Природа ее сердца

      Ван Цзи вышел из домика лекаря бледный донельзя. Си Чень с легкостью прочитал эмоции на его лице: недоумение и удивление. Что же случилось?              — В чем дело? Что с шицзе? — Цзян Чэн вышел вперед, подходя к мужу сестрицы вплотную.              — Она… беременна, — заторможенно произнес Ван Цзи, часто моргая.              Си Чень удивился, а потом улыбнулся. Он тоже подошел к брату и крепко обнял его, не касаясь спины — та еще не зажила.              — Поздравляю, Ван Цзи.              Лань Чжань обнял брата в ответ, а потом расплылся в улыбке, наконец-то осознавая, что у них все получилось. Он станет папой!              — Лекарь сказал, что чувствует три сердцебиения, правда срок совсем маленький.              — Двойня? — в шоке произнес Цзян Чэн, неловко потирая лоб.              Он станет дядей во второй раз, но уже для детишек Вэй Ин. Удивительно, но как же он был рад это слышать! Вся злость к шицзе улетучилась, но он все еще хотел с ней поговорить, конечно, когда та придет в себя.              Лекарь после полного осмотра вышел из домика, глядя на радующихся и обнимающихся мужчин (Цзян Чэна тоже каким-то образом в это втянули, а он на радостях и не сопротивлялся особо).              — Господа, я осмотрел госпожу. Могу с уверенностью сообщить, что она здорова. Как только девушка придет в себя, ее нужно накормить и дать отдохнуть.       

***

      Вэй Ин очнулась в цзинши. Приподнявшись на локтях, она увидела супруга, который сидел за столиком и что-то писал.              — Лань Чжань? — произнесла она тихонько.              Ван Цзи вздрогнул, поднял на нее преданный, щенячий взгляд и тут же поднялся, подходя к ней. Сначала мужчина легко коснулся рукой ее лба, а потом вдруг крепко прижал к себе, улыбаясь.              — Что случилось?              — Вэй Ин, ты беременна! Мы смогли, у нас получилось, — сообщил будущий отец радостную весть, а потом отстранился, чтобы хорошенько рассмотреть ее удивленно-счастливое личико.              — Лань Чжань! — восторженно произнесла она, широко улыбаясь.              — Мгм, — довольно поддакнул Ван Цзи и наклонился, нежно целуя ее в губы. Они долго еще целовались и обнимались, радостные и довольные.       

***

      Вэй Ин поела рисовую похлебку с овощами, выпила чай с засахаренными кусочками стеблей лотоса, которые зачем-то привез в Облачные Глубины Цзян Чэн.              Она обожала это лакомство, и ей очень-очень его не хватало. Если Вань Инь привез их, значит, в глубине души он все же хотел помириться с ней?              Девушка тихо всхлипнула, желая увидеть шиди, желая обнять его и поцеловать. Как же она скучала по нему, по Пристани Лотоса, по Янь Ли, по дяде Цзян и Мадам Юй… Она очень, очень скучала.              Девушка ела засахаренные стебельки и рыдала, безумно пугая ничего не понимающего Лань Чжаня. Он тщетно пытался ее успокоить, хотел отобрать сладкое, но та не давала, поэтому он просто притянул ее к себе и поцеловал в макушку, гадая, что вообще могло случиться?              Нет, он слышал, что женщины не поддаются логике, а беременные так особенно, но чтобы вот так убиваться во время еды?              — Лань Чжань, я хочу поговорить с шиди.              — Мгм, только успокойся, прошу тебя. Что на тебя нашло?              Вэй Ин промолчала, все еще глядя на сладость. Цзян Чэн уже давно ее простил, а может, никогда и не винил во всем.              — Лань Чжань, приведи его скорее, — настойчивее попросила она, подняв умоляющий взгляд.              Ван Цзи недовольно вздохнул. Ведь именно с Вань Инем У Сянь недавно упала в обморок. Ему совсем не хотелось оставлять ее с ним наедине.              — Ладно.       

