Поспорим?..

Когда Его величество Роджерс водрузил свои кулачищи на его стол и продолжил что-то сердито бубнить, Броку все же пришлось отложить бумаги и приспустить ниже очки, демонстрируя внимание. Он совсем не понимал сути претензий и, честно говоря, не хотел понимать. Будь это в его силах, то без колебаний выгнал бы Роджерса из своего уютного, светлого и ранее казавшегося таким просторным, кабинета. Когда по зданию пронесся взволнованный шепоток о явлении самого Кэпа, мать его, Стивена Роджерса, в их сугубо мирный и далекий от любых потрясений офис, самого Брока это волнение не задело – ему было откровенно похуй на любые явления. За свою работу он не переживал – лучшего аналитика еще поискать, тем более с боевым опытом. Да и возраст был у него такой, что глупо дергаться лишний раз из-за визитов начальства. Тем более его прямым начальником Роджерс больше не являлся – так, всего лишь руководитель боевого подразделения в головном отделении, с которым их офис имел лишь активный документооборот. И такое положение дел Брока вполне устраивало, более того – это было достигнуто им целенаправленно, после того, как осознал и принял тот факт, что годы больше не позволяют выдерживать сумасшедший ритм командира боевой группы. Он тогда впервые промахнулся, потому что мишень на мгновение расплылась мутным пятном, а после все сложилось в одну печальную истину – Брок состарился. Уже и по утрам он не мог без долгой разминки легко подняться с постели, как это обычно происходило в молодости. Суставы начали поскрипывать, давление пошаливать, да и в тренировочном забеге он поймал себя на одышке. Брок никогда не позволял себе обманываться, поэтому не стал тянуть и подал заявление о переводе на кабинетную работу. Мария даже к себе его вызывала, допрашивая с пристрастием: не задумал ли Брок таким образом выбить себе дополнительные бонусы. Этой суке не верилось, что еще крепкий и мощный на вид мужик вот так вдруг решил уйти в отставку. Потом долго уточняла, почему Рамлоу желает оказаться как можно дальше от Нью-Йорка. А Брок просто не хотел испытывать неловкость при встрече со своими парнями из команды, точнее, не хотел, чтобы тех коробило присутствие постаревшего и ни на что не годного бывшего командира. Ни к чему мозолить им глаза, парни еще молоды, не стоит им видеть то, что их ждет в лучшем случае, потому что в худшем их трупы останутся безымянными где-то в жопе мира. Сожалеть о том, что ты стареешь – глупо. Обидно, не без этого, но повернуть время вспять невозможно, а подписываться на бессмысленные акции было не в его духе. Рамлоу вообще старался ко всему подходить с умом – проверял и перепроверял все, хоть и выглядел этаким бесшабашным и легким на подъем. Эти осторожность и вдумчивость относились ко всему: к выбору миссий, к выбору людей, которых он пускал за свою спину, и конечно, к планированию своего будущего. Свой отряд он сколотил не быстро, но каждый из парней был подобран тщательно, команда отлично сработалась, за многие годы он не потерял ни одного из тех, кто шел за ним. Были ранения, реабилитация – но ничего серьезного и фатального. А главное, стопроцентное выполнение миссий, так что слава его команды была заслужена. И дело тут было не столько в гордости или самолюбовании – просто Брок всегда был последователен, и по такому же принципу подходил ко всем аспектам своей жизни. К примеру, когда он наработал известность и репутацию, то очень хладнокровно и прагматично выбирал место, где прослужит до пенсии. И поскольку Брок был достаточно известен – то это он выбирал, а не просился, как многие. Вариантов было несколько, но один нравился Броку больше остальных. Сам Госсекретарь Александр Пирс снизошел до удачливого