Регбистка

Трибуны едва вмещали всех желающих. Лучшие места заняли ещё с утра — все верхние ряды были забиты ангелами и демонами, борющимися за право раскинуть свои крылья свободнее других. Конкуренция за место разгоралась нешуточная. Когда очередь дошла до меня, свободными оставались лишь первые ряды, с которых едва ли можно было что-то разглядеть. Чтоб растолкать и подвинуть кого-то, у меня не хватало наглости, так что пришлось смириться и выбрать более доступное место. Стоял такой гул, что заглушить его не смогли бы даже клаксоны автомобиля. Оживлённые переговоры велись обо всём: сплетни, споры и, конечно, смех. Всё это вперемешку било по ушам. Я и не думала, что здесь все такие шумные! Вдобавок ко всему, на стадионе развязалась драка. Что было причиной, я так и не разобрала — просто все внезапно повалились друг на друга, вызвав одобрительные выкрики с трибун. Стало ещё громче. Соревнования даже не начались, а каждый уже болел за своего фаворита. Я с интересом наблюдала за происходящим, пытаясь вникнуть в суть. Вскоре на поле показался Фенцио и заорал, чтоб все немедленно прекратили драку. К нему тут же подбежал тренер и принялся что-то рассказывать второпях. «Размявшиеся» всклокоченные команды только и ждали отмашки, чтоб подняться в воздух и продолжить выяснять отношения уже там. При учителе они могли лишь перебрасываться дерзкими словечками. — Команде демонов нужна замена, — сказал мужчина хоть и громко, но очень неуверенно. Трибуны в момент затихли, все начали переглядываться. Новость свалилась так неожиданно, что я едва ли понимала, что нужно было делать. С одной стороны, это был мой шанс: проявив себя на тренировке, я могла рассчитывать на это место! Даже тренер отметил, что из меня могло бы что-то получиться. Я столько старалась, я шла к этому! И от этих мыслей хотелось помчаться на поле. Дино нашёл меня взглядом. Он и сам был в нерешительности. У медали была и обратная сторона, которая мне совсем не нравилась. Капитаном команды был Люцифер, с которым мы расстались не на приятной ноте. А этот чёрт просто обожал поиздеваться. Так что, он мог не только отказать мне, но и выставить посмешищем перед всеми, а это уже было бы серьёзным ударом, от которого не оправиться. Да ещё и тренер был бы на его стороне. Поджав губы, я вновь посмотрела на Дино. Мне было тяжело принять такой шаг в одиночку. Я ждала знак, кивок — что угодно, что подтолкнуло бы меня к действию. Но, пока я собиралась с силами, кое-кто оказался быстрее. Из ниоткуда на стадион выбежала Вики. На этот раз она была в до неприличия открытом кимоно вельветового цвета с золотой вышивкой. В такт её шагам подскакивали темные крылья. Она вела себя решительно: подошла к тренеру практически вплотную и выставила правую ногу в перед, оголив её до самого бедра. — Я могла бы заменить одного из демонов. Люцифер рассмеялся. — Как лидер команды демонов, я согласен. В разговор вмешался тренер, которого, было видно, шокировали слова капитана. К слову, в шоке были все. — Что?! Это же не по правилам. Дино вопрошающе посмотрел на тренера, а после на меня. Я не знала, заметил ли он апатию в моих глазах. А у меня опускались крылья от такой несправедливости — я была подавлена. Чувства были такими, будто меня лишили смысла жизни. Скулы свело, глаза заболели и ни с того ни с сего заслезились. Эмоции реагировали быстрее, чем я успевала подумать. Обида грызла изнутри, подогревая страдания: сразу вспомнилось, как загорелись глаза, когда я впервые увидела стадион; как решилась, что хочу участвовать себя в крылоборстве; сколько времени тратила на тренировки и как они мне тяжело давались. Как больно было осознавать, что результатом всех моих усилий оказалось поражение. Просто кто-то оказался быстрее. — Мы всё равно победим. Даже с таким аутсайдемом, как она. — Х-х-хорошо. Раз так… Тогда на позиции! Больно прикусив щёки изнутри, я заставила себя успокоиться. Сейчас я просто не имела права показывать эмоции. Встряхнув крыльями и закинув ногу на ногу, я попыталась выглядеть непринуждённо. Внутри меня всю разрывало, от чего до сих пор предательски щипало глаза. Пришлось