***

      Саньду Шеншоу вошел в цзинши к шицзе тихо, словно боялся ее. Удивительно, как сильно все изменилось: ситуация в точности до наоборот повторяла ту, что случилась несколько часов назад.              Вэй Ин взглянула на брата, а потом нежно улыбнулась, раскрывая руки.              — Шиди… Обнимешь меня? — ласково произнесла она, видя, как колеблется Цзян Чэн. Нервно выдохнув, он двинулся ей навстречу. Мужчина сел на постель и обнял ее, вдыхая родной аромат. Его любимая шицзе, его милая Вэй Ин.              — Цзян Чэн, я так скучала по тебе… Прости, прости меня за все. Я наделала глупостей, я… Я сильно ошибалась… Я просто хотела спасти всех, но не смогла… Если бы не этот путь, Янь Ли, она бы…              Девушка всхлипнула, сжимая пальцами ханьфу брата на спине. Она дрожала в его крепких объятиях, испытывая облегчение от его немного грубых поглаживаний по голове.              — Не плачь, тебе нельзя много волноваться, ты же сейчас несешь ответственность сразу за две жизни, — хрипло произнес Цзян Чэн, с трудом сдерживая слезы.              — Что?! Какие еще две жизни? Их двое?! — вскрикнула она, в шоке уставившись на брата.              — Ван Цзи тебе не сообщил? — удивленно выдал Цзян Чэн.              — Он… Он слишком много старался! Двое! О, Небеса, как я двоих сразу-то?!              Вэй Ин взялась за волосы, не веря в то, что услышала. Цзян Чэн от слов сестры окончательно смутился и отвел взгляд.              Когда девушка полностью отошла от шокирующей новости, Цзян Чэн решился заговорить с ней о другом:              — Вэй Ин, у тебя нет ядра. Когда это случилось? Как? Ты из-за этого встала на путь тьмы?              — Я искала способы вернуть тебе золотое ядро, но… Выход был один. Все или ничего. Я долго уговаривала Вэнь Цинь и Вэнь Нина помочь мне. В итоге… Вэнь Цинь вырезала мое ядро из даньтяня и пересадила его тебе.              Цзян Чэн, державший руки сестры все это время, тут же убрал их, испугавшись. Он нервно сглотнул, отвернулся. Сжав челюсти, он молчал, а глаза его бегали по комнате.              — Что за… бред, — прошипел он, в душе понимая, что она говорит чистую правду.              — Никто не был уверен в том, что ядро приживется. Но у нас все получилось. Я… Я пошла на обман, потому что знала, что ты возненавидишь меня и не сможешь нормально жить из-за чувства вины. Ты же у меня такой гордый, такой сильный. Ты — глава ордена. Как бы ты был без ядра?              Цзян Чэн резко встал с постели. Он наворачивал круги по комнате, тяжело дышал и дрожал, но продолжал молчать, слушая ее.              — Я хотела, чтобы эта тайна ушла вместе со мной в могилу. Но Лань Чжань спас меня, а потом уговорил рассказать тебе всю правду. Он убедил меня, что если ты поймешь меня и простишь, то поможешь нам раскрыть всю правду.              — Что еще за правда? — страдающе произнес Вань Инь, желая сгореть со стыда. Он ненавидел себя сейчас так сильно, что не хотел больше жить.              — Я предполагаю, что кто-то подставил меня. Тогда, на тропе, я потеряла контроль неспроста. И в этом наверняка замешан клан Цзинь, потому что, скорее всего, Цзинь Цзы Сюаня просто захотели убрать чужими руками. Вообще, если подумать, то это все выгодно только одному человеку.              Она поджала губы, водя пальцами по своему животу, даже не замечая этого. На самом деле ей все еще не верилось в то, что у них с Ван Цзи будут дети.              — Цзинь Гуан Яо, — подтвердил догадку сестры Цзян Чэн, на что девушка кивнула.              — Я понял тебя. Займусь расследованием вместе с братьями Лань.              Вэй Ин радостно улыбнулась.              — Спасибо, братец.              Цзян Чэн подошел к ней. Он сел на пол, на колени, а потом взял ее руки в свои, нежно целуя. Мужчина прикрыл глаза, все еще переваривая ее слова. Она спасла его, а он все это время только и делал, что упрекал ее и бранил на чем свет стоит. Его сестренка пережила сущий ад на земле, а он об этом и не догадывался.              — Я люблю тебя, Вэй Ин. Прости меня, прости меня, непутевого. Ты никогда и ни в чем не была виновата, я просто… Я просто должен был выместить весь свой гнев и горе на ком-то. Прости, прости, сестричка, что этим человеком оказалась ты.              Девушка расплакалась от этих теплых, ласковых слов, полных любви и нежности к ней. Она была безмерно счастлива сейчас, хотя и рыдала в три ручья.              Сестра и брат еще очень долго обнимались, желая хоть как-то компенсировать месяцы разлуки и вражды. С которыми наконец-то было покончено.