Новый Рассвет

Северус! Я не знаю, как отблагодарить тебя за все то, что ты делаешь для меня. Иногда мне кажется, что все происходящее — мираж, сон, что это рассеется как дым на ветру. Я получила все фотографии с твоего отпуска, идея фото «месть Волдеморту» мне очень понравилась. А от видов острова и океана просто дух захватывает. Я как будто сама там побывала. Учеба идет хорошо, твои идеи насчёт нейтрализации ядовитых свойств компонентов с помощью заклинания лечения мне очень помогли добиться успеха. Моё зелье признали лучшим. Никто из студентов меня больше не обижает, а Алиса не такая уж и плохая. Мы иногда даже вместе гуляем по Оксфорду, общаемся о разном. Я сделала тебе маленький подарок на рождество, сама. Надеюсь, тебе понравится, я старалась, честно. Хочу, чтобы ты не сидел все время в своих подземельях. Как насчёт того, чтобы погулять в Лондоне на каникулах? Походить по парку, зайти в кафе, выпить что-нибудь и пообщаться? Гермиона

Северус Снейп сидел у себя в кабинете, перечитывал письмо и рассматривал скромный подарок. Серый с зелеными полосками теплый шарф, явно связанный вручную. Шелковистый и нежный, сделанный из мягкой шерсти умелыми руками, он слегка пах духами гриффиндорки. Шарф уютно обвивал шею, скрывая шрам от клыков Нагайны. Снейп улыбнулся, представляя как девушка вечерами возилась ради того, чтобы порадовать своего необычного друга. Друга ли? Опытный шпион прекрасно видел чувства девушки, как она скрывает их и борется сама с собой. Сперва списывал это на обычную безответную влюбленность вроде тех, что каждому знакомы любому подростку, влюблённому, например, в актрису или певицу. Но годы шли, война закончилась, а девушка все также тянулась к нему, словно намеренно не оставляя себе выбора. Она распугивала парней своими амбициями, неуёмной жаждой знаний, смелыми и категоричными заявлениями. Рон Уизли вспоминал её исключительно как «ненормальную заучку», Гарри считал, что она стремится сравняться со Снейпом. На свадьбах обоих друзей Гермиона держалась особняком и стремилась быть поближе к зельевару. Времени пообщаться на этих мероприятиях у них было мало, а лишних глаз вокруг — слишком много. И тут девушка проявляла просто слизеринскую изворотливость, дабы оказаться соседкой профессора. Невербальные заклинания, провокации, и даже договорённость с невестой на свадьбе Гарри. Случайные соприкосновения пальцев, улыбки, незаданные в разговорах вопросы, её до смешного неловкие падения на этих и других официальных встречах. И незабываемые проходы к местам аппарации, когда можно было подержаться за руки вдали от чужих глаз, всегда заканчивавшиеся лёгким скромным поцелуем. А в перерывах между этим — письма. Девушка подробно писала обо всём, о редких встречах с Роном и Гарри, о том как она изучает Оксфорд с Алисой. Помимо чисто научных вопросов часто проскакивали и личные. Постепенно оба приоткрывались друг другу и в голове Снейпа проскочила мысль: «Может быть, твои чувства и не глупая подростковая влюбленность, а нечто большее? Дам, пожалуй, тебе шанс. Ты распорядись им как хочешь. А пока побудь моей музой». Несмотря на всю внешнюю холодность и ядовитый сарказм, который источал бывший пожиратель, ему тоже был нужен человек, котрый бы выслушивал его идеи, спорил с ним и даже задавал не совсем удобные вопросы без страха. Девушка с лохматыми каштановыми волосами и карими глазами стала таким человеком. «Вы считаете меня своим другом?» — робко спросила она тогда, почти сразу после войны. И он не отшвырнул её, не размазал по стенке потоком саркастичных выражений, а согласился с ней. Да, обтекаемо, но признал. И девушка аккуратно, медленно, шаг за шагом обустраивалась в его душе, словно разводила костёр в тёмной и холодной пещере. И Снейпу это нравилось. Мало кто искал в нем хорошее и ещё меньше умудрялись находить. Примерно в это время более чем в семи сотнях километров от Хогвартса, девушка с каштановыми волосами задумчиво глядела в окно. «Когда все это началось? С первой лекции. С его вступительной речи. Он всегда незримой тенью шел за нами, оберегал и защищал. И я чувствую родство, я не была вышвырнута им в его обычной манере. Шансы есть. А пока, Гермиона, ты должна заложить фундамент своей будущей жизни. Хочешь быть с ним — будь пусть не равна ему, но хотя бы сравнима с ним. Получится, нет — не важно. А ты, Северус, побудь моим вдохновителем. Твоя