Your Best Enemy

Эй, милая, хочешь почувствовать вкус стали у себя на языке? Она холодная, но чуть обжигает, горькая и сладкая одновременно, дразнит и вселяет ужас. У тебя хватит сил снять с себя эту гребанную юбку до колена, кашемировый свитер, идеально начищенные лаковые туфли и, конечно, то бежевое пальто, в которое ты кутаешься каждый раз, когда оправдываешься. Которое оставляешь распахнутым каждый раз, когда приближаешься походкой несвойственной добропорядочным домохозяйкам из пригорода. Хватит ли у тебя сил. Снять. Это. Гребанное. Трепье. Милая? Приятно произносить твое имя, милая, это будто впервые ощутить, как кокаин окрашивает мир в яркие цвета, заряжает его энергией, драйвом, опасностью и вседозволенностью. Губы сжимаются в тонкую линию, затем рот открывается, выдыхает воздух в морозную ночь, и, наконец, язык касается неба быстро, почти невесомо. Так оно ощущается, милая. Так ощущается кайф. Эй, милая, ты хочешь стать королевой? Так убей короля. Не говори, что не знаешь правила игры, ты знаешь. Это будто песнь в твоей крови, первородный инстинкт, необратимость выбора, и пушка в твоей руке, Бет, о, она выглядит потрясающе. И почти хочется, чтобы ты выстрелила, зажмурилась от звука, и пальцы сжали ствол еще крепче. У тебя хватит сил спустить курок, милая? Как ты там говорила копу? Он спустил твои трусики вниз? Он трахнул тебя на обеденном столе? Он задержался до самого конца, до момента, когда милые детишки вернулись из школы? Может, он опустился перед тобой на колени? Может он вылизывал тебя, пока их пухлые пальчики жали на дверной звонок, но ты не в силах была оторваться от его языка? Что же ты медлишь, милая? Стреляй. Могу поспорить, что твои слезы обжигают. Могу поспорить, ты не хочешь выбирать. Между мной и своим жалким муженьком. Ненависть одинакова, никто из нас не может рассчитывать на большее, и ты делаешь выбор не между мужиками. Ты умная, милая, ты делаешь выбор между прошлым и будущим, хотя, на самом деле, насрать, что ты предпочтешь. Ты уже одной ногой во тьме, под землей, среди крыс, купающихся в поддельных деньгах, и тебе это нравится: раз почувствовала вкус и уже не оттащить, пока не разорвешь всех, кто стоит на твоем пути. Так кто же стоит на нем, милая? Рио, чья пушка с завидной регулярностью наставляется тебе в лицо, который так честен в том, что ему хочется вышибить тебе мозги, пустить кровь, разгромить этот чертов дом до последнего кирпича, в затем поджечь? Муж, не умеющий удержать свой член в штанах, придумал себе рак, лишь бы пыхтеть на тебе, пока не найдется другая молодая шлюшка, на которую можно спускать деньги? — Элизабет, — пора решать, милая. Мы все заждались И ты стреляешь. Умница, милая. Ты здесь, чтобы побеждать.