задрать голову повыше, чтоб вновь не потекли слёзы. Я уже не смотрела на Дино — это бы меня расстроило ещё больше; я была сосредоточена на небе, куда должны были вскоре взлететь спортсмены. Вики проебалась уже на старте, вовремя не поднявшись в воздух. Меня трясло от того, что тренер так просто допустил её в игру. Мне приходилось трудом доказывать, что я стоила места в команде. Даже Дино пытался мне в этом помочь. Я училась, не жалея сил, и после каждой тренировки валилась с ног от усталости… И тут вдруг выбегает Вики, и её легко пропускают на соревнования просто потому, что Люций дал отмашку. Какой толк в правилах, если их так просто раз за разом нарушали? Зубы скрипели от безнадёги. Даже наблюдение за боем не помогало успокоиться. Я стойко высидела весь матч, наблюдая, как один за другим на поле сыпались крылатые. Вики быстро вышла из игры — меня это нисколько не удивило. Она всегда была слабой, но компенсировала это вызывающей смелостью. Ангелы и демоны сыпались дождём. Всё это продолжалось, пока в небе не остались двое. На трибунах поднялся оглушительный вопль болельщиков. От того, кто первый утеряет равновесие, зависела победа всей команды. Кто-то видел в их драке произведение искусства, а кто-то — простой мордобой. А я смотрела и ощущала лишь время, которое могло бы пройти для меня совсем иначе. Я могла быть на поле, я могла стоять с командой плечом к плечу. Но я тосковала на трибуне, оглушённая фанатами, и пыталась принять то, что случилось. Одно меня тогда порадовало — Люцифер всё-таки проиграл. Пир прошёл без меня. Я так и не решилась прийти: аппетита не было совсем. Да и к тому же, я не видела смысла расстраивать себя ещё больше. Меня одолевало уныние. Было куда проще запереться в комнате и прочесть пару сотен страниц об искусстве подавления человеческих чувств. Раз мне удавалось раньше подавлять иррациональное таким образом, то и сейчас это было по силам. В конце концов, итоговый тест был уже не за горами, а значит нужно было подготовиться. Вот только сосредоточиться я никак не могла. Если раньше всё моё рвение было направлено на то, чтобы отлично зарекомендовать себя в учёбе и, таким образом, попасть на турнир, то теперь, упустив эту возможность, мне уже ничего не хотелось. Охватила такая страшная апатия, что хоть вешайся. Склонившись над письменным столом, я пыталась вникнуть в работу, но с каждой минутой мотивации становилось всё меньше. В дверь постучали и, не дождавшись ответа, зашли в комнату. — Вот ты где. Я обернулась на голос. У приоткрытой двери стоял Дино. Поначалу он выглядел оживлённым, но после, уловив болезненность моего состояния, посерьёзнел. — Всё в порядке? Я опустила взгляд в пол и тяжело вздохнула. Было тяжело это выговорить. Его слова вынуждали вспоминать произошедшее. — Ну как тебе сказать. Ангел подошёл к столу, встав от меня левее. Я вытерла тыльной стороной ладони появившиеся слёзы и взглянула на него. Он совсем растерялся, увидев меня такой. — Эй, ты чего? Он посмотрел на записи в моей тетради. Корявая линия тянулась во всю строку, но она не несла в себе никакого смысла. Видимо, в какой-то момент мне было просто спокойнее от того, что я что-то писала, а что — даже не понимала. Присев на корточки, он провёл ладонью по моей щеке. Я заметила печаль в его глазах, будто моё горе передалось и ему тоже. Он хотел мне помочь. — Прости, что видишь меня такой. Просто, — я всхлипнула, — мне ужасно обидно, что… Я вот-вот бы разревелась, если б не Дино. — Нет, так дело не пойдет. Пойдём. Взяв за руки, он встал и потянул меня за собой. Я безвольно следовала его указаниям. Ангел довел меня до постели и помог усесться в центр, а после разместился за спиной, вытянув ноги. Я хотела продолжить фразу, но он меня остановил: — Подожди. Позволь тебе помочь. Его убаюкивающий шёпот заставил вздрогнуть. Я почувствовала, как его руки нежно коснулись моих предплечий, а после обхватили меня спереди и чуть сжали. Я прикрыла глаза, почувствовав его светлую энергию, сжиравшую апатию внутри. Грудь заполнялась приятным теплом, в котором хотелось задохнуться. Мне этого не хватало. Какое-то