лучшая ученица не подведет» Размышления профессора были бесцеремонно прерваны серебристой кошкой — патронусом Минервы. «Северус, мы тебя ждём в преподавательской, не пропускай последнее совещание перед каникулами» — произнёс он строгим голосом директора. Снейп со вздохом убрал шарф, отложил письмо и пошёл наверх. Его уже ждали, профессор опустился на стул рядом с Минервой, та как обычно начала разговоры о будущем Хогвартса, о том как важно им вернуть себе репутацию и тому подобные речи. Снейп с отсутствующим видом пил свой обычный чай. — Северус, не кисни, расскажи что-нибудь, — весело улыбнулась Нимфадора, которая получила место штатного аврора при Хогвартсе. По указу министерства школа после войны укрепила охрану и теперь метаморф часто сидела в преподавательской с Ремусом, — как там Гермиона? — Мисс Грейнджер в порядке, изучает магсинтез и добилась значительных успехов, — ответил зельевар и налил себе чаю, всем своим видом показывая, что разговор этот для него просто сотрясание воздуха. Демонстрировать свою привязанность и тёплое отношение к девушке он до поры до времени не собирался — Ой, а ты знаешь что она после университета придет к нам работать. Ах, я так её жду. Она такая замечательная, а, Северус? Вы после войны вроде бы даже дружили, — Нимфадора никак не унималась, ее волосы меняли цвет, перебирая все цвета радуги. — Да, — односложно ответил Снейп. Он терпеть не мог подобные разговоры, теперь ещё и Люпин двусмысленно улыбался. — Да — что? — Все. На все вопросы ответ «да». — А что будешь делать на каникулах? — спросил оборотень, подмигивая зельевару. Он был единственным оставшимся в живых членом банды «мародёров», школьных врагов Снейпа. К нему Снейп не испытывал личной неприязни, а после войны даже сочувствовал, так как оборотня тоже все отвергали. Поэтому зельевар не возражал против того, чтобы тот остался в школе, но не упускал случая поддеть Ремуса, предлагая замещать его на уроках ЗОТИ в полнолуние и проводить с учениками практические занятия. В целом, их отношения были лучше, чем ожидалось. — В Лондон смотаюсь на денёк, посмотрю на то, как украсили город, а остальное время буду в Хогвартсе. Отдохну и развеюсь, — ответил Снейп, придерживая чашку своими длинными переплетенными пальцами и постукивая по ней ногтем. — Никуда не полетишь за ингредиентами? Ну, во Вьетнам например или какие-нибудь тропики, — спросила его Тонкс. Снейп сделал незаметное движение рукой, и у той выросли шикарные волчьи уши. Теперь примерно на три часа у девушки был очень забавный вид. — Нет, мне на этот год Борнео хватило с головой. Теперь половина студенческих баек рассказывает, как Гроза подземелий удерживает невербально и без палочки в воздухе целый авиалайнер. И при этом забывает выпустить шасси. Ни снятые баллы, ни угрозы их не останавливают. Одна студентка прямо на уроке начала расспрашивать меня про полёт. Я с удовольствием отвечаю на вопросы по зельям и ингредиентам, рассказываю про остров и его природу, но потакать дурацким байкам про Снейпа и «Боинг» не собираюсь. Ей повезло что она первокурсница. — Северус, это же здорово что для студентов ты больше не ужас, и с тобой хотят пообщаться. Тебя все равно уважают, по прежнему опасаются всякие оболтусы, а оценки по зельям только растут. Когда ты не унижаешь всех подряд, общая успеваемость растёт, — заметила Макгонагалл, сверкнув линзами очков. — Но элементарное уважение к человеку, пережившему не самое приятное приключение, можно испытывать? И не выспрашивать подробности? Тем более, в «Пророке» все написали. Все, хватит, мне скоро чай в глотку не полезет, — Снейпа уже порядком выбесил этот разговор. Далее инициативу подхватил Флитвик, вступила в дискуссию Стебль, чему профессор зельеварения был только рад. После совещания Снейп быстро отписался Гермионе, где предложил встретиться возле кафе в Грин-парке. Ответ пришёл на следующий день, Гермиона с радостью согласилась. «Пойду, надо ещё выбирать подарок Всезнайке» — Снейп полез в гардероб выбирать себе маггловскую одежду. Остановился на чёрном шерстяном полупальто, очень тёплом и не особо выделяющимся. Повязал на шею подарок Гермионы и отправился на станцию. — Привет, Северус, ты куда-то собрался? — Макгонагалл нагнала его, улыбнувшись. — Да, Минерва, решил не откладывать прогулку по Лондону, — Снейп мысленно попросил Мерлина, чтобы та не начала расспросы про