наемника – и его предложение выглядело очень заманчивым. Госдеп – это не частники, которых в любой момент могут национализировать. А еще у Пирса была отличная замануха для Брока, который был жаден до лучших из бойцов. У Пирса имелся восхитительный и загадочный универсальный боец, прямо как в старом фильме – идеальный солдат. Четыре незабываемых миссии, где раз от раза у Брока просто сносило крышу. Запакованный с ног до головы в черный кевлар, с маской на лице, этот парень показывал настоящий класс. Парню с позывным Зимний Солдат даже пара лишних дырок в теле не помешала двигаться с запредельной скоростью, а как он дрался – боже! От одного любования за тем, как тот двигался, запросто можно было кончить. И Пирс весьма успешно подманивал Брока на возможность заполучить этого парня в свой отряд. Брок даже не сомневался в своем ответе, когда отправился на очередную ЛИЧНУЮ встречу с этим человеком в Трискелион. И разговор поначалу складывался гладко. Потому что… ну нравились Броку идеи Пирса. Все это в стиле «Порядок через боль» ему импонировало. Он был практиком, а потому прекрасно понимал, что иногда стоит прижать какому-нибудь мажору яйца и боль сразу помогает навести порядок, да и все моральные принципы довольно сильно корректируются, когда собственные руки по локоть в крови. И Брок уже почти сказал «да», когда вдруг Пирс упомянул Гидру. Нет, тогда Брок не был в курсе, но это неприятно зацепило. И вместо недвусмысленного согласия Брок неожиданно для себя вильнул, произнеся: - Ваше предложение выглядит превосходно… Пирса это задело, настолько, что тот впервые показал другую эмоцию, кроме холодного радушия, снизойдя до практически уговоров. - Не думаю, что вам стоит колебаться. Вряд ли вы получите лучшее предложение, и будьте уверены: моя поддержка многого стоит. И в вашем распоряжении окажется Зимний солдат – вы ведь хотели этого? Самая превосходная боевая единица, безукоризненно исполнительная, по физическим параметрам превосходящая любого самого сильного и тренированного человека. Насколько я помню – вы от него в восторге, не так ли? - Да, конечно, мистер Пирс – таких как он, я никогда не встречал, но мне требуется еще немного времени, чтобы оценить все риски. Я серьезно отношусь к выбору, который определит мое будущее. Выбрав сторону – я ее не меняю. – Брок не врал и Пирс, прекрасно это ощутивший, не обрадовался такому ответу. Возможно, поэтому не привыкший к отказу чиновник и проговорился. - Вы особенный человек, мистер Рамлоу, - и на вопросительно дернувшуюся бровь добавил, - на удивление, не имеющий никаких привязанностей… - последнее Пирс произнес раздраженно и, судя по тому, как оборвалась фраза и поджались губы, сразу пожалел о сказанном. А Броку такой обмолвки оказалось более чем достаточно, чтобы понять размеры нехорошо пахнущей задницы, в которую его пытались утянуть. Своей интуиции он привык доверять, а слова Пирса только все подтвердили. «Нет привязанностей» говорите? То есть, нет тех, кем можно шантажировать? Это было его болью и его свободой – у Брока не осталось никого из родных. Да, можно было попытаться зацепить его через Страйк, только тут выходила досадная промашка. Брок, конечно, ценил своих парней, тянул их, как мог, отмазывал, прикрывал. Но всегда легко отпускал, едва кому-то приходило в голову изменить что-то в своей жизни. Рамлоу не собирался удерживать рядом тех, кто смотрел на сторону. И был готов перешагнуть через кого угодно – вот такой он мудак. Его не заботили близкие его парней, впрочем, в его команде смогли удержаться только такие же, как и он, шизанутые одиночки. Так что да, тут у Пирса вышел облом. Никого из Страйка шантажировать не вышло бы, в бою, на миссии, каждый