YEYO!

      Феликс почувствовал лёгкое головокружение, глаза слипались, а пальцы на руках стали чуть подрагивать. — Да? — он нашел силы на усмешку, но после была вторая волна мурашек. Он пьяно сделал шаг назад и после вперёд, пытаясь сосредоточить внимание на Хёнджине. — Тогда ударь меня ещё раз? Девушка чуть сильнее напряглась, пытаясь схватить запястье нового ученика, но Хван ударил ее по руке, заставляя стоять смирно. Хотя по его лицу тоже можно было заметить волнение. Он вроде не сильно швырнул паренька в стену, но видимо новенький слишком слабый орешек. Остальные начали обращать внимание на напряжение между ними, а после и на то, в каком Ликс состоянии. За несколько дней учебы у него появилось много друзей, и через пару минут парни уже начали подходить ближе, чтобы помочь Ли устоять на ногах и уточнить, что здесь происходит. — Хван, что на этот раз? — старшеклассник стал придерживать Ли за талию, а тот все старался проморгаться, чтобы эти черные пятна перед глазами исчезли. — Он… просто чуть задел его плечом, но новенький слишком слаб и ударился о стену… — девушка начала защищать друга, хотя боялась, что австралиец получил сотрясение мозга по их вине. Все вокруг осуждающе смотрели на парочку издевателей, пока двое старшеклассников расспрашивали Ли о его самочувствии, но в ответ слова было не разобрать. В этот момент Хван начал злиться ещё больше: из-за него, его авторитет гаснет… Плевать на последствия, он ещё не раз поставит этого блондина на место. Парни помогли добраться Ли до медпункта, его аккуратно посадили на кушетку, рассказывая медсестре, что и как было, но имя Хвана назвать «забыли». — Что здесь происходит? — в дверном проёме показалась учительница по английскому языку, а вслед за ней и темная макушка. — Ли Феликс, новенький… — парень, что помог Ли, дождался, когда учителя пройдут внутрь и посмотрят на засыпающего Феликса. — Ударился сильно, потерял сознание. Чанбин нахмурился, рассматривая Феликса с ног до головы. По его телу вдруг пробежали мурашки. Что же все-таки случилось? Ведь это «что-то» заставило парня оказаться на кушетке в медпункте. — Драка? — сухо спросил Со, проходя между парнями, чтобы подойти к кушетке. — Нет, просто задел плечом одного парня, в итоге сам впечатался в стену. — говорить имя обидчика было опасно, потому что по слухам, Со и Хван очень близки… Чанбин зачем-то оттянул горлышко кофты, осматривая безупречную чистоту кожи. Никаких ссадин и синяков, оттенков не оказалось. Пока никто не придавал значение его осмотру, физрук незаметно провел сухими пальцами по нежной коже на плечах, чуть спускаясь ниже, якобы «рассматривая тело от ушибов». Его взгляд в этот момент вряд ли был сосредоточен на задании, он словно забыл все, что его беспокоило, и все свои дела на день. Он замер, пока в медпункт не явился запыхавшийся Хан Джисон, а следом и Ли Минхо. Чанбин будто пружиной отлип от тела рукой и взглядом, смотря в глаза Хана. Парень замер, вспоминая историю Феликса о знакомстве с физруком, а потом пытался сдержать улыбку, задумывая, как этот инцидент будет ему рассказывать. Ребята рассказали им все, что произошло, и шепнули про Хенджина. Минхо сразу скрылся за дверью, по его выражению лица можно было рассмотреть злость. Парни разошлись, а Ли поставили капельницу. Выяснилось, что ничего серьезного с ним не произошло. Просто парень не завтракал и был истощен, в его организме оказалось мало воды, и один слабый удар мог сбить его с ног, тем более, такой сильный. Джисон внимательно наблюдал за тем, как Чанбин рассматривает записи в карте Феликса, когда медсестра заполняет анкету. Прозвенел звонок, ему нужно пойти на урок, а Хану — на занятия. Младший крепко сжал рюкзак в руках, хотел сказать, что останется рядом с другом, пока тот не будет в сознании, но его опередили: — За ним последит медсестра, иди на урок, — Чанбин-хён холодный, и его голос тоже. Джисон испугался, и просто неловко кивнул, покидая корпус. — Со Чанбин… — улыбнулась медсестра, попивая кофе и посматривая на коллегу. — Разве вам тоже не нужно идти на занятие? Дети не ждут? Чанбин не стал смотреть ей в глаза, усаживаясь на стул, напротив кушетки с Феликсом. Тот мило согнул ноги в коленях, пытаясь заснуть в более удобной позе, поэтому пришлось следить за положением его руки и поправлять, когда он двигается. — У меня был последний урок, так что я хочу спросить ученика о случае в коридоре. — Вы полицейский? Я всегда думала, что вы мой коллега, преподаватель физической культуры в старшей школе, — женщина усмехнулась, давно догадываясь о намерениях Со. Хотя бы потому, что синяки так не рассматривают. — Вам лучше заняться своей работой, перебирайте бумажки, — сухо отвечая коллеге, Со смотрел на парня, замечая, что тот стал жмуриться и потихоньку просыпаться. Медсестра тоже заметила дрожь ресниц, сразу подошла к капельнице. Чанбин встал рядом, скрещивая руки на груди. На нём была надета черная без рисунков футболка, заправленная в черные штаны карго. Он постоянно носил с собой черную кожаную куртку, и сейчас без неё можно было рассмотреть крепкие, сильные руки мужчины. Феликс приоткрыл глаза, все расплывалось перед ним: взгляд вправо - женщина в белом халате, капельница; взгляд вниз - катетер на запястье, что-то вводят внутривенно. — Где я? — хрипло спросил Ли, смотря сначала по сторонам, в потолок, а потом перед собой. Рядом с его ногами стояла мощная фигура, после, чуть присмотревшись, он разглядел черные штаны, медленно поднимая сонный взгляд выше, рассматривая руки и цвет футболки, после встретившись взглядом с ним. Снова. — Парень, кто сделал это с тобой? — медленно спросил физрук, а медсестра хотела ругнуться или ударить мужчину. — Тихо. Такое нельзя спрашивать сразу, он не пришел в себя, — Чанбин же холодно на нее взглянул. Но мурашки по телу пошли у младшего. — Я… Я должен идти, у меня уроки и… мне надо домой. Медсестра поняла, что такие резкие вопросы могут привести к такой реакции. Феликс чуть не выдернул катетер с мясом, дыхание от волнения участилось, зрачки стали больше. Женщина держала его за плечи, тихо успокаивала, но Ли даже не смотрел ей в лицо. — Выйдите, Со Чанбин, вы достаточно спросили. Чанбин облокотился руками на кушетку, внимательно и серьезно смотря в бешеные глаза. Феликс замер, ему кажется, он даже забыл, как дышать. — Ёнбок, это был Хёнджин? — Феликс нахмурился, слабо, отрицательно кивая. Ему, честно, сейчас и имени не вспомнить. Но Со не отводил взгляд. — Ложись обратно, у тебя капельница не закончилась. Медсестра следила за ними молча, а после приказа коллеги, пациент стал медленно ложиться обратно. Но риск на паническую атаку был больше, чем на понимание между этими двумя. — Со Чанбин, уходите!

***

Он вышел из школы, и чувство, что Ликс наврал ему, не покидало. Кто, если не Хван? Только он способен на такие игры в этой школе. Дыхание участилось, но он пытался сосредоточиться, расслабиться. — Хён~ Устал после работы? — Хёнджин стоял с сигаретой в руках рядом с забором школы, у входа. Грозные шаги сразу устремились в сторону ученика, Хван даже напрягся, стряхивая пепел на землю. Чанбин не стал касаться его руками, но по злому взгляду все стало ясно. — М. Понятно, — разочарованно сказал Хван. — Сначала Минхо защищал братика, теперь твоя очередь? — Что ты сделал? — Отвечаю последний раз. Он задел меня, за это полетел в стену, — вдыхая крепкий дым, он смотрел в сторону. — Хватит, все прекрасно понимают, что он бы не стал первым… — Стал, — Хёнджин врать умел отлично. — Хён… Я ведь, люблю тебя… — голос вдруг стал тише, а вторая рука Хвана оказалась на плече Со. Старший осмотрел его с ног до головы, отвратительно. От характера, поведения до этой сигареты между пальцев. Он дернул плечо, стряхивая руку. — Прекращай, — Чанбин был грозным. — Не смей больше трогать его, он тебе ничего не должен. Хёнджин усмехнулся. — А то что, снова трахнешь меня? — улыбка не сходила с лица, и именно по ней хотелось ударить. — Заткнись, — Чанбин держал себя в руках. — Мне не до твоих игр. Младший бросил сигарету в траву, отвлекая внимание и вовремя обнимая старшего. Чанбину не понравилось это и он взял его за тонкую талию, пытаясь оторвать от себя, а тот только крепче тянулся к нему. Мужчина разозлился и сильно оттолкнул Хвана, но было уже поздно.

