Возрождение демона

Тьма. Она окружала его со всех сторон, сжимала в тисках, не давая пошевелиться, пронизывала мёртвым холодом до самых костей… И разносила сотни, тысячи голосов, среди которых с трудом можно было различить отдельные фразы. — Ой, твой гнев! Что же мне бедненькому делать?.. — Теперь ты — моя носочная кукла! «Перестань», — мысленно приказал Билл. Почему-то в этот раз он не мог говорить. Словно что-то ему мешало. — А до тех пор я буду ждать. И внимательно за вами следить! — Вот! Оленьи зубы. Держи. Дарю! «Прекрати! Замолчи!» — О! О! Гравити Фолз. Как приятно вернуться! — Эники-бэники… — Ты чего такой кислый, Форди? «Хватит!!!» Тьма расступилась. Билл открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света. Голова гудела. Слизеринец с тихим стоном перевернулся на бок и ощупал лицо. Ну конечно! С него опять сняли повязку. Зачем, спрашивается? — Он очнулся! Очнулся! Сайфер открыл глаза и уставился на насквозь промокшего Тео, который сейчас едва не прыгал от счастья. На соседней кровати сидел хмурый Драко, а рядом с ним стояла бледная Джулия. — Я что-то пропустил? — тихо спросил Билл, сев на кровати и оглядевшись вокруг. Чуть дальше у другой кровати столпились гриффиндорцы. «Наверняка Поттер», — подумал Билл, вспоминая, что вообще произошло. Шёл дождь. Две фигуры взмыли в небо. Одна из них упала, и налетели… дементоры. А потом было что-то большое и красное… — А ты не помнишь? — фыркнул Тео. — Я бы такое даже под Обливэйтом не забыл! — А ну в сторону! — крикнула мадам Помфри, заставляя всех расступиться. — Ох, любишь же ты попадать сюда! Тебе уже проще переехать сюда. То Авадой прибьют, то руки обжигаешь… У меня ещё никогда не было настолько проблемных пациентов, — она поставила на прикроватную тумбочку чашку с какао и плитку шоколада и строго посмотрела на Билла. — Теперь ещё и магическое истощение заработал! Не будь у тебя такой огромный магический потенциал, ты бы больше никогда не смог колдовать. Тебе повезло. Причем, очень сильно. А теперь выпей это и съешь шоколад. После можешь возвращаться в гостиную своего факультета. И постарайся больше сюда не попадать. Мадам Помфри бегом направилась к Поттеру, разгоняя толпу гриффиндорцев. — Это она просто профессора Флитвика не видела, — усмехнулся Тео, скрестив руки на груди. — Он как увидел твоего Патронуса, впал в такой экстаз, что его профессор Снейп едва успокоил… третьей настойкой. Билл молча кивнул и едва не подавился горячим какао, когда до него дошёл смысл сказанных слов. Патронус. Он призвал Патронуса! Вспомнить бы ещё, как он выглядел… — А как… — Дракон! — неожиданно выкрикнула Джулия. Губы её дрожали. — Это был чёртов дракон! Все с недоумением посмотрели на неё. Никогда их староста не кричала. Она повышала голос, но не кричала. И она никогда не смотрела на Билла, как на… монстра. — Я не… — она запнулась. — Простите, у меня дела. Она развернулась и бегом покинула лазарет. Билл смотрел ей вслед до тех пор, пока она не ушла. В районе груди что-то неприятно кольнуло. На душе было скверно. — Да, он был огромен, — пробормотал Тео. Билл с непониманием посмотрел на него. — Кто? — Дракон! Ну, знаешь, такая огромная ящерица с крыльями, — с сарказмом добавил он, а после вдруг стал серьёзным. — Профессор Флитвик не упоминал, что Патронус может менять цвет. — А это тут при чём? — нахмурился Билл. — Так у тебя ж он был красный! «Приплыли…» — подумал слизеринец, допивая какао. * * * Все выходные Билл пытался поговорить с Джулией, но та явно избегала его. Едва он появлялся на пороге библиотеки, как она уходила по каким-то важным делам. Она перестала оставаться в гостиной факультета, предпочитая сидеть в своей комнате. Билл чувствовал, что между ними появилась холодная стена, которая с каждым днём становилась лишь крепче. И это сильно его беспокоило. В понедельник Джулия впервые появилась на завтраке, но, даже не взглянув в сторону Билла, села рядом со своими однокурсниками. Никто не замечал, что между ними что-то происходит, и это пугало Билла ещё больше. — Ты в порядке? — негромко спросила Дафна, едва коснувшись его руки подушечками пальцев. — Просто задумался, — ответил Сайфер, мельком взглянув на Джулию и возвращаясь к завтраку. Только аппетита совсем не было. Дафна проследила за его взглядом и едва слышно