YEYO!

      Утро Минхо началось с того, что разгневанная мать вылила на лицо сына холодную воду из кувшина. Парень вскакивает, чувствуя как холод одолевает его майку для сна и матрас с постельным бельем. Сердце начинает невыносимо быстро биться в груди. — Мам, что такое… — Минхо старается проснуться, смотрит по комнате сонно. Сзади его худенькой, миниатюрной мамы стояли двое полицейских: один худой, держал в руках наручники; второй крупнее, уже подписывал какие-то бумаги. — Что происходит? — снова взволнованно говорит Ли, осматриваясь с испугом. Полицейский подходит ближе и осматривает разбитые костяшки школьника, после кивая своему напарнику. — Ох… Это я должна спросить тебя, что происходит! — женщина хватается за сердце. — Говорила я ему, не лезь, не все кулаками решается… — Ли Минхо, вы задержаны за покушение на убийство Чхве Сана. Мужчина в тяжёлом состоянии поступил в больницу сегодня в три часа утра, там же, было составлено заявление. Вы имеете право на адвоката. — Да хватит с ним сюсюкаться. Переодевайся давай и выходи, нам ещё надо заявление в школу писать. — Что? Какое покушение? Минхо, это правда?! — Мам… я…

***

Чанбин сидел в своём кабинете, дожидаясь звонка на урок. Сейчас у него как раз должен быть урок с выпускным классом Феликса, Джисона и параллельным — классом Хвана. Допивая горячее, крепкий кофе из кружки, Со расслабляется на рабочем кресле. Не длинные ногти чуть постукивают по кружке: как бы придумать, чтобы он написал этот документ… Вчера ночью у них ничего не вышло, Хван отказал, потому что не хотел впутывать родителей. Они у него строгие. Так, может лучше сходить к ним самому и все объяснить? Вот и звонок прозвенел. Чанбин ждёт ровно минуту перед тем как выйти, чтобы дети собрались. Когда он открывает дверь, все уже стоят по линейке ровно. — Здравствуйте! — хором, дети поздоровались с учителем. Феликс лучезарно улыбается старшему. — Здравствуйте… — отвлёкся на Ли. — Так… — Чанбин осматривает ряд, Джисон пришел, а рядом его Феликс улыбается ему с самого утра — день удался. Из класса Хвана все, как и он сам. Парень сразу отвёл взгляд, не желая знаться с физруком. Со набрал в лёгкие воздух, желая начать урок, но завуч перебила. Женщина грозно постукивала каблуками, пока шла к середине зала. После, встала рядом с физруком, и у всех, включая Чанбина, пробежали холодные мурашки. — Дети, вынуждена вам сообщить. Ли Минхо больше не учится в нашей школе! — Что? — первым сказал Хан, Чанбин взглядом попросил его замолчать, но Джисон продолжил. — Почему это? Что он сделал не так? — Не вашего ума дела, Хан Джисон! — завуч была строга. Джисон грустно опустил взгляд, сейчас он наверное очень сильно переживает, Чанбин это чувствует. Феликс тоже начал волноваться. Весь класс стал перешептываться. — Извините, но дети волнуются. В чем причина? — Поговорим, когда вы принесёте мне документ, что… Хёнджин скрестил руки на груди, делая шаг вперёд. Завуч и все присутствующие начали смотреть на него. Привлекая нужное количество внимания, Хван говорит так, будто готов разорвать завуча на кусочки. Ведь они дружат с Ли, надо разъяснить ситуацию перед общественностью. — Минхо сейчас в полиции, его задержали за ночную драку. Говорят, он заступился за своего милого братика… — с отвращением взглянул на Феликса, тот сильно испугался. — Ч-что… — Прошептал Ликс. — Да-да, я тоже слышал! — начали доноситься вопли. Чанбин громко свистнул, после басом прося всех заткнуться. — Хван Хёнджин, вам никто не разрешал распускать слухи по школе! Помните, вы следующий на отчисление! — ПФ… Буду только рад. — Хван пожал плечами. Сынмин грустно посмотрел на высокого Хвана снизу вверх, тот заметил взгляд и расслабил руки. — П-простите… — все ради Сынмина, интересно, он понял? Йен подошёл к Ли, наклоняясь к уху. — Не переживай, все наладится. Феликс с презрением посмотрел на бывшего и отвернулся, замечая в другом конце зала грустного японца. Что, снова бросил или изменил? — Йен… — Ли набрался смелости. — Зачем ты брал мой телефон тогда, в лагере? Эстонец прокашлялся и слышно сглотнул, заметно занервничал. — Как ты узнал? — Йен засуетился, а взгляд Феликса стал очень удивлённым. — Я просто… Хотел записать себе твой номер. Удалил, нечаянно… Феликс — вспыльчивый, поэтому от возмущения сразу ударяет парня ладошкой в живот. — Что? Не строй из себя невинную овечку! Говори как есть, что тебе было нужно? Высокий парень слышно цокнул, закатывая глаза. — Ладно. Хотел найти что-то на тебя и нашего физрука. — он будто с отвращением фыркнул. Феликс напрягся, но виду не подал. — Чанбин-хён и я просто друзья. Он помогает мне… — Да-да, конечно. Чанбин снова воспользовался свистком, приказывая детям начать делать зарядку перед бегом. Феликс сжал кулаки, он ведь никому не расскажет?

