YEYO!

      Чанбин смотрит на обнаженное тело младшего, накрытое тяжёлым колючим пледом, что им передал владелец дома. Ли слышно сопит, его рот приоткрыт и сухие, от частого дыхания губы, чуть-чуть касаются обнаженной груди Чанбина. Мужчина приобнимает его за талию, нежно растирает кожу, кладя руку на плоский живот. Феликс такой милый, неловкий, сексуальный. Хотя, внутри него скрывается та ещё стерва. Хотел бы он всю ночь лежать так, гладить невинное тело и тихо-тихо перешептываться, но, это пока невозможно. Сам он, долго не сидит, начинает засыпать, а этого сейчас делать не нужно. — Ликси… Тебе нужно в душ, скоро все вернутся. — он несильно ущипнул его за бок. Младший сонно возится рядом, раскидывает руки на пресс Чанбина и мычит, вдруг неосознанно ведёт рукой к его паху. Чанбин реагирует быстро и смеётся, задерживая руку в крепкой хватке, переплетая пальцы. — О, нет, малыш. Тебе хватит на сегодня… — Чанбин смеётся, и сонному Ли кажется это странным, он не понимает что творит. — Хён… Мне нужно переодеться, и идти в комнату… Иначе нас… Нас… — он зевает, привстает на локти чтобы проснуться и чувствует лёгкую боль, будто его сильно шлепали по мягким ягодицам. — Айщ~ Феликс пытался дышать ровно, стонать только в губы, ведь кто-то может раньше вернуться с прогулки. Так темно, жарко, тесно. Капля пота стекает со лба младшего, становится больно от резких шлепков о твердое тело старшего. — Как ты? — Чанбин придерживает его за спину, помогает подняться. — Все нормально… И если это по твоему «нежно», я боюсь представить, как будет «грубо»! — он улыбается сонно, смотрит через плечо глаза в глаза. Чанбина отпускать не хочется, но… — Мне нужно в душ, никто не пришел? — Сейчас проверю. — но, зрительный контакт ещё не прерывает, смотрит долго и внимательно, а Ли так мило слегка опух от неполного сна. — Одеться сможешь? Ликс кивает, пока старший отстраняется, и быстро надевает все необходимое, чтобы выйти из комнаты, Ли снова краснеет. Почему так неловко? О боже, он же лишился девственности два часа назад! Джисон будет в шоке… Блондин садится на край кровати, устало натягивает на себя свои боксеры и изредка поглядывает на голую, смуглую спину старшего. — Нет, вроде никто ещё не пришел. Приглушённо послышалось, как на улице кто-то открыл ту самую железную калитку во двор. Феликс испугался, а Со почему-то стало смешно. Но, попадаться никто не хотел. За эти две минуты Феликс быстро накинул на себя вещи, и был готов бежать в душ, что был как раз почти напротив комнаты Со. Чанбин шел следом до двери. — Чанбин, тебя заметят! — Ли несильно ударяет кулаком ему в грудь, стоя у двери в ванную. Дети уже стали заходить внутрь, на первом этаже поднялся гул. Они стали снимать куртки в прихожей, а старший положил руку на дверную ручку быстрее, и его не впускает. Знает же, что боится. — Ну, мне же надо проконтролировать, что ты можешь ходить сегодня. — старший ухмыльнулся, снова завораживая своим черным взглядом. Феликс усмехнулся, подкат засчитал. — Все, убедился, иди давай! — но Чанбин все ещё держит дверную ручку. — Айщ~ Феликс снова интуитивно встаёт на носочки и быстро целует в губы, неловко улыбаясь после. Чанбин победно улыбается следом, и отпускает ручку, впуская в ванную младшего. Резко оказываясь за дверью, Ли щелкает замком от посторонних, и пока Со ещё рядом, шепчет: — Стоишь тут без футболки, дурак! — но шутливо. — Тут же мои одноклассники! — Ревнуешь? — Ликс несильно ударяет по двери ногой. — И когда это маленький Ликс стал обращаться со мной, как с ровесником? — Иди уже! На лестнице послышались разговоры и шаги, Чанбин слышно для Ликса улыбнулся, отстраняясь в сторону своей комнаты.

