Пила

      Дни растягивались в недели, а недели — в месяцы. Наступила долгожданная и теплая весна — зима должна была когда-нибудь закончиться — и тогда Тэхён и Чонгук отправились на северо-запад в поисках надежного пристанища. Когда ушли холода, а снег растаял, передвигаться стало легче, но проблем от этого не убавилось. С наступлением весны мертвецы также пробудили в себе стремление ходить, вот и принялись огромными стадами мигрировать из города в город. Укрыться от них было чем-то невозможным. Больше двух дней Тэхён нигде не задерживался. Только они смогли обосноваться на месте, так Тэ на горизонте видел толпу ходячих, от которых им вдвоем уже не отбиться. Снова собирали манатки и бежали.        Так продолжалось вечно. Чонгук ворчал, но послушно следовал за Тэхёном. С недавних пор он стал очень покладистым: не пререкался, исполнял все с первого раза, вызывался помочь Тэ. Нельзя сказать, что Чонгук изменился и стал золотцем, нет. Он оставался таким же грубым и заносчивым. В плохом расположении духа он мог и послать на три буквы, но в целом оставался спокойным. И Тэхён чувствовал от парня что-то большее, чем просто привязанность. Именно привязанность, потому что Чонгук шел за ним, куда бы он не сказал. А что-то больше это, наверное, верность Чонгука. — Ты еще не устал? — спросил Тэхён, шагая вместе по лесополосе.       Чонгук медленно топал впереди Тэхёна, смотря себе под ноги, тяжело вздыхал и почти не разговаривал. Ким поднял его рано утром, и за все это время они не сделали ни одного привала. Тэхёна можно было понять — он заботился об их безопасности, а сегодняшнее пристанище ею не блещило. Ночевать в грязном и холодном, слабо проветриваемом грузовике — не то, чего бы он хотел для своего Чонгука. — Нет, — ответил Чонгук, не сбавив своего медленного темпа.       Тэхён чувствовал что-то тяжелое в словах младшего, но понять его мог едва ли. Он мог часами отмалчиваться, держать у себя в голове все свои чувства и эмоции. Пытай, как арестанта, — ничего не выдаст, пока сам не захочет. — Мы можем передохнуть, если тебе это нужно, — настаивал Тэхён на своем.        Чонгук остановился, с раздраженным видом повернулся к нему и обвел усталым взглядом. Солнце светило так ярко, что даже темные волосы Чонгука переливались в его ярких лучах, приобретая красивый каштановый блеск. Хоть на улице и было тепло, Чонгук не снимал свой полосатый свитер, предпочитая одеваться потеплее, в отличие от Тэхёна, которому в футболке и в своем плаще хорошо. — Мне это не нужно. — Но… — Я сказал, что не нужно, — твердо отчеканил Чонгук и продолжил дорогу, не дожидаясь старшего.        Тэхён устремился вперед за ним, соблюдая небольшую дистанцию. Этим Чонгук ему и нравился. Тэхёну приходилось на каждодневном уровне завоевывать его вредное сердечко, иначе его пошлют на хуй. Бегать, просить, уговаривать, стараться ради этого чудесного мальчишки, иначе этот мальчишка пошлет его на хуй. Тэхёну было необходимо не только продумывать свои действия наперед, но и следить за младшим, что он выкинет в эти минуты, чтобы вовремя остановить, помочь, утешить… Иначе его пошлют на хуй. — Ты не хочешь есть или пить? — допрашивал его Тэхён, надеясь, что вся проблема заключалась именно в этом. Как же он ошибался. — Я разве говорил, что хочу есть? — саркастично выразился Чон. — Но чего-то ты хочешь? — Да, хочу, — наконец отреагировал Чонгук, стервозно вскинув голову, — чтобы ты пошел на хуй.        И снова мимо. Тэхён ожидал этого, но не так скоро. Значит, больше стараться незачем — секса не будет. Обидно, хотя так даже интереснее. Чонгук, когда злой, в сексе словно слетал с катушек: сильнее двигался навстречу, бесстыдно матерился и буквально овладевал Тэхёном, частенько оказываясь сверху. Одно печалило, что тот подолгу кончить не давал, а так Тэхёна вполне все устраивало. — Ну что у тебя случилось? — Тэхён начал ластиться, в движении примазывался к нему, норовясь обнять. — Ничего, отстань от меня, — грубо отвечал Чон, не желая разговаривать.       