Дети - цветы жизни

Шагая после очередного удивительно занимательного урока физики, домой Артём, понял что с таким репетитором, он вполне может позволить себе неплохо исправить жирную два в аттестате. Это делало день еще более прекрасным. Настроение же его было приподнятым и даже хорошим, ведь он, как оказалось, еще что-то помнил, пусть и вспоминать пришлось несколько занятий подряд, и не опозорился перед Арсением слишком сильно. Это уже поднимало его настроение. А слушать истории преподавателя из студенческих годов, после занятия, было очень весело. Некоторые из них были такими абсурдными, что казалось, это все только приснилось мужчине. Но он уверял что все это чистейшая, правда, от чего было еще смешнее. А вкупе с вкуснейшей папиной шарлоткой и чаем, это был райский вечер, пусть и разбавленный формулами и вычислениями. Такое репетиторство, было для Тёмы самым что ни на есть лучшим, и он совершенно не жалел, что согласился тогда на сделку в школьном коридоре. Погода была несколько прохладной, ведь солнце скрыли темные тучи, но дождь на сегодня не передавали и потому Артём, решил пройтись дорогой подлиннее, что и стало его ошибкой. «Синоптики те еще твари» - думал, промокший до ниточки Тёма, уже бежа домой через гаражи. Родной подъезд был совсем близко, когда прогремел гром. Вздрогнув всем телом, парень припустил домой еще быстрее. – «Этого еще не хватало». И стоило ему заскочить под козырек, как дождь ливанул еще сильнее. Он посмотрел на уже полностью темное небо и вздохнул. Лето закончилось, и теперь он как никогда это понял. Хоть на календаре и значилось уже двадцать третье октября, еще было достаточно тепло и учителя еще не совсем взбесились. Было ощущение, что сейчас не начинается, а заканчивается учебный год, а сейчас он внезапно понял. Конец. Лето кончилось. И впереди еще целых восемь месяцев ада. Его будто обухом по голове ударило. Все было, слишком хорошо. Это пугало. Но кроме этого еще его беспокоило странное чувство, где-то в груди. Словно скоро произойдет что-то плохое. Предчувствие еще никогда его не подводило, но, как и все в такой ситуации, подросток понадеялся, что ему просто показалось. И уверив себя в этом, он зашел в лифт, нажимая на кнопку своего этажа. Только, стоя около двери своей квартиры, это ощущение плохого лишь усилилось, несмотря на самовнушение. Он с надеждой открыл дверь и громко позвал отца. -Пап, ты дома?! – но не услышав ответа, забеспокоился. Пальто и обувь Антона были на местах, а значит он дома. Но, почему он молчит? В рекордные сроки, скинув с себя куртку, прямо в кедах Артём пошел на кухню. Антон сидел за столом с сигаретой в одной руке и стаканом виски в другом. Форточка была приоткрыта, а рост сыграл Шасту добрую службу позволяя стряхивать пепел прямо на улицу. С ужасом, Тёма заметил подсохшие дорожки слез на его щеках. Он, не мигая, смотрел на потухший телефон, лежащий все на том же столе рядом с открытой бутылкой. Рука, держащая бокал, подрагивала. Весь вид мужчины, так и кричал о беспомощности и печали, навалившейся на него. При Артёме, Антон никогда не пил. Только шампанское в Новый год, разве что. Но не пил так заядло. Курил – да. Тут зависимость победила, но даже это Антон старался делать как можно незаметнее. Он всегда делал это на балконе, почти никогда не давая сыну смотреть на него в этот момент. Мужчина старался оградить его от этих вредных привычек и сам Артём об этом знал. Тогда что такого произошло, что отец плюнул на это все? -Пап? – присел рядом парень, легонько трогая отца за плечо, - что случилось? -Ничего Тём, - потухшим голосом ответил Шастун-старший, - просто твоя мама вновь захотела вернуться в нашу жизнь. *** Что бы