Вот вам и антоновка

      Тони выловили с самого утра. Когда он, зевая, зашел на кухню в поисках кофе, Старка уже поджидали серьезный Стив и облокотившийся на него Баки.       — Тони, будь другом, налей и мне кофе, — пробормотал Барнс вяло, тоже едва не засыпая на плече у Стива. Из них троих только Капитану Америка хватало трех часов сна в сутки, и Баки до сих пор не мог принять то, что их план нужно было выполнять в пять чертовых утра, когда и он, и Старк едва соображали хоть что-либо.       Тони скептическим взглядом посмотрел в ответ, отпивая из кружки, и только прошелся ладонью по шее, налившейся синяками после вчерашней ссоры с Барнсом. Шея выглядела и впрямь страшно, и Стив перевел подозрительный взгляд с одного на другого, уже догадываясь, кто виноват ужасающем виде Старка.       — Стиви, все предъявы после кофе, — простонал Баки, отрываясь от удобного плеча, чтобы принять все-таки предложенный эспрессо. — Старк, ты теперь официально моя вторая любимая диснеевская принцесса.       — А первая — Роджерс? — Тони явно не хотел отвечать, не хотел даже их видеть, если честно, но желание сыронизировать в нем было заложено гораздо глубже личных обид.       Баки это знал, а потому только улыбнулся: контакт налажен, дальше — дело техники.       — Слушай, у нас к тебе разговор…       — Так и быть, стану подружкой невесты, — фыркнул внимательный Старк, разглядывая этих двоих.       Что ж, похоже, никакой любви между паучком и Барнсом действительно не было, раз уж неразлучники, в особенности, конечно, Стив, достали свои головы из задницы и смогли решить все свои личные вопросы. Не то чтобы ему были интересны подробности, но сердце почему-то тихо пело от осознания того, что на Пита теперь никто не покусится, раз уж его любовник заимел в свое вечное пользование свой персональный краш. В голове потихоньку начал зреть план, включавший его самого и Паркера, желательно раздетых… Кхм… Не о том речь.       — Тони, — удивительно, но непрошибаемый на работе Кэп в личной, повседневной жизни был довольно интересным персонажем: его было легко смутить даже самой безобидной шуткой из серии «ниже пояса».       — Спасибо за поздравления, — фыркнул Баки и собственнически обнял за талию Родерса, заодно пощупав одну из самых потрясных задниц на всем белом свете. — Но мы бы хотели поговорить о кое-чем другом.       — Дай-ка догадаюсь, — нахмурился Старк, отворачиваясь. — Надеюсь, ты не разбил сердце паучку своим триумфальным воссоединением с надеждой всея Америки и он не плачет сейчас где-то над твоим фото в милой рамочке? Потому что, если это так, я тебя лично…       — Тони, — закатил глаза Зимний, бесстрашно подходя к нему со спины и кладя живую руку на плечо. — Вообще-то, это Пит нас свел, чему мы оба до опизденения рады, так что убивать меня нет причины.       — И как же? — фыркнули ему в ответ, отходя в сторону и сбрасывая ладонь. Баки настаивать не стал.       — Вот как раз об этом мы и хотели поговорить, — вступил Стив, одним взглядом отгоняя Барнса от напрягшегося Тони. Старк только скривился и усталым раздраженным взглядом обвел обоих.       — И ты, и твоя подружка уже все мне высказали, Роджерс, — начал он зло и отставил кружку, чтобы сложить руки на груди в защитном жесте. — Что я идиот, который отказывается затащить к себе в постель первую попавшуюся семнадцатилетнюю задницу, и поэтому бросаюсь на беззащитных людей…       — Что еще скажешь? — вмиг набычился Барнс, понимая, чьи слова сейчас перевирает Тони, но был остановлен холодным голосом Стива — тем командирским его тоном, который появлялся только в бою и которого под настроение слушался даже Тони:       — Хватит. Разойдитесь, пока опять не сцепились, — Роджерс сжал пальцами переносицу, бормоча себе под нос: — Легче прикурить на пороховой бочке, чем заставить вас разговаривать нормально, — Старк уже встрепенулся пропустить очередную колкость, но Стив заговорил быстрее: — Это по поводу Питера, Тони, так что, ради бога, сядь и послушай.       