закрыл бы собой соратника, но когда бой закончен, то у каждого свой путь. Жаль было обломиться с Зимним, но… во время выбитой у Пирса отсрочки для «надо подумать», на горизонте всплыл ЩИТ с размороженным Капитаном Америкой. Предложение Фьюри Брок выслушал с недоумением. Его настораживала не работа с супером, уж после Зимнего он был вполне готов к этому, а то, что Фьюри в разговоре расточал комплименты Пирсу… И тогда-то он вдруг вспомнил. Так удивительно сошлись звезды. Роджерс. ЩИТ. Гидра. Разве что раньше вместо ЩИТа было СНР – историю Брок изучал на вполне приличном уровне, просто поначалу не соотнес Гидру с той ГИДРОЙ, а кто бы сразу сообразил в нынешнее время? Резко захотелось послать всех сразу на хуй и продолжить работать в частном порядке. Но потом сходил в музей, освежил память и подумал, что старость все же лучше встречать на правильной стороне. То есть на той, что победит. Потому что если всплыл Кэп, то Гидре пиздец, и если она все же выживет, то скорее всего ей придется долго и мучительно собирать себя по крупицам… пока Кэп или кто-то ему подобный, снова ее не раздолбает. Брок согласился на ЩИТ с условием, что будет работать лишь с Роджерсом, и на Гидру, с трудом, но выторговав право голоса при выборе миссий, с прямым подчинением Пирсу, но при полном контроле Зимнего солдата. Который Барнс. Ни Фьюри, ни Пирс после подписания договоров счастливыми не выглядели, чувствуя, что их где-то наебали, но пока не понимая где. Подстраховка с Фьюри перед Пирсом не позволяла последнему слишком наседать, ограничивая меры воздействия. Брок прекрасно понимал, что долго юлить у него не выйдет и целеустремленный Александр Пирс, Госсекретарь Национальной Безопасности, не успокоится, пока не сможет прижучить его и отыграться за игры в независимость. Поэтому расслабляться возможности не было, двойная жизнь более чем стимулировала паранойю и осторожность. Конечно, своим открытием по идентификации суперсолдата Гидры Брок собирался поделиться только с определенной личностью. Музей и растревоженная воскрешением Роджерса память помогли опознать парня в наморднике, а также определить линию поведения. Работать в любом случае он собирался только в своих интересах. И да, чем больше он был «слугой двух господ», тем больше разочаровывался. Откровенно беспринципная подлость одних и пафосная близорукость других неимоверно раздражали. Мощь суперсолдат его восхищала, не без этого, но и только. Зимний был несчастным бесправным рабом, Капитан – выгоревшим изнутри ходячим набором правил. По-человечески их было жалко, но насколько же хлопотно было соблюсти и их интересы тоже. Возможно, выбор между ЩИТом и Гидрой был не самым умным, между ними оказалось маловато разницы и очень много общего. Манипуляция, фрагментация, двуличие. Пирс сам бросил темный камешек на чашу весов своей маниакальной жаждой использовать слабые места всех без исключения, вне зависимости от того, противник это или соратник. Фьюри тоже был любитель играть втемную, но предпочитал опутывать всех паутиной долга и обязательств, не чураясь подтасовать факты, лгать, вольно трактуя закон и легко изменяя моральным принципам. Впрочем, последним страдали почти все руководители, как государственных, так и частных компаний. Но на стороне Фьюри был Кэп, который, несмотря на свою неприкаянность, обладал одним неоспоримым качеством – идти до конца не жалея живота не ради абстрактного, но ради живых людей, а не их кошельков, идеологии и национальностей. А значит, рано или поздно этот бравый парень с плаката тряхнет мир в попытках уничтожить Гидру. Не факт, что справится, но несколько голов уж точно сумеет срубить. Так что Брок решил немного помочь не ЩИТу, но Кэпу, а заодно вытащить