***

Урок подошёл к концу, а к Феликсу незаметно подошёл Хёнджин. Как раз в тот момент, когда в раздевалке кроме них никого не оказалось. Хван скрестил руки на груди, преграждая собой путь в коридор. — Ты чего? Звонок же скоро, нам пора. — Феликс попытался выйти, но рука снова переградила ему дорогу. — Ты спал с ним? — Хёнджин выглядел недовольным, а Ли сразу понял, что речь о Чанбине. — А ты? — стал язвить, но на деле, ему даже знать не хотелось. — Отвечай, ты спал с Сынмином? Феликс широко раскрыл глаза, переваривая эту информацию ещё раз и ещё раз. Хёнджин заметно смутился, расслабляя руки. Ещё секунда и Феликс почти пустил смешок тому прямо в лицо. — Ч-что прости? С чего ты взял? — тонкие, аккуратные брови чуть нахмурились. Хёнджин понял, что ответ, точно будет — «нет», и поэтому уже развернулся к выходу. Феликс вспомнил про объяснительную, которую Хван задолжал Бину, поэтому быстро придумал глупый план. — Я нет, но, я знаю, кто ему нравится! Возможно, они даже… — Феликс стал накидывать фразы для шантажа, а Хван этот план на удивление разгадать не смог. Видимо его очень задел Ким, поэтому он готов рвать и метать. Он остановился, поворачиваясь обратно, взгляд был вопросительно-настойчивым. — Но… Я бы рассказал тебе, да времени нет. — пожал узкими плечами, стараясь скрыть волнение в голосе. Хёнджин оказался рядом в два счета, резко прижимая младшего к бетонной стене. Феликс больно простонал. — Кто он? — сквозь зубы прошипел Хван. Феликс попытался выбраться, но его буквально подняли от пола. Хватка была очень сильной, и все что оставалось это попытки оказаться на свободе. — Если ты тронешь меня… Директор тебя выкинет, и ты… — прокашлялся. — Ты никогда не узнаешь что был… Было в лагере. Потому что Ким… Ким тебе никогда не признается… Потому что ты просто сволочь! Последнее Феликс выплюнул прямо в лицо Хенджину, руки старшего дрогнули, опуская младшего. Феликс упал на колени, пытаясь отдышаться. Пуговица от школьной рубашки не сильно, но перекрывала дыхание, давя на горло. — Л-ладно, что ты хочешь? — Хван отвёл взгляд. Феликс даже ожидал худшего исхода. Конечно, хотелось устроить скандал и дать сдачи, но ради Чанбина он мог и потерпеть… — Объяснительную. — он сказал это прежде чем встал напротив, потирая ладошкой красную от легкого удушения шею. Хван злился, поэтому поджал губы. — Другое, любое кроме этого… — Тогда пока. — теперь у Феликса туз в рукаве, и это он направляется в выходу. Только вот, за ним никто не пошел… Оказываясь в коридоре, он ещё долго растирал больное место. Тело от страха будто потеряло контроль, теперь скрывать волнение не хотелось. Хорошо, что Чанбин не видит его таким. — Феликс, что произошло вчера?! — Джисон слёту вцепился в его плечи, и Ли устало выдохнул после испуга. — Ах… Вчера… Пойдем на улицу, расскажу там.