время мы сидели молча — он терпеливо ждал, когда я приду в норму. — Когда ты отпустишь меня, боль вернётся? Голос показался мне таким далеким и невнятным, будто не я его издавала. Будто я говорила сквозь сон. — Только если вновь станешь себя накручивать, — ответил Дино, положив голову мне на плечо. — Мне так плохо. — Я знаю. Его голос действовал на меня успокаивающе. Я вроде бы спала, а вроде оставалась в сознании. Состояние было схоже с теми, что описывали героинщики в своих мемуарах. Теперь я их понимала — в таком одухотворении хотелось оставаться навсегда. — Как ты можешь знать? — Потому что я перенимаю твои эмоции. Я коснулась его рук холодными пальцами. — То есть, ты обмениваешься со мной энергией? — Можно и так сказать. — Но зачем? — нахмурилась я. — Я бы не хотела, чтоб ты страдал от моих проблем. — Поверь, я бы страдал ещё сильнее, если бы не знал, чем тебе помочь. Во мне есть сила, чтобы справиться с этим. Немного погодя, почувствовав странное облегчение, я вдруг спросила: — Что ты чувствуешь? Негативные мысли не уходили, но от их симптомов практически ничего не осталось, будто некая воронка изнутри вытягивала их. — Разлом, — ответил он понимающе. — Твой мир будто разломился на две части, а ты оказалась посередине. Лучше я бы не смогла сказать. Вскоре от печали остался лишь едва ощутимый надрыв. Тепло заполнило каждую клеточку тела, изгнав уныние. Мне стало значительно легче. Будто почувствовав это, Дино разжал руки и отсел подальше, чтоб я не испытывала дискомфорт. А я вдруг почувствовала, что находилась рядом с тем, с кем мне было бы комфортно даже в метро в час пик. Мне хотелось быть рядом с этим ангелом. Развернувшись к нему, я заметила усталость на его лице. Нахмурившись, он был погружён в собственные мысли. Мне показалось, что он пытался подавить эмоции, которые вытянул из меня. Однако, заметив мой заинтересованный взгляд, он вновь пришёл в норму. — Тебе стало легче? Вместо ответа я лишь придвинулась ближе и теперь уже сама крепко его обняла. И пусть энергию свою я передать не могла, за меня всё передавали действия. Немного погодя я почувствовала, как его руки нежно гладили мою спину. Он был так добр и учтив; хотелось отплатить ему тем же. Мне было приятно проводить с ним время. У ангела было множество проблем — с отцом и учебой — которые он решал, но вместе с тем он пытался помочь другим, никогда ничего не просив взамен. — Никогда не расстраивайся по пустякам, хорошо? — я не видела, но знала, что сейчас он мне улыбался. — Вики стала первой непризнанной в соревнованиях. Пусть так. Зато это смягчит судей в следующем году, и ты точно сможешь поучаствовать! Я обняла его крепче. Это вселяло в сердце надежду. Оставалось лишь дожить до следующего соревнования, но об этом пока думать не хотелось. — И, — продолжил он, — если хочешь, мы продолжим с тобой тренировки. Будешь гонять лучше любого ангела. От этих мыслей крылья затрепетали — наверняка он это заметил. Я нехотя отстранилась от ангела и заглянула ему в глаза. — Я очень это ценю. Правда. Ты… — я пыталась подобрать нужные слова, — сделал для меня так много. Благодаря тебе я та, кто есть. — Его сосредоточенный взгляд сбивал меня с толку. — Может, я тоже могу что-то сделать для тебя? Я чувствую себя должником. Внимательно выслушав меня, он обаятельно улыбнулся. — Ты уже сделала кое-что. Ты вступилась за меня перед Ости. Это дорогого стоит. Я по-доброму рассмеялась. Он, потянувшись ко мне, за ухо заправил выбившуюся прядь волос. В его касаниях чувствовалась забота. — Ну, а если серьёзно? — А если серьёзно, могу я тебя поцеловать? Я удивленно приподняла брови, не зная, что сказать. А сказать надо было, ведь этот чуткий момент мог в одночасье испариться. Ангел сидел рядом, боясь пошевелиться. Он ждал от меня ответа. Я придвинулась ближе и осторожно коснулась его губ. Поцелуй был почти невесомым. Затем чуть отстранилась. Его реакция не заставила себя долго ждать. Дино потянулся за мной и накрыл мои губы своими. Это было чувственнее признания в любви. Он расслабленно прикрыл глаза и, обняв за плечи, потянул меня к себе, с каждым разом целуя всё