Антон, не говорил или думал об этой женщине, но Нину он и правда, любил. Она была его университетской влюбленностью и тем самым сокровищем, которое обретал не каждый. Взаимную любовь. Они были самой милой парочкой всего первого курса. Всегда вместе, всегда за ручку, всегда без конца поглощённые друг другом. Они вдвоем были той самой книжной парочкой с «любовью до гроба». Они были близки во всех смыслах этого слова. Духовно, физически и морально. Даже их родители были только рады пополнению. Шастуны с радостью приняли в семью девушку как дочь, а родители Нины, парня – за своего родного сына. Они были счастливы. И было неудивительно, что как только второй курс был окончен, они поженились. Это было красиво. Традиционные обряды, черные костюмы джентльменов, белые леди и конечно, самые осчастливленные молодожены. Огромный торт, классная музыка, хороший ведущий и самый чувственный танец жениха и невесты. Самый счастливый день жизни, действительно был таким. Улыбки не спадали с их лиц, и сверкали не хуже золотых колец на пальцах. Их жизнь казалась идеальной. Они снимали квартиру вместе, работали, учились и мечтали, как вместе будут воспитывать детей после выпуска. Они вместе делали ремонт и даже выделили заранее место под детскую комнату. Они хотели детей и вот, как только они узнали, что Нина беременна, радости не было предела. Это были самые лучшие месяцы их совместной жизни. А потом все пошло, нет, полетело под откос. Антон корячился на двух работах и погряз в учебе, не появляясь дома с утра до ночи, а Нина была занята маленьким Артёмом. Учебу она решила бросить. Это был бешеный темп жизни, подстроиться под который двадцатиоднолетним парню и девушке, было сложно. Они почти не виделись и от волшебных отношений остались только воспоминания и фотографии с прелестной свадьбы. И спустя четыре таких года, Нина поняла – это все было слишком рано. Она ошибочно слишком опрометчиво приняла поспешное решение оставить ребенка, слишком быстро вышла замуж, слишком поспешила с выбором супруга. Слишком. И тогда, она постаралась найти те же сомнения в своем муже, что бы расстаться с ним, оставшись жертвой или хотя бы по делу. Тогда начались скандалы. Девушка придиралась ко всему. То на плече у Антона бы подозрительный волос, то запах духов чужой, то он позже на пять минут пришел, то в телефоне подозрительные контакты, то еще что. Но Шастун любил девушку и не хотел оставлять ее, потому всегда приходил вовремя, никогда близко не подходил к другим девушкам, менял имена контактов. И тогда Нина не выдержала. Познакомившись с богатеньким мужчиной на сайте знакомств, она заприметила для себя отличную выгоду и красивое тело. Деньги, слава, красота – чего еще можно пожелать бросившей учебу студентке? В тот же момент она начала общение с этим мужчиной. Олег был галантным, милым, красивым, интеллигентным, и, естественно, богатым. Она не устояла. Хотя, даже и не пыталась. Она даже не задумывалась об Антоне и как ему будет, если они расстанутся. Она была уверена, что у него уже есть любовница и они тихо разойдутся к своим любовникам. А об Артёме она старалась не задумываться. Пусть он и был ее сыном, она видела в нем преграду для своей хорошей и богатой жизни. Он был для нее поспешным решением и только. Когда очередная попытка уличить Шастуна в измене был провалена, девушка просто вскипела и на эмоциях все рассказала парню. И про то что у нее любовник, и про ее остывшие чувства, и про то, что она считает их сына ошибкой в своей жизни. Тогда вера Антона в черную полосу в их жизни была сломлена, и он увидел любимую им девушку совсем другой. Такой, которой она была на самом деле. Он молча указал ей на шкаф и приказал