***

Сидя на скамейке напротив школы, Феликс детально рассказал всё, что произошло вчера с ними: про переживания Чанбина; и про помощь Минхо. Джисон выглядел грустным, будто знает Минхо так хорошо, что если бы был там, смог бы предотвратить это. — Я не знаю, что Минхо делал когда я зашёл домой. В любом случае, он спас меня… — Понятно… — выдыхая ответил Хан. — Нужно узнать про него в полиции, ты со мной? — Сон уже подорвался с места схватив рюкзак мертвой хваткой. Феликс вспомнил про объяснительную ради Чанбина, вспомнил ситуацию с телефоном, разгневанного Хвана и теперь ситуация с двоюродным братом упала на его блондинистую голову. Он глубоко задумался, сейчас на первом месте Минхо и Чанбин, и кто ему важнее, дело не имело. Один пострадал из-за него, второй человек которого он полюбил. Джисон очень слабый, поэтому один вряд ли справится, но оставлять Со одного… — Джисон, а ты уверен что нам что-то скажут? — Мне нет, а ты… Ты же его брат? Думаю тебе скажут. — Да но, я двоюродный брат. — Но можно попробовать! — Ладно, хорошо… Но все же, лучше сделать это завтра. — Ты хочешь чтобы твой брат всю ночь сидел за решеткой из-за тебя и твоего парня? — Джисон сорвался на крик, хорошо, что они одни. Феликс принял это на свой счёт, поэтому быстро обиделся. — Я не просил никого драться за меня, понятно? Я отправил Минхо домой! За мной следили! Мне что, нужно было ещё и «помощника» домой провожать? — Это ваши с Чанбином проблемы, зачем ты впутываете туда Минхо! Вот, что вышло из этой помощи! Джисон встал со скамейки, поправляя свои красные очки, Феликс повторил, только в недовольной позе. — То есть, мой брат уже не может помочь мне? — Ликс пожал плечами, но был недоволен. — Может, просто… Просто это нечестно! Чанбин должен был… Проводить тебя сам. Вы же знаете оба, что он проблемный. — Джисон, алло. Никто не знал, что так получится. Я схожу к тёте и все узнаю, просто у меня сейчас и другие проблемы, а в первые часы ареста никто ничего не знает! — Ты не понимаешь, мы должны вытащить его оттуда сегодня! Высокая фигура приблизилась к ним, это был Хван. Феликс сразу выпрямил спину, готовясь ко второму раунду. — Если ты полезешь к участковому до суда и будешь его защищать, тебя тоже повяжут. — Хёнджин усмехнулся. — Этот прав, лучше не лезть раньше времени. Минхо сильный паренёк, прорвется. Джисон отрицательно покачал головой, никто не понимал его, никто не хотел помочь Минхо. Поэтому, он просто забрал свой рюкзак и ушел в сторону автобусной остановки. Феликс попытался остановить друга, но тот даже не оборачивался. Хотя, ждал что Феликс пойдет за ним. Ли же, просто вернулся и сел рядом с Хваном, прикрывая усталые от всех драм глаза. — Вот тебе и минус одна проблема. Так, что было у Сынмина в лагере и кто ему нравится? Феликс глубоко вдохнул, чтобы первому не полезть в драку. Все так навалилось, все так бесит. Даже этот Хёнджин бесит, как же хочется чтобы он отстал! Поэтому, произошел некий «сброс заводских настроек», о котором он пожалеет не раз. Феликс не хотел бы, чтобы его так мучали, поэтому придумал хороший для Хвана исход. — Ты ему нравишься, он даже прикрывал нас с Чанбином, чтобы ты не узнал о нас и не расстроился. — все это он сказал на выдохе. Хёнджин усмехнулся. — Хм… — пауза, но с самодовольной улыбкой Хёнджина. — Понятненько, спасибо за информацию. Старший похлопал Ли по плечу и встал со скамейки. Так же быстро как и пришел, он оставил его одного. Наконец, Феликс смог скинуть пару килограмм груза с совести. Все таки, все лучше добывать честной монетой, так его мама учила.

