся, что когда-нибудь это пройдет. Или это и был такой коварный план его когда-то самого близкого человека? Снова он на уме. Может быть, раз Хонджун теперь как-то связан с тем древним миром, он сможет найти в себе ответы? Хотя бы на что-нибудь… Оставаться в неведение было худшей пыткой на свете. Но на разговор с Сонхва он был не готов. Даже попросить Юнхо о небольшой услуге было невыносимо. Ким хотел бы молчать ближайшую вечность. Просто сидеть на месте и думать. Думать… Однако его вечность оборвалась намного быстрее, чем тот хотел. Юнхо вывел его из размышлений о космосе и великой вселенной, возвращая в глупую, тяжёлую реальность. Сначала капитан даже не понял, что ему протягивают в руки, пытаясь сфокусировать взгляд на предмете в чужих руках. Спустя несколько тяжелых секунд он наконец понял. Это был планшет, который сам же попросил починить. Как давно это было? Час, может два назад? Или может Хонджун сидел здесь уже целый день. Время уже совершенно ничего не значило. Чон был весьма удивлён, что тот смог сломать свой планшет, но не стал вдаваться в подробности. Он всё еще помнил во что превратился дом старших, когда Сонхва остался там один. Также пришлось сразу сообщить Хонджуну, что не все записи уцелели. Память устройства была повреждена и Юнхо был более чем уверен, что некоторые вещи утеряны навсегда. Капитан лишь хмыкнул на это, сказав, что ему не в первой терять важную информацию. Но чужая ирония лишь сильнее заставляла переживать за Хонджуна. Однако Чон никак не мог помочь. Сейчас ему никто не мог помочь, эта стена между капитаном и командой была почти физически ощутима. Но кое-что не давало Юнхо покоя, насколько можно было вообще быть в покое посреди этого шторма. Пытаясь восстановить память планшета, Чон нечаянно открыл одну из последних записей, что никак не поддавалась расшифровке. Единственное, что он смог оттуда получить два имени. Одно принадлежало Сонхва, второе кому-то еще. Если это вообще было имя. «Аврора». За все года дружбы Юнхо ни разу не слышал упоминание этого имени ни от кого из старших. Что странно, ведь Чон всегда надеялся, что между командой нет секретов… До недавнего времени. Расспрашивать Хонджуна в таком состояние просто не хотелось. Тот вряд ли сейчас в состояние даже просто поднять голову, учитывая, что уже вот как десять минут Ким просто сидел и смотрел на черный экран своего гаджета, даже не включая его. Юнхо решил, что лучше лишнюю минуту просто побудет рядом, чем будет нервировать его пустыми разговорами. Так он и поступил. Совсем скоро они должны прибыть в Солнечную систему. Чона немного пугала неизвестность, которую капитан оставил им после слов, что они летят на Землю. Хонджун ничего не сказал по поводу посадки, дал лишь координаты пилотам. Жаль, что Юнхо в этом плохо понимал, да и расспросы пилотов тоже ни к чему не привели. Точка в пространстве, словно место было выбрано случайно лишь бы на Земле. Однако Юнхо понимал, просто так их капитан не подвергнет их неоправданному риску. Это успокаивало. И того же он желал Хонджуну. Чтобы чужое мечущееся сердце наконец забилось спокойней в одном ритме с командой. И Сонхва. Слишком сильно задумавшись, у Кима всё поплыло перед глазами. Словно корабль пошел дальше в глубины космоса без него. Капитан вскочил, чтобы успеть ухватиться хоть за что-нибудь, но первое, за что он схватился, также быстро растворилось между его пальцев. Постепенно белые пятна стали темнеть, а следом за темнотой начали проглядываться тусклые точки. С каждым мгновением они становились всё ярче, приобретали различную окраску и размер. Хонджун протёр глаза, чтобы собраться с мыслями, также быстро осознавая, что вокруг него уже далеко не его Иллюжен. Он вновь парил в бескрайнем космосе. Но в этот раз его любимый «сон» был холодным и абсолютно пустым. Кроме далёких звёзд здесь больше не было ничего. Обернувшись на месте, капитан ощутил знакомое чувство невесомости, но в отличие от реальности здесь он мог перемещаться как вздумается. Хонджун впервые ощути такую свободу в этом месте. Раньше, попадая сюда, он едва ли мог сориентироваться, что происходит. Но сейчас всё было так предельно просто и спокойно. Никаких больше секретов. Хоть и с этого момента его космос опустел. Собравшись, капитан медленно направился вперед, изучая место, которое уже так давно не видел. Связано ли оно с Сонхва? Должно быть, Хонджун был в этом уверен, от чего мысли сами собой поплыли по сценарию, который он так усердно отрицал. Ким отрицал всё, что теперь могло связывать его и ту древнюю цивилизацию. Он запрещал себе даже думать о том, что теперь действительно связан с чьим-то потомком, что так искусно притворялся человеком столько времени. Капитану хотелось презирать своё отношение к «истории», однако его врождённое любопытство зачастую брало верх. Может ли теперь капитан делать такие же мудреные вещи, как это проворачивал Сонхва? Или его участь навечно быть заложником своих неконтролируемых эмоций? Хонджун давно заметил эти изменения в себе. Как его кровь закипала от, казалось бы, обыденных вещей. Как эмоции и страхи не давали проявить обыденное ему, как капитану, хладнокровие и расчетливость. Это мешало, хоть и всегда присутствовало в нём, просто не в таких объемах. В холодной пустоте, казалось бы, не было абсолютно ничего, что могло заинтересовать Хонджуна. Также как и не было воспоминаний о том, как Сонхва его здесь находил. Конечно, это старший к нему приходил, иначе и быть не могло. Иначе бы Хонджун мог бы найти его в любое время, но тот появлялся совершенно случайно, только когда ему самому что-то было нужно. Это даже немного раздражало. Капитан не помнил, как они здесь находили друг друга, не помнил большинство встреч, от чего ему казалось, что они виделись тут от силы раза три. Неожиданно даже для самого себя Хонджун внезапно стал различать далёкий вой. Словно зов, которого здесь быть не должно. Это космос и Ким хотел бы, чтобы он оставался космосом. Без звуков и лишних раздражителей. Но зов становился всё громче и капитану ничего не оставалось, кроме как попытаться скрыться от него. Впервые он не хотел знать откуда он и что за звуком скрыто. Он бы хотел поскорее убраться отсюда, а лучше и вовсе проснуться. Не понимая, почему его подсознание так не хотело знать истинное происхождение этого звука, Хонджун пытался закрыть свои уши, свернуться калачиком, сделать хоть что-нибудь. Но зов продолжал усиливаться, вызывая неподдельную панику и страх. Бессвязные звуки стали складываться в слова, приобретали приятное звучание и наконец стали слишком знакомым ему голосом. Но как только капитан это осознал его голову вновь наполнила оглушающая тишина. Ни звука, ни единого собственного вздоха. С замиранием сердца Хонджун медленно открыл зажмуренные глаза, мысленно молясь о том, чтобы скорее проснуться. ─ Вон из моей головы. ─ Прошипел капитан, стоило ему всего на мгновение увидеть Сонхва перед собой. ─ Но ты звал меня… ─ На долю секунды в глазах старшего промелькнуло разочарование, пока они вновь не стали кристально пустыми. ─ Нет. Нет, я не звал тебя. Я не хочу тебя видеть, уходи отсюда. ─ Хонджун отвернулся, пытаясь смотреть куда угодно, лишь бы не на Пака. Мечась взглядом по глубинам собственного космоса, капитан стал замечать появление крохотных трещин, словно он вот-вот должен очнуться и сбежать отсюда. ─ Я чувствую, когда ты думаешь обо мне. Я помню каждый из дней, что ты пытался меня здесь найти, Хонджун, не обманывай себя, ты хотел, чтобы я появился. ─Тише произнёс Сонхва, не пытаясь насильно показаться перед глазами Кима. Он просто хотел побыть здесь наедине. ─ А я не помню, Сонхва. ─ Огрызнулся капитан, внезапно развернувшись, от чего пространство вокруг начало быстрее разрываться по швам. ─ Может быть прошлый я действительно нуждался в тебе, но я сейчас даже не могу сказать, кто ты на самом деле! Я просто… Просто не верю и не хочу верить, ты предал меня. Ты врал мне… Быть может, если бы я смог вспомнить чуть больше, чем ты отобрал у меня, я бы и хотел тебя найти, но точно не сейчас. Вновь вакуум заполонил всё пространство вокруг. Они оба молчали, стоя в нескольких метрах друг от друга, уже без страха смотря в глаза. Просто пытались понять, как всё могло так сложиться. Пытались прочитать эмоции, узнать, что же остается между строк. Но между ними словно выросла настоящая ледяная стена, через которую ни одни ни второй не мог пробиться. ─ Ты отправился спасать команду… Команду и меня, совершенно ничего о нас не помня. Хонджун, ты можешь провернуть это с кем угодно, но самого себя ты обхитрить не сможешь. ─ Глаза Сонхва тускнели всё сильнее, как и весь он. Словно это «видение» становилось всё менее реальным. ─ В таком случае, ─ капитан выдержал паузу прежде чем продолжить, ─ ответь мне на вопрос. Что означает «Аврора»? Что она означает для… Нас? Яркий свет начал просачиваться через трещины в открытом космосе. Всё начало искрить и светиться, раздражая глаза, не давая сосредоточиться на старшем. Тот выглядел насколько растерянно, словно и предположить не мог, что Хонджун может задать такой вопрос. На лице Сонхва было всё сложнее различались эмоции, ведь того начало засвечивать слишком ярким светом со всех сторон. Но одно Ким заметил точно. Пак метался между тем, что ответить. ─ Ничего… Абсолютно ничего… С этими словами космос вокруг всё больше стал напоминать их корабль. Сквозь яркие пятна начали появляться предметы мебели. И хоть Хонджун наконец добился чего он изначально и хотел, но теперь это казалось настоящей нелепостью. Сонхва не ответил. Это не может быть правдой. Это должно было иметь значение! Однажды это заставило его двигаться дальше, а сейчас Сонхва утверждает, что это не имеет значение?! Абсурд. ─ Стой! Сонхва, подожди! ─ Хонджун кинулся вперед, чтобы перехватить старшего, но тот растворился в его руках, заставляя окончательно очнуться. В последнюю секунду, перед тем как точно оказаться в их реальности, капитан услышал тихий, далёкий смех, что точно не мог принадлежать Сонхва. Распахнув глаза, Ким чуть не упал с дивана, скидывая с себя непонятную ткань, которая оказалась простым пледом. Вокруг никого не было. Может смех был не в его голове, а кого-то из команды неподалёку? Тревожно поднимаясь на ноги, Хонджун нахмурился, потирая виски. Голова раскалывалась, а в ушах невозможно звенело. Был ли это сон? Говорил ли он с настоящим Сонхва или ему всё это причудилось? Все так долго утверждали, что всё это слишком нереально, что Хонджун был готов вновь в это поверить. Нужно найти Сонхва. Это единственное, о чем мог думать капитан в данный момент. Однако первым делом он решил проверить сколько же сейчас времени. Вот только браслет он свой снял, а доверять планшету не хотелось. Юнхо его только починил, вряд ли тот стал бы настраивать там время. А в то, что Хонджун проснулся в прошлом, слабо верилось. В зале не было никаких опознавательных знаков и часов. Какая глупость. Ким отметил про себя, что чуть позже увесит весь корабль панелями, что показывали бы время. Как только голова капитана перестала слишком сильно кружиться, он выдвинулся в путь на поиски команды, в сторону жилого отсека, там точно должны быть часы. Но на душе было неспокойно. Как в те дни, когда у Хонджуна было очень много работы, но вместо отчетов и заданий он случайно засыпал за столом. Ким презирал сон, как необходимость. Можно столько всего успеть, а глупое тело вечно нуждается в перезарядке. Из мыслей о не идеальности человеческих тел, Хонджуна вывел тот же самый смех, что он слышал совсем недавно. Галлюцинации? Капитан очень надеялся, что нет. Чтобы поскорей удостовериться, что он не так стремительно сходит с ума, Ким поспешил в сторону короткого звука. Тот смех был даже больше похож на радостный восклик. Причин радоваться Хонджун совершенно не видел, однако осознав кому он принадлежал на сердце стало чуть спокойней. Он так давно не слышал смеха Уёна, что приближение к радостному гоготу было настоящим подарком. Чтобы у них не случилось, Хонджун уже рад, что тот в хорошем расположение духа. Завернув за угол, капитан наконец лицезрел причину такой внезапной смены атмосферы на корабле. Уён радостно крутился вокруг Сана, что выглядел даже чуть лучше обычного. Что здесь произошло всё еще оставалось загадкой. Сколько Хонджун спал? Час-два? Может уже целый день… Хоть Ким и хотел узнать ответ на главный вопрос о времени, но рушить эту картину не хотелось. Тем более они его вроде ещё не заметили. Оглядевшись, капитан заметил, что в просторном коридоре находились не только они, но еще и Ёсан. Тот скромно улыбался, но держался на расстояние. ─ Я рад, что тебе лучше. ─ Тихо заметил Кан, подойдя ближе к Сану только для того, чтобы удариться с ним кулачками. Ёсан никогда не любил показывать свою привязанность. Не любил излишнюю тактильность и разговоры по душам. По крайней мере он всеми силами пытался всех в этом убедить. Все это понимали и принимали, не хотели лезть в душу и так закрытому парню, кроме быть может Уёна. Тот всегда был полной противоположность Ёсану, что совершенно не помешало им стать лучшими друзьями. Может по той же причине Кан неосознанно подпустил ближе к своему сердцу и Минги. Как ни крути, а Уён и Минги были времени очень похожи. Но сейчас мысли капитана зацепились еще за одну деталь. «Лучше»? Сану стало лучше? Он был у Сонхва?! Сколько же прошло времени… Неизвестность начала пугать и подступающая очередная паника, не заставила бы себя долго ждать, если бы Хонджуна наконец не заметили. ─ Капитан? Неосознанно Сан закрыл Уёна своей рукой, отодвигая чуть назад. Это движение произошло машинально, Хонджун даже не обратил на это внимание. Вот только от упоминания самого себя немного вздрогнул. Он неловко пробежал глазами по парням, а после на автомате взглянул на свою руку, где должен был находиться браслет. Пустая рука вновь не сказала ему ничего о времени, от чего Ким растерянно поднял глаза обратно. ─ Ам… Какой сегодня день? ─ Ляпнул Хонджун, совершенно не подумав, что тем самым может лишь больше перепугать команду. ─ День? Хён, ты хорошо себя чувствуешь? ─ А… Да! Да, всё нормально, я только проснулся, не могу сообразить, что вообще происходит. ─ Попытался отшутиться капитан, но про себя отметил, что узнать какой сейчас день тоже было бы отлично. Он успокоил команду, несколько раз повторив, что он в полном порядке. Вот только знание, что он спал уже больше двадцати часов совсем не успокаивало. Это лишь больше лишало ориентации во времени. Ему казалось, что он проспал не больше получаса. Как такое могло произойти? Не удивительно тогда, почему голова до сих пор так сильно болела. За это время могло произойти абсолютно что угодно. Однако Уён посчитал бы это личным упущением, не расскажи он капитану последние новости. Сан был у Сонхва. Подробностей не знал даже сам Сан, он просто доверился старшему и, кажется, это сработало. Чхве чувствовал себя просто великолепно и впервые за последнее время свободно. Вечно нагнетающие мысли пилота ушли на второй план и больше не тревожили его. Сонхва предупредил, что они могут вернуться, предупредил, что за один раз Сана так просто не вернуть к «нормальной жизни». Но даже этого было более чем достаточно. Уён на всякий случай добавил, что будет следить за Саном и если что-то пойдет не по плану, капитан об этом сразу же узнает. Но сейчас о плохом Чону думать совсем не хотелось. У Сана есть шанс стать прежним, а это самое главное. Из потока информации от учёного Хонджун постарался выделить некоторые важные тезисы, переваривать абсолютно все слова было крайне сложно. Когда паззл в голове капитана наконец сложился в более менее понимаемую картину, он рискнул задать свой вопрос: ─ Сонхва он… Он где сейчас? ─ В отсеке с растениями, ─ на удивление почти сразу ответил Ёсан, ─ он сказал, что ему нужно отдохнуть и попросил, чтобы его не тревожили… Кан всегда знал о расположение большинства членов команды. Он не следил за ними, но просто так временами получалось. Там увидит, здесь услышит. Даже плед на Хонджуна накинул именно он, когда их капитан уснул в главном зале. Сейчас догадаться и подтвердить свои догадки Ёсану не составило труда, тем более эта информация ему даже пригодилась. Хонджун же на эти слова промолчал. Извинился, что напугал парней и ушел. Сонхва на месте, на первый взгляд он даже помог Сану, как бы рискованно это не казалось до этого. Голова всё еще отказывалась нормально функционировать. Окунуть голову в ледяную воду уже не казалось такой дикой идеей. Может Уён потому и воспользовался моментом, пока их капитан был, как муха, чтобы поскорей рассказать о решение Сана. В любое другое время Хонджун бы наверняка возмутился, что тот так поспешно принимает решения. Это заметил и Ёсан, что незаметно последовал хвостиком за капитаном. В любопытстве Кана не было никакого скрытого смысла или злого умысла, он просто хотел удостовериться, что капитан не пойдет выяснять отношения с Сонхва. Хоть и перемещения Хонджуна были весьма хаотичными и абсолютно лишенными какой-либо логики, словно тот просто бесцельно слонялся по кораблю, Ёсан понял, что тот обходит даже коридор ведущий к заветному отсеку. Это успокоило парня, ведь тот не перенес бы очередной ссоры. Отставив наконец капитана в покое, парень уже хотел отправиться обратно к Уёну и Сану. Однако оповещение о просьбе Чонхо подойти Сана на капитанский мостик поменяло его планы. Что-то случилось или Чонхо просто ищет себе замену за штурвалом? Это путешествие уже казалось настоящей вечностью, особенно для пилотов, что не могли слишком надолго оставлять Иллюжен на автопилоте, на этом участке это было просто запрещено. Решив, что на капитанском мостике он получит ответы на все свои вопросы, Ёсан довольно быстро оказался в желаемом месте. Но все первоначальные вопросы ушли на второй план, когда через огромное стекло Кан смог лицезреть серого цвета объект. Он не мог назвать это планетой, скорее это даже был спутник, но предполагать он не спешил. В отличие от других на корабле, Ёсан никогда не отличался большой осведомленностью о космических объектах. Он хорошо разбирался в оружие, в разнообразных играх, иногда любил готовить, о чём знали единицы. Но всё, что касается изучения космоса его не так сильно увлекало. Главная задача – быть на службе капитана, а знание космоса не входило в его обязанности. Тем более в их команде есть минимум четверо, что положили жизни его изучению. ─ А почему мы остановились? ─ Начал Ёсан, подходя к одному из кресел пилотов, за которым сидел Чонхо. ─ И что за серая блямба? Нас остановил патруль? Множество вопросов, хоть и заданные поочередности, заставили пилотов переглянуться, но тем не менее расплыться в улыбках из-за странной формулировки. Оба пилота вводили какие-то данные в панелях перед собой. Кану пришлось даже немного наклониться к Чонхо, в поисках собственных ответов на свои вопросы. Но все умозаключения опередил Сан, что кажется закончил