собирать вещи. В ответ, перед уходом, Нина швырнула в застывшего мраморной статуей парня свое обручальное кольцо и гордо удалилась. Сердце Антона было разбито, как и вера в девушек, да и всех людей в целом. Он был предан ей, до последнего мизинца и, в конечном счете, оказался ей предан. Для него, она была больше чем просто девушка. И чувства его были больше чем любовь, но этого ей было недостаточно. И пусть со временем боль от этого предательства была подзабыта и притуплена его новой жизнью, объявившись снова, Нина словно издеваясь, разворошила старые раны. Как его, так и Артёма. Маленький мальчик, был выкинут собственной родной матерью, как бесполезный мусор, а потом она имеет наглость, появится в его жизни тогда, когда он забыл ее как страшный сон. Когда его отец поставил на ноги и себя и его, после того как она, все разрушила. И может Тёма не любил громких слов по типу «люблю» и «ненавижу», но если быть честным, то он действительно ненавидел собственную мать. Она, правда, верила, что сын бросится ей в объятия после того, как она так поступила с ними? Парень не хотел видеть свою мать больше никогда в жизни. Но глядя в умоляющие его зеленые глаза отца, он решил что одна встреча, это его предел. После они вновь оставят Нину за бортом их корабля. И теперь Артём поможет отцу избавиться от этого балласта. *** После неприятного разговора на кухне, оба Шастуна разошлись по своим комнатам, но даже не пытаясь уснуть. То, что должно было зарекомендовать себя как приятный вечер с отцом в компании газировки и фильма, превратилось в ужаснейший кошмар. А весь его ужас состоял в том, что проснуться было нельзя. И приходилось проживать его, дабы все закончилось Артём лежал в холодной постели, глядя в темноту и слушая стук капель дождя за окном. Всполохи молний были редки, как и шум грома. Капли стучали размеренно, в четкой последовательности, их ритм успокаивал, но редкие всхлипы, что доносились из отцовской комнаты, рушили к чертям все спокойствие. Он ненавидел женщину, что звалась его матерью, с каждый новым судорожным вздохом из-за стены, все больше и больше. Его отец, что всегда был сильным и сносил все проблемы с гордо поднятой головой, сейчас плакал за стеной из-за женщины, что посмела разрушить их жизнь. И даже сейчас, когда невооруженным глазом было видно, как ему было плохо, тот старался улыбаться и плакать неслышно, прикусывая ребро ладони, что бы не взвыть. И он, Артём, не мог ему помочь. Это убивало. В какой-то момент, молния все же вернулась и почти ослепила, своим всполохом. Комната на мгновение озарилась белым светом, а шум грома оглушал, привыкшие к размеренности капель уши. Тогда Артём не выдержал и вскочил с кровати. Дверь в комнату отца была не заперта, и он приоткрыл ее. Она не поменялась ни на йоту, оставаясь все такой же уютной в полутьме. Та же кровать, тот же шкаф, та же тумба и ковер. Но в острове этого уюта, инородно в свете напольной лампы, смотрелась фигура сгорбленного мужчины, обхватившего голову руками, казалась максимально трагичной и сломленной. Больше не жалея о своем решении, Тёма зашел в комнату и бросился в объятия к отцу. Тот, молча обнял сына в ответ, сжав в кулаки ткань его футболки на спине. Содрогаясь в рыданиях, они хватались друг за друга, стараясь не утонуть в этой боли. Где-то вновь вспыхнула молния. *** Утром, после ночной истерики Антон проснулся разбитым в дребезги. Голова раскалывалась, ноги казались ватными, а в глаза словно насыпали тонну песка. Про ментальное состояние, речи и не шло. Состояние Артёма, тоже ушло недалеко, но не смотря на это, оба Шастуна решили отправиться в школу и на работу. Никто не отменял их обязанностей. Настроение было на