из дерьма зомби-беднягу Барнса. Знал, что затея хлопотная и без гарантированного результата, но рискнул. Раз уж он обратил на себя пристальное внимание двух противоборствующих гигантов, то избежать участия в будущей драке ему все равно не удастся, поэтому стать участником грядущего пиздеца он решил на своих условиях. Со своими планами в ограниченном варианте Рамлоу поделился лишь с Роллинзом, без помощи которого пришлось бы в разы сложнее, и в очень урезанном варианте с остальной командой – потому что те должны понимать, во что их командир решил втянуть. Поиграть на два поля, стать двойными агентами и оказаться в итоге на стороне самого Капитана Америки оказалось всем по душе. Даже пришлось остужать зашкаливающее воодушевление. Вот так Брок и вписался в это сумасшествие. И, сказать по правде, хоть и жалел потом не раз, но все же именно его участие, по его совсем не скромному мнению, и стало той самой соломинкой, что переломила хребет верблюда. Рамлоу справился. Хлебнул дерьма, но ему не привыкать к такому. Зато и Зимнего из Гидры вытащил, и Пирса сумел красиво подставить, и пройдоху Фьюри вывести на чистую воду перед Кэпом. Ну и очки себе заработал у того же Кэпа за счет спасения Барнса. А очки у Кэпа – это весомо. Чистота помыслов Кэпа, его легендарная биография сделали из Роджерса безупречного национального героя, к мнению которого невозможно не прислушаться. Вот и вышло всё, как Брок запланировал: сумел правильно выбрать сторону, украсить себя геройством на благо мира и процветания, и свалить в итоге в тихое уютное место, доживать свой век с существенной добавкой в виде зарплаты к пенсии по возрасту, и с гарантированным профитом от «благодарного» государства. Справился. А теперь ни с того, ни с сего его Звёздно-полосатое высочество вдруг явилось к нему выражать свое недовольство – вот какого хрена, а? Брок пытался понять суть претензий, а в голове крутились аналитические выкладки по последнему делу, вкупе с просмотренным отчетом всё выходило тип-топ. Он нашел ушлых ворюг, из-за которых вот уже второй год их отдел, как, оказалось, обламывали с годовой премией. Твари приспособились списывать нецелевое использование снаряжения в таких суммах, что годовой баланс не сходился, а закрывать дыру приходилось за счет лишения всех премий и надбавок, из-за чего все в офисе выли воем и смотрели друг на друга волками. Что ж, они не знали, что с Рамлоу такой фокус не пройдет. Суки, хрен им, а не обломать Брока на круглую сумму, у него имелись шикарные планы погреть косточки на курорте и потискать легкомысленных пташек, готовых ублажить стареющего и богатого гринго. О, кажется, Брок слишком сильно увлекся мечтами, потому что едва не сверзился со стула, когда физиономия Роджерса оказалась слишком близко, а стол надсадно заскрипел под весом сверхчеловека. - Рамлоу! - Бл… Роджерс, стол-то чем тебе не угодил? – Брок опасливо подтянул к себе ноут, чтобы этот чертов бугай его случайно не раздавил. Синие глаза напротив и не подумали отстраняться, разве что густые брови на мгновение взмыли вверх и снова свелись в одну грозную линию. - Рамлоу, хватит меня игнорировать! - Да где уж мне, - буркнул Брок и попытался отъехать вместе с прижатым к груди родным ноутбуком и драгоценными, обличающими прохиндеев, выкладками. Стул подвел, точнее стена, что оказалась за спиной, не давая простора для маневра, - чего надо-то? - Рамлоу, - Роджерс внимательно отследил попытки Брока отстраниться и поджал губы, - почему ты это сделал? Чего ты этим хотел добиться? Извинений, преследования, просьб? Я жду объяснений! - Э… - сказать, что Брок охренел – ничего не сказать. Эта реакция Роджерса не порадовала, но зато Кэп всё же перестал нависать