Four ways

      - Опаздываешь.       Мисселина добродушно улыбается мне. Белое одеяние практически сливается с пейзажем из облаков, и, если бы не этот бестолковый дракон рядом, я не сразу разглядел бы свою коллегу. Плавно приземлившись в паре метров от них, осторожно складываю крылья, чтобы не напугать зверя.       - Приношу извинения, - улыбаюсь в ответ, - пришлось задержать парочку бесят после занятий.       - Надеюсь ничего серьезного?       - Нет, мелкие нарушители дисциплины. Но пришлось отдать их на растерзание Фенцио, чтобы успеть сюда…       - Бедняги… - заливистый смех Мисселины заставляет и меня поглумиться над незавидной судьбой разгильдяев.       - А где Энди? – спрашиваю я оглядываясь.       Прекратив смеяться, Мисселина указывает в сторону джунглей. Вглядываясь в деревья, я, наконец, замечаю фигуру непризнанного, машущего из своего укрытия.       - Геральд…- голос ангела за спиной звучит неожиданно серьезно, из-за чего я сразу же возвращаю свой взгляд к ней, - ты уже знаешь, кого мы сегодня ждем?       Ее вопрос немного смутил. Уже несколько столетий на этом самом месте я встречаю избранных - людей, чьи души не упокоятся в вечном блаженстве и не подвергнутся мукам искупления после смерти на земле. Однако в последнее время мои вылазки из школы регулярно проходят в пустую: у многих предполагаемых непризнанных не раскрываются крылья при падении, а еще больше несчастных новопреставленных оказываются в пасти ящерицы-переростка, которую сейчас Мисселина ласково поглаживает по морде. Вот и в этот раз я, не возлагая никаких надежд на прибавление в армии лентяев и невежд, посещающих мои лекции, не удосужился узнать, кого мы встречаем. Даже стыдно. Немного.       - Нет. Ведь я рассчитывал, что твой хорошенький ротик мне все расскажет, - ухмыляясь, я окидываю оценивающим взглядом ее фигуру, скрытую под тонкой тканью.       - Дурень. И чем ты лучше своих студентов? – эта непробиваемая святоша с роскошными формами качает головой и продолжает улыбаться мне, ничуть не смутившись.       - Так… и кого мы ждем?       Уголки губ ангела немного опускаются вниз, а в васильковых глазах проскальзывает печаль. Она отводит глаза и продолжает:       - Девушке, что мы ждем, двадцать два года. Она погибла в аварии, когда возвращалась домой.       - И? – я упорно не могу понять ее беспокойства.       - …и ее фамилия Уокер. Вики Уокер, - Мисселина произнесла имя погибшей и грустно посмотрела на меня.       Изогнув бровь, я недоуменно смотрю на коллегу. Уокер. У-О-К-Е-Р. Это же...       - Это что… Дочь Ребекки Уокер?       - Именно.       Воспоминания рисуют в голове красивую женщину, без раздумий прыгнувшую с обрыва в неизвестность, заставив старое сердце демона трепетать от восторга.       - Дочь Серафимы Уокер? - уточняю я.       - В точку.       Вновь перед глазами стоит та красивая женщина, уже облаченная в роскошный белый костюм, восседающая в высоком кресле в Верховном совете при Шепфе.       - Оу… Вот, значит, как… Серафима в курсе?       - Я думаю, что да… Ах, это так печально, Геральд, - женщина делает глубокий вдох, чтобы скрыть едва заметную дрожь в мелодичном голосе.       - При нынешнем положении ее матери, Вики… правильно же?... Вики не о чем волноваться.       Мисселина грустно вздыхает:       - Она так молода, не успела вкусить земную жизнь, а сейчас придется познавать уже наш уклад…       - Не волнуйся. Может она и не пройдет тест, - моя кровожадность тут же исчезает, стоит взглянуть на сведенные домиком бровки ангела.       - Время едва плетется, - говорю я, подойдя ближе, - ее мать так высоко поднялась, а прошло всего то лет пятнадцать…       - Семнадцать. Прошло целых семнадцать лет. Но я помню все, как будто это было вчера, – Мисселина снова мягко улыбается.       - Значит, у тебя не будет дежавю, - тихо говорю это ей на ухо, губами касаясь тонкой ткани капюшона плаща и вдыхая едва ощутимый нежный аромат с ее волос.       - Хватит со мной флиртовать, Геральд, - наконец-то на ее бледной коже проступает румянец.       - Ты так мило смущаешься, как тут устоять…       - Тогда я с Фыром пойду к Энди, - закатив глаза ангел поворачивается в сторону джунглей.       - Ну иди, - мне ничего не остается, кроме как ухмыляться, глядя ей вслед.       Невинный флирт всегда поднимает мне настроение. А флирт с Мисселиной пробуждает еще и спортивный интерес. Безумно интересно, кто кого переиграет на сей раз. Сегодня из-за ее несобранности победа была явно на моей стороне.       