нуле, если не пробивало дно, потому ехали до назначенных мест отец и сын молча. И только возле ворот школы, когда Артём уже было вышел, отец схватил его за рукав куртки, удержав на месте. Парень обернулся на родителя. -Все будет хорошо, - сказал ему Антон, - я обещаю. -Конечно, пап – вымученно улыбнувшись, ответил Тёма, и хлопнул дверью автомобиля. Учебный день еще не начался, а его настроение было полностью уничтожено. Возле входа, его уже привычно ждала Маша. Они достаточно хорошо сблизились за те месяцы репетиторства с физиком. И не мудрено, ведь каждый раз приходя к Арсению парень заставал там и Попову, что пила чай или жаловалась дяде на «отвратительную грымзу, что поставила мне тройку, представляешь?!». Да и в последнее время, только она оставалась для него близким другом. У остальных были свои проблемы. Миша, например, внезапно для всех, сошелся с Леной. Они никогда не ладили достаточно хорошо, но были чем-то вроде товарищей, а тут на тебе и вместе. Противоположности, как говорится, притягиваются. А, как всем известно, отношения всегда утягивают с головой, потому былой крепкой дружбы с каждым днем, как и не бывало. У Ромы же, были проблемы в семье, и он уже неделю не появлялся в школе. Тёма с Машей пытались ему дозвониться, но каждый раз поднимая трубку, Куницын говорил с ними не дольше пятнадцати минут. Вот и получалось, что от, когда-то, веселой и чудной компании остались только он и Попова. -Привет Тём, - помахала ему девушка, - выспался сегодня? -Нет, что ты, - протянул взбодрившийся парень, - я всю ночь учил физику что бы сегодня поразить Арса своими знаниями! -Вау, вот это да. А знаниями на уровне седьмого класса? – приподняла бровь Маша и тут же пораженно остановилась – Или до восьмого успел дойти? -А это, уже не столь важно, - с пафосным видом ответил Артём, и они направились внутрь здания, хихикая. *** Звонок. Большая перемена. Толпы голодных детей, летящих в столовую. Типичная ситуация в типичной школе, типичным днем. Тёма, с легким оттенком пренебрежения смотрел на бегающих из стороны в сторону детей и жевал булочку с сыром. Маши не было рядом, опять к Асу побежала сто процентов, и парень ее прилежно дожидался, стоя у стены. Тридцать минут большой перемены, давали блаженную передышку от очередных нагнетаний о ЕГЭ и бесчисленных новых знаний, а значит, их нужно было использовать по максимуму. Булочка, предательски кончилась, оставив после себя лишь жирный кулёк, и Артём вздохнул. Пришлось отлипать от, уже родной, голубой стенки и топать к мусорке, в конце коридора. Задача усложнялась бегающими детьми, от которых невозможно скрыться, но Шастун, на его удивление, с успехом преодолел препятствие. Оглянувшись вокруг, он решил не испытывать удачу вновь и просто присел на ближайший подоконник, за что ему могло прилететь шваброй, узнай об этом Зинаида Олеговна, их прекраснейшая уборщица. Как типичный подросток, парень сразу же залез в телефон проверять соцсети. Новости, смешные мемы, жизненные истории, стремные фотки восьмиклассниц. Ничего нового Инстаграм предложить парню не мог, и он закрыл вкладку. Тихо вздохнув вновь, Тёма зашел в диалог с отцом. Последнее сообщение «Уже вышел от Арсения, скоро буду» было написано вчерашним злополучным вечером. Тогда, когда все еще было нормально. Поколебавшись, парень написал короткое сообщение и, не медля, что бы не передумать, нажал на «Отправить». Вы: Как ты? 13:40 Отправлено Немного прождав, он закрыл диалог, так и не дождавшись заветного «Прочитано». И как раз в тот момент заметил необычное столпотворение. Людей было не много, что бы создавать большой шум, однако уже больше чем обычная компания. И он бы проигнорировал эту деталь, если