***

Минхо уже три часа молча сидел за решеткой. Здесь было очень холодно, он был голодный, злой от этого, но не принимал эту ужасную еду для заключённых. Ему не хотелось давиться. Пришлось ждать, и от ожидания, он провалился в сон. Прошел час, или десять? Чья-то рука разбудила его, похлопав по щеке. — А, что, кто здесь? — Минхо осмотрелся, но мужчина стоял прямо перед ним. Когда дверь в камере закрылась и они остались вдвоем, мужчина в дорогом черном смокинге сел напротив Минхо, хитро рассматривая его с ног до головы. — Ли Минхо, это ты напал на Чхве Сана? — голос этого незнакомца был глубоким, басистым, будто прокуренным дорогими сигарами не первое десятилетие. — Я ничего не скажу без адвоката. Незнакомец засмеялся, поджигая сигарету прямо в камере. — Расслабься, я не из полиции. — Минхо нахмурился. — Я могу вытащить тебя отсюда, или навсегда здесь оставить. Ты вроде не сын президента, дорогих адвокатов у тебя нет. Каждое мерзкое причмокивание о фильтр толстой сигареты раздражало, а крепкий табачный дым туманил рассудок спортсмена. Ли было неприятно оказаться тем, кого шантажируют. Сквозь оскал он сказал: — Что вы хотите взамен? Ваши условия? Мужчина кажется был уверен, что выхода у парня нет и он никуда не денется. — Хм… Исход весьма неплох. Ты работаешь на меня, получаешь неплохие деньги, живёшь хорошо. — он замолк чтобы хрипло засмеяться, приблизившись к лицу Минхо. — Заметь — живёшь! На свободе. — Все не может быть так просто… Какие ваши условия?! — Договоримся. — Незнакомец протянул ему руку, также противно ухмыляясь. Недолго думая, выхода правда не оказалось. Минхо пожал руку, а разбираться будет потом.

***

После беседы о деле, Минхо уже жалел, что выбрал этот путь. Разве это стоило ему свободы? Зато, уже через час заявление забрали, наверное — принудительно. Минхо оказался на свободе, руки освобожденные от наручников больно хрустели, наконец он расслабился, расправляя плечи. Сейчас он на улице, все хорошо, почти… Зима была в самом пике, морозно. Только вот, снег идёт медленно, ветра нет. Спокойно… Рядом с участником стоял черный джип, матовое стекло опустилось: — Эй, парень. Не пытайся сбежать, встречаемся завтра вечером. Адрес тебе уже дали? — Да, я все понял. — ответил, огрызаясь. — Не злись, Минхо! — мужчина снова засмеялся. — Потом благодарить будешь. — Это вряд ли. Улыбка с лица пропала, машина тронулась с места. Все, теперь он точно в заднице. Ну… Виноват он сам! Набирая в лёгкие свежий, холодный воздух, он набирается смелости. Все же, хорошо что он избавился от дела. Но эта цена слишком велика… — М-минхо? Тебя выпустили? — знакомый голос заставил его обернуться в сторону автобусной остановки. Джисон перебежал дорогу на красный, заставив Ли заметно заволноваться. Когда младший подбежал ближе, Минхо готов был порвать его на кусочки. — Ты что, не различаешь цвета? Красный же был, красный! — от стресса, он не сразу понял что начал кричать на любимого человека. Джисона так все уже достало, что он был на грани. Значит, он бежит к нему через весь город, пытается что-то узнать, ссорится с лучшим другом, бросает школу после первого урока, а Минхо — кричит из-за светофора. Горьким ком стал подступать к горлу, он попытался проглотить обиду, но это только вызвало слезы. Вдыхая полной грудью, на выдохе льется слеза. Минхо не успевает осознать все что происходит в жизни, но слезы ему сейчас точно не нужны. — Эй… Хани, не плачь, прости… Холодно же, не плачь. Влажные соленые губы вздрагивали после каждого вдоха. Джисон пытался успокоиться, но всё было тщетно. Минхо положил руки ему на плечи, взволнованно пытаясь поймать мокрый взгляд. — Я… Я думал что ты не вернёшься, что… Что тебя посадят. — Минхо слышно усмехнулся, но по-доброму, ему льстит эта забота, волнение младшего. — Ты дурак, Ли Минхо! Маленькие кулаки ударяют парня по груди, Ли не уворачивается, терпит пока Сон не прижимается к этой самой груди, крепко сжимая за талию. Аккуратно, старший принимает объятия, поглаживая по скользкому зимнему пуховику и успокаивая. Все успокаиваются, как вдруг Хан снова дрожит и всхлипывает, горячие слезы нужно выплакать, иначе будет только хуже. — Джисон, прости меня ещё раз. Последний… — Замолчи. — Джисон жмется ближе, обнимает крепче. — Помолчи немного…