над Броком, а выпрямился и сложил свои ручищи на внушительной груди. - Я жду, и не надейся, что позволю отмолчаться. - Роджерс, - вкрадчиво, как с бешеным зверем, начал Брок, - а где я тебе дорогу перешел, и в чем напортачил, что ты прискакал ко мне такой взвинченный? - Не делай вид, что не понимаешь, - тут же возмущенно запыхтел Роджерс, - ты провернул всё втихаря, исчез без предупреждений и объяснений. Перевелся в самую отдаленную глушь, сбежав как последний трус. - Трус? – Брок преувеличенно спокойно отложил в сторону на надежную тумбочку ноутбук, отзеркалил позу Роджерса, только в сидячем виде и вопросительно задрал бровь. Обычно этого выражения хватало, чтобы весь Страйк вытягивался во фрунт и начинал каяться во всём и сразу. Видать, хватку он не потерял: по Роджерсу было заметно, что тот едва успел себя остановить, чтобы не встать в уставную стойку. - Рамлоу, какого черта? - Не выражайся, Кэп, - цыкнул Брок, - это я должен спросить, с чего вдруг ты словно подорванный прискакал выяснять со мной отношения и по поводу чего такой взрыв. Долгов и косяков за собой я не помню. И мой перевод, как и мои личностные качества, лично тебя уже не касаются. - Ты… Брок, - сдулся Роджерс, - почему ты ушел? Что я сделал не так? - Ты-то тут при чём вообще, Роджерс? Каким боком мой уход с оперативной работы должен касаться тебя? - С такой, что ты командир моей группы прикрытия, с которым я привык работать, и в чьей компетенции не было никаких нареканий. Командир, который вдруг оставил свое место работы, свою команду и… просто вдруг перевелся на кабинетную работу, да еще у черта на куличках! - Не вдруг, - перестал давить Брок и устало потер переносицу, - возраст, Роджерс, есть такая неизбежность у обычных людей, когда прыгать горным козликом уже не под силу… - О чем ты? – возмущенно подался к нему Роджерс. – Ты молодым фору дашь, ты… - Я уже на пенсию собираюсь, и зрение подводит, - сварливо оборвал его Брок, скосив глаза на офисные часы, которые показывали время полдника, а значит, его ждала вкусняшка, съесть которую хотелось без лишних свидетелей и жадных глаз, - так что будь мне благодарен, что я вовремя съебался, не успев никого подвести, и молодым дорогу освободил. - Зачем ты так, Брок? Зрение можно проверить, Хелен чудеса творит… - Роджерс трагично заломил бровки, - а я думал, ты для солидности очки надел, тебе, кстати, идет… - Э… - снова не нашелся сразу со словами Брок, - спасибо, конечно, я в курсе, что охрененно круто выгляжу, но от возраста не лечат, Роджерс, так что раз мы со всеми неясностями разобрались, то спасибо, что проведал и всего хорошего. У меня еще работы до хрена и выше. - Нет, - стол надсадно скрипнул песнь умирающего лебедя, когда Роджерс все же рискнул душевным равновесием Брока и примостил свой зад на охеревшей от такого поворота событий мебели, - я не уйду. Ты не отговоришься этими глупостями. Думаешь, нашел отличный предлог и сбежал, а мы тебя отпустим. Вот так просто? - Мы, – Брок тяжело повторил за Роджерсом главное и опасливо зыркнул в сторону хлипкой двери, за которой возможно стояла вторая, еще более отмороженная, часть этого «мы». - Мы, - согласно кивнул Роджерс, - именно поэтому я так разочарован и даже зол. Ты сбежал не только от меня, но и от Баки. После всего… как ты мог, взять и просто уйти? - Да после чего «всего»-то? – завелся Брок. – Чего ты от меня сейчас добиваешься, понять не могу. Все из-за того, что я заблаговременно не предупредил о своем переводе? Тут ты в канцелярию претензии предъявляй. Ты ведь в курсе, что в боевых подразделениях возрастной порог до сорока пяти? И если не забыл, то я его уже давно перешагнул. Ты ж не слепой, должен был заметить, что в отряде нет