Долгие столетия, что я провел на своей должности в школе, дали усвоить мне несколько истин. Истина первая – правила придумали не дураки. Равновесие, что создал Шепфа в этом мире – хрупкая система, и любой перевес может его разрушить. Наша задача – сохранить великое творение Создателя, несмотря на все испытания, что готовит бытие. И именно это я пытаюсь донести до учеников на своих занятиях. Истина вторая – мне нет никакой разницы, кто ты. Ангел, демон, непризнанный – плевать. Я повстречал немало ублюдков в белых одеждах, и не меньше порядочных в черных. Я учитель. И учу я беспристрастно. Хотя, каюсь, непризнанные мне милее – они выбирают сторону из своих истинных склонностей, а не по рождению. Истина третья – я не хочу обзаводиться потомством. Вбивать знания в головы избалованных крылатых отпрысков ангелов и демонов – это одно. Увидеть за партой своего избалованного отпрыска – кошмар наяву. К тому же, я никогда не был столь тщеславен, чтобы привести в этот мир свою маленькую копию. Да и заводить семью, хранить верность матери своих детей... Суть Демона - соблазн. А к чему сковывать себя цепями отношений и обязательств, когда вокруг столько прекрасных искушений. И финальная четвертая истина – не гадить там, где ешь. Это я про «не спать со студентками». И со студентами тоже. И с преподавательским составом. Хотя это чертовски сложно, учитывая, что я регулярно отлавливаю парочку демониц возле своих покоев. Но лучше все-таки не спать.       Так мне нравится болтать с Мисселиной во время работы. Красивая и умная, верная собственным убеждениям, с крепким стержнем, она всегда до скрежета зубов добра и справедлива с окружающими, как и подобает ангелу. Да, Мисселина определенно мне нравится. Я не могу сказать, что не желаю ее – я все же демон, а не лгун. Да и кого я только не желал… И все же искушение ангела и нарушение порядка идут вразрез с моими истинами. Да и я бы посмотрел на несчастного, желающего искусить эту остроумную кокетку, скрывающуюся под маской святой девы. Все эти наши заигрывания, никогда не переходят черту порядков и приличий. Как и я, она знает правила игры и не позволит себе лишнего. Мисселина знает мою природу и принимает меня, как есть. Пожалуй, я мог бы назвать ее другом. Если бы, конечно, до конца понимал, что это понятие в себя включает.       Рассуждая, я и не заметил, как из открывшегося рядом водоворота появилась девушка.       Она еще не может меня увидеть. Почему-то образ громилы в черном пугает умерших, и я предпочитаю не показываться перед ними до окончания теста. Огромные голубые глаза растерянно смотрят сквозь меня, изучая местность. Верхние пряди густых русых волос собраны в растрепавшийся пучок на макушке, в то время как остальные волосы локонами падают на хрупкие плечи Вики Уокер. Она достаточно высокая – примерно мне по грудь. Недурна собой: впалые щеки, высокие скулы, густые ухоженные брови, гладкая кожа, чуть тронутая загаром, прямой аккуратный носик. В ее движениях определенно есть что-то кошачье, что заметно, когда она тихими осторожными шажками подходит к самому краю обрыва и, наклонив свою головку набок, смотрит в пропасть. Пухлые губы чуть раскрыты, будто она хочет что- то прокричать, но не уверена, есть ли в этом смысл.       Я ловлю себя на мысли, что уже видел подобное, лет пятнадцать назад. Или семнадцать. Она похожа на Ребекку. Даже немного жутко от того, насколько.       Холод голубых глаз, обрамленных длинными ресницами встречается с моим взглядом, когда Вики снова смотрит в лес. Почему-то я тут же отвожу взгляд в сторону.       Пора заканчивать это.       Когда девушка во второй раз заглядывает в пропасть, я не выдерживаю:       - Действуй.       И она делает свой уверенный шаг в никуда. Кто бы сомневался. Похожа. Страшно похожа. Даже не удивляюсь, когда она взлетает и плавно опускается на траву рядом. Я бы сказал грациозно. Такое приземление заслуживает аплодисментов как минимум.       - Кто вы? – овации вырвали ее из оцепенения, но она поразительно спокойна и, кажется, совсем не смущена моим видом. Этот пристальный взгляд двух льдинок еще доставит хлопот.       - Меня зовут Геральд, - представляюсь я и расправляю затекшие от долгого бездействия за спиной крылья.       - Какая красавица…- слышится голос Мисселины позади.       Это уж точно.       