настойчивее. От его касаний закружилась голова. Я не понимала, почему не хотела отстраняться, я будто чувствовала потребность в этом человеке. Лишь когда мне перестало хватать воздуха, он учтиво отстранился. Я неосознанно облизала свои губы — он это отзеркалил на себе. Я не была готова что-то говорить. Дино тоже молчал. Мы прислушивались к ощущениям. Глядя друг другу в глаза, пытались понять, что это для нас значило. И значило ли вообще. После мы долгое время сидели в тишине. Ангел проводил пальцами по моим волосам, раз за разом заправляя их за ухо, будто ему было приятно это делать. Мне давно не было так хорошо и спокойно на душе. Но ему всё же пришлось меня оставить. Я этого не хотела, но и противиться не могла — иначе у него были бы проблемы. Перед тем, как покинуть комнату, он пожелал мне спокойной ночи, от чего я растаяла в улыбке. День оказался слишком насыщенным, я чувствовала лёгкое опьянение от усталости и прекрасно понимала, что мне стоило бы поспать… Но сон не шёл. Мысли путались, одна другую затмевая, а я вообще сейчас думать не хотела — хотела просто отоспаться и перейти к следующему этапу жизни. Сначала я думала лишь о Дино и о его просьбе, но, чем дольше я не спала, тем сквернее появлялись мысли. Бессонница выбешивала. Было уже далеко за полночь. Отвернувшись от окна, я пыталась уснуть, но, как на зло, не получалось. Кровати едва хватало в ширину, чтобы я, лежа на боку и обнимая прижатые к груди колени, растянула крылья на простыне. Вместо овец приходилось считать терзавшие меня мысли. Всё это прокрутить через себя было воистину нелегко. Странно, но вместо злобы я испытывала лишь неприятное опустошение. В прошлый раз всё было как-то иначе. Теперь же всё просто свершилось, а я оказалась лишь молчаливой наблюдательницей, на глазах которой увели мечту. В тот раз я была в ярости, потому что верила, что ещё можно было всё изменить, и меня бы всё-таки взяли бы в команду. Но сейчас я смотрела на это, как на утраченную возможность, коих в моей жизни было очень-очень много. Да, слова Дино обнадёживали, и всё же это было не то, что я хотела услышать. Он никогда не отличался чувственностью — только холод и рациональность мыслей. И всё же я была рада, что он решился меня поддержать. Сзади промелькнула тень. Я бы, может, и не заметила её, если бы не услышала странный шелест. Любопытство и бессонница вынудили меня встать с постели. Я сомневалась, что обнаружу что-то интересное, но всё же решила осмотреться. Окно было настежь открытым, а на столе стоял странный бумажный пакет с ручками. Видимо, им и шелестели. Я выглянула в окно, но никого поблизости не увидела. Уставшая после сегодняшнего дня, я решила себя не мучить и просто посмотрела, что было в пакете. Содержимое меня удивило. На дне стоял высокий стакан, доверху наполненный жидкостью, а рядом, в обёртке, лежала разовая трубочка. Я вытащила предметы на свет. На прозрачном стакане черным маркером было написано послание. Почерк был размашистым и быстрым, как обычно писали бариста в час пик. Должно быть, кто-то сильно спешил — я едва ли могла разобрать эти каракули. И всё же суть я уловила. «Твоя стойкость заслуживает маленькой слабости. Хочу видеть тебя завтра у обрыва на закате». Я вновь перечитала послание, спрятавшееся под каплями конденсата. Ладонь приятно обжигало холодом. Вытащив из упаковки пластиковую трубочку и проткнув ей прозрачную крышку, сделала первый глоток. Знакомый вкус остался на языке. От удовольствия хотелось закрыть глаза. Я не могла ошибиться — это был латте с кокосовым сиропом. Пропорции были идеальными — так делали лишь в моей любимой «земной» кофейне (хотя тому кофе, который там готовили, приставка «земной» априори не подходила, уж слишком это было богоподобно). Кубики льда в нём ещё не успели растаять, будто кофе приготовили совсем недавно. От мыслей, что некто сгонял на землю, исключительно чтоб принести мне кофе, хотелось заговорчески улыбнуться, но я сдержалась. Я не понимала ни цели, ни мотива, но была почти уверена в том, кто это сделал. Не считая учителя Фенцио, лишь один крылатый знал о моей «слабости». Люцифер.