Знакомство

      Сегодня в баре был музыкальный вечер, на сцене одна за другой сменялись блюзовые, джазовые и рок-н-рольные группы, девчонки добавляли огня короткими выступлениями в перерывах, а я, в общем-то, просто праздно шатался у стойки бара, автоматически разводя посетителей на выпивку, продолжая при этом пребывать глубоко в своих мыслях.       Спустя пару-тройку истреблений после своей смерти, перепробовав всю возможную наркоту, я напоролся на свежайшую новинку, стоившую тогда больших денег. Фенциклидин, прозванный в народе angel dust, ангельская пыль или пыльца. И для меня он стал тем, что доктор прописал — под его действием послежизнь заиграла новыми красками. Выровняло ли это нарушенное содержание каких-то гормонов в моей крови или просто исказило реальную мрачную картину? Как бы то ни было, поддержание интереса к жизни было единственным, за что стоило держаться.       Как и наркотики, я хорошенько прошерстил и члены населения ада. Разнообразия, связанного с животными воплощениями и прочими адскими наворотами, конечно, было больше, чем на том свете, но, в конце концов, и тут всё начало приедаться.       Вдоволь помытарившись, я по воле случая нашел работу в баре-кабаре и, не задумавшись ни на секунду, взял себе псевдоним Энжел Даст. Труппа мне понравилась, и владелец заведения, которого все нежно звали Джеппе, был удивительно взвешен и человечен. Все работники гордо именовались танцовщиками и танцовщицами, но основной доход, похоже, всё-таки приносила выпивка и проституция.       Среди членов труппы преобладали итало-американские корни, но вообще Джеппе легко выделял и брал под крыло одаренных, ничего ещё не соображающих новичков любого происхождения, у него было чутье на эту маленькую волшебную искорку. На моей памяти он ни разу не ошибся в выборе.       Послежизнь пошла своим чередом, я проводил время, пробуя всё, что чего дотягивались мои руки. Однажды на понтовой закрытой вечеринке от щедрого клиента мне перепала капля редкого и безумно дорогого наркотика под названием dragon tears, слезы дракона. Его воздействие подразумевало сильнейшую эйфорию и разнообразные тактильные и визуальные галлюцинации, а меня сходу обрушило в бездонный колодец депрессии. Всё вокруг стало отвратительным, любое движение казалось лишним напрасным трудом, любовники отталкивающе воняли, и даже на вкус всё отдавало гнилью. Эффект оказался очень устойчивым, не вытягивали даже бешеные количества ангельской пыли. Мои интересы начали принимать совсем мрачный характер, и только глупо высунувшись понаблюдать за началом истребления, едва избежав конца и получив невероятную эзотерическую встряску, я более-менее оклемался. Однако от привычки пробовать всё новое этот опыт меня не избавил, так что я продолжил в том же духе, зарёкшись связываться только с запретным для меня драконом.       Всё выровнялось, годы потекли как вода сквозь пальцы, и тут грянула новая беда — наш хозяин начал потихоньку сдавать, и это быстро ощутила вся труппа. Он потускнел, утратил интерес к бизнесу и организации шоу, и я начал всерьез опасаться, что он не переживет и пары ближайших истреблений.       В баре постоянно шептались о том, как потерявшие жажду жизни сами распахивали двери бункеров и убежищ, выходя навстречу ангелам и отдавая тем самым им в жертву всех остальных бедолаг. После истребления регулярно находились такие массовые захоронения порубленных бездыханных тел за открытыми и неповрежденными дверьми.       Так что тревожные симптомы ещё и поэтому крайне напрягали нашу команду. Все пытались расшевелить беднягу-покровителя, но блеск в его глазах возникал всё реже, уступая место тупой поволоке обречённости. Тучи сгущались над всеми нами. И я, сам однажды едва не угробив всю труппу, прекрасно понимал, как это может произойти. В тот раз я хотел лишь глянуть на появление небесного воинства и, сверкая отсутствующими пятками, забиться под землю, а в результате и с места бы не сдвинулся без посторонней помощи. Нам невероятно повезло, что все попрятались по дальним отноркам катакомб, и никто не захлопнул двери до нашего возвращения.