A Thousand Words (Тысяча слов)

      Одним субботним мартовским вечером Билл и Флер вошли в общежитие восьмого курса, где было необычайно тихо. Все десять ребят собрались вокруг кофейного столика, они выглядели довольно напряженными и обеспокоенными, и никто не разговаривал. В центре стола стояло нечто похожее на высокую стопку деревянных блоков, слегка накренившихся набок. Когда парочка осторожно приблизилась, чтобы не помешать происходящему, Энтони наклонился и ткнул пальцем в один из блоков в середине башни. Она слабо шевельнулась, и он ухмыльнулся, прежде чем осторожно вытащить кирпич и установить его на шаткую конструкцию. По помещению пронесся коллективный вздох облегчения, и Билл воспользовался возможностью поприветствовать студентов.       — Что это?       — Дженга, — ответил Дин. — Складываешь блоки определенным образом, а затем нужно по очереди вытаскивать их и ставить наверх, чтобы ничего не упало.       — Это третий раунд, — объяснила Ханна. — Тот, кто уронит, выбывает из следующей игры. Пока что выбыли Падма и Невилл, — она кивнула на один из диванов, где на краешке сидел Невилл, все еще увлеченный игрой, пока Падма листала журнал, лишь изредка поглядывая на остальных ребят.       Билл и Флер придвинулись ближе к столу, чтобы лучше видеть, как раз в тот момент, когда Луна успешно вытащила блок из нижней половины башни и положила его рядом с блоком Энтони сверху. На один или два удара сердца башня покачнулась, но не упала, и Луна выдохнула, взмахнув руками, чтобы немного успокоиться.       — Это сложнее, чем кажется, — призналась бывшая равенкловка. — Если дотронешься до блока, то либо убираешь его, либо пропускаешь ход. Нельзя проверять их на устойчивость. Нужно догадаться.       — Вот так я и проиграл, — проворчал Невилл с притворным раздражением, чем заслужил смешок всей группы.       — Можно попробовать? — спросил Билл.       — Конечно! — Гермиона подвинулась, чтобы они с Флер могли встать рядом со столом. Она была следующей после Луны, и если шатенка не выберет неправильный блок, то новички попробуют сыграть уже через пару минут. Гермиона наклонилась, пытаясь разглядеть другую сторону колонны. Она задержала взгляд на блоке, находящимся почти точно посередине, и только собралась положить на него палец, как ее прервали.       — Ты уверена, что хочешь это сделать? — протянул Драко с другого конца стола. Ее глаза метнулись к нему, и в них появился дразнящий блеск. Она ухмыльнулась и мягко вытолкнула блок.       — Да, уверена, — Гермиона подмигнула ему и осторожно положила фигуру на самый верхний уровень, заставив ее снова пошатнуться, как это было после хода Луны.       Билл потер руки в предвкушении, изучая колонну. Он наклонил голову к жене.       — Что думаешь? — спросил он.       Флер тоже задумчиво рассматривала деревянные фигурки, нахмурив брови и скрестив руки на груди.       — Может, где-нибудь здесь? — она указала на несколько рядов ниже того места, откуда взяла блок Гермиона. — Не близко к низу и ещё никто не брал.       Билл кивнул и потянулся к кирпичику в том месте, которое предложила Флёр, с удовлетворением отметив, что он легко выскользнул. Когда он поднял руку, чтобы положить блок сверху, Дин проинструктировал:       — Поверни его в противоположную сторону от последнего ряда.       Рыжеволосый кивнул и осторожно опустил фигурку. Удивительно, но башня не сдвинулась с места, и все вежливо зааплодировали, на что декан ответил театральным поклоном. Флер поджала губы и наклонилась, чтобы получше рассмотреть нижние уровни. Через несколько секунд она толкнула ещё более нижний блок, который, на удивление, сдвинулся без сопротивления. Ей пришлось приподняться на цыпочки, чтобы положить его сверху, и как только она закончила, то сцепила руки перед собой, расширив глаза.       — Так напряженно! Это точно игра? — спросила она с легким недоверием, вызвав смех окружающих.       Игра продолжалась до тех пор, пока Драко не ткнул в кирпич, который явно не был готов сдвинуться, и вся конструкция рухнула. Воздух наполнился добродушными стонами, когда все принялись собирать упавшие части, многие из которых исчезли под диванами и стульями. Когда Дин принялся собирать кубики для следующего раунда, Билл обратился к группе:       — Я разговаривал с Макгонагалл о том, чтобы получить разрешение взять вас всех на небольшую практику, которая совпадает с тем, что мы изучаем на Защите, — его слова привлекли всеобщее внимание, так как никто из них никогда раньше не слышал, чтобы класс покидал замок для дальнейшего обучения. Зная, что им нужны все подробности, Билл продолжил: — Один из парней из моей команды в Египте недавно вернулся в Гринготтс с несколькими очень проклятыми предметами. Они окружены такими большими слоями магии, что была создана специально модифицированная комната для их сдерживания, пока ликвидаторы проклятий работают над удалением заклинаний. Я сказал Макгонагалл, что это будет отличная возможность для вас увидеть, как выглядит работа с темной магией, и какой уровень мастерства требуется, чтобы сделать то, что делают эти ребята. Она согласилась.       После этой новости по комнате пронесся шёпот интереса,. Насколько им было известно, профессор Грюм (который на самом деле не был профессором Грюмом) был единственным учителем, который показывал им силу Темных Искусств на уроке. Снейп больше сосредотачивался на невербальных заклинаниях и борьбе с проклятиями, а Кэрроу просто накладывали их на своих учеников, не утруждая себя обучением чему-либо вообще. Идея Билла была отличной, и восьмикурсники были очень рады и впечатлены тем, что он смог ее осуществить.       — Когда мы отправимся? — спросил Тео.       — В следующую пятницу. Я получил разрешение забрать вас после завтрака и должен убедиться, что вы вернётесь до ужина. Мы отправимся прямо из кабинета Макгонагалл в кабинет по разрушению проклятий в Гринготтсе. Только туда и обратно, никаких других вылазок, — его голубые глаза блеснули, когда он представил себе, что по крайней мере один или два студента, вероятно, уже обдумывали куда бы они ещё хотели зайти, находясь в Лондоне, но это не было частью маршрута. Он без труда мог предоставить им немного свободного времени, но он очень долго уговаривал Макгонагалл и не хотел давать ей повод сожалеть о разрешении.       — Ну вот и все, — объявил он, обнимая за плечи жену и кивая своим подопечным. — Я напомню к концу недели, но если есть какие-то вопросы, просто зайдите ко мне после занятий, — пару до самой двери сопровождал хор благодарностей, и как только они ушли, среди возбужденных студентов разразился безудержный разговор.       — Не могу поверить!       — Это наверняка впервые в Хогвартсе.       — Интересно, как они проверяют объекты?       — Как думаете, как близко нас подпустят?       — Интересно, что мы будем делать?       — Серьезно? Это все, что ты вынес из слов Билла?       Пока ребята продолжали размышлять о предстоящем приключении, Драко тихо опустился в одно из кресел у камина, и в его голове пронеслась дюжина мыслей. Зная ограничения своего приговора, он думал, разрешат ли ему отправиться на эту практику, поскольку технически он мог передвигаться только из дома в школу и обратно. Кроме того, он был более чем обеспокоен впервые оказаться на публике, даже если это был лишь банк. Гоблины, вероятно, не слишком обрадуются, увидев его, так как они никогда не любили его отца, а другие посетители наверняка проклянут его на месте. Глядя на мерцающее в камине пламя и задумчиво нахмурив брови, он почувствовал знакомую руку в своих волосах и, подняв глаза, увидел Гермиону, с четко читающимся на лице беспокойством наблюдающую за ним.       — Ты в порядке? — тихо спросила она.       Он кивнул и слегка улыбнулся. Она обошла кресло и уселась на пол перед ним, повернувшись к огню и прислонившись к его ноге. Гермиона положила голову ему на колено и заговорила, не глядя на него:       — Тебя это беспокоит? Лондон, выход в свет?       Драко не знал, почему его удивила ее интуиция. Казалось, она всегда точно знала, что происходит у него в голове, по крайней мере в такие случаи. Бывали и другие моменты, когда его мысли были далеки от вежливых или скромных, если речь заходила о ней, и, казалось, она совершенно не замечала того эффекта, который производила на него. Драко был благодарен ей за это, но часто думал, как она могла настолько хорошо его понимать, читать, как книгу, и все же понятия не иметь, как сильно он хотел ее. Как будто она не верила, что может оправдать такую реакцию, которую он находил абсурдной, и имел определенные планы в какой-то момент доказать обратное… он надеялся, что не в слишком далеком будущем.       Однако он понял, что уже давно молчит, пока она терпеливо ждала, когда он найдет слова, чтобы объяснить сомнения и дурные предчувствия, копошащиеся в голове.       — Да, немного, — признался он и потрогал один из ее локонов.       — Поговори с Биллом, — предложила она. — Он поймет, и, похоже, он уже обо всем догадался, так что нам не придется контактировать со многими людьми.       — Если мне вообще удастся пойти, — высказал он другую серьезную озабоченность.       — Сомневаюсь, что в таком случае он сделал бы это заявление в твоем присутствии, — она подняла голову, встречаясь с ним взглядом. — В этом смысле Билл тактичен.       Драко хмыкнул в знак согласия, забыв принять во внимание этот факт, и позволил себе надеяться на лучшее. Это действительно будет потрясающая возможность, и он не хотел ее упускать. Драко решил поговорить с деканом после следующего урока, чтобы узнать о его мыслях.       Сосредоточившись на этом, он почувствовал, как напряжение покидает тело, и переключил внимание на Гермиону.       Наклонившись, он обнял ее за плечи и положил подбородок ей на голову.       — Спасибо, — тихо сказал он.       — За что?       — За то, что не даешь погрузиться в себя, — он криво усмехнулся. — За то, что каким-то образом всегда знаешь, что тянет меня вниз. За желание помочь, — он поцеловал ее в макушку, и она повернулась в его сторону. Ее глаза были теплыми и полными блеска, который, как он заметил, она показывала лишь ему одному.       — Не за что, — мягко ответила она.       Он поцеловал ее в кончик носа, вызвав смешок, а затем еще больше наклонился, касаясь ее губ. Как только она откинула голову назад, чтобы углубить поцелуй, им напомнили, что они не одни.       — Эй! Мы начинаем следующий раунд! — голос Тео прогремел через всю комнату, напугав пару, и они отпрыгнули друг от друга, смущенно улыбаясь ребятам, которые засмеялись от их реакции.       Гермиона с ухмылкой поднялась с пола.       — Похоже, меня зовут, — она вернулась к кофейному столику, а Драко, проигравший предыдущий раунд и выбывший из игры, плюхнулся на диван рядом с Невиллом. Два волшебника вступили в дискуссию о том, откуда лучше пытаться вытаскивать блоки: из середины башни или снизу, — делая ставки на то, кто проиграет следующим, и все тревоги о предстоящей практике были счастливо забыты.