***

— То есть, ты самостоятельно разрушил хороший план из-за того, что поссорился с Джисоном? — Чанбин схватился за голову сидя за столом в своем кабинете. Через час к нему придет комиссия от школы, и если у него не будет этой чёртовой бумажки — ему конец. Значит, он снова разочарует своих родителей. Ведь на самом деле он… Дверь в кабинет открывается внезапно, Феликс вздрагивает, боясь внезапной встречи с завучем. Но, это снова главная заноза в его милой заднице. — М, ты тоже тут… Ну да, что я ещё ожидал. — Хван цокнул, подошёл к столу Чанбина и кинул два листа объяснительной от родителей и себя. — Боже, Хёнджин… — Феликс встаёт с места и читает бумаги, а Со озадаченно смотрит на внезапно доброго Хвана. Значит, план сработал? — Я подумал что ты врешь, и поэтому пошел к Сынмину. Скажи спасибо, что он подтвердил все что ты наговорил. — и все же взгляда в глаза он избегал, направляясь к выходу. — Хван. — Феликс окликнул его. — Спасибо, большое… — сказал Чанбин. — Не за что. — дверь за собой он сильно хлопнул, но эти двое были счастливы своей победе. Ёнбок сразу бросился в счастливые объятия старшего, все-таки, у него получилось…

***

После собрания по поводу Со Чанбина, они оба поехали к нему. Феликс сразу согласился, и его родители были не против внезапной ночёвки сына. Тем более, завтра уроков не было. В машине он пару раз набирал и сбрасывал номер Джисона, но всегда боялся. Вообще, ссориться — не его. А завтра он сходит в дом Минхо и все узнает, чтобы Сон больше на него не дулся. Вот он впервые дома у Чанбина, точнее, стоит на пороге. — Я зайду первым, нужно убрать Майка. — Не знал, что у тебя есть сосед. Чанбин усмехнулся, ловко проскальзывая домой через маленькую щелку. Феликс терпеливо ждал, отряхивая с плеч и шапки снег, и уже через минуту дверь перед ним открылась. Ли неосознанно улыбнулся, проходя внутрь. Пока старший помогал ему раздеться, он все осмотрел: рядом с прихожей была арка в гостиную, та была очень темной, да и свет был только от настенной лампы. Напротив была дверь в кухню, а две дальние двери были кажется спальней и ванной. Все было в кофейных цветах, что как раз и ассоциировалось у него с Чанбином. — У тебя уютно… Мне нравится. — Переезжай? — пошутил Чанбин. — Дальше по коридору ванная, напротив спальня. Можешь переодеться там, горячая вода в душе есть. — Хм… Хорошо, я возьму твою одежду? — Чанбин кивнул, вешая одежду гостя. — Разумеется. — А вот возьму и перееду. — На последок показав язык, Феликс пошел переодеваться. Чанбин готовил что-то, на звук даже телевизор включил. Зайдя в спальню, Ликс осмотрел приятный интерьер того же цвета. Все было так аккуратно, чисто и эстетично. На самом деле, он не ожидал такого от школьного физрука… Хотя, он ездит на дорогом BMW, неудивительно что у него хороший вкус. Открыв шкаф, он рассмотрел дорогие костюмы, которые никогда раньше не видел на нём, джинсы, кожанку, куртки и все — темных оттенков. Младший нашел пару домашних футболок, и выбрал самую обычную — белую, и длинную, чтобы не надевать ни одни из этих ужасных спортивных штанов и шорт. Выходя из комнаты он предупредил, что идёт в душ, но нечаянно ошибся дверью. Дверь приоткрылась и на него вылетело что-то тяжёлое и огромное. Феликс закричал, падая на пол, и закричал громче, когда что-то мерзкое и влажное коснулось его лица, благо он успел зажмуриться. — Майк бл, фу! Ушел быстро. — Со оттянул пса за ошейник, и принялся ругать. Феликс удивился, когда почувствовал запах собаки. Он только что подумал, что умирает, а это всего лишь пёс… Обернувшись, он видит послушного пса, что опустил взгляд и уши, когда хозяин ругает его. — М-Майк? — услышав эта, пёс завилял хвостом. — Прости, забыл предупредить когда ты вошёл. — Чанбин протянул ему руку и помог встать на ноги. — Вот это блин, сюрприз… — худые ляжки были несильно покорябаны толстыми ногтями. — Да уж…