***

      Дома никого. За окном снегопад, толстое стекло покрылось коркой инея. Худые длинные пальцы проводят по ледяному окну, парень глубоко и тяжело вздыхает, обжигая морозное место своим горячим дыханием. На нём остался влажный след, и недолго думая, Хан рисует сердце. Его сердце? Сердце Минхо. Звонок в дверь перебивает любую возможность сосредоточиться на своих душевных переживаниях. Джисон вздрагивает, слишком пугливый стал. Бегом заходя в комнату, он осматривает себя с ног до головы, поправляет пряди волос и челку, теперь спокойно выдыхая и размеренно шагая к двери. Один щелчок, дверь немного приоткрывается, Хан замечает знакомую куртку и открывает дверь полностью. — Я не рано? — Спрашивает Минхо, а Хан уже впустил его на порог. Он отрицательно кивает, но все ещё смущается и смотрит в пол. Становится не по себе, не так он представлял их совместную ночёвку у него дома. Руки на груди скрещиваются, он закрывается в себе и глубоко уходит в переживания, молча смотря как старший снимает с ног мокрые от снега ботинки. Минхо снимает пуховик и когда младший помогает ему убрать куртку в шкаф, что стоит в прихожей, Ли тянется к своему рюкзаку. Джисон замечает это, и боится получить очередной подарок, ведь он ничего толком и не приготовил для него. — Я… Купил нам чипсы, и взял твое любимое мороженое… с  апельсином? — уверенный прежде Ли, стал заикаться, глядя на домашнего Джисона. — Да-да, спасибо… — Джисон неуверенно забирает из рук пластмассовую коробочку с мороженным, с натянутой улыбкой рассматривает и замирает, Минхо так и смотрит на него, изучает. Неловко. Так же смущаясь, он делает первый шаг навстречу, и резко обнимает старшего за широкие плечи. В очередной раз он замечает насколько высокий Ли, крупный и подкаченный. Сильные, измученные спортом руки не крепко обнимают в ответ. Минхо слабо улыбнулся, отпуская парня и не смущая больше одной минуты. Джисон прокашлялся в кулак и уже более расслабленно, провожает друга к себе в комнату. Минхо идёт следом, осматривая маленькую квартиру Джисона: длинный коридор с бежевыми обоями, коричневый ламинат по всей квартире. Рядом с прихожей арка без двери в кухню, там виднеется ярко зеленый гарнитур и жёлтая посуда над раковиной. Миленько… Прямо по коридору есть две двери, одни двойные: в гостиную, тоже маленькую, но уютную; другая дверь, наверное, в ванную. Уже в конце длинного и узкого коридора, снова две двери: в комнату мамы с бабушкой, как он додумался сам; а та, куда пропал его Хан, наверное, его комната. Старший проходит следом внутрь, рассматривает интерьер: кровать полутороспальная, стоит у самой дальней стены, слева от узкого окна. Компьютерный стол напротив высокого, бежевого цвета, шкафа. На полках книги, тетради, учебники и прочее. Пара мягких игрушек на кровати, которая укрыта кофейного цвета бельем; а вот теперь Джисон нервно убирает игрушки в шкаф. — Отдыхай… можешь переодеться, я скоро. Приготовлю ужин… — На последнем предложении Хан очень засмущался, а Минхо слышал ухмыльнулся. Такое ощущение, что они уже семья. В целом, все было аккуратно, убрано и скромно. Минхо понравилось то, что он увидел, а ещё понял, что Джисон очень домашний. Младший дождался пока Ли пройдет к кровати и сядет, чтобы наконец уйти и спрятать мороженое в холодильник, взять закуски и так далее. Оказавшись на кухне в гордом одиночестве, волнение снова вернулось.

Как они вообще договорились о ночевке?