хмыкнула. — Удивительно, что именно Слизерин, — прошептала она. Билл нахмурился и поднял голову, удивлённо глядя на однокурсницу. — Прости? Девушка повела плечом. — Мисс Эстерн довольно умна и добра. Странно, что Шляпа определила её на Слизерин. — С чего ты вообще решила заговорить об этом? — прищурился Билл. — Да так… Слышала, что произошло в больничном крыле… — Не понимаю, почему тебя это волнует, — Билл отодвинул тарелку встал. — Скоро занятия начнутся. Не стоит опаздывать. Он подхватил сумку и направился к выходу из зала, понимая, что день предстоит нелёгкий. * * * Едва закончилась Травология, Билл попрощался с друзьями, соврав, что идёт в библиотеку работать над проектом по Нумерологии, и направился в один из внутренних дворов замка, о котором мало кто знал. Сколько бы он сюда ни приходил, он ни разу не видел здесь студентов. Словно они избегали этого места. Что странно, потому что здесь не было ничего необычного: простая каменная скамья, обвитые плющом стены и небольшие арки, за которыми были видны окрестности школы, в том числе и Запретный лес. Билл сел на холодную скамью и спрятал руки в рукава мантии. С того матча по квиддичу дождь больше не шёл, но и солнце не показывалось. На улице было холодно и противно. Но и в замке не лучше. — Кар! Парень поднял голову. На одной из арок сидел Блэкки и, казалось, хмуро смотрел на своего хозяина. — Что я делаю не так? — вздохнул Билл. — Я ведь спасти её пытался… И спас. Так ведь? Где я ошибся? Ворон удивлённо склонил голову на бок. — Может, я слишком сильно пытаюсь её уберечь? — тихо спросил Сайфер, доставая из кармана волшебную палочку. Тепло, исходящее от неё, приятно грело пальцы. — Я обещал не переходить черту, а сам… И почему мне кажется, что я всё испортил? Блэкки только каркнул. Билл фыркнул в ответ. — Ну спасибо, успокоил! Он долгое время сидел в тишине, глядя на мрачный лес, что виднелся вдали. Мыслями же он был далеко. Как там Джулия? Смогут ли они когда-нибудь снова общаться, как раньше? Словно ничего не было. Словно он не… монстр. — Не ожидал здесь кого-то увидеть. Билл подскочил и резко развернулся, вскинув волшебную палочку. Профессор Люпин лишь устало улыбнулся. Он выглядел неважно, словно долго и тяжело болел. — Простите, профессор, — Билл быстро убрал палочку. — Я не слышал, как вы пришли. — О, ничего, — чуть усмехнулся мужчина. — Я и сам частенько прихожу сюда подумать о своём, что порой не замечаю ничего вокруг. Слизеринец кивнул и, опустив голову, чтобы скрыть повязку, направился к выходу, но профессор остановил его. — Я видел, что произошло на поле. Это было… -…ненормально, и это больше не повторится, — закончил за него Билл, но, поняв, что только что перебил преподавателя, быстро извинился. — Простите, профессор, я не должен был перебивать вас. — Ничего, — тепло улыбнулся Люпин. — И вообще я хотел сказать «впечатляюще». Почему вы считаете сотворённое вами заклинание ненормальным? Ваш Патронус получился очень сильным. — Он красный, — Билл поднял голову. — Такого не должно быть. Люпин хмыкнул. — Давайте присядем и я вам кое-что расскажу. Слизеринец молча сел с самого края скамьи. Профессор сел с другого. — Понимаете, то, что вы призвали на поле, не совсем Патронус. Не в привычном понимании. Билл нахмурился. — Если это не Патронус, то что тогда? — Патронус, — улыбнулся Люпин. — Необычный, но Патронус. Профессор Флитвик наверняка показывал его на занятиях Дуэльного клуба, верно? Он голубовато-серебристый. Знаете, почему? Билл задумался. — Его призывают с помощью счастливых воспоминаний… Это что, цвет счастья? — Ну, можно и так сказать, — глухо рассмеялся профессор. — Это светлое воспоминание. Говорят, тёмные волшебники не могут призвать Патронуса, потому что им тяжело очистить разум от посторонних мыслей, прогнать прочь все отрицательные эмоции вроде гнева и злости. Конечно, были исключения, но сейчас речь не об этом. Иногда случается так, что волшебник испытывает эмоции, которые нельзя назвать положительными… но и тёмными они не являются. — Что это? — тихо спросил Сайфер. — Это отчаяние. Многие думают, что Патронуса можно призывать только с помощью счастливых воспоминаний. Но иногда случается так, что волшебник испытывает такое сильное отчаяние, что все счастливые воспоминания меркнут в сравнении с