***

Вечер они провели вместе. Сначала ужинали, обсуждая дурацкие японские телешоу. Потом даже поиграли в приставку, пока Феликс не стал ныть, что постоянно проигрывает. С псом они подружились хорошо, но Чанбин все-таки закрыл его в ванной, чтобы не мешал им и не царапал больше его нежного мальчика. Время уже было около двенадцати, а долго быть бодрыми они оба не умели. — Насчёт Хвана, Ликс… Спасибо. — Чанбин взглянул на него, а тот приласкался к груди, оставляя маленький влажный поцелуй на шее. — Мне показалось, что если я не помогу тебе, все разрушится… Чанбин грустно выдохнул, поглаживая белую макушку. — Будешь спать со мной, или мне остаться в гостиной? Услышав глупый вопрос, Феликс усмехнулся и сел на колени своего мужчины, обнимая его за шею. — Неси меня мой принц! Я хочу спать с тобой, о, мой принц… Чанбин усмехнулся, выключая телевизор. — Что за глупость ты только что сказал? Феликс фыркнул, а он послушно понес парня в спальню как самую настоящую принцессу. И также по-королевски скинул его на мягким спальный матрас. Ёнбок засмеялся, а потом замолк, замечая как Чанбин снимает с себя домашнюю футболку. Кажется, эта тишина слишком неловкая. — Ты будешь спать так? — Феликс отвёл взгляд, поджимая ноги. — Да, что-то не так? — хотя, ему без разницы. Смущать невинного Ли так приятно. Теперь — это его хобби. Феликс долго неловкую паузу тянуть не хотел, молча встал с кровати, пытаясь выбрать сторону, где ему будет удобнее спать. — Да так, ничего… — Феликс почти лёг обратно, но что-то заставило его обернуться. Так вышло, что его нос почти коснулся носа Чанбина. Глубокий вдох. Секунда, вторая, третья, их губы сомкнулись. Страсть накрывает полностью. Чанбин можно сказать впервые оказывается нужным, рядом с желанным человеком, желанным, нежным телом. Феликс поддается на любые провокации, поэтому целуется сладко, ласково, поддается под его доминирование. Все таки, он хотел именно такого завершения вечера… После стольких проблем, так хочется просто расслабиться, наконец выдохнуть. Быть с любимым человеком прямо сейчас. Чанбин снимает с него свою футболку, кидая ее куда-то в сторону двери. Феликс улыбнулся в поцелуй, сжимая рукой его член через белье, а после оттягивая боксеры Бина, уже чувствуя его неслабое возбуждение. Чанбин снова кидает его на кровать, подходит ближе и стягивает белье уже с Ликса, а сам Феликс все ещё смущается. Сначала сильно хочет, готов на все, а потом хочется закрыть лицо руками или подушкой. — Думал, так просто отделаешься сегодня ночью? — он раздвигает его ноги, оказывается между ними, прижимаясь возбуждением к его члену. Феликс всхлипывает, расслабляясь на матрасе, сжимая простынь тонкими пальцами. — Я хочу тебя, я соскучился… Чанбин ликует. Другого ответа он и не ожидал. Освобождаясь от одежды, встаёт коленями на кровать. приближаясь к губам, он шепчет приятные слова прямо в губы, потом долго целует, покусывая сладкие губы. Но, на удивление Феликс снова тянется к его члену и обхватывает возбуждённый ствол рукой. Чанбину приятно, но это слишком странно. Его милый мальчик вдруг осмелел? — Тебе нравится? — рука скользит вверх-вниз по члену. Довольно, Чанбин томно выдыхает. Ёнбок улыбается, пытаясь скрыть дрожь в пальцах. Сейчас он все-таки очень уязвим, очень… Но он пытается, активнее двигая рукой, обводя каждую венку на члене. Со ещё раз целует его, обнимая за талию и сняв руку со своего члена. Феликсу стало неловко… Чанбин подносит его к подушкам и укладывает на бок, грубой на ощупь рукой поглаживая мягкие ягодицы. Младшему невыносимо жарко, он очень возбужден, и