После встречи на остановке, Ли попросился проводить Хана до дома завтра, а Джисон как всегда не смог отказать. Постепенные дружеские беседы раскрывали настоящего Минхо, он стал вежлив, его заводной смех постепенно вернулся, а горячий и сосредоточеный взгляд возвращался только когда другие парни и девушки засматривались на его добычу. Обычно, после таких внезапных эмоциональных качелей убираешься старшего, по худому телу проходил озноб. Но, ему ведь нравится проводить с ним время? Нравится. Остановившись у подъезда Хана, они оба замялись даже попрощаться. Минхо хотел обнять, но боялся испуга; а Джисон хотел близости, но думал, что все слишком быстро. Сердце начало быстро биться в груди двоих парней. — Завтра есть занятия? — Минхо спросил, чтобы встретиться снова. — Нет, сегодня было последнее. Завтра приезжают ребята из лагеря, а в среду у нас уже уроки. — он поджал губы, думая. Прощаться не хотелось, а предложить просто провести время вместе, смущает. Тем более, после всего что между ними было. — Хочешь погулять как-нибудь? — первый осмелился Ли. — Давай. — Джисон попытался скрыть улыбку, но в итоге засмеялся. — А где? — Выбор за тобой. — не получив отказа, Ли осмелел. — Я напишу… — Джисон смотрел нежно, и в то же время, глубоко в глаза. Он искал того Минхо, что сделал ему больно тем вечером, но не нашел ничего, кроме сожалений и печали в казалось бы, веселых глазах. Минхо по-кошачьи улыбнулся, провожая младшего взглядом. Он дождался, когда Джисон закроет за собой дверь в подъезд, и только потом стал отдаляться к автобусной остановке. Джисон радостно поднимался по лестнице на свой этаж, слишком доверчив, ну и пусть! Он ведь, не разлюбил его… Открывая дверь с одного поворота ключом, он оказывается в квартире и прислушивается. Кажется, никого. Телефон подключается к домашнему вайфаю автоматически, и сразу приходит сообщение уведомление от мамы: Джисон, мы с бабушкой срочно уехали на несколько дней на дачу, у нас прорвало трубу. Еда в холодильнике, деньги на столе. Будь умницей. — Ого-го… — это было неожиданно. — Стоп… — он замер, натягивая улыбку. — Я буду один несколько дней… Улыбка не сходила с лица, он бегал по квартире и пританцовывал. Неужели свобода! Быстро переодевшись в домашние штаны тёмно-синего цвета, он нашел самую любимую, белую, тонкую кофту с рукавом для сна. Теперь, хорошо бы включить музыку, расслабиться одному и покушать. Все пункты были выполнены, он направился за едой. Там его ждал ещё теплый рис, свежие кимчи и тушёная в сковороде говядина. Он ел — и был счастлив, от улыбки уже болело лицо. Хотелось кричать: ура, ура, ура! Но, по классике, ему все быстро наскучило, зато на связь наконец-то вышел Феликс. Долго не думая, он позвонил ему. — Алло? — начал Хан. — Привет, как ты? Связь не ловит тут… — его голос было слишком плохо слышно, но Джисон кое-как разобрал. — Плохо слышно… Я нормально, мы с Минхо помирились! Наверное… — Что? — слышалось хрипло, голос рябит. — Ты уверен, что это правильно? — Все будет хорошо! Как ты? — Ладно, приеду поговорим! — связь ненадолго пропала. — Я не могу кричать об этом… У меня все хорошо! Ты будешь в шоке, Хан! — Только не говори, что ты и наш физрук… — А я и не говорил! — Феликс звонко засмеялся, а Джисон открыл рот от шока. — Капец тебе, Ли! Когда ты приезжаешь? — Вечером мы начнем сборы, завтра в… утра… дома… пока, связь… Феликс сбросил вызов, оставляя хмурого и взволнованного друга в неведении и беспокойстве. «Феликс… Со Чанбин… Вместе…» — отдавалось в голове. Почему-то, Джисон был рад за друга, ведь давно замечал его интерес к старшему. Хотя, были некоторые сомнения на его счёт. Чанбин-хён все-таки, очень грубый и холодный, вряд ли у них будет идиллия, о которой мечтал Ли. Одиночество вдруг захватило Джисона, стало страшно остаться одному в пустой квартире, а время уже близилось к вечеру. «Ну… Была не была! Рано или поздно, они бы все равно начали сближаться… Наверное…» — от мыслей, что