Это уже порядком надоело. — Чон Чонгук, здесь только ты и я. Либо говоришь ты, либо скажу я, — напористо произнес Ким, при этом звучал очень жестко. — Ну давай, скажи, — Чонгук снова остановился, сложил руки на груди и посмотрел на Тэхёна так высокомерно, что самому крышу снесло от своей невозмутимости. — Значит, так, — начал Тэхён, а затем затянул весьма неловкую паузу. — Я тут старший. Если ты думаешь, что можешь вот так вот меня игнорировать, то это не вариант. Если хочешь, чтобы у нас было все хорошо, то, будь добр, тоже вкладывай в нас.        Чонгук долго смотрел на него своими подлыми и стервозными глазами сучьей малолетки, раздраженно цокнул и зашагал вперед. — Хорошо, папаша, — отмахнулся он одним ленивым жестом руки. — И что это значит? — недоумевал Ким, вновь устремившись за ним. — Это значит, что я понял. — Ничего ты не понял. Пожалуйста, скажи мне, о чем ты сейчас думаешь?       Если Тэхёну надо, он и мертвого достанет, главное ведь, что ему одному это надо. И кажется, это сработало. — Почему мы не можем взять машину? — выпалил неожиданно Чонгук.       Отчасти сработало. — И все? Ты дуешься из-за этого? — Не только из-за этого.       Тэхён глубоко вздохнул, приводя чувства в порядок. — Я тебе уже говорил. Машина создает шум и привлекает много внимания, — терпеливо объяснил Тэ. — Ты хоть понимаешь, куда мы вообще идем? — не дослушав его, снова задал вопрос Чонгук, который возникал еще в первые дни их знакомства. Он до сих пор обижался на Тэхёна, что они покинули ферму, не остались тогда в Керён, пока еще была зима. Он устал наматывать круги по стране, бесцельно шатаясь из одного пустого поселка в другой. — Мы просто ищем хорошее место. — «Мы» ищем? — упрекнул его Чон, безжалостно взглянув в глаза. — Хорошо, я. Но ведь и ты тоже хочешь. Тихое и безопасное место, — уверенно заявил Тэхён, а затем тихо добавил: — Для нас двоих.       Чонгук старался сдерживаться, но на его лице явно отражалось несогласие. — Я не уверен, что и я того же хочу, — виновато признался Чонгук, прикусив губу.       Чонгука можно посчитать неблагодарным, ведь Тэхён и правда многое для него сделал. И они как-никак в отношениях. Но вся проблема заключалась в том, что Чонгук в целом был неуверен в этих отношениях. Он сомневался, дико сомневался насчет Тэхёна и будущего с ним, в целом. Они хорошо справляются вместе, но Чонгуку отчего-то казалось, что его чувства не такие, как у Тэхёна. Не было у Чонгука ощущения, что Тэхён особенный в его жизни, самый важный и самый единственный.       Из-за этой неуверенности Чонгуку не хотелось давать слепые надежды Тэхёну, чтобы однажды сбежать и сделать ему больно. Именно это больше всего пугало Чонгука, ведь однажды он почти сделал это. — Ты вообще хочешь быть со мной?       Тэхён долго оттягивал момент, где-то самонадеянно, где-то по необходимости. Он честно старался не мучить его своей любовью, не заставлять его на серьезные отношения. А как могло быть иначе, когда они переспали в первый раз? На тот момент они оба думали, что этот раз станет последним. — Тэхён, я не против… быть с тобой, — Чонгук сказал это искренне, даже отвел взгляд, настолько ему было неловко признавать это. Прежде всего, перед самим собой. — Тогда почему ты не хочешь жить со мной вместе? — Потому что… я чувствую к тебе не то же самое, что ты ко мне, — Чон поднял голову, открыв свои глаза Тэхёну, в которых тот увидел отражение своего печального лица.       