Поцелуи солнца.

Что бы вы сделали первым делом, если бы попали в школу равновесия? Зажгли на тусовке, познакомились с красавчиками или добились бы аудиенции у высшей власти? Звучит заманчиво, однако, история Вики очень отличается от перечисленного ранее. Сейчас её тело висит на верёвке, на большом расстоянии от земли, крылья связаны, а в рот засунута тряпка. Откуда в Маль такая физическая сила? Она буквально взлетела ввысь с грузом, который по весу больше неё. Кто же такая Маль? Близнец, которого не принял никто, кроме какого-то фермера, который растит урожай и держит небесный скот, девочка, в жизни которой не было любви или отношений, та, которая не носила украшений или красивых крыльев, но имела незамысловатое имя, такое сырое и блеклое. Маль, созвучное с моль, такое скучное и не значащее ничего особенного имя, данное брошенной девице. Спрашивая отца о том, кто она и кто её настоящие родители, она питалась его ложью. Он говорил, что она дочь Сатаны, которую прогнали из дворца ада; по другой версии, она была найдена им в капусте на огороде; в третьей версии он проснулся и увидел рядом ангела, который подарил её ему. Ложь. Выдумки старика, который пытался дурачить её, рассказывая разные истории в разные года её жизни. Маль помнила. Она знала. Шепфа спас ее брата, даровал лучшую жизнь. Родители бросили её, отдали карьеристу, который не собирался заботиться о девочке даже из благодарности. Она копила в себе злобу и желание отомстить, желание уничтожить ад и рай, которые забрали у неё счастье, забрал её детство, забрали родителей. Она хотела убить того, кто вместо неё отдыхал в башенке, кто мог учиться и быть любимым. Маль не знала даже небесных рун, никто её не научил этому, но она старалась понимать людей вокруг. Винчесто приходил пару раз, она помнит об этом. Дядя с длинными волосами, точёными чертами лица... Красавец среди молодых демонов. Впервые он пришёл после её третьего дня рождения. Принёс подарок в виде волшебной бутылочки, хотя она уже научилась пить из стакана. Так, каждые три года он приходил к ней, но однажды перестал. Все что он оставил, это записку фермеру. Фермер умер. Он был стар, и всю жизнь работал, работал без образования на своём клочке земли, жизнь тяготила его, бессмертие ему надоело. Он просил отправить его в небытие. Конверт был довольно мил, с разными узорами и картинками, но его главной особенностью стал отпечаток пальца, который принадлежал Маль. Кто бы ни хотел, не смог бы открыть письмо, а значит, там было что-то важное. Что-то, о чем должна узнать только она. В тот день все прояснилось. Адмирон подробно описал все события того дня, но не сказал, кто её брат и где он. Она оказалась умнее и быстрее, уже знала о многом, но это - её биография, единственное, что есть у неё, что может подтвердить её жалкое существование в этом бренном мире. Тогда в школе появилась новая демоница, которая быстро влилась в коллектив и не привлекла внимание. Винчесто постоял за её спинкой, чтобы осуществить желание учиться. Он думал, это все, из-за чего сирота пришла в школу равновесия, потому с удовольствием помог. Её план был разработан до идеала, однако, она просчиталась... В школе были лучшие умы, чем она, а также, Маль не знала, что её связь с братом может сделать что-то невообразимое. В день, когда субантры напали на школу, она пряталась за большим количеством учеников. Это был первый день её пребывания в школе. Это показалось ей странным, потому, она попыталась попасть на крылоборства как игрок. Её выкинули быстро, но этого хватило, чтобы она достаточно приблизилась к башне. В голове Вики и Люцифера появились видения... Чем ближе Маль и Бонт, тем страшнее их сила. Шла битва морали: жестокая демонесса или наивный ангел? Чья сила окажется сильнее? Дурачить Мими не пришлось. Она оказалась искренней и милой, сразу поддержала Маль и сказала, что поможет тем, чем сможет. Её отец был влиятельным демоном, поэтому близнец решила, что она будет дружить с ней. Загвоздка была в Вики: особенная непризнанная-ангел, дочь сильного Серафима, первый непризнанный на крылоборствах, крутит шашни с подружкой Маль. Она требовала информацию от своей девушки, и близнец часто говорила об этом. Что-то вроде: "ох, так странно, что в отношениях необходимо отчитываться", или "твоя девушка держит тебя в узде как вещь, или любит тебя как родного человека?". Такие незначительные колкости задевали Мими, и та в итоге решила расстаться с Вики. Эта сцена выглядела болезненно: одна сдерживала слезы, а другая рыдала. Умоляла не делать этого, клялась в любви. Всё закончилось переездом Вики в комнату к своим друзьям и исчезновением её девушки, к которому мы наконец подошли. Мими - своевольная дама. Её любили и баловали оба родителя, она жила в достатке. Единственной болью её жизни до встречи с Вики была не взаимная влюблённость в старого друга, но все это в прошлом. Появилась жгучая красотка, которую норовит набрать проблем на задницу и выделиться в толпе, стать ещё лучше, чем её мать. У Мими были свои причины помогать Маль. Солидарность, сострадание, осознание всей тяжести ситуации, желание разбить неравенство. Ангелы всегда считали себя лучшими, думали, что демоны - падшие, живущие в грязи. Ни одному уважающему себя демону не понравится такое отношение. Если решили установить равенство - то пусть это будет не пустой слог, а действительность. Если её цели с близнецом шли в одном русле, то почему её объединиться с ней? — Маль, как ты могла? Ты же обещала, что спокойно поговоришь с ней. – Мими выразила недовольство сразу, как увидела в проёме подругу. Мешок с телом был осторожно уложен на землю, будто его не волокли пару минут по земле. Демоница развязал его, вынула тряпку изо рта девушки и крепко её обняла. — Что это значит, Мими? Вы обманом привезли меня сюда? – На лице ангелочка читался гнев. Она пыталась вырваться из объятий, ей было неприятно, обидно и больно. — Вики, успокойся. Все будет хорошо. – Тощая незнакомка без капли косметики на лице и с растрепанными волосами, точно бродячий пацан с отросшими патлами, стояла перед ней, смотря с презрением и даже ненавистью, сжимая в руках шприц. Маль присела и ввела в Вики инъекцию, после чего та ослабла и упала в объятия Мими. — Что ты сделала? Ты же обещала уговорить её и сделать её нашим союзником, а не обмануть и усыпить. Буди её. – Мими осторожно уложила голову девушки на землю  и встала на ноги, уставила руки по бокам, показывая всю свою злость. Девушка доверяла близнецу, считала её своим другом и человеком, которому нужна помощь. — Прости, милая, боюсь, это невозможно. – В шею демоницы тоже была воткнута игла, однако это было обычное снотворное, которое сработало почти через секунду. Маль оттащила оба тела, причём Мими она отнесла на ручках в кровать, а Вики волокла за руку по земле, образуя на её теле ссадины. Ей нравилась Мими исключительно в сексуальном или партнёрском плане, потому, доставлять боль её телу она не хотела. Непризнанная же была пустым сосудом, который она хотела использовать. Встреча с Вики была предложена ею, чтобы узнать, действительно ли она пуста. Если нет, то пришлось бы найти кого-то слабее неё. На самом деле, Маль думала, что Вики очень сильная, раз так прославилась. Но в ней нет ни капли магии. Интересно, смогла бы она хотя бы змея победить? Оно вряд ли, слишком слаба для этого. — Это печать Мамона, но она не принадлежит ему. Он отдал её Мими очень давно, когда она стала показывать первые результаты в школе, в качестве подарка и символа власти. Возможно, Мими захотела встретиться с Вики приватно через это письмо. – Геральд не видел странности дела, потому вернул письмо в руки учеников сразу, как дочитал его. — Но кто же был замечен под обликом Мими возле башни? – Спросил Ади, недоумевая. — Разве кто-то говорил, что это она? – Геральд скрестил руки на груди. — Это как два плюс два, Геральд. – Демон пожал плечами. — Раз это письмо от неё самой, то вы решили, что это она? Тогда письмо написала не она. – Преподаватель нахмурил брови, забрав письмо обратно в свои руки. — Именно. Об этом не узнал никто, пока Вики не получила письмо. Но мы видели, как Кроули шёл по коридору в учительскую. Значит, кто-то действительно пытался туда пробраться. — У Кроули свои заморочки... – В голове всплыли воспоминания о том, как Фенцио говорил про странное предложение со стороны семейки этого Серафима, однако озвучивать свои мысли не стал. — А ещё... Геральд, когда Вики прочитала письмо, её глаза загорелись красным. Для непризнанной это нереальное явление, так она ещё и на стороне рая. С чем это связано? – Сэми, ранее молчавший, решил заговорить в образовавшейся тишине. — Это значит, что за неё могут побороться обе стороны. – Машинально пробубнил он в ответ, только после понимая суть сказанного. – Нам необходимо вернуть Вики. Куда она полетела? — Она сказала, что к Мамону. Но мне кажется, у них есть свое тайное место. Вряд ли... Вряд ли мы найдём его, учитель. А что не так? – Сэми посмотрел на того со страхом, явно опасаясь как за себя, так и за свою подругу. Не хотелось бы, чтобы она огребла ещё больше проблем. Бонт спал. Так крепко, как и всегда. После своего пробуждения он жил как обычный, нормальный мальчик. Сладко спал, ел с аппетитом. Он был наивным и простым: ему нравились игрушки, в которые он играл с охраняющими его архангелами. Те потакали его безобидным просьбам, понимая, что у него нет никаких скрытых замыслов. Он действительно ребёнок во взрослом теле, который просто начал жить позже других. Поиграть в фигурки вместе с ним - малое дело. Ему снился лес. Такой бескрайний, но простой. Он видел лес людей, однако никогда не знал о жизни земных существ... В его снах появилось то, что видела когда-то Вики. Она проезжала в этом лесу, когда хотела скоротать путь по дороге в училище. Бонт улыбался: эта картина чистой природы радовала его. Вокруг было много живности: птицы, насекомые. Однако, стоило кадру поменяться, как он увидел древо. Оно точно было не с земли: от него веяло волшебством. Вдруг оно загорелось, картинка стала кроваво-красной, а вокруг валялись тела. Тела совсем невинных, даже ещё совсем юных непризнанных, ангелов и демонов. Перед ним явилось три фигуры, и все они - женщины. Он не знал ни одну из них, но только от одной веяло добром и светлостью. Это видение заставил мальчика заплакать во сне, потому он желал проснуться, но не получалось, сну суждено сбыться, потому он должен увидеть его. Вдруг он сможет предотвратить это? Одна из дам приблизилась, но он так и не увидел её лица. Он видел лица мёртвых, но главные гостьи его видения не показывали ничего, кроме облика. Она взяла его за руку, и тогда все вокруг озарилось светом. Два тела сплелись, поднялись ввысь. Неожиданно он почувствовал, как болит грудь. Кто-то брал, нет, высасывал все силы из него. — Бонт... Бонт... Бонт... – слышалось вдали, и вдруг, он наконец открыл глаза. Над ним стоял архангел, который все это время звал его и пытался вытащить из видения. Судя по лицу мальчика и его слезам, он не хотел оставаться в этом кошмаре дальше. — А? Все хорошо, спасибо, что разбудили меня. – Юноша схватился за голову, приняв сидячее положение. — Что желаешь на завтрак? – Спросил архангел, решив перевести тему. По мнению охранника, подопечный быстрее забудет о своём видении, если не будет думать о нем. — Шоколадный пудинг! – Воскликнул тот, как маленький. Его детская натура выдала его. — Но это дисерт, Бонт. Если ты съешь немного овощного супа, то получишь пудинг. – Говорить со взрослым парнем словно с пятилеткой было очень сложно, но телохранитель старался как мог. — Обещаешь? — Обещаю! – Воскликнул он, и в глазах ангела сразу забегали искорки. Какой была бы жизнь Маль и Бонта, если бы им позволили быть счастливыми, если бы их сделали падшими и отобрали силы, пока это было возможно? Их родители лишились бы многолетнего труда, но разве оно не стоило бы того? Сколько несчастья принесли в мир их чувства? Они создали монстра, и нет, автор не имеет ввиду силу Мальбонте. Дело в их дочери, или, правильнее сказать, мешочке, кроме костей и крови наполненном злобой и ненавистью ко всему вокруг. За любовью следует ненависть, за ненавистью кроется любовь. — Справимся ли мы? – Его голова лежала на моей груди, он слышал, как бьётся моё сердце. Я уверен, ему просто нравилось то, что он стал тем, кто растопил сердце великого засранца. Он не тщеславен и точно не самовлюблен, но он чувствует гордость за себя. Было так приятно просто лежать с ним в обнимку, нежно гладить его плечи и играться с блондинистыми локонами. Я чувствовал себя по настоящему счастливым рядом с ним. — Дино, если ты готов, то я сделаю все, чтобы пройти через это. – Шёпотом ответил я. Мне важнее показать свои чувства и намерения, а не выпендриться перед ним. — Мне нравится такой сентиментальный Лютик. – Послышался смешок, и я медленно поднял его голову к себе. Заглянув прямо в его глаза, я тоже посмеялся. Посмеялся не со злобой, не наигранно, а искренне, будто дитя, получившее то, чего давно хотело. — Лютик? Так меня ещё никто не называл. – Я приблизился к его лицу и оставил лёгкий поцелуй на переносице. Всего за час я испытал столько эмоций... Боль и обиду, счастье и влюблённость. Последнее нравилось мне больше чего-либо. — Я... Люблю тебя, Люци. Я готов справиться с этим. Вместе с тобой. – Опустив голову, явно предугадывая свое смущение, Дино сказал эти слова. Они перевернули всю обстановку. До этого она была немного напряжённой, но спокойной, однако теперь... Я решил отбросить все рамки и сделать его своим. Я завоевал его сердце, а значит, он только мой. Руками я заставил его подняться выше, на уровень с моим лицом. Он не сопротивлялся. Всего секунду я глядел в его глаза; этого времени хватило, чтобы мысленно обменяться фразой "что мы творим?", которая подразумевала только хорошее. Мои губы коснулись его, бородка была немного колючей, но думаю, моя щетина тоже колола его, это терпимо. Всё это стало таким незначительным на фоне нашего первого чувственного, нежного поцелуя. Я разберусь с нашими отцами, мы будем счастливы даже в том случае, если придётся пойти против Ада и Рая.