уже мычит от желания снова почувствовать член Чанбина внутри себя. Дыхание участилось, но Со будто не замечает его желания, хотя это не так. Худые ноги чуть раздвигаются, влажный палец оказывается внутри него. Пока Ликс был как в тумане, старший нашел смазку и был готов как следует растянуть парнишку для проникновения. Он тоже был уже возбужден, и вид на соблазнительные раздвинутые ягодицы Феликса лишь вызывал огонь желания внутри него. «Я так давно не видел твоё красивое тело» — вслух, но шепотом подумал Чанбин. «Хён…» — от одного стона член Со вздрогнул. Феликс повторял «Чанбин-хён…», насаживаясь на палец глубже, будто пробуя имя на вкус. Чанбин ловко растягивал, пока не захотел устроить представление для себя. Он взял руку Ли и заставил парня самому проникнуть внутрь двумя пальцами. Худые и нежные пальчики ловко скользнули внутрь, они были меньше чем у Чанбина, но от наслаждения Феликс простонал слаще. Ли был слишком сексуален для этой ночи, ещё чуть-чуть и Со кончит только от визуала этой картины. — Хён, я хочу тебя, сейчас! — Феликса буквально трясло от жажды. Он вышел из себя, чтобы самостоятельно не довести себя до оргазма. Сейчас он собственность Со Чанбина, и ему это очень нравится. Те же влажные от смазки пальцы снова коснулись стояка старшего, обхватив рукой член, Феликс и Со простонали одновременно. Пару раз младший успел сделать ему приятно, но медлить уже не хотелось. Чанбин снова развернул парня на бок, прижав одну ногу плотно к матрасу, раздвигая ягодицы для плавного входа. Феликс жадно промычал, почти насаживаясь на толстый член. — Тебе нравится, когда я доминирую, да, ликси? — Д-да… — пустил стоном. Чанбин вошёл полностью, сразу. Феликс прикрыл глаза, наслаждаясь и привыкая. Один плавный, нежный толчок для разгона, но для второго раза это было не особо привычно по ощущениям. Миленький ротик приоткрылся желая вдохнуть побольше воздуха, от чего влажные ранее губы подсохли. — Ах… — простонал Феликс, утыкаясь носом в подушку. — Сейчас будет приятно. — прошептал Со. Внутри себя Феликс будто чувствовал каждую венку на члене Чанбина, поэтому когда старший стал набирать скорость, Ликс почти пищал от удовольствия и слабой боли. Желая сменить позу, Со ложится сзади младшего снова войдя внутрь. От новых ощущений прикусывать нижнюю губу было автоматическим ответом тела Феликса на ласки. Теперь, плавные толчки попадали по простате с каждого раза. Тяжёлая рука легла на возбуждение австралийца, подбирая движение под их темп. Пышные ресницы парня стали подрагивать от желания, дыхание перешло на всхлипы. Ещё чуть-чуть и он стал насаживаться навстречу. — Ты… Ты… Великолепный. — промычал Феликс. Хотелось сказать ещё больше, осыпать мужчину комплиментами, но его слабый корейский рядом с ним забывался напрочь. — I want you, more! Please… Continue! Чанбин прислушался, нахмурился, но лучшие за день ощущения стёрли непонятную фразу на чужом языке с памяти. Потом, Феликс стал ещё активнее, рука начала сжимать бедра Со, он просил жёстче. Та же фраза теперь была постоянным стоном вместо его имени и теперь Чанбин услышал все его желания. Чанбин стал целовать его в щеки, покусывать мочку проколотого уха, но Ликс просил большего, больше ласк. Поэтому, он вышел из него, и Феликс почувствовал неприятную пустоту, чуть привстал, смотря на старшего через плечо. — Ложись на спину. — приказал Со. Феликс перекатился на спину как ему и велели, приподнял ноги, сгибая их в коленях. Чанбин снова приставил член к дырочке, сразу скользнув во всю длину. То, что он привык к члену — Феликс соврал, потому что