со свой часть работы. ─ Это не «блямба», Ёсан, это Луна. Мы прибыли и пока оформляем всё необходимое для посадки, это может занять какое-то время… ─ Параллельно Сан переключил управление на себя и ювелирно повернул корабль, чтобы можно было видеть и Землю. ─ Как-то мы криво встали, словно на Луну садиться будем. Чонхо среагировал на последние слова, усмехнувшись себе под нос. На Луну они садиться точно не станут. По крайней мере это было не самое приятное место для их «выходных». Хоть и то же самое можно было сказать и о Земле. Она сильно изменилась за последнее время. Исторической ценностью теперь можно было считать каждый сантиметр, от чего пытаться застраивать планету было бесполезно. Да и былых ресурсов она больше не приносила. Историческое наследие и центр туризма, единственные достоинства, когда-то могущественной планеты галактики. Своей «ценностью» она доставляла проблем теперь и всем тем, кто пытался обособленно от туристических агентств и крупных компаний войти в атмосферу. Это всё сопровождалось огромным количеством бюрократических проблем и даже громкое имя их капитана не избавило команду от этого. Легче уже было просто несанкционированно приземлиться и заплатить штраф. Тем более, что за безопасностью планеты не вели слишком большой контроль. И хоть это безумно злило Чонхо и веселило Сана, Ёсана в свою очередь сама Земля практически не интересовала. Хоть и вид с корабля был просто изумительный. Закончив рассматривать контрастную планету, его взор вновь упал на такой отличающийся спутник. В нём не было ничего притягательного, тем более старые постройки на поверхности, которые можно было видеть буквально с их расстояния, лишь отталкивали. Луна оказалась намного меньше, чем Ёсан мог себе вообразить из тех крупинок информации, которыми он обладал. Пилоты вновь начали болтать между собой, видимо что-то о их посадке, но Ёсан даже не пытался их слушать. Всё его внимание было приковано к изучению таких разных космических объектов. Земля и Луна. Слишком разные, чтобы даже находиться рядом друг с другом, однако их вселенная полна загадок. Кану всегда нравилось думать о космосе, как о чём-то необъяснимом, нежели как о строгих правилах и причинно-следственных связях. ─ А никто Минги случайно не видел? ─ Внезапно перебил пилотов Ёсан, оторвав свой взгляд от весьма специфических красот Солнечной системы. На этот вопрос пилоты лишь вновь переглянулись и развели руками. Конечно, вряд ли бы Минги был где-то поблизости, он редко находил выход к капитанскому мостику. Он в принципе до сих пор временами терялся на Иллюжен. Иногда мог задуматься, уйти и заблудиться в бесконечных коридорах. Капитан считал это невозможным, ведь все коридоры рано или поздно приведут в главный зал, но это всё равно не мешало Минги оказываться совершенно не там, куда изначально он планировал прийти. Поэтому и сейчас Ёсан подсознательно думал, что поиски парня могут затянуться. Но на деле всё оказалось куда более проще. Может Кану повезло, а может тот слишком хорошо предугадал мысли Минги. Сон нашелся в одном из коридоров, что имел панорамные стекла с видом на открытый космос. Сейчас по ту сторону окон можно было наблюдать за Луной, что во всей красе показывалась с этой части Иллюжен. На удивление Минги здесь был не один, рядом с ним был Юнхо. Они что-то весело обсуждали, рассматривая яркий спутник. Заметив Ёсана, Минги неловко улыбнулся, помахав ему пальцами, словно они сегодня и не виделись. Также поступил и Юнхо, что заставило Кана немного расслабиться. Они даже перекинулись короткими фразами, но Чон поспешил выдумать себе несколько очень важных дел. Напоследок он только для Ёсана поджал губы, одними глазами указав на затылок Минги, а после удалился, подмигнув обоим. Следовало ожидать, что приближение