ним. Так и призывают Патронуса Ярости. — Ярости? — переспросил Билл. — Это не совсем верное название, ведь ярость не поможет призвать его. Его так назвали только из-за цвета — ярко-красного. Известны лишь два случая, когда волшебники призывали Патронуса Ярости. Вулфрик Страйсен, живший в семнадцатом веке, призвал Патронуса пантеру, когда на его жену напала стая дементоров. — А второй кто? Люпин загадочно улыбнулся. — Мерлин. Если не ошибаюсь, у него был орёл. — Но значит ли что-нибудь сам вид Патронуса? — спросил Билл. Этот вопрос волновал его с тех пор, как профессор Флитвик впервые показал им действие этого заклинания. Билл перерыл всю библиотеку, желая найти ответ на свой вопрос, но так ничего и не нашёл. — О, ещё как значит. Часто Патронус принимает форму того, кто ближе нам по духу. Он символизирует самые яркие качества волшебника. Иногда же он принимает вид Патронуса того, кто тебе особенно дорог. Билл задумчиво крутил в руках волшебную палочку. — Почему дракон? — едва слышно спросил он. — Интересный вопрос, — слабо улыбнулся Люпин. — Дракон объединяет в себе дух и материю. Он воплощает единство знаний, мудрости и безграничной божественной силы, — профессор хмыкнул. — Перемены и трансформации. Бесконечность. Это… необычно. — А что насчёт волка? То есть, волчицы? Люпин внимательно посмотрел на него, чуть нахмурившись. В этот момент он выглядел таким больным и уставшим, что Билл пожалел о том, что вообще спросил это. — Волки, они… они верные. Они готовы драться до последнего за тех, кого считают своей семьёй. Волк — это сила духа… Профессор надолго задумался. Блэкки, негромко каркнув, взмахнул крыльями и полетел прочь. Билл тоже решил не задерживаться. — Спасибо, что рассказали о Патронусе, профессор. Я, пожалуй пойду, если вы не против. — Что? А, да, конечно, — рассеянно ответил тот. Билл вышел в коридор, дождался, пока Блэкки сядет на плечо, и торопливо направился в сторону подземелий. Однако на полпути он столкнулся с учениками, что столпились на лестнице. И их было много. Слишком много. — Что происходит? — хмуро спросил он. Ему не ответили. Все увлечённо высматривали что-то впереди. Билл прорвался сквозь толпу. Кого-то, кто пытался его остановить, Блэкки больно ущипнул за палец. Оказавшись впереди, Билл наконец увидел, из-за кого поднялся такой шум. Точнее, кто стал его источником. — Ваши предсказания, Трелони, как и ваше пребывание в этой школе, не более чем бред сумасшедшего, — раздражённо отмахнулся Робертс, пытаясь вырвать руку из цепкой хватки преподавателя Прорицаний. — Ты не понимаешь, — испуганно отговаривала его Трелони. — Он здесь, чтобы мстить! Тебе грозит беда. Если ты ничего не сделаешь, то… — То что? Умру к концу года? — съязвил преподаватель Истории магии. — Одно и то же предсказание как учителям, так и ученикам. На вашем месте я придумал бы что-нибудь новое. Он вырвал свою руку и, брезгливо поморщившись, собирался уже уйти. — Сильвестр Тистлберт Робертс, выслушай меня! Мужчина на несколько секунд замер, а потом резко развернулся и, преодолев разделяющее их с Трелони расстояние, прижал волшебную палочку к её горлу. Впервые ученики Хогвартса видели вечно спокойного слизеринца таким взбешённым. — Я предупреждал тебя, Трелони. Не смей произносить имя моего отца! — процедил он. С палочки уже сыпались искры. — Тистлберта убил демон. Сначала его, а потом и твою мать… — Закрой свой поганый рот! — рявкнул он. — Ступе… — Экспеллиармус! Палочка вылетела из руки Робертса. Он медленно обернулся, придавая лицу спокойное выражение, однако Дамблдора вряд ли можно было этим провести. — Всем ученикам разойтись по комнатам, — ровно произнёс он, и никто не посмел ослушаться. * * * — Смог найти что-нибудь? — спросил Снейп после минутного молчания. Люциус неподвижно сидел в кресле, держа в руках стакан с огневиски, и молча смотрел куда-то в сторону. С момента прихода он не сказал ни слова, что стало настораживать Северуса. — Немного, — наконец произнёс он. — Я решил начать с Сильвестра. — А он тут при чём? — нахмурился Снейп. Робертс должен был уже прийти, но по какой-то причине он задерживался. — Его род довольно древний. Возможно, такой же древний, как и род Блэков. Они разошлись по всему миру… Однако я был удивлён, когда встретил его имя на страницах этого дневника. — Даже так? — хмыкнул Снейп, делая глоток из своего стакана. — И какой же тварью он там числится? — Никакой, — усмехнулся Малфой. — Он упоминается в ежедневных заметках. Вот, прочти. Люциус протянул ему дневник и указал на нужную страницу. Северус быстро пробежался по строчкам, написанным размашистым почерком, и нахмурился. «7 июля 1974 г. В кафе у Л. С. встретился с Ф. Он познакомил меня со своим племянником Сильвестром Робертсом. Сначала я удивился, что он не носит фамилию Тистлберта. Как позже выяснилось, С. происходит из древнего рода волшебников. Последней в роду была его мать. Чтобы род не прервался, она дала сыну свою фамилию. Как я понял, Т. не был против. Парень, к слову, довольно смышлёный и любознательный. Завтра собираемся идти с ним в лес. Никогда не думал, что смогу поделиться своими знаниями с кем-то столь юным…» — Что думаешь? — спросил Люциус, когда Северус закончил читать. — Я, конечно, могу и ошибаться, но в своё время я знал многих учеников школы и что-то не припомню, чтобы среди них был кто-то с именем Тистлберт. — Может, потому, что он учился не в Хогвартсе, а в Ильверморни? — громко хлопнув дверью, произнёс Робертс. — С каких пор вы обсуждаете меня за моей же спиной? Помнится, Люциус, ты собирался искать информацию о создателе дневника. — А в процессе наткнулся на твоё имя, — парировал Малфой. — Мне вот интересно, почему ты скрывал от нас, что ты был в Гравити Фолз? — Наверное, потому, что никогда не был там, — в том же тоне ответил ему Сильвестр. — Хм, забавно. Получается, кто-то из вас солгал — либо ты, либо автор дневника. Люциус с самодовольной ухмылкой протянул ему книгу. Сильвестр долго вчитывался в записи и с каждой минутой лицо его выглядело всё более растерянным. Он перевернул страницу, продолжая читать. Листал всё дальше и дальше. Одну запись он перечитывал несколько раз, одними губами повторяя слова. — Сильвестр? — позвал его Снейп. Он мог применить легилименцию, чтобы понять, что сейчас чувствует Робертс, но в этом не было нужды. — «Я не знаю, что случилось с Тистлбертом, но его смерть подкосила не только его брата, но и его сына. Сильвестр видел его смерть, но не смог ничего толком объяснить. Я не знаю, что Ф. сделал с ним, но он всё забыл. Ф. отправил его домой, сказав, что для него так будет лучше…» Сильвестр долго смотрел на пожелтевшие страницы дневника, проводил пальцами написанными чернилами словам, словно пытаясь заглянуть в мысли того, кто это написал, вспомнить события тех дней, что его заставили забыть… А потом резко захлопнул книгу. — Мы ищем информацию о демоне, — ровно произнёс он. — А не обо мне. Со своей жизнью я сам разберусь. А теперь извините, мне ещё нужно проверять домашние работы. Он отложил в сторону дневник и ушёл так быстро, что никто и слова сказать не успел. * * * Теодор застонал и опустил голову на учебник. И так несколько раз. Драко едва не засыпал, пытаясь перевести текст с древних рун. Билл же сломал не одно перо, пытаясь начертить карту на астрономию. — Убейте меня кто-нибудь, — пробормотал Нотт, снова ударившись лбом об учебник. — Я не сдам этот зачёт, — удар. — Меня выгонят из школы, — удар. — Отец с меня шкуру спустит, — удар. — Вряд ли до этого дойдёт, потому что такими темпами ты себе голову разобьёшь, — вздохнул Билл, подкладывая под голову друга небольшую подушку. — Да и шкуру с тебя скорее Робертс спустит, — добавил Драко. Тео посмотрел на него. Лоб у него был красным. — Спасибо, успокоил, — съязвил он, снова падая на учебник. — Может, заболеть? — А сесть и всё выучить не пробовал? — фыркнул Малфой. — Десять дат? — ужаснулся Тео. — Да я всю неделю учу их и никак не могу запомнить! — Ты ведь в курсе, что через два года нам экзамены сдавать? — поинтересовался Сайфер. Нотт со стоном упал на учебник. — Экзамены, зачёты, теперь ещё и другая группа в Дуэльном клубе… — Тебя перевели в группу Флитвика? — удивился Билл. — Я рад за тебя, но почему ты раньше не сказал? — Да я сам только сегодня узнал, — пожал плечами Нотт. — Мисс Эстерн подошла сегодня после занятий и сказала, что я буду обучаться в группе вместо неё. — Вместо неё? — переспросил Билл. — Ты не знаешь? — Тео нахмурился, выпрямился и, оглядевшись по сторонам, тихо произнёс: — Об этом уже все знают. Мисс Эстерн ушла из Дуэльного клуба.