никого старше тридцати пяти, и как я, никто не задержался. Все, кто дожил до этого возраста, обычно или сваливают на вольные хлеба, или переходят на кабинетную работу. Конечно, тебе с твоим анамнезом все это трудно воспринять, но такова реальность, привыкай, что люди вокруг будут меняться, ротация кадров неизбежна для нормального функционирования боевого отряда. Слабакам там не место. - Это… - Роджерс заметно замялся после такой отповеди, но упрямо продолжил, - во-первых, ты не слабак, не надо излишней скромности. Во-вторых… ты мог остаться в головном офисе, там тоже есть аналитический отдел, а не сбегать так далеко. И в-третьих. Ты мог остаться в качестве тренера, сам знаешь, лучше тебя никто парней не построит, да и мне с Баком ты всегда давал отличные советы. - Так, ладно, давай доковыряем этот гнойник, - мрачно кивнул Брок, - ты прав, я не слабак, но прежний темп уже просто не выдержу. Никакой ложной скромности – мои прежние результаты мне сейчас не по силам. Я трезво оцениваю себя и в снисхождении не нуждаюсь. Во-вторых. Это мое дело и мой выбор, даже пожелай я в тундре яйца отсиживать – это МНЕ решать, ясно? В-третьих – что за чушь ты несешь? Уходя – уходи. Тренеров и без меня выше крыши, а мозолить глаза своей стареющей и дряхлеющей персоной тем, кого привык гонять в хвост и в гриву – просто НЕ ХОЧУ. Доступно объяснил? Дверь там, а у меня еще дела и очень мало времени. - Брок… - Роджерс – свали. Точнее, прошу покинуть мой кабинет, поскольку вы мне мешаете. - Не надо так, Брок. - Мне что, подать заявление о преследовании? Нет? Отлично, тогда закройте дверь с той стороны, Капитан… Полковник Роджерс. Всего доброго. Брок демонстративно уткнулся в ноутбук, игнорируя Роджерса, не видя смысла снова толочь воду в ступе. Роджерс не уходил. - Брок. - Брок. - Брок. - Бр… - Роджерс, - процедил Брок, стараясь не рычать на «р» и не шипеть на «с», - мы что-то еще не обсудили? - Ты нам нужен. - Сочувствую. Всё? - То есть, мы для тебя ничего не значим? Ни я, ни Баки? Ты просто взял и выбросил нас из своей жизни, как паршивых котят… - Котят? – суки из обеспечения вымелись из головы Брока начисто, потому что… - Что за хрень, Роджерс? – страшно захотелось курить, но Брок уже месяц как пытался бросить, чтобы не выхаркивать свои легкие в старости, которая уже распростерла над ним свое морщинистое дряхлое крыло. – Ты вообще помнишь, кто я? Я вот помню. И как-то не припоминаю никаких родственников с фамилиями Роджерс и Барнс, как и подписанного даже не кровью, а простыми чернилами обязательства кружить спутником вокруг двух столетних звезд. - Не надо так, Брок, - поморщился Роджерс, вздохнул и замер от подозрительного треска под ним, а Брок озадаченно прикинул, как будет объясняться за порчу офисного имущества: «разъебан в хлам задницей Капитана Америки», что ли? - Еще раз, внятно: чего ты от меня хочешь, Роджерс? - Вернись. - Нет. - Почему? Аналитический отдел и тренировочная база на разных этажах, если ты не хочешь видеть своих. - Нет, Роджерс. Я не хочу видеть не только своих ребят, но и тебя с Зим… Барнсом. И мне хорошо тут. - Почему? - Роджерс, хватит, - Брок грустно проследил за стрелками часов, ясно указывающих на наступивший законный перерыв, и перевел сердитый взгляд на надоевшего до печенок Кэпа. - Если вам с дружком требуется тренер, то могу подыскать несколько кандидатур на выбор, но своего решения не поменяю. - Я не могу с этим согласиться, Брок. И Баки не заслужил такого. Ты должен вернуться. - Да с чего бы я ДОЛЖЕН? Всем кому должен – прощаю, и… - Брок, пойми: ни я, ни Бак не ожидали от тебя такого. И скажи спасибо, что это я говорю с тобой, потому что Баки собирался… - Плевать, что там собирался Баки и чего