Пшеничное поле

1615

Шло время, и ухаживания Джона Рольфа становились всё более настойчивыми. То и дело он встречал меня у моего дома и сопровождал во время прогулок, всячески проявлял ко мне свою симпатию. Очевидно, просто так сдаваться он не собирался. Я изо всех сил старалась расслабиться, но всё же мне было от этого несколько не по себе. Я понятия не имела, как мне прекратить всё это, а о том, чтобы ответить Джону Рольфу взаимностью, не могло быть и речи. Для меня это было исключено. Так и проходило это лето: он продолжал ухаживать, добиваться меня, а я не допускала между нами ничего большего, чем просто дружба и обычное человеческое общение. И к чему всё это в итоге приведёт, я понятия не имела. *** — Покахонтас, а что, если всё же дать ему шанс? — говорил мне Кокум, когда всё это стало уже известно у меня дома, — ведь прошло уже восемь лет… Попробуй отпустить свою боль и попытаться вновь стать счастливой! Уверен, Джон Смит бы тебя вовсе не осудил… — Не так всё просто, Кокум, — возражала ему Накома, поглаживая свой вновь округлившийся живот, — не может же Покахонтас пойти против собственного сердца и выйти замуж без любви… Тут всё гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд! — Покахонтас, признайся, он ведь тебе нравится! — по-детски хитро щурила глаза малышка Харита, — я знаю, что нравится! Будет здорово, если вы с ним поженитесь! И как я ни пыталась это отрицать, упрямая Харита продолжала настаивать на своём. Ну и что мне было теперь со всем этим делать? *** — Если бы я предложил тебе стать моей женой, что бы ты сказала? — спросил как-то Джон Рольф меня напрямую во время очередной прогулки на закате дня. — Ты… Ты предлагаешь мне выйти за тебя? — напрягшись всем телом, спросила я, и голос мой дрогнул, а сердце забилось сильнее. — Я подумал, что это бы залечило раны нам обоим, — ответил он мне, — я знаю, Покахонтас, сейчас ты не любишь меня, но со временем ты полюбишь! Возможно, я никогда не смогу заменить тебе его, но я обещаю стать тебе хорошим, любящим мужем! Мы с тобой могли бы обвенчаться здесь, а после уехать в Англию, ко мне на родину, и начать всё там с чистого листа… Ты забыла бы весь тот кошмар, что пережила здесь, Покахонтас! Я внимательно слушала его и не находилась, что ответить. Слишком уж огромной, резкой неожиданностью стало всё это для меня. Я уже хотела было что-то ему ответить, как Джон Рольф приблизился ко мне и обнял меня, крепко прижимая к себе. — Я хочу забрать всю твою боль, — произнёс он, глядя мне в глаза, — хочу избавить тебя от дурных воспоминаний. Давай просто попробуем, Покахонтас… По щеке моей покатилась слеза, и я лишь кивнула в ответ, после чего поспешила отвести взгляд в сторону. Выбор был сделан. А уж правильный он или нет — покажет время. Время всё мне покажет.