бы не голос Маши, послышавшийся прямо оттуда. Приподняв брови, Тёма спрыгнул с подоконника и пошел к толпе. -…небось спишь с ним, да? – услышал он обрывок тирады Алены, девушки из паралели, что славилась своими «похождениями», если вы понимаете о чем я. – Оценки у тебя хорошие, и подпускает к себе он только тебя. Много пришлось ртом поработать? -Не больше чем тебе, - парировала девушка, сжимая шлейку рюкзака. Она не выглядела задетой или обиженной, но в Артёме взыграла легкая злость. Как эта шлюха, может оскорблять такой одуванчик как Маша? Еще и обвинять ее? Да еще и в таком? И он, решив не игнорировать, вышел вперед, к подруге. -Что происходит? – оглянулся он и обратился к шатенке. Алена притихла, но не отступила, лишь выискивая кого-то в толпе. Гул на секунду умолк, заставляя погрузиться в блаженную тишину. -Ничего Тём, - заверила его Попова, положив руку на плечо, - мы уже разобрались и уходим. -Правда? - скептично приподнял бровь Артём. -Да, все хорошо, - утвердительно кивнула Маша и они собрались уходить, разворачиваясь к толпе спинами. -Посмотрите, - насмешливо протянул чужой голос за спиной, - у шлюшки защитничек объявился. Артём обернулся и почти нос к носу столкнулся с самым противным человеком в его жизни. Глебом Васильевым. На самом деле он был худшим не только в его жизни, а в жизни всей школы. Таких мудаков только поискать. И его бы, наверное, выгнали с радостью, только вот он ничего не делал. Ходил на уроки, зарабатывал оценки и отрабатывал. Не хулиганил, не дрался, и выгонять его было не за что, вот только характер у этого парня был крысиный. Самый невыносимый из всех возможных. А Артёма он еще и невзлюбил. Точнее, вряд ли он вообще мог любить, но агрессию проявлял именно к Шасту-младшему, по большей части. Почему, сам Артём не знал. Но, что только не взбредет в голову психам, понять из логику невозможно. Сам кукухой полетишь. Вот и Тёма даже не пытался -Чего тебе, Глеб? – спросил уже раздраженный его ухмылкой, Артём. -Да так, просто хотел спросить, ты знаешь, что наша «божий одуванчик» спит с физиком или она тебе не рассказывала? – наигранно невинно поинтересовался парень. -Она не спит с ним, - отчеканил Шастун, сквозь зубы. -Или погоди, - театрально удивился Васильев – может, с ним спишь ты? То-то у тебя оценки выше стали. Да и он твой репетитор. Что вы там проходите? Как сосать члены? -А что, хочешь на такие занятия походить? – язвительно ответил ему Тёма. – Тебе бы не помешало. Так же ты дружков своих там ублажаешь? – с наслаждением продолжал парень, глядя на то, как багровеет от злости Глеб. -Тебя мамочка вежливости не учила, да? Хотя стой, как же она могла, ты же вырос только с отцом пидором, как я мог забыть – зло выплюнул парень. – Он тебя этому искусству обучил? Семейное дело продолжаешь? -Заткнись, - сжал кулаки Артём, полыхая злостью. Оскорбления в свою сторону он мог стерпеть, но только не об отце. -Или что? – довольно оскалился Васильев. – Выебешь меня? Артём схватил парня за грудки и припечатал к ближайшей стене. Глаза его горели злостью, а Глеб съежился, но продолжал ухмыляться. Терпение его было на пределе. -Не смей упоминать моего отца – прорычал ему в лицо Тёма. -Как мило, - издевательски протянул Глеб. – Защищаешь своего отца-педика, посмотрите. А ты уходишь из комнаты, пока твой отец ебется в жопу или участвуешь? -Закрой свой чертов рот – ударив тому по лицу, прошипел Тёма. Глеб скривился и в ответ толкнул парня от себя, в солнечное сплетение. Артём замахнулся вновь и попал по скуле. Васильев ударил его коленом в живот. -Тёма, стой, хватит! – старалась оттащить его Маша, но драка продолжалась. До тех пор, пока в коридоре не послышался грозный