Your Best Enemy

Бет смотрит на свои руки и не узнает их. На коротко стриженных ногтях сверкает глянцем алый лак, будто ягоды остролиста мелькают сквозь листья. Или клюквенный соус на белоснежной тарелке. Или капли крови на лацкане накрахмаленной рубашки. Память шутка такая. С ней не поспоришь, ее не обманешь, не переубедишь, не перехитришь и не отвернешься просто так, гордо взмахнув волосами. Не уйдешь вдаль, наплевав на последствия. Зато она одурачит тебя в два счета, вывернет все наизнанку: эмоции, мысли и желания будто в кривом зеркале будут отражаться. Бет улыбается через силу соседям и идет на кухню, неся в дрожащих руках кувшин с лимонадом. Он, кстати, из красной смородины, и это почти смешно, ставить его на обеденный стол, который она, — вроде бы, кто уже вспомнит, — выдраила начисто не один раз, а от него все равно воняет кровью и страхом. Чьими только? Их в комнате было трое, от этой картины ей никогда не скрыться, но Бет точно знает, кто не боялся. Кто все просчитал. Кто знал ее лучше, чем она сама. Ей бы хотелось забыть, что она спустила курок. Хотелось бы притвориться, что она безутешная вдова. Со вдовьими глазами, во вдовьем платье и под вдовьей печатью неприкосновенности, но вот только лак у нее на ногтях такой вызывающий, как огни вывески какого-нибудь захудалого борделя, что тут уж ничего не попишешь. Бет не жаль, и она боится, что другие это заметят. Еще больше ей жаль, что она вынуждена картинно оплакивать слабака, который трахал тупую секретаршу и выдумал себе неизлечимую болезнь. Который бежал от проблем, ставя ее перед выбором, который не должна делать домохозяйка из скучного пригорода. Жизнь заставила ее оказаться на этой чертовой кухне с оравой плачущих детей и кровью на руках? Или Бет всегда была жадной до денег, мести, адреналина и власти? — Красивый цвет, — шепчет Рио ей в ухо, прямо около места, где упрямый рыжий завиток огибает мочку. Он всегда приходит из ниоткуда, удивляться этому глупо, но привыкнуть невозможно. Словно ночной кошмар или мутное, вязкое желание, которые всегда появляются неожиданно не вовремя, но и являются отражением действительности. Бет шлет его к черту. Бет улыбается.