Это оказалось куда больнее. Тэхён думал, что его любви достаточно, чтобы жить вместе. Но Чонгук не разделял его мнения. Очевидно, он жаждал ярких чувств, страстных и незабываемых эмоций. А может, все дело в банальной ориентации. Чонгук еще подросток, он слабо мог анализировать себя, а в делах любовных он не шибко опытен. Тэхён знал себя, также знал, чего хочет от жизни. Пусть они и похожие друг на друга упрямцы, но во многом были как две противоположности. — Я понял, — покачал головой Тэ, стиснув зубы. Нельзя было сдаваться, особенно не у Чонгука на глазах. Он поклялся себе, что во что бы то ни стало завоюет сердце парня, но это оказалось куда сложнее.       Нельзя заставить человека полюбить, нельзя. — Прости меня, Тэхён, но это правда. Я… — Чонгук оступился, схватив старшего за руку, лишь бы тот не уходил от него. — Я не знаю, что я чувствую. Просто не хочу тебя обманывать. Но это не значит, что ты мне безразличен. — Почему я должен верить тебе? — Тэхён старался держать лицо, выглядеть не обиженным, но у него это плохо получалось. — Потому что… — Чонгук задумался, подбирая оригинальный ответ. — Если бы это было не так, я бы давно тебя грохнул, — и улыбнулся так мило, что у Тэхёна дыхание затаилось. — Как романтично, — усмехнулся Тэхён. Хотел сделать вид, что шутит, но прозвучал он излишне саркастично.       Тогда Чонгук взял его за плечи и настойчиво поцеловал. Легкий поцелуй, ни к чему не обязывающий, но такой по-своему теплый. — Ты важен мне, но… Мне нужно больше времени, чтобы осознать все, — Чонгук смотрел на него с искренностью, и Тэхён более не сомневался в его словах. — Хорошо, — произнес Тэ и протянул свою ладонь ему, за которую Чонгук тут же ухватился.        И, держась за руки, они продолжили свой путь. Каждые сто метров деревьев становилось все меньше. В этом еловом лесу почвы были песчаными, но в какой-то момент весь моховый покров остался позади. У Чонгука кончалось терпение, ведь его изношенные кроссовки пропускали песок, который неприятно терся между пальцами. — Откуда здесь столько песка? — Пахнет солью, не чувствуешь? — Тэхён ощущал витающий в воздухе солоноватый привкус и не мог отделаться от шепчущего возле уха шестого чувства. — Ну есть немного, — Чонгук оглянулся и за песчаным холмом увидел раскинувшееся небо, которое сливалось с горизонтом. — Думаешь, мы куда-то пришли? — Не исключено, — Тэхён направился в сторону того песчаного холма, ведя за собой младшего.        Когда они уже были на вершине, то перед ними предстало нечто удивительное. Это необъятный лазурный океан невидимой линией горизонта соединялся с кристально чистым небом. Со стороны океана дул сильный, морской ветер, остужая нагретые солнцем лица, взъерошивал их волосы, одежду. А звуки разбивающихся о берег волн наполняли сердца несоизмеримой тоской. У Тэхёна глаза защипали от того, насколько вид настоящего океана будоражил дух. — Мы пришли к океану, Тэхён, — сообщил сначала Чонгук без лишних эмоций, а затем повернулся к старшему, ожидая его реакции. — Да, это океан… — завороженным голосом прошептал Тэ, не сводя глаза с него. — Ну что ты стоишь, а? Как будто впервые видишь! — Чонгук, счастливый, потянул за собой Тэхёна, а после сам побежал к океану.       С бегом ноги утопали в коварных песках, они затягивали и как будто не хотели подпускать к этому неприступному и одинокому океану. Но Чонгук не останавливался, а продолжал бежать. Он на ходу сбрасывал с себя сумку, одежду, неловко перекатывался на спине, дабы избавиться от полных песком кроссовок. Тэхён следовал за ним, как за маленьким ребенком, попутно также сбрасывая вещи. Даже решился стянуть надоевшую шапку, ведь больше перед Чонгуком он не стеснялся своих волос. И пока он расправлялся с берцами, Чонгук уже босыми ногами, в одних джинсах, бегал по пляжу, играясь с волнами, что преследовали его худенькие ножки. Наивные глаза счастливого подростка столкнулись с тэхёновыми. Такой красивый и открытый Чонгук, что одним своим взглядом звал к себе, на фоне размеренного океана, который Тэхён действительно видел впервые.       