они могут никогда не наладить отношения, стало холодно. Хан поджал под себя ноги, сидя на диване в гостиной. Даже телевизор не помог отвлечься. Дрожа, он все-таки видит профиль Минхо онлайн. — Привет, чем занят? — Начал Джисон. Минхо прочитал так быстро, будто ждал этого сообщения. — Смотрю футбол. Не думал, что ты так быстро определишься. — дальше были радостные эмодзи. С чем определиться? Джисон нахмурился, задумался, а потом вспомнил про прогулку. — Нет, хён~ — отправил. — Я один дома, пишу, потому что мне одиноко. — в следующем сообщении были грустные смайлики. Минхо не читал долго, будто переписывается с кем-то ещё. А когда стал печатать, Хан уже набирался смелости. — А как же твои родители? Включи спортивный канал, будет весело! «Господи… Я как в том месте из 2016 года…» — Моих родителей нет дома, хочешь приехать ко мне? — он отправил, а сердце замерло, живот скрутило от волнения. «О нет, о нет! Он причитал!» Минхо прочитал сразу, а молчал очень долго. Джисон успел дрожащими руками сделать себе теплые хлопья, как любит Ликс. Подумал, что это его успокоит. Но все же, так ли Минхо понял его? Он ведь говорил о ночёвке, посиделках и разговорах, а не о «дружеском сексе». Не получая ответа, он снова открывает диалог.  — Черт, интернет завис! Перезапуская роутер, прогружается сразу два сообщения, отправленные ещё пять минут назад! Минхо пишет: Хани, ты уверен? Я могу. Руки дрожат, черт! — Ну… Да. — а после неловкий смайлик. Надо бы объясниться, но, Минхо, наверное, не такой глупый… Наверное. Черт, говорить об этом сейчас, будто он передумал, а вдруг Ли вообще не подумал о сексе? Наверное, это глупо! Все нормально… — Я приеду. — отправляет Минхо. — Жду. — и скобочка в конце довольна. Ага, очень! Джисон сейчас весь красный, довольный, но смущённый. Сам позвал его, и сам же сейчас боится встречи. Вот дерьмо!

***

— О чем задумался? — Минхо тихо проходит в кухню, осматривая интерьер, а когда опускается на стул за обеденный стол, рассматривает Джисона. Хан тихо, мирно, вспоминал как вообще заварилась вся эта каша с ночёвкой. Спокойно разогревал еду для гостя, пока не прервали. — Ни о чем. Ты любишь кимчи? — ну, нужно же было его как-то отвлечь! Вот он и потянулся за тарелкой из микроволновки, задавая этот дебильный вопрос. — Конечно… Сам готовил? — Н-нет… — он мило встал на носочки, так как микроволновка стояла на холодильнике, и потянулся к тарелке. — Мама готовит… Ай! Хан резко отошел на шаг, засовывая обожжённый пальчик в рот. Он больно простонал, мысленно ругаясь на себя за этот неловкий момент. Уши начали заливаться кровью, гореть. — Обжёгся? — Минхо подошёл сзади, смотря на него через его же плечо. Круглые глаза Джисона надо было видеть… Он не сильно кивнул, а Ли улыбнулся. Старший был повыше Хана, поэтому легко взял и спустил горячую тарелку с едой на стол. — Спасибо… — Джисон засмущался. Они сели за стол: Минхо сел напротив, но не смущал своим внимательным взглядом. Пока он поедал все самое вкусное за обе щеки и довольно мычал от сочности мяса, Хан неловко улыбался, попивая свой горячий молочный чай. Вряд ли он осмелился бы признаться, что тушёная говядина — его рук дело! Главное, что Минхо понравилось. — Ты почему не ешь? — «Я уже покушал» — Тебе надо больше, ты очень худой. Джисон насторожился, мысленно оценивая свою худобу. В голове начали появляться мысли, что Минхо это в нем не нравится. Ли понял это, прожевал и произнёс: — Ты красивый, правда. — он вытер руку о бумажный полотенец, и положил ее на ладонь задумчивого парня, пробуждая его. — Просто, переживаю. — Почему? — вопрос был резок, будто разрушая романтику момента. — Ты думаешь, что я не способен заботиться? Переживать? — Джисон точно не это имел ввиду, но промолчал. — Хотя, у тебя есть повод так думать. — Я не это имел в виду… — все-таки осмелился. — Просто, я не понимаю что между нами происходит. Все ненадолго затихли, аппетит пропал у двоих. Минхо попытался начать