голос Арсения Сергеевича: -Что здесь происходит?! *** Тёмка: Как ты? 13:40 Прочитано Антон смотрел на сообщение сына и все никак не мог решиться написать ответ. Прошел уже час, может больше, но увидел его Шастун только сейчас. Завалив себя работой по свои лопоухие уши, он мало обращал внимание на окружающий мир, и если бы не Серёжа, что, буквально, вытащил его к себе на ковер, он бы продолжил неистово печатать очередные слоганы и заполнять бумажки. Тогда Матвиенко был взволнован не на шутку. Никогда он еще не видел вечно улыбчивого и довольного Шастуна, таким убитым, переломанным и уставшим. Потому, первым же делом он позвонил Позову и Окс, дабы узнать, что такого могло произойти. Но не добившись ничего, армянин решил спросить напрямую с самого виновника переполоха. И как только Антон переступил порог кабинета начальника, на него налетел друг. -Так Антоха, ты сейчас же рассказываешь, что с тобой такое сегодня иначе, я за себя не ручаюсь – пригрозил ему пальцем Сережа, усаживаясь на край своего стола. -Да все нормально, Серёж… - попытался отвертеться мужчина. -Не пизди мне тут – резко осадил его Матвиенко. И дальше, уже мягче, продолжил – Я же переживаю, Тох. Мы все переживаем. Я ж всех наших на уши поднял, что бы узнать что случилось. Ты ходишь весь день как в воду опущенный и потом в ней же и утопленный, призраком самого себя. Как неупокоенная, мать его, душа. -Ладно, ладно не начинай, – поднял блондин руки вверх, понимая, что эти сравнения могут длиться еще долго. Словарный запас у мужчины был ого-го. Но говорить от этого согласия было не легче. Он потер переносицу и вздохнул, прежде чем ответить. – Это просто… Это все Нина. Армянин сосредоточенно вглядывался в осунувшееся лицо друга. Он не торопил его, ведь все они знали, чего Антону стоили отношения и разрыв с Ниной. Пусть парень и не вдавался в подробности своего рассказа на кухне за сигаретой, они все, Оксана, Дима, Сережа, они знали, как тяжело было Антону. По глазам было видно, что тому еще больно. Потому все темы касающиеся Нины, были закрыты. До сегодняшнего дня. -Она позвонила мне, сказала, что хочет увидеть своего ребенка. Я начал возмущаться. Зачем ведь? Не ты же его растила. Мы снова поссорились и я начал обвинять ее в том, что она Тёмку сама бросила, и он ее и видеть не захочет, даже глазком одним. А она говорит, «Откажешься, я у тебя его отсужу. Деньги и знакомый судья имеются, так что ты потом вообще своего сына не увидишь». Ну, я и согласился с натягом. А потом как вспомнил, откуда у нее деньги и знакомый судья, больно стало, хоть грудь себе раздирай. А потом еще и Артём пришел, меня таким застал. Я ему все и рассказал, - убито проговорил Антон, сжимая ручки кресла. Глаза щипало, но позволить себе плакать, Шастун уже не мог. Хватило еще вчерашнего, когда он позорно ревел у сына на плече. Хотя это он должен быть ему поддержкой, а не наоборот! Но если говорить честно, поделившись этим хоть с кем-то, чему стало немного легче. Теперь он хотя бы мог спокойно выдохнуть и знать, что его поддержат. Серёжа хотел было что-то сказать, но в кабинет влетела Ира и протараторила что-то про важное собрание, где мужчину как раз ждут. Недовольно цыкнув, Матвиенко пригрозил оставаться на месте и вышел, следуя за Кузнецовой. Тогда-то он и увидел сообщение от сына. И возвращаясь к началу, Антон все же решил ответить Тёме, что бы тот не волновался понапрасну. Вы: Я в порядке. Все хорошо, Тём. Как ты? 14:35 Отправлено И стоило отправить сообщение, которое он переписывал раз двадцать и отправил так быстро, что бы не успеть передумать, как ему поступил входящий звонок. «Павел Алексеевич» гласило имя контакта, и Шастун поднял трубку. -Алло?