Тони Старк в школе или как свести с ума директора

Питеру давно стоило догадаться, что двойная жизнь будет только мешать его успехам в школе. И уж точно нельзя было доводить ситуацию до вызова родителей к директору. Он не хотел, чтобы Мэй узнала о его прогулах, поэтому пришлось обращаться за помощью к Тони Старку. Не самый лучший выбор, да. Можно было попросить Клинта, или даже Наташу, или Пеппер, которая больше всех могла сойти за его родителя. Но, как говорится, мы не ищем лёгких путей, поэтому Питер со слезами на глазах уговаривал — целых пять минут — Тони сходить с ним в школу. Старк, как добрый взрослый, согласился бы сразу же, стоило только попросить, но в меру своего скверного характера, он просто не мог допустить этого. А потому и сидел пять минут с ничего не выражающим лицом и только потом махнул рукой, соглашаясь.

***

В коридоре было пусто — шёл урок. Питер шёл к кабинету директора, Тони медленно шагал рядом, рассматривая стену с наградами школы. Там был и кубок по Декатлону, в котором, как слышал Тони, принимал участие и Питер. Точнее должен был, но его заперли с грузовиками на другой части города. Они подошли к двери кабинета, на которой тёмно-красными буквами было написано «Директор Джонс». Питер постучал и, подождав пару секунд, вошёл, чуть кивая Тони, чтобы тот последовал его примеру. Старк зашёл следом и закрыл дверь. За большим рабочим столом сидел грузный мужчина с тёмными усами и в почти полностью закрывающих его лицо очках с толстыми линзами. Он выглядел комично в низком кресле, из-за которого торчала только голова и небольшой участок плеч и шеи. Тони поздоровался, представился и сел напротив мужчины в кресло. Питер остался стоять. — Вы… его папа? — Всякое бывает, — ухмыльнулся Тони. Он уже предвидел весёлый разговор. — Хорошо. — Мистер Джонс потёр руки друг о друга и поправил очки, готовые уже свалиться. — Начнём, пожалуй. Ваш… кхм-кхм… простите. У Вашего сына огромное количество прогулов, мистер Старк. Нужно что-то с этим делать. — Ох, я обязательно с ним поговорю, — сказал Тони, доставая из нагрудного кармана конфетку и закидывая её себе в рот. Лицо директора покраснело от злобы, но он изо всех сил старался держать себя в руках. — Вы относитесь к этому несерьёзно! — взвизгнул мужчина. Тони пожал плечами, кидая фантик в сторону мусорной корзины. — Почему же не серьёзно? Я абсолютно серьёзен. — Он показушно нахмурил брови и помахал пальцем перед лицом Питера, а затем обратился к директору. — Кстати, будете конфетку? Вкусная. Тони улыбался, Питер краснел и старался не говорить ничего, директор взрывался от злости. Вот так Тони Старк вывел из себя обычно спокойного директора мидтаунской школы меньше чем за минуту. Он напомнил себе записать это как свой личный рекорд. Джонс вдохнул, выдохнул, чуть прикрыл глаза и, успокоившись, продолжил: — Хорошо. Надеюсь, Вы действительно поговорите об этом с Питером. Но есть ещё одна проблема помимо прогулов. Его успеваемость значительно упала. Если раньше он был одним из лучших учеников не только класса, но всей школы, то сейчас ему в срочном порядке нужно подтягивать почти все предметы. Помолчав минуту, Тони внимательно посмотрел на Питера и протянул: — Да Вы что-о. Я, честно, не знал. Я поговорю с ним. Обязательно. — Он выдержал паузу и продолжил: — Только после того, как хорошенько отшлепаю его за непослушание. У нас эта практика хорошо развита. Не правда ли, Пит? Питер покраснел до самых кончиков ушей и отвернулся к стене, сразу же подмечая, какая же она интересная. Директор Джонс хотел бы пропустить эту фразу мимо ушей, но не удержался и сказал: — Да что Вы за отец такой? — Я? Я прекрасный отец, правда. Видите, какого сынишку, — Тони рассмеялся, — вырастил. Питер краснел всё больше и всё больше отворачивался от мужчин. Ему было и стыдно, — за себя в первую очередь — и смешно — так над директором ещё никто и никогда не потешался. Он еле сдерживался, чтобы не засмеяться вслух. В отличие от Старка, который уже во всю веселился. — Хорошо, — в который раз сказал Джонс. — Но я всё же хочу больше узнать о прогулах Питера. Я надеюсь, Вы в курсе, где он пропадал в эти дни… — Он хлопнул в ладоши и достал какие-то карточки из тумбы, встроенной в стол. — Семнадцатое февраля? Тони вздохнул, подумал секунду и ответил: — У нас прорвало трубу, а мой муж не хотел её чинить. Пришлось просить Питера. — Простите, Ваш муж? — переспросил директор. — Да, мой муж. Вы против? — Тони был явно развеселён. — Вы слышали про доктора Стивена Стрэнджа? Вот это он. — Я абсолютно не против. Давайте дальше. Десятое и одиннадцатое марта? — Хомячок умер. А потом были похороны. — Третье апреля? — Наш пёс хотел покончить с собой. Бедный парень… — Двадцать третье апреля? — Наш дом окружили террористы, пришлось отбиваться, а потом я подумал, что Питеру будет лучше, если он останется дома. Всё-таки такой стресс пережить. — Двадцать пятое апреля? — Ох, наш пёс — его, кстати, Клинт зовут — снова пытался выпрыгнуть из окна. — Тридцатое апреля? — Рыбка умерла. — Седьмое мая? — Мой дорогой муж решил обучать нашего сына магическим искусствам, полностью наплевав на школу. Я надеюсь, Вы его простите. — Обязательно. И, наконец, вчерашний день. Почему Питер не пришёл вчера. — В лаборатории снизу произошёл взрыв, который задел его. Совершенно случайно. Идти в школу было опасно для его здоровья. Джонс выдохнул. — А оставаться в доме, где на каждом шагу можно встретить опасность — безопасно, — прошептал он себе под нос, но и Тони, и Питер его услышали и тихонько засмеялись, чтобы их не заметили. — Вы же понимаете, что это его пропуски только за последние три месяца? Я даже не знаю, сколько их всего за последние два года! — Мы обязательно проведём с ним профилактическую беседу, — фыркнул Тони. — Спасибо. А теперь вы можете быть свободны, — заключил директор, принимаясь за свои дела.

***

— Как думаешь, он поверил? — на выходе спросил Тони. — Я думаю, что нет. Но это же правда. — Питер задумался. — Вот только зачем вы сказали, что доктор Стрэндж ваш муж. Если он узнает, он вас убьёт. Реально убьёт. Тони приложил палец к губам, наклонился к самому уху Питера и тихо прошептал, смеясь: — А мы ему не расскажем.