***

      - Геральд, извините, я могу войти?       Снова этот пронзительный взгляд. Не сказать, что я не удивлен, видя ее на пороге своего кабинета. В час, выделенный для консультирования, это крыло становится слепой зоной для студентов, которые предпочитают игнорировать факт своего незнания или непонимания предмета. Старательные же ученики справляются и без моих консультаций, проводя перерывы между занятиями в библиотеке.       После яркого успеха на практических занятиях, Вики Уокер решила посетить консультацию для отстающих. Девочка точно знает, как расположить к себе преподавателя. Подлиза. Ожидая разрешения, она неуверенно делает маленький шаг внутрь комнаты. В руках Вики держит толстый том Писания, о котором мы говорили на прошлом занятии. Надеюсь, она здесь не из-за этого.       - Да, заходи, Вики. У тебя есть ко мне вопрос?       Девушка плавно опускается на стул перед моим столом и кладет увесистый том себе на колени.       - Да. Я решила дополнительно прочесть про Мальбонте, и в этой книге…       - О, Шепфа!       Видимо раздражение в моем голосе сильно ее смутило, она начинает трепать тоненькими пальцами корешок книги. Целый день я отбивался от этих фантазеров после урока. Она, видимо, пришла меня добить.       - Вики, я понимаю, что все эти теории и домысли намного интереснее учебной литературы… - оказывается сплетни настолько меня доконали, что я чуть не срываюсь на рык. Даже с места вскочил, чтобы высказаться.       - Но послушайте…       - … они слишком отвлекают вас от действительно важных занятий… - не перебивай меня девочка, а то хуже будет.       - Геральд… - она немного морщит свой лобик из-за того, что я не даю ей слова.       - Ты что, не слушала меня? Я же специально рассказал вам все, что известно об этом, чтобы успокоить, а вы продолжаете накручивать…       - Да выслушайте же меня!       Ее звонкий голосок заставляет меня умолкнуть и недоуменно вздернуть бровь. Шок от такой дерзости заставляет неловко улыбнуться.       - Не груби мне.       - Простите.       Она стыдливо опускает глаза вниз, ее смазливая мордашка покраснела от смущения. Какой милый ангелочек. Напоминает мне юную Мисселину.       - Ничего…Так что ты хотела спросить, - делаю свой голос тише и стараюсь говорить мягко, чтобы не напугать больше.       Не поднимая взгляда, она раскрывает книгу – только сейчас меня пронзает вопрос как она вынесла ее из библиотеки – и ловко перелистывает рассыпающиеся от времени страницы. Меня переполняет негодование, когда я замечаю, что на месте, которое Уокер раскрыла, торчат лишь обрывки страниц, которые были жестоко вырваны из древнего манускрипта. Глубоко втягиваю воздух, чтобы успокоиться и снова не заорать.       - Кто сделал это с Писанием? – стараюсь говорить предельно спокойно. Судя по двум озерцам, смотрящим на меня с мольбой – не вышло.       - Я взяла книгу уже в таком виде, - я смотрю ей прямо в глаза, и вижу, как в ее воспоминаниях она раскрывает книгу, и видит следы этого надругательства.       - Судя по всему в этой части книги описаны предметы для ритуалов Мальбонте… - она не отводит взгляда, - и я хотела спросить…       Я не слушаю. Пары секунд хватило, чтобы увидеть воспоминания непризнанной. Кубок Крови. Он буквально преследует девочку. И зачем кому-то было уничтожать текст с ритуалом?!       - Давно у тебя эти видения? – перебиваю слабо отрепетированную речь ученицы и опускаюсь в свое кресло, чтобы мы были на одном уровне.       Вики не решается мне отвечать. Хотя я уже и так знаю ответ. Наконец, она глубоко вдохнула:       - Мне начали сниться сны после смерти Лоры.       - И ты решила, что они связаны с Мальбонте?       - Да.       Она умная. И проницательная. Еще раз убеждаюсь, что передо мной дочь Ребекки.       - Геральд, на занятии вы говорили, что дети ангелов и демонов не живут долго. Но почему? Я так и не поняла почему...       Вопрос заставил меня улыбнуться. Земная девочка пока не понимает природы этого мира. Но она, может быть, и есть ключ к разгадке страшного убийства. Только не отпугни ее.       - Не хочешь чаю, Вики?        Два часа пролетели, как миг. Для меня. Я рассказал ей о великом Шепфе, о том, как он создавал этот мир, об ангелах, демонах и о людях. Вики оказалась благодарным слушателем. Иногда она разбавляла мою болтовню своими вопросами, которые казались мне настолько философскими, что я – демон, посвятивший своё существование изучению самой сути Шепфы – терялся, подбирая ответ. А иногда она была непосредственной, будто ребенок, делающий первые шаги в этой большой и сложной Вселенной.       - Выходит, ангелы и демоны не один биологический вид?       - Нет. Но дело тут не в земной науке. Речь идет о более высокой материи – об энергетике и равновесии. Но если тебе так понятнее, то… - я отхлебнул остывшего чаю, - Для примера: у птицы и змеи не родятся аспиды с крыльями. Хотя и те, и другие несут яйца. И предок у них тоже один. Ведь если аспиды начнут летать, а птицы ползать, то как отличить, кто есть кто. Равновесие нарушится. Во Вселенной начнется хаос.       - Значит, ангелы – это птицы, а демоны – аспиды, - Вики отставила пустую кружку в сторону и облокотилась о край стола.       - По одежде разделяешь?       - Да, - напряжение между нами пропало где-то через полчаса разговора. Она улыбается мне, обнажая свои жемчужные зубки.       - Ну пусть будет так. Только вот энергетика птиц – их парадигма – имеет свой вес в равновесии, а парадигма аспидов имеет свой. Это как вода и масло. Они не перемешаются между собой. Масло всегда отделится от воды. Так и в детях, рожденных от союза ангела и демона, энергетика разделяется, стоит малышу появиться на свет. А удержать в себе две сути не в наших силах.       - Но как же тогда мы существуем все вместе в одной Вселенной? – Вики недоуменно поднимает бровки.       - На все есть воля Шепфы. Мы – его первые творения – обладаем крыльями и бессмертны из-за сильной энергетики. Но наши парадигмы возведены в Абсолют – мы либо добродетель, либо соблазн. Вода, либо масло. Когда он создал людей, то допустил, чтобы в них сочетались обе энергетики, но в совсем малых концентрациях. Поэтому люди живут так мало, хотя и дольше чем полукровки, и так слабы. А жизнь по двум парадигмам изматывает души настолько, что их приходится отправлять на покой. В рай. Ну или в ад. Смотря чего в душе больше – воды или масла.       - Тогда откуда появились непризнанные?       - Непризнанные – это люди, душа которых не так поизносилась за годы жизни на земле. Ты ведь заметила, что ученики школы в подавляющем большинстве молоды? Они сильны духом, но погибли слишком рано, чтобы исчерпать свой ресурс. Вас не так много на самом деле, но вы есть. Здесь в школе вы выбираете одну парадигму и укрепляете её. Когда вода вытеснит масло из души, то непризнанного примут ангелы. И наоборот. Процедура не самая приятная, но об этом вам расскажут позже.       Кажется, я наконец-то ее утомил. Она сложила руки на столе и положила на них голову, уткнувшись подбородком в предплечья. Ее глаза смотрят куда-то в угол комнаты, пока механизм в симпатичной светлой головке пытается переварить вываленную на нее информацию. Восхитительная картина, на которую я хотел бы любоваться каждый день на уроках. Удовлетворенно ухмыляюсь, наслаждаясь своей работой.       - Если люди такие слабые и бесполезные, то зачем они вообще нужны? Не проще избавиться от них?       А я недооценил Вики. Не такой она и ангелок, какой кажется.       - Для баланса. Людские душонки хоть и маленькие, но их так много. Большая часть всей энергетики идет от них. А ангелы и демоны регулируют, чего в них должно быть больше – воды или масла. Поняла?       - Но почему просто не создать больше ангелов и демонов?       - А в чем смысл? Мы перебьем друг друга от безделья, начнем рассуждать чего все же должно быть больше – масла или воды – и Вселенная, которая работает только за счет тонкой границы между двумя энергетиками, канет в лету. Да и куда девать всех людей? Или хочешь истребить шесть миллиардов душ?       Вики только улыбается:       - Я не так жестока.       - Надеюсь. Уже поздно, Вики. Тебе пора к себе, - я только сейчас понимаю, как вымотался.       - Можно еще один вопрос?       - Валяй.       Она выпрямилась и с серьезным лицом спросила:       - Я могу снова прийти к вам на консультацию?       Не удержавшись, я захохотал.       - А что, появились новые вопросы?       На это студентка хитро прищуривается.       - Не получила ответов на старые. Ведь, если Шепфа смог создать человека, то что помешало бы ему создать его улучшенную версию со временем? Мальбонтэ, к примеру...        Заболтать ее мне не удалось. Что ж, попробуем в другой раз.       - Тогда всегда рад.       Стоит ей уйти, я мигом бросаюсь к выходу, чтобы сломя голову помчаться к Сатане и удостовериться в сохранности кубка.       Когда я вернусь в кабинет, в воздухе будет витать еле ощутимый флер ее духов. Мы проведем еще много таких увлекательных вечеров. И я быстро привыкну к этому ненавязчивому сладковатому аромату с нотками льда и ее бесконечному потоку вопросов. А еще перестану избегать взгляда этих умных глаз и начну ловить себя на том, что постоянно ищу его среди толпы.