вы двое ожидали от меня. Моя жизнь отдельно, ваша – отдельно. - Ты не понимаешь, да? – вдруг очень странным голосом спросил Роджерс. Очень мягким, очень… Брок настороженно отодвинулся к стене до упора. Вовремя. Роджерс, забыв о ненадежном столе, подался к нему ближе, и несчастная мебель не выдержала: освобождено затрещав, стол злорадно сложился мелкими обломками, подло уронив к ногам Брока Капитана Америку. Жаль, что ловкость Кэпа осталась при нем, и тот не пропахал своим шнобелем пол, приняв позу для отжимания, но сам факт… реально жаль: ни камер, ни журналистов, чтобы запечатлеть такой горячий кадр. А какая бы скандальная вышла статья с наглядной иллюстрацией: «Кэп у ног старпера»… Все эти мысли промелькнули и пропали. Брок, человек действия, пока Кэп падал, времени не терял, схватил ноут с тумбочки, краем глаза оценил композицию «суперчеловек отжимается» и дал деру – потому что нафиг-нафиг такие пирожки с котятами. Тут такое дело: вроде и не виноват, но крайним назначат именно его, особенно если эту картину увидит Барнс – Брок не питал иллюзий в отношении легендарного Зимнего солдата, слишком уж хорошо изучил порожденного Гидрой монстра. Тот сначала убьет, потом в лучшем случае пожмет плечами, если вообще не проигнорирует упреки. А у Брока большие планы на спокойную старость и на премию, которую он предвкушал, как потратит. Поэтому едва Кэп отжался от пола, Брок уже опасливо выглянул за дверь, с облегчением выдыхая: Зимний не обнаружился. Значит, Роджерс прибыл один и это уже неплохо. Покричит, похмурится, но в итоге отвалит. Национальный герой и образец для подражания не опустится до физического насилия, в отличие от Барнса, которому правила не писаны. *** Кларисса Маккой, та еще стерва, его непосредственная начальница в этом захолустном отделе ЩИТа и кажется ровесница суперов, цапнула его за руку на середине забега и с недюжинной силой для ее габаритов, затащила в… подсобку? Броку даже как-то неудобно стало. Детский сад прямо. Тщательно уложенные и завитые локоны цвета морской волны пахли почему-то сиренью, стоять было тесно, и все что мог Рамлоу сделать для соблюдения приличий (находясь в тесноте в полумраке с дамой преклонных лет) это выставить между ними злосчастный ноут на манер щита. Выглядело это скорее забавно, словно Брок пытался защититься от э… кстати, а какого черта, а? - Кларисса? – ну а что, эта бойкая старушенция сама требовала обходиться без всяких мисс и мэм, молодясь и флиртуя со всеми, кто имел мужские половые признаки без скидок на возраст. Народ ее шугался, правила Маккой твердой рукой и умела осадить так, что даже Брок временами опасался этого божьего одуванчика с бульдожьей хваткой. А прямо сейчас он был в ахуе. - Брок, милый, что у тебя с лапушкой Роджерсом? - А? – совсем неумно отреагировал Брок, больше сбитый с толку даже не вопросом и не странным местом разговора, а интонацией и пугающим в темноте блеском выцветших глаз. - Ну же, расскажи мне о нем! – наманикюренные цепкие птичьи лапки кажется, насквозь пробили кожу на запястьях, а ноутбук едва ли не трещал, сдерживая напор хрупкого тела, боже, эта фанатка Кэпа сейчас жутко напоминала голодного зомби. Брок отшатнулся, выдираясь из мертвой хватки и чувствуя, что еще немного и под когтями этой старушенции останется немало командирского мяса. С кровью. - Кларисса, у меня с ла… полковником Роджерсом был просто разговор, и рассказывать о нем мне абсолютно нечего, поскольку… - Брось, милый, ты же не откажешь слабой женщине в ее маааленькой прихоти? – в подранных запястьях защипало, так и есть, эта кровожадная старушенция сошла с ума. - Если ты сейчас же не отцепишь свои прекрасные пальчики, Кларисса, я обвиню тебя в харасменте, и