разговор, смотрел в глаза младшему, но тот твердо упёрся в пол. Кажется, что все слишком сложно, чтобы быть реальностью. — Помнишь, как когда ты был маленьким, ты приходил к нам и мы вместе ели рисовые пирожки. — Минхо вдруг стал улыбаться. — Помню… — Джисон тоже улыбнулся, но вспоминал он не вкус сладости, а детское личико Ли. — Ты был очень милым… Смысле, ты и сейчас милый. — на это Джисон лишь усмехнулся, а Ли почувствовал себя дураком. — Ты доел? — Хан встал из-за стола, и когда Ли кивнул, принялся мыть посуду. — Спасибо, было вкусно. — Рад, что понравилось. Снова неловкая тишина. Заканчивая ужин, они решили посмотреть фильм. Минхо предложил аниме, а Джисон захотел включить дораму. Но выбрали они американский сериал от Netflix. Пока Хан готовил закуски и пледы, чтобы было уютно, Минхо сходил в душ и переоделся. За это время Джисону позвонила бабушка, сказала, что их не будет до среды. Хан признался сразу, что будет с Ликсом или уйдёт к тому на ночёвку, никто не был против. Но, если бы узнали про двоюродного брата Феликса — Ли Минхо… Ему бы точно влетело! Все уже изучили его скандальную биографию и положение в школе. — Они не знают, что ты пригласил меня? — Минхо как всегда подкрался незаметно. — Зачем им знать? — Хан вздрогнул, скользя взглядом по влажным волосам Ли. Он переоделся в спортивные черные штаны и обычную футболку, вся одежда была по размеру, и хорошо подчеркивала все лучшие качества его спортивной фигуры. — Ладно. — Минхо пожал плечами, садясь рядом с Джисоном. Младший как всегда поджал ноги и укутался в плед как в кокон, Ли, наверное, было неловко или он просто решил посидеть так, но Хан все-таки накрыл его ноги одеялом. Они сидели спокойно, иногда смеялись и обсуждали главных героев, называя их глупыми и неразумными. Шла уже третья серия сериала, а чипсы они съели ещё в середине первой. Мороженое они забыли на столе, и оно, наверное, превратилось в молочный коктейль. На экране крупным планом началась откровенная постельная сцена, а Джисон засмущался так, будто сидит не с Минхо, а со своей бабушкой. Он нервозно отвел взгляд к окну, а Ли ухмыльнулся его реакции. Такое ощущение, что это не они переспали друг с другом тем вечером, и точно не видели тела друг друга, что так этого смущаются. Минхо улыбался, а после стало не до веселья. Он ведь так и не дал младшему взглянуть на него, он ведь, изнасиловал его? А теперь пытается подружиться… Все таки, нужно было уехать из города, не встречаться, не идти за ним в автобусе, заблокировать номер ещё тогда, в школе… — Минхо. — Джисон смотрел внимательно, наблюдая как меняется выражение лица друга. — Не стоит так, зацикливаться… Я же простил тебя. Парень в ответ натянуто, грустно улыбнулся, смотря в пол. Он слегка кивнул. — Ты… Ты нравишься мне ещё с начальной школы, Ли… — Джисон начал эту тему, а к горлу стал подступать тошнотворный ком. Минхо взволнованно взглянул в большие глаза, молясь, чтобы младший не начал плакать. — Я… Я долго наблюдал за тобой и хотел привлечь твое внимание, но тебе всегда было на меня все равно… Может, я неправ? — он усмехнулся, но Ли слишком внимательно слушал, чтобы перебить. — До старшей школы, я был готов постоянно оставлять тебе эти дурацкие записки в тетради по химии. Мне нравилось общаться с тобой, поэтому, на уроке я обычно спрашивал, как там Феликс, но ты мне не отвечал… — голос дрогнул. — Потом, я стал чуть взрослее и… и отпустил тебя, понимаешь? — он посмотрел в глаза, но Минхо уже боялся продолжения. — Я всегда улыбаюсь, когда вижу тебя. Мне нравится ходить через поле, чтобы встретиться взглядом с тобой. Я был готов терпеть выходки Хвана, только потому, что ты был в этой компании. — Хан, я… — И… — он посмотрел так, будто просил дать ему закончить то, что он начал. — Если бы ты был мягче в тот день… — пальцы начали потихоньку теребить в руках комочки от пледа после стирки, медленно, он нервозно срывал их. — Если бы ты спросил меня, хочу ли я этого… Я бы