***

Капельница быстро кончалась, а пока Ли отходил от странного состояния, в голове были мысли о Чанбине. Неужели, это была забота? Чанбин-хён, такой, красивый… Он знает по себе и только что понял, что начинает влюбляться в него, ведь ему снова и снова хочется видеть его рядом, почувствовать его сильные руки… Давно в нем не было такого желания в близости с кем-то. Время процедуры подошло к концу, он поблагодарил медсестру и бегом вышел в коридор, ему нужно обсудить все с Чанбином… Рассказать о снах, чувствах. В кабинете его не оказалось, пришлось бегом спускаться к вахте. — Простите… — запыхавшийся Феликс обращался к охраннику. — Со… Со Чанбин, физрук, выходил или он ещё в школе? Охранник сказал ему, что Чанбин вышел пять минут назад. На радостях успеть догнать преподавателя, Феликс даже забыл показать пропуск, выбегая из школы. Взглядом он искал хоть какую-нибудь зацепку, но наткнулся лишь на две фигуры у забора школы. Сделав пару шагов навстречу к выходу, Чанбина и Хвана он разглядеть смог. В мыслях было: — О, нет… Наверное, он хочет сделать что-то с ним… Надо остановить его… Ликс сделал ещё шаги навстречу, как вдруг эти двое начали обнимать друг друга. Сердце пробило лишний удар. Они, пара…? И защищал он, его? Чанбин крепко обнимал в ответ, держал за талию так, как во снах обнимал Феликса. Все-таки… мысли о взаимности были глупостью… Всего лишь, сны. Джисон оказался прав.

***

Чанбин заметил Феликса только когда разобрался с Хваном. Они шли по одной дороге от школы, и Ликс был без куртки, лишь какой-то джемпер, что надел на футболку. Преодолев барьер между ними, Бин ускорил шаг, и, оказываясь в двух шагах от ученика, спокойно спросил: — Ли, тебя уже отпустили? — Ликс резко замер, и снова ускорил шаг. — Эй? — Как видите, Со, — Феликс скрестил руки на груди, не хотелось расплакаться из-за своей глупости и не хотелось вести диалог с тем, кто встречается с его обидчиком. — Ты замёрз, возьми мою куртку, — Чанбин стал робким, но сдерживал дрожь в голосе, лишь попытался удержать парня, схватив за руку. Но как всегда не подумал, что это выглядит грубо. Феликс резко выдернул свою руку из крепкой хватки, на светлой коже даже остался красный след. — Отстаньте от меня, мне не нужна ваша помощь! Чанбин почувствовал, как сердце снова покрылось холодной коркой льда. Тот, кто понравился ему — отшил его. Он просто зол за то, что старший хочет заботиться о нем? Феликс снова ускорил шаг, промокая под дождем до ниточки, после бегом заворачивая к автобусной остановке, прячась под козырек с лавочкой. Он даже не выслушал его… Злость закипала внутри Со, он сжал кулаки, пытаясь дышать глубже. Только холодный дождь мог успокоить. Раз так, то он больше не будет пытаться помочь. — Да что этот парень возомнил о себе? Чанбин в кои-то веки почувствовал что-то! Он почти влюбился… Был готов на все, когда увидел, как младший без движений лежит на койке под капельницей.

Никаких больше чувств.

* * *

Что может хотеться этакой глыбе? А глыбе многое хочется! ㅤㅤВладимир Маяковский.