Тот, помедлив, все же прислушался: сел на барный стул, начиная тут же крутить чашку кофе за ручку, и только сказал серьезно:       — Так что с ним?       — Мы не можем сказать тебе, — тихо ответил Роджерс, смущенно поведя плечами.       Старк расхохотался. И вовсе не от веселья, хотя действительно было забавно. Какое-то: «Мы хотим с тобой поговорить о паучке, но ничего рассказывать не будем». Полнейший бред. Может быть, он все еще спит себе на диване в лаборатории и этот сюр ему лишь привиделся после ополовиненной бутылки виски?       — Вы поиздеваться решили над моей слабостью к пацану, я понять не могу? — разочарованно покачал головой мужчина и попытался было уйти с кухни, но вслед ему раздался еле слышный голос Баки:       — Попытайся понять нас. Мы не можем просто так все тебе рассказать: получится, что мы его предадим, ведь Пит не хотел, чтобы ты знал.       — Просто присмотрись к нему, Тони, и скоро сам все поймешь. Мы хотим помочь ему, и, похоже, только лишь ты сможешь сделать это. Прости за намеки… Он нам и правда очень дорог. Пусть лучше мы потеряем его доверие, чем его самого, — закончил нахмуренный Кэп.       Старк едва заметно кивнул, как бы безмолвно говоря, что принял полученную информацию и тут же отправился в лабораторию разбираться. Если дело касалось Пита, сон может и подождать. Все дела, вообще-то, могут подождать.       — Пятница, так о чем эти двое говорили? — мимоходом спросил Тони, закрываясь у себя. ИскИн замялась на пару секунд, и мужчина кивнул сам себе. — Значит, и тебя к этому подключили. Ну что ж, давай тогда вручную разбираться.       Он остановился у стола, сгреб ненужные инструменты в сторону и оставил только ручку для работы с проекциями.       — Давай, золотце, с самого начала. Покажи, в каком состоянии паучок приполз на базу.       Голограмма засветилась напротив лица, и Тони острым взглядом всматривался в растрепанного, раскрасневшегося Питера, ввалившегося на кухню. Пацан спросил о Беннере в таком явном раздрае, что хотелось нахмуриться, и Старк быстро перемотал кадры, чтобы увидеть, как Пит входит в малый тренажерный зал находит там Брюса и…       — Ебаный ты боже! — тихо выдохнул он, следя за тем, как возбужденный и расстроенный паучок трется о ногу Халка, и растрепал ладонью собственную прическу. Его ошеломление было настолько велико, что за ним легко спрятались больно уколовшая ревность и совершенно неуместное возбуждение от вида закатившихся в удовольствии глазах Питера.       Тони остановил запись.       — Я не хотел сегодня пить, — проникновенно сказал он в пустоту, вставая, чтобы открыть спрятанную за диваном полку с алкоголем, — но видит бог, на трезвую голову здесь не разобраться.       Налив себе на два пальца и прихватив заодно бутылку виски, Тони вернулся к застывшим на экране Питеру и Брюсу. Ускоренная перемотка показала, как они уходят в лабораторию Беннера, и вот, когда паучок уж было открыл рот, чтобы рассказать о своей проблеме, запись внезапно прервалась.       — Кто? — глухо спросил он, пустым взглядом всматриваясь в пошедшее рябью изображение. На этот вопрос Пятница все-таки соизволила ответить, хотя Старк и так уже догадывался:       — Мисс Романова очистила все записи за последующие двадцать семь минут.       — В бэках что-нибудь осталось? Стенограмма? Прослушка Фьюри? — он скривился, получив отрицательный ответ, и, уже чувствуя, как поднимается в нем холодная ярость, залпом выпил наполненный до краев стакан.       На собственной базе. На собственной базе Старка от него пытаются что-то скрыть.       — И что это еще, блять, значит, Пятница?       — Простите, Босс, но Вам придется вручную взламывать мою систему безопасности.       — Да я уж понял, — нахмурился мужчина и потянулся, играя пальцами. — Выведи, что ли, пока жизненные показатели Питера на экран и в случае чего — тут же сообщи.       — Конечно, мистер Старк.       Тони пододвинул к себе клавиатуру и принялся рыться в своем собственном изобретении, постоянно бормоча под нос ругательства. В маленьком окошке слева пульсировал пульс Пита, одним своим видом концентрируя Старка еще больше. Он должен разгадать эту загадку. Должен понять, что скрывает этот неугомонный мальчишка. Ведь он его… О, черт. Не сейчас! Не время копаться в себе… Тони давно привык к любым проявлениям боли, но та заноза, что крепко сидела в его собственном сердце, стоило лишь на миг снова перед глазами увидеть измученное, тревожное лицо Питера, начинала кровоточить.       Старк потерял счет времени. День уже давно перевалил за середину, а разгадки все не было. Не то, чтобы он надеялся быстро взломать систему, которую создал его безудержный гений, но надеялся, что на это уйдет гораздо меньше времени, чем говорила Пятница. Мужчина устало и чуточку раздраженно бросил взгляд на часы внизу экрана и потер глаза, в которых словно песок был насыпан.       — Мистер Старк, Вы просили сообщать о состоянии Питера Паркера, — раздался тревожный голос ИИ.       — Что с ним? — вскочил Тони, роняя на пол телефон и какие-то бумажки с расчетами. — Ну, не томи!       — Сердечный ритм опасно повышен, существует угроза сердечного приступа.       — Где он?! — не своим голосом закричал мужчина уже на полпути к лифту.       — Уровень В, игровая комната, сэр, — незамедлительно откликнулась Пятница. — Советую поспешить: боюсь, мои прогнозы ухудшаются с каждой секундой.       Тони не помнил, как он добрался до нужного места; он слышал только стук собственного сердца и чувствовал, как опасно расфокусировалось зрение. Кажется, пару раз мужчина не смог вписаться в поворот, и плечо к концу пути болело уже совсем неиллюзорно. Единственной мыслью, которая его успокаивала, было осознание того, что игровая от медотсека находится всего в двух этажах, и в случае чего Тони обязательно успеет…       Дверь перед ним автоматически открылась, и Старк ошарашенно застыл, пустыми глазами смотря на представшую перед ним картину.       Растрепанный донельзя Питер, даже не раздевшись, пытался вытрахать последние мозги из их Звездного лорда на узком двухместном диване, если это значит хоть что-то. Сам Тони смысла не видел и потому лишь застыл с непроницаемым лицом и ошарашенно поднятой бровью.       Промелькнула мысль о том, сколько еще собирается ошиваться у него на базе Звездный лорд, но она быстро улетучилась от звука застонавшего паучка.       — Пятница, ты про эту угрозу сердечного приступа мне говорила? — спросил он сухим тоном с тем расчетом, чтобы его услышали и явно развлекающиеся люди.       Пит даже не вздрогнул — так и продолжил вколачиваться в распластанного под ним Квилла, — а вот сам Квилл, нагой, как в день его рождения, приподнялся на локтях. На шее и груди у него уже расцветали красным синяки и укусы, а шалые глаза блестели совершенно непотребным образом.       — О, Железный человек прибыл! Присоеди… — задохнулся он на последнем слове, глубоко застонал, валясь обратно на диван, когда Питер вгрызся в подставленную шею.       Окей.       Окей. У Тони нет проблем с Квиллом. С кем он трахается — личное дело самого межзвездного Дон Кихота, но вот Паркер… За последние три дня парень успел трахнуться — и это минимум! — с Беннером, Барнсом, предположительно Роджерсом и, конечно, блядским Звездным лордом. И если пацан думает, что сексом без разбора он сможет решить собственные проблемы, о которых так намекали ему неразлучники, Тони, так уж и быть, в порядке благотворительности может отлично выебать ему мозги — Питеру хватит до конца жизни.       — Какого хера, Паркер? — Старк, не выдержав, в несколько шагов оказался подле этого секс-террориста и силой оттянул его от вновь застонавшего Квилла перчаткой Железного человека, мгновенно трансформированной из часов. — Какого хера, я спрашиваю?       Питер болезненно вскрикнул, словно очнувшись, а затем вывернул голову так, чтобы увидеть, кто его схватил, — и мозги его тут же прояснились от охватившего всю суть ужаса.       — М-мистер Старк?       — Да уж не говорящее дерево, — напряженно хмыкнул мужчина, разглядывая паучка.       Первое, за что зацепился взгляд, так это за лицо парня, на котором явно читался страх вперемешку с неудовлетворением. И это было неудовлетворение именно психологическое, не физическое, даже если взять в расчет, что мужчина буквально вырвал паучка из загребущих лапок этого Квилла. Так смотрят люди пресытившиеся, ищущие чего-то нового, кого-то нового. Идеального. И не находят.       Старк и сам часто наблюдал такое выражение на своем лице, глядя в зеркало в ванной. В комнате на его постели были девушка или парень, он получил оргазм… но… никакого особого кайфа это ему не принесло. Именно поэтому он тут же понял, что с Питом не все в порядке.       — Какого хрена, Старк? — раздался рядом недовольный возглас Звездного лорда. — Вместо того, чтобы дать нам продолжить или присоединиться, как нормальный мужик, ты предпочел устроить тут разборки.       — А ну живо свалил отсюда! — гаркнул Тони, направляя перчатку на голозадого любовника Пита на эту ночь. — И без тебя разберемся!       Квилл долго всматривался сначала в лицо разъяренного мужчины, затем бросил изучающий взгляд на Пита, который смотрел в пол и был каким-то бесцветным. Ебаные маракасы! А как все хорошо начиналось! Придется оставить этих двоих разбираться, даже если и не хочется. Ничего… Есть у него один туз в рукаве. Питер все же хороший парень и вовсе не достоин получить взбучку от своего наставника, с которым у того в последнее время довольно натянутые отношения.       Квилл быстро оделся под буравящим его тяжелым взглядом Старка и мгновенно скрылся за дверью, не забыв напоследок хорошенько той хлопнуть.       — Пит… Трахаться со всеми — это не выход, — устало проговорил мужчина, садясь на диванчик, перед этим чуть брезгливо скривившись, ведь на коже явно могли были остаться отпечатки Квилловой задницы. — Почему ты не пришел ко мне? Пит?       Питер ответить не мог, даже если и хотел. Все, на что его сейчас хватало, это пытаться не отключиться снова, не упасть в то отвратительное состояние нескончаемого возбуждения прямо перед Тони.       Он тяжело дышал и, жмурясь, прижимал ладони к собственному пульсирующему паху. Возбуждение уже даже не было болезненным — оно просто было всеобъемлющим, больше самого Питера, и требовало, приказывало себя удовлетворить.       Даже то наслаждение, что он получал во время самого секса, пропало окончательно, оставив после себя только неизбывную нужду. На Квилла он набросился неожиданно даже для себя самого, нагнул его, не спрашивая, и, кажется, без малого полчаса не мог остановиться. Хорошо хоть, что мужчина оказался любителем такого напора и только довольными вздохами отзывался на укусы и излишне крепкую хватку оголодавшего, обозленного от возбуждения Питера.       Парень точно помнил, что в один момент был слишком близок к тому, чтобы сломать Квиллу шею, и даже побледнел сквозь лихорадочный пот. Весь ужас был в том, что стояк до сих пор не проходил, — да и не мог бы пройти: Питер чувствовал, что ему мало, уже вчера ему лишь едва-едва хватило помноженных надвое ощущений от скооперировавшихся Баки и Стива, чтобы кончить. А еще в его поле зрения был Старк. Идеальