Веер, сабля и метка цвета киновари

В Нечистой Юдоли сегодня было многолюдно. Пребывали гости, сновали слуги, глава клана Не Минцзюе ходил туда сюда и отдавал приказания. Сегодня был день рождения младшего господина Не, но о виновнике торжества, казалось, все забыли. Он, словно тень, бродил по коридорам, принимал поздравления от глав других кланов, а потом снова бродил неприкаянный. Пока не началась официальная часть он был предоставлен самому себе. И вроде бы ничего такого в этом не было, но вся это кутерьма невероятно раздражала, а еще не давала поймать Чифен-цзюня одного. Не Хуайсан бродил по коридорам, близь главного зала, и старался не попадаться никому на глаза, когда сзади послышались чьи то шаги. Не желая быть замеченным он тут же юркнул за тяжелую партьеру и затаился. Ждать пока пройдет незнакомец долго не пришлось, а как только младший Не выглянул стало ясно, что это был не незнакомец. Старший брат широко расправив плечи и одетый в парадные одежды удалялся вдаль по коридору. Самое главное он был один. — Брат, — Хуайсан быстро догнал старшего и потянул за широкий рукав ханьфу, привлекая внимание к свое скромной персоне. — Старший брат может уделить мне пару минут? — Большими наивными глазками смотря в лицо Минцзюэ он улыбнулся. — Конечно, А-Сан, что ты хотел? — Плечи Минцзюэ расслабились и он, кажется, тоже улыбнулся, совсем чуть-чуть. — Я… — Хауйсан замялся, опустил взгляд, позволил нежному румянцу залить щеки. А потом бросил взгляд из-под полуопущенных ресниц. — Пообещай, что выполнишь мою просьбу. Младший Не прекрасно знал как такие взгляды и действия влияют на брата. После этого Минцзю-сюн соглашался на все. А Хуайсан только рад был состороить из себя невинную овечку и немного поиграть на струнах души дагэ. — А-сан, разве я тебе когда-нибудь отказывал? — И то верно, старший брат редко отказывал, особенно если так просить. Только если речь шла о покупке нового веера или другой красивой безделушки система давала сбой. — Сегодня же мой день рождения, и я хотел попросить… — Он снова опустил глаза в пол, делая вид что стесняется, теребя рукав ханьфу брата и доводя терпение того до предела. А потом поднял руку к вороту своих одеяний и оттянув их к плечику наклонил голову вбок. Шелк волос, собранных в замысловатую прическу, соскользнул с плеча и открывая красивый изгиб шеи. — Укуси меня… Эта наигранная невинность хорошо била по нервам Минцзюэ. Особенно потому, что только он знал, каким ужасно извращенным может быть Хуайсан на самом деле. Как громко он стонал, кусая губы и подмахивая бедрами сильным движениям; как без тени смущения шептал пошлости на совете кланов и незаметно трогал там, где не следует, возбуждая старшего брата; как останавливал главу Не в пустых коридорах, соблазняя, целуя в шею, а потом посасывая пальцы того, кидая томные взгляды из-под ресниц, и позволяя не умеющему сдерживаться Минцзюэ взять себя прямо там. И это смущение так резко контрастировало с тем, что помнил старший Не. Даже если он и хотел отказать сначала, сейчас он уже не мог этого сделать, взгляд прикипел к открытой шее. Минцзюэ обнимает младшего за талию, прижимает к себе и сначала целует, там где шея переходит в плечо, где все скроет ханьфу. А потом кусает, оставляя след от зубов, прокусывая до маленьких капелек крови под кожей. Через некоторое время там будет большой синяк, но Хуайсан будет доволен, об этом говорит его реакция. Младшего Не всего выгибает в сильных руках брата, по телу словно электрический разряд проходит, заставляя прижаться, сильнее откинуть голову. Он едва не стонет, от нахлынувших ощущений закатываются глаза и подкашиваются ноги. Может показаться, что ему больно, но на самом деле ему невыносимо хорошо. Шея всегда была его слабым местом, а укусы особой любовью. А еще он любит следы что оставляет на его теле старший брат. И от смеси боли, желания, острых ощущений и прикосновений любимых сильных рук его ведет, не хуже чем от крепкого алкоголя. Минцзюэ прижимает Хуайсана к себе, удерживая на ногах, пока тот не приходит в себя и не разжимает пальцы, прекращая стискивать его одежды. У них обоих сердца бьются слишком быстро, только младший получил, что хотел, а старший только распалился. В награду, тонкая нежная ладошка касается его щеки, а в другую щеку целуют нежные губы. Ухо опаляет шепот: — Спасибо, дагэ — Не Хуайсан легко выскальзывает из объятий и быстро убегает обратно по коридору, оставляя брата тяжело дышащим и слишком расслабленным, чтобы сойти за грозного воина. Им обоим нужно успокоиться, зато теперь праздник не будет настолько скучным.