к Земле, а значит и Луне не останется незамеченным Соном. Ёсан немного переживал по поводу чужой реакции, еще больше переживаний появилось, стоило Юнхо исчезнуть за дверями, а привычной улыбке парня сползти с его лица. Минги молча вновь устремил свой взгляд на Луну, чуть печальнее вздохнув, сделав лишний к стеклу. Его наверняка связывает столько воспоминаний с этим местом. Если бы другие только могли знать, как Минги непросто думать об этом месте. Вот только сам Сон не очень любил про это рассказывать. Он в принципе довольно редко об этом вспоминал и жил более чем спокойно. Но сейчас не задуматься было просто невозможно. Докучать вопросами не очень хотелось. Кан всегда знал, если Минги захочет, он сам всё обязательно расскажет, ведь так всегда и происходило. За всё последнее время они очень много разговаривали просто так обо всём на свете. Это было очень странное желание у обоих узнать друг о друге даже самые крохотные подробности. Однако ни один ни второй никогда не переходили границы дозволенного. Лишь раз Минги вынудил Ёсана рассказать больше, чем тот хотел бы. Но может это и стало отправной точкой их доверия друг другу. Не расскажи Кан тогда правду, возможно, сейчас было бы всё совершенно иначе. Но обоих устраивали их отношения, устраивала та близость, что образовалась слишком неожиданно. Изначально это даже немного пугало. Ёсан не верил, что это возможно, как и Минги, что на удивление не стало для них препятствием. ─ Минги, я… Ёсан поднял руку, чтобы дотронуться до чужого локтя, но также быстро её убрал, ведь даже не смог нормально закончить фразу. Он чувствовал резкую необходимость в том, чтобы что-то сказать, но как лучше или о чём лучше сказать – не знал. Но Минги, кажется, этого даже не заметил. Он продолжал стоять на месте, смотря вперед, пока вдруг его голова не поникла. ─ Прости, я просто так внезапно увидел это место, оно застало меня врасплох. ─ На выдохе сказал Минги, пока Ёсан тут же не развернул его на себя. ─ Не извиняйся. ─ Единственное, что прошептал Кан, перед тем как прижать голову Минги к своему плечу. Наверное, сейчас это было лучшим решением. Минги не хотел об этом говорить, но был просто рад, что Ёсан рядом. Этого было достаточно, чтобы всего через несколько минут наконец прийти в себя и не просто стоят, опершись о плечо Кана, а хотя бы обнять его. Объятия парня всё еще были слишком большой драгоценностью, чтобы терять их. В голове Минги всё еще было достаточно много разрушающих мыслей, но они постепенно уходили на второй план. Он словно мог перезаряжаться, находясь с Ёсаном наедине. Также он надеялся, что сам Кан чувствует нечто похожее. ─Я бы… Я бы не стал так расстраиваться, просто там… Там всё еще моя ну как бы семья, наверное. Минги пожал плечами, отстранившись от парня. Взяв его за руку, что в очередной раз немного смутило Ёсана, он направился вперед по коридору. На Луне действительно оставалась его семья. Несколько лет назад, перед тем как стать космическим вором, пиратом, а в последствии и контрабандистом, Сон сбежал из дома. Он был подростком и совершенно не отдавал отчет о том, что он делал. Сейчас же Минги был более чем уверен, что его мать и не вспомнит о нём, а если и вспомнит, ничего хорошего явно не скажет. Жили они всегда в бедности, другого исхода у родившихся на Луне и не было. Минги просто пытался немного изменить свою жизнь всеми возможными способами. И сам факт, что сейчас он находился на борту такого корабля, имеет честь быть частью этой команды. Может держать руку человека, что перевернул его жизнь с ног на голову... Это казалось теперь самой большой удачей в его весьма темной судьбе. Может все неудачи в его жизни случались только в преддверии самой большой улыбки от фортуны, о которой он и мечтать не смел. ─ Я не думаю, что