от непривычки стоны были больше больными, чем сладкими. Белая челка уже была влажной, а губы до сих пор без поцелуев. — Хён, я люблю тебя… — Феликс сказал это будучи трезвым, сосредоточенным. Чанбин бегло взглянул на него, целуя в губы, вовлекая в страстный поцелуй. Пока Феликс не стал двигаться и мычать, Чанбин был терпелив. Желание — это одно, а вот причинить боль этими страстными желаниями не хотелось. Феликс ещё сам не понимает, что приятно может быть не обязательно жестоко, и не всегда нужно быть быстрее. Поэтому, Со обязательно ему покажет, что такое настоящий секс с любимым человеком, а не обычный перепихон в клубе по пьянке на скорую руку. По неточным действиям Ли, когда он делает что-то очень быстро, скомканно, пытаясь сделать Чанбину приятно — это выглядит неестественно. Наверняка, он просто насмотрелся порно, поэтому делает то, что обычно парни пассивы делают чтобы быстрее стимулировать оргазм. Чанбин просек эту фишку и такого быстрого конца он не хотел. — Малыш… — он наклонился к уху. — Расслабься, прекращай стимулировать. Феликс зажмурился, понимая что его раскрыли. Он правда посмотрел пару роликов гей-порно, чтобы сделать Чанбину приятно, ведь он не такой опытный как Со… И эта скорость совсем не приятный темп для Феликса, но если Чанбину нравится, то… — Доверься мне и своим ощущениям. — целуя мочку уха, он чуть причмокивает, от этих звуков у Ли мурашки по телу. — Здесь все индивидуально… По-настоящему. — Х-хорошо, хён… — Феликс слышно сглотнул, перед тем как обхватить красивое лицо ладошками, смотря в темные глаза так близко, как давно хотелось сделать. — Но я правда доволен тобой и нашим… — от смущения, он на секунду прикрыл глаза, выдыхая. — Я хочу чтобы ты тоже был… Доволен? Д-да… Чанбин плавно набирает темп, попадая по нужному, самому приятному месту нежно, потому, кажется что надолго. Феликс теперь застонал слаще, так и не сомкнув припухлые после долгого поцелуя губы. — Я тоже получаю удовольствие. В этот момент, мы почти одно целое. Понимаешь? Со поднимается от красивого тела, разрешая парню расслабить ноги и положить их на его бедра. Член Феликса заметно подрагивает, когда он плавно насаживается навстречу. Руки, что раньше с болью сжимали простынь, потянулись к плечам мужчины. Чанбин переплел их пальцы, ускоряя плавный темп под другим углом. Стало ещё приятнее, от желания остановиться так подольше, Феликс сжимает его член внутри. — Ликси, ты… Замечательный. Тонкие, аккуратные брови младшего от внезапного комплимента жалобно полезли наверх. Он готов заплакать, Чанбин делает приятно не только физически… — I… Always want to… Feel you. — рукой, Феликс скользнул по смуглому прессу так, как давно любил делать. От любимой нежности он теряет рассудок, стонет чаще, по-настоящему. Двигает так, как хочет, и нет ничего приятнее чем доставлять удовольствие друг другу так — как хотят их тела. Полузакрытыми глазами, Ликс замечает татуировки Чанбина, что раньше просто попадались в глаза и не вызывали интерес. Но эти шлепки тел, эти вдохи Чанбина, все вскружило ему голову. Он опускает голову на подушку, обнимает талию старшего ногами. Чанбин делает пару точных толчков и замирает внутри, Феликс сжимает его и стоном его имени кончает на свой впалый живот. От приятной узкости, Со кончает следом, опускаясь над телом чтобы поцеловать влажный, маленький лоб любимого человека. Феликс смотрит сонно, удовлетворённо и нежно, слишком много любви для такого как Чанбин… Со набирается смелости, чтобы честно сказать это глядя в самые добрые глаза: — Ты самое прекрасное, что было в моей жизни.