согласился. Минхо замер, слышно сглатывая. То есть, он вдвойне идиот, потому что не просто сломал его психику, но и их возможные отношения. Джисон смотрел так, будто открыл для него все двери, будто, снова вернулся во время их начальной школы. — Я… Я знал, что нравлюсь тебе. — руки неосознанно начали повторять движения Хана. — Мне было страшно, начинать что-то, потому что я считал тебя своим младшим братом. Когда ты приезжал к нам маленький, когда Феликс жил с нами в третьем классе, ты был таким маленьким, невинным… — он грустно усмехнулся. — Тогда я поклялся, что никогда не дам тебя в обиду. А в итоге, знаменитое выражение: «Я тебя не дам в обиду… Я тебя, обижу сам…» Хан почему-то смотрел на него с теплотой, слушал внимательно и иногда также грустно улыбался. — Потом, — продолжил Минхо, а Джисон закусил губу. — Ты стал взрослеть и, парни начались смотреть на тебя, так, будто ты… В общем они понимали, какой ты ориентации из-за того, что ты близко дружил с Феликсом и Сынмином. Они постоянно обсуждали тебя, осуждали и насмехались, что такой тихий «малыш Хани» наверное, очень горячий в постели. Однажды, Хосок подошёл ко мне, чтобы я дал ему твой номер но… Я просто, побил его? — Ты про ту драку в раздевалке? — Джисон нахмурился, вспоминая, что Минхо тогда первый раз подрался, и сломал старшекласснику нос. — Да… — его голос тоже дрогнул, оба сильно волновались, но разговор был необходим. — Ты, запрещал всем знакомиться со мной? — Хан выглядел грустным, и Ли не понимал, что именно из тысячи причин его задело. — Прости. — они ненадолго замолкли, переваривая все, прокручивая, собирая пазл. — Что было дальше? — Дальше… В старшей школе, я пытался заговорить с тобой на одной из перемен, хотел пригласить тебя на вечеринку у Чона в честь последнего года в школе, но ты был с Сынмином и вы обсуждали, как поедете вместе к нему смотреть какую-то дораму или… Включите: INKI — Холодно-горячо. — Ты трус, Минхо. — Джисон начинал злиться. — Разочарован? — в ответ тишина. Вся эта атмосфера начинала душить, Минхо будто терял сознание, он не хотел снова плакать. Он не хотел, чтобы его образ крепкого старшего брата разрушился из-за этого признания. Да, он не умеет признавать свои ошибки. Да, он не такой смелый, когда дело касается Джисона, чувства к которому он так долго блокировал и держал под замком. Прокручивая это все в голове, понимая, что сказал не все, но уже утопил себя, голова начинала болеть. — Хан, я выпил тогда, потому что, я… Я был горд, что наконец осмелился к тебе подойти тогда и… Я хотел кричать об этом, мне было важно, что ты не отказал мне, что ты «ждал» меня все это время. Я понимаю, что я трус, идиот, тряпка, что ты разочарован во мне. Я либо не делаю, либо делаю всё ужасно плохо. Вместо хорошего вечера, я набросился на тебя и… и… После все было как в тумане, учитель Чанбин помог мне и долго разговаривал со мной тогда, просил не доставать тебя какое-то время и я был очень напуган, когда ты пришел в школу и выглядел убитым мной… Я… Слушая это, Джисон не знал, за что ему зацепиться. Сердце начало болью биться в груди, Минхо кажется, даже забывал дышать. Внезапно поддаваясь вперёд, Хан пересаживается на колени Ли, сжимает руками его плечи и не разрешая обдумать происходящее, настойчиво приминает его губы своими, сильно-сильно зажмурив глаза, боясь быть отвергнутым. Минхо замирает, у него есть два пути: закончить все, чтобы больше никогда не портить жизнь Джисону, уйти и не трогать его, дать остыть; и второй путь, попытаться, понимая, что очередной разрыв или плохой конец он уже не переживет. Он стал плавно отвечать, нерешительно опуская ладони на изгиб его талии. Джисон промычал, прося большего. Минхо укусил его за нижнюю губу, и Хани расслабил рот, снова разрешая старшему доминировать над ним. Ли углублял, наслаждаясь как младший посасывает его губы, целуется сладко, но ещё неумело. Он не дал ему нормальный первый поцелуй, поэтому, сейчас — самое время.