у меня даже доказательства этому будут! – конечно, хватило бы одного сильного рывка, чтобы скинуть начальницу, но… ему тут еще работать, да и увечить больше никого не хотел, эту страницу он перевернул и забыл. Блеклые голубые глазки сердито сощурились, морщинистый рот, густо подкрашенный алой помадой, открылся, но что-либо сказать Кларисса не успела. Поскольку в этот самый момент подсобка лишилась не только двери, но и части стены. Брок опасливо оглянулся, правильно оценив треск и остекленевшие глаза психопатки начальницы – Роджерс, заалевший скулами и прячущий глаза, стыдливо примостил вырванный косяк в сторонке и неловко откашлялся. - Рамлоу, мы не закончили разговор… Ситуация хуже не придумаешь: Брок в тесной подсобке с вцепившейся в него пожилой леди, Роджерс, устроивший внеплановую перепланировку здания и толпа коллег, любопытными сусликами выглядывающая изо всех щелей с выпученными глазами. Кстати, большая часть из них уже вела съемку, трясясь от восторга. Пиздец, как он есть. Быть клоуном Брока как-то не прельщало, да и не хотелось обзавестись сомнительной славой того, кто привлек весьма странное внимание человека-легенды. Поэтому первые три предложения из очень емкой и абсолютно нецензурной речи он благоразумно проглотил, а после сумел натянуть на пытающиеся зло оскалиться зубы условно приличную, хоть и кривоватую улыбку, и почти миролюбиво ответил. - Полковник Роджерс, вы, кажется, не знакомы – это Кларисса Маккой, наша прекрасная и восхитительная директор, которая очень рада поприветствовать вас от лица нашего коллектива. А по поводу поднятой вами темы, с удовольствием отправлю вам на почту список из самых компетентных лиц, любому из которых достанет квалификации и профессионализма стать командиром вашей группы поддержки. - Рамлоу! – на порозовевших скулах Роджерса вспухли желваки, а глаза нехорошо прищурились, но, слава безумным психопаткам-старушкам, Кларисса очнулась и, о да, прекратила раздирать Броку запястья своим хищным маникюром – она эти когти нарочно затачивала? - Капитан Америка! – о, Брок никогда не слышал в этом скрипучем голосе столько жадного предвкушения и жутковатых мурлычущих ноток. – Простите, Полковник Роджерс! Для Меня Честь… – именно так, произнося каждое слово с большой буквы и с придыханием, костлявое раритетное чудовище, выскользнув змеей из-за спины Брока, напало на округлившего в ужасе глаза Роджерса. И да, Броку прямо полегчало, когда он увидел, КАК цепко и намертво Кларисса вкогтилась в Кэпа – сработало, псих нейтрализован настоящей маньячкой, а ведь Брок и не догадывался, что в их офисе водятся такие ярые фанаты. Приставным шагом и пытаясь не слишком злорадно лыбиться, Брок двинулся прочь от воркующей в район роскошной груди Роджерса Маккой. Роджерс потянулся было в его сторону, но с повисшей на его руке дамой движение предсказуемо застопорилось. - Рамлоу! – кажется, Роджерс серьезно встрял, столько отчаяния было в голосе – эх, какие там Гидра и роботы с Читаури? Натравить на него баб, да еще ровесниц, и вуаля, грозный Кэп растерян и побежден. Трезво оценив состояние Клариссы, и веря в ее одержимость, Брок уже прогулочным шагом вернулся в кабинет, выгреб из тумбочки заждавшуюся его вкусняшку, закинул ноут в заплечный рюкзак и через черный ход отправился в парк. Визит Роджерса – достаточная причина для прогула, и потом, ясное дело, что сегодня в офисе уже никто не будет работать. В любом случае Броку необходимо время, чтобы прийти в себя и понять, что за хрень только что произошла… Кинув взгляд за спину на серьезно встрявшего Роджерса, Брок довольно ухмыльнулся, позволив себе наглое, но очень осторожно-тихое и под нос, когда отвернулся: - Спорим: не сбежишь?..