Гермиону, но его мольбы остались безответными. — Встреться там с Гермионой, пообщайтесь. Девочку нужно немного воодушевить. И подарок ей не забудь. — Минерва, ты освоила чтение мыслей? — Шарфик, Северус, это же Гермиона тебе подарила? Он пахнет ее парфюмом. И оделся ты по-цивильному, хоть и в чёрное как всегда. И взгляд у тебя задумчивый такой. — Минерва, ты фамилию на Марпл не сменила часом? Или на Холмс? — Северус, я опытная старая кошка, забыл? И я знаю, что на одно письмо мне приходит два письма к тебе. Девочка восхищается тобой. Береги её, Северус, и не дай своим старым ранам мешать тебе жить дальше. Жизнь не состоит только из варки зелий, уроков и проверок домашних заданий. — Минерва, я и не собираюсь сидеть безвылазно в подземелье. После Лондона я вернусь в Хогвартс, буду гулять по лесу, заглядывать в Хогсмид и не притронусь к зельям. И попью чаю с Хагридом, он давно приглашал. Пошли в купе, Минерва, через десять минут отправление, — зельевар шагнул в вагон, и галантно подал руку женщине. Впереди было много часов чтобы попить чаю, полюбоваться видами и выспаться. Поезд с шипением и скрежетом остановился на платформе. Снейп дождался, пока большая часть студентов разбежится, и вышел из вагона, попрощавшись с Минервой. Нырнув в метро он доехал до Гайд-парка и пошёл к месту встречи. Прогуливаясь, он любовался украшенным городом, компаниями веселых людей, огнями и елками, и впервые за много лет чувствовал праздничное настроение. Заскочив в большой книжный магазин он долго бродил среди полок думая, что бы подарить Гермионе. Он выбрал роман «Джейн Эйр», о девушке с трудной судьбой, которая в конце концов обрела своё счастье. Подарок красиво завернули в блестящую красную обертку с золотыми львами. Убрав свёрток в карман своего пальто он пошёл к нужному кафе. Девушка стояла там, высматривая мужчину в толпе. Она приметила его знакомый силуэт, хоть и без мантии и ринулась к нему навстречу. Подбежав, она крепко обняла Снейпа, и тут же получила поцелуй в щеку. Смеясь, она ответила Северусу тем же, и они стояли обнявшись и улыбаясь друг другу. — Мы не виделись так долго, я скучала, Северус! — тихо сказала девушка, её щеки заалели. — Мне тоже стало не хватать тебя, Гермиона, — он аккуратно убрал торчащую прядь каштановых волос за ухо. Девушка прикрыла глаза и кажется, перестала дышать. Снежинки падали на шапку и торчащие из-под неё каштановые локоны, казалось что девушка просто лучится от счастья. — Ну пошли, выпьем чаю и посидим. — А давай глинтвейна лучше, согреемся. Я больше не школьница, мне почти двадцать. — Конечно, ты теперь совсем взрослая. Приедешь в Хогвартс — я угощу тебя своим глинтвейном, оценишь и сравнишь, — профессор слегка улыбался гриффиндорке. — Через пару лет, Северус, я буду там. Не сомневаюсь, что глинтвейн ты варишь лучше, кто у нас мастер-зельевар? — игриво подмигнула она. — Да и ты ничуть не хуже справишься, если попробуешь слегка поиграть с ингредиентами, а не слепо следовать написанному, — профессор одарил её своей улыбкой и взглядом обсидиановых глаз. Девушка опасливо протянула свою ладошку к руке профессора и аккуратно прикоснулась кончиками пальцев. Тут же ее ладонь была схвачена быстро, но аккуратно. Снейп взглянул на Гермиону, доверчиво прижавшуюся к нему. «А ты все та же, девочка. Ну, это наш день, и пусть к соплохвостам катятся те, кто посмеет что-то мне сказать». Они провели вместе чудесные несколько часов. Разговоры обо всем, восхищенный взгляд девушки на подарок, оказавшийся любимой книгой матери (Гермиона всплакнула, вспомнив о том, что память её родителям так и не смогли вернуть. Снейп же получил дополнительный стимул искать зелье памяти, способное бороться с последствиями Обливиэйтов), прогулки по залитому светом заснеженному парку, во время которых девушка ни на секунду не отпускала руку профессора. Потом они зашли в глубь парка, где девушка сделала снежного ангела, и устроила со Снейпом игру в снежки. Северус поймал несколько метких снежков и в ответ метким попаданием в плечо сбил с ног Гермиону. Они отряхивали друг друга от снега, смеясь и фыркая. Расстались они поздно вечером, девушка села на поезд до Оксфорда, а Снейп, помахав ей рукой на прощание, скрылся за углом и аппарировал в Хогсмид. Полосатая кошка с кругами вокруг глаз, следовавшая за ним на почтительном расстоянии, дернула хвостом и очень по-человечески ухмыльнулась.