хочу вновь спускаться на Луну. Просто… Наверное, раз я теперь среди вас... Я мог бы, ну помочь им? Немного? Просто финансово, или хотя бы на Землю их переместить, на Луне живется тяжело, там все деньги сразу же на алкоголь уйдут, если не хуже… Неловко высказал свои мысли Минги, не переставая бегать глазами. Он боялся, что даже сейчас не будет иметь такой возможности. Возможности просто помочь. Да и не лучшее время он выбрал для таких мыслей. Капитан, Сонхва… Сан, с которым тоже ничего не понятно. Проблемы и желания Минги не должны быть в приоритете, по крайней мере так думал сам Минги. Да и рассказывать никому другому Сон ничего не хотел. Он и вовсе хотел бы забыть свою прошлую жизнь. Иногда Минги думал о том, как это странно. Ведь он действительно зачастую старался не думать о прошлом, старался показывать себя настоящего, а не придуманного Минги, под чьей маской ему приходилось раньше скрываться. Он думал, что забыть всё было бы самым простым решением. Вот только сам факт, что это теперь возможно благодаря Сонхва наоборот очень пугал. Казалось бы – решение всех проблем прямо перед тобой, стоит лишь попросить. Но какова цена такой просьбы? Судя по истории капитана намного больше, чем можно предположить. Сон мало что понимал во всём, что случилось между капитаном и Сонхва. Он видел лишь факты, что по какой-то связанной со страшим причиной Хонджун забыл чуть ли не всю свою жизнь. А в последствии, хоть память и вернулась, кажется, вернулась не совсем то, на что рассчитывал капитан. По крайней мере так пытался это всё объяснить Минги. Он до сих пор помнил, каким Хонджун был, когда они только познакомились. Огонь внутри него можно было практически чувствовать, просто находясь рядом. Тот метался из угла в угол, не мог места себе найти во всей галактике без своей команды, даже без собственных воспоминаний о ней. Он всё бросил на то, чтобы найти их. Но Хонджун, которого он видел теперь, был совсем другой. Поломанный собственной верой, он обжегся о собственное пламя, которое когда-то заставляло двигаться дальше. Минги и Хонджун совсем разные. Но благодаря капитану Сон принимал всю не идеальность своего прошлого. Принимал и был готов двигаться дальше. И помогать капитану двигаться дальше, даже если тот и сам не захочет идти. Они что-нибудь придумают. А самое главное, Сон верил, что Сонхва им поможет. Он не знал как, но почему-то подсознательно хотел довериться ему. Возможно, это ошибка, но в таком случае Минги лишь признает гениальность этого удивительного создания. «Собираемся с вещами в отсеке с челнокам через двадцать минут.» По громкой связи раздался голос Сана, что нарушил тишину на всём корабле. Ёсан был практически спокоен по поводу этой высадки, ровно до этого момента. Почему-то на душе стало тревожно. Для всех, кроме Сонхва и Хонджуна, это их первый визит на Землю. Из-за этой неизвестности становилось не по себе. Но с другой стороны у Кана был Минги, о котором переживать сейчас хотелось куда больше, чем об этой высадке. ─ Минги, мы поможем твоей семье, хорошо? Что-нибудь обязательно придумаем, мы же команда, верно? ─ Улыбнулся Ёсан, остановив на мгновение Сона, мягко проводя по его плечу ладонью. Чужой дрогнувший взгляд и небольшая благодарная улыбка заставило сердце Кана забиться чуть чаще. Ёсан обязательно выполнит свое обещание. Преданность Кана не позволяла ему врать о таких вещать. И врать в принципе. Однако сейчас нужно было идти собирать вещи и ждать указаний капитана или пилотов. Куда они отправятся на Земле знал лишь Хонджун. Быть может, они остановятся в каком-нибудь большом городе. Может и не сунуться дальше космического порта. Но что-то подсказывало сердцу Ёсана, что они направятся в самые глубины чужих воспоминаний. В дом, где Хонджун провёл своё детство.