Сняв с себя последние элементы одежды, Чонгук демонстративно бросил их перед Тэхёном, а сам развернулся к океану, игриво передвигая ножками. Тэхён раздевался следом за ним, гадая, что за игру затеял этот парень. И ведь знал, что делать: оставшись в одном нижнем белье, прокручивал тазом в разные стороны, дескать, потягивался, и выпячивал свои аппетитные ягодицы, обтянутые тонкой тканью.       Чонгук выглядел куда здоровее, чем зимой. Тэхён, как и обещал, завалил для него целого оленя и за месяц откормил его, что у того даже проступил небольшой жирок на бочках. Чонгук сильно смущался, когда старший трогал за эти уязвимые точки. Но Тэхёну так нравился увесистый Чонгук, что мог подолгу целовать его мягкие части тела. И все же Чонгук оставался безумно красивым, со стройным телом, тонкой талией и аппетитной попкой, которую Тэ также старательно ласкал. — Так ты идешь, или нет? — дразнящим голосом спросил Чон, заходя в воду.       Тэхён пошел навстречу к Чонгуку, как тот в свою очередь отходил назад. Они вместе заходили в воду, все дальше отходя от берега, что Чонгук в какой-то момент запаниковал. — Здесь слишком глубоко, — предупредил его Чонгук. — Но не так, как в твоих глазах, — притянув к себе Чонгука, тихо произнес Тэхён и заставил его посмотреть на себя.       У Чонгука щеки покраснели, а из-под мокрых волос выглядывали действительно глубокие, темные глаза, в которые хотелось все смотреть и смотреть. — Они обычные, Тэ. — Необычные, — голос Тэхёна пробирал до дрожи. Он говорил такие простые, обыкновенные вещи, и Чонгук каждый раз смущался от подобных комплиментов. К тому же он не понимал, что ему отвечать. А нужно ли вообще что-то говорить? — Помнишь, год назад мы также плавали? — вспомнил ненароком Чонгук. — Да, ты тогда боялся водорослей и не слезал с меня. — Вообще-то ты меня не отпускал, — придрался Чон. — Но ты ведь мог в любой момент уплыть, — Тэхён был бесспорно прав. У Чонгука всегда была возможность отстраниться от Тэхёна, но по неизвестным причинам не прибегал к ней.       Он стыдливо опустил взгляд, прикусив губу. — Я много чего себе позволял, но я благодарен, что ты не оставил меня, — говорил Тэ все тише и спокойнее. — Да я не сделал ничего такого, — усмехнулся Чонгук, стыдливо отвернув голову.       И тогда Тэхён взял его за подбородок и намеренно развернул его лицо к себе. — Ты остаешься рядом со мной. Тебе бывает нелегко, но ты остаешься верным мне. И это очень ценно для меня.        Руки Тэхёна спускались все ниже, а пальцы массировали ягодицы. Чонгуку только и оставалось, как сильнее прижаться к мощному телу мужчины, обвив его ногами и руками, а промежностью он уже чувствовал твердый член. Он задумчиво смотрел на слегка озадаченное лицо мужчины. — Ты прекрасен, — он чмокнул Чона в солнечное сплетение, не сводя взгляда с его завораживающих глазок. — Тэхён, — прошептал подросток, нависнув над Тэхёном и обхватив его лицо руками.       Одно его имя, произнесенное из уст Чонгука, заставляло сердце Тэхёна замереть всего на мгновение и начать биться сильнее, наровясь пробить грудную клетку. Вода была не слишком теплой, но возбужденный взгляд Чонгука будто согревал Кима. — Я хочу тебя. Здесь и сейчас, — Тэхён это сказал в самые губы, продолжая ласкать податливые мышцы.       Их губы слились в одном поцелуе. Только они вдвоем и океан.       Чонгук чувственно обхватывал чужие губы, когда Тэ медленно и аккуратно в него входил. Он терзал руками бока парня, царапал обхватившие его корпус ноги, любвеобильно сжимал ягодицы, когда уверенно двигал бедрами, проникая в тело младшего. А Чонгук так сексуально вытягивался, подпрыгивая на его члене, что Тэхён почти терял равновесие. Он периодически задирал голову, открывая шею, на которой всегда оставались следы безумной ночи.       Звуки океана лаконично смешивались с нежными стонами Чонгука, а окутывающая их тела прохладная вода то и дело дребезжала от резких толчков. Вцепившись руками, они прижимались друг к другу, чтобы быть ближе, чтобы теплее и чувственнее. Чонгук содрогался от того, насколько Тэхён был напористым: буквально десять минут назад признавался в вечной любви, а сейчас беспощадно насаживал на свой член. Благо вода смягчала их движения, и толчки Тэхёна не были слишком грубыми. Он был потрясающим любовником. Любвеобильным, заботливым, и в то же время безбашенным в постели.        Насытившись вдоволь купанием и друг другом, Чонгук в одной футболке Тэхёна гулял вдоль берега и собирал ракушки. Находил понравившиеся, разглядывал, а после отправлял в океан далеко и надолго. Тэхён же готовил для них ночлег на ближайшую ночь: нашел неподалеку поваленное дерево, под которым сооружал что-то вроде шалаша из подручных средства. Он то и дело поглядывал на Чонгука, что миленько бродил вдоль берега и напевал глупую песенку себе под нос. Что-то стандартное и посредственное с телевизора, но известное всем. Даже самому Тэхёну, который не любил смотреть телевизор.        Ему безумно повезло с Чонгуком. У них был страстный секс, который Тэхён никогда ни с кем ранее не испытывал. У него сердце сжималось от того, насколько он любит Чонгука. С ним хотелось заниматься сексом под водой, на земле, в воздухе — везде, где только предоставится возможность. И это было не просто желание трахаться, как можно было подумать. Ему хотелось держать его рядом и наслаждаться его присутствием, его телом и душой.       Тэхён был не единственным, кто обдумывал их отношения. Чонгук также посвятил себя этим размышлениям, параллельно собирая камушки с ракушками. Тэхён не впервые занимался с ним сексом и уж тем более не впервые признавался в своих чувствах. Но именно в тот день Чонгук почувствовал, что не готов расстаться с этим. Не сейчас. Ему и правда нравился Тэхён, несмотря на то, что чувства его были несильными. Засосы Тэхёна обжигали шею, напоминали о недавнем сексе и заставляли краснеть. Ведь хотелось, чтобы это ощущение осталось чуточку дольше, чем это возможно.       Возможно, Чонгуку приносило странное удовольствие того, что он может принадлежать кому-то, кроме себя. И этот кто-то куда лучше него самого. — Ну? Что насобирал? — спросил Тэхён у Чонгука, когда тот после своей прогулки вернулся к их временному ночлегу. — Я хотел найти белую ракушку, а тут все какие-то вытянутые и фиолетовые, — Чонгук бросил в песок все, что успел насобирать, но Тэхён спохватился это все поднимать. — Ты чего? Вдруг там есть что-то для меня. — Тэхён, да они все фиговые… — Неправда, это же ты их собирал. — Но я нашел одну. Вот, — Чонгук протянул ладошку, с которой Тэ забрал маленькую и вытянутую ракушку, белую с розовыми вкраплениями и скрученную, как кудрявые волосы Чонгука. — Это для тебя, — добавил он напоследок. — Чонгуки… — Тэ обхватил ноги Чонгука, заставив пошатнуться, и стал целовать его коленки, а руками уже забирался под футболку, плавно очерчивая его бедра. — Эй, полегче, — настойчиво сказал подросток, положив руки тому на плечи. — А что? Есть какие-то возражения? — натянув обворожительную улыбку, Тэхён вскинул голову и посмотрел на Гука снизу-вверх, еще сильнее вводя его в краску. — Да, мы уже делали это. — И это аргумент? — Мне не нравится заниматься сексом несколько раз подряд. — Да? А раньше вроде нравилось, — сказал Тэхён не подумав и тут же словил недовольный взгляд младшего. — Шучу, не буду я на тебя давить. — Я правда устал, — и парень принялся надевать теплую одежду, игнорируя пристальный взгляд Тэхёна, который оставался сидеть перед ним на коленях без футболки. — У тебя красивые ноги, — озвучил свои мысли Ким влюбленным голосом. — Я должен сказать «спасибо»? — абсолютно спокойным голосом отреагировал на сей комплимент подросток, отдав обратно футболку Тэхёну. — Одевайся, а то простудишься. — Нет. Я просто говорю тебе то, что мне нравится в тебе. — Да? А что не нравится?       Чонгук особо не церемонился и не подбирал слова, занятый приготовлениями ко сну. Ночевать они будут под открытым небом, пусть и далеко от цивилизации и мертвецов, но все же это было весьма опасно. И очень опрометчиво. Однако идти обратно и искать более подходящее место для ночлега в ночь — более опрометчиво. — Что мне в тебе не нравится? — повторил за ним вопрос Ким, задумавшись. — Да ладно! Неужели нет чего-то, чем бы я тебя раздражал? — усмехнулся Чонгук на веселый манер. — Может, и раздражает, но необязательно же не нравится, — возмутился Тэхён. — Ну так что? — Чонгук полностью расположился на спальнике, который после совсем износился за зиму. — Будешь говорить или вежливо отмолчишься? — Ладно, о’кей. Мне не всегда нравится, когда ты скрываешь свои чувства, — высказался смело Тэхён, забираясь к Чонгуку в маленький шалашик под деревом. — Чего? Это в каком смысле? — Да в таком, что мне приходится гадать, что ты там чувствуешь. Меня бесит, как ты держишь все в себе. — Но, я… Я не специально, — Чонгук весь покраснел, а затем отвел взгляд.        Тэхён и так понимал, что Чонгук так делал не по своей воле, но все же не ожидал услышать этого от него. Чтобы Чонгук сам признался в этом, а не стал придумывать очередные оправдания и снова забивать на собственные чувства. — Я хочу знать, что ты чувствуешь, о чем думаешь, — Тэхён взял его за руку, ласково коснулся нее губами и взглянул на Чонгука. — Я не могу тебе обещать, что исправлюсь, — сказал честно Чонгук, сплетая свои пальчики с длинными пальцами старшего. — А я и не прошу, — Тэхён поцеловал его в лобик, вдыхая морской запах волос. — Ты мне нравишься таким. — Так все-таки тебе нравится или не нравится моя плохая сторона? — Даже если она мне не очень нравится, это не значит, что я перестану любить тебя, — Тэхён снял свою шапку и надел ее на Чонгука, поправляя кудрявые и шелковистые волосики. — Ты в край долбанулся, — заулыбался Чонгук, укладываясь рядом со старшим. — Да знаю. Не так уж и плохо.       Тэхён приобнял Чонгука за плечи, охраняя его сладкий сон. Сам же Ким спал довольно чутко, прислушиваясь к окружению возле себя, но шипящий в десяти метрах океан перебивал все посторонние звуки. И Тэхён сам того не заметил, как убаюкивал его шум морских волн, что так и заснул под успокаивающие звуки океана. Им повезло, что ночью на пляже они были одни. Тэхён спал долго, и Чонгук, проснувшись, не стал его будить, дав возможность ему отдохнуть как следует. Накрыл его своей частью спальника получше, поцеловал в губы, а тот так забавно причмокивал сквозь сон, что у него губы сами растянулись в легкой улыбке.       Вооружившись мечом Тэ, Чонгук решил отправиться в лес неподалеку, чтобы найти что-нибудь съестное.       Поиски не увенчались успехом, все было тщетно. Ни ягодок, ни грибов — сырой и зябкий лес да и только. Чонгук уже думал возвращаться ни с чем, как у самого берега услышал разговор нескольких людей, а после обнаружил и их самих. Четверо человек, один придерживал своего товарища, который мог еле ходить, направлялись прямо к шалашу, где спал Тэхён. Чонгук уже был на чеку. Он подбежал первым и направил на незваных гостей катану, готовый к атаке.       Однако незнакомцы к ней готовы не были. Чонгук действовал на эмоциях, потому не заметил сразу замученного вида каждого из присутствующих, потрепанной одежды, а в их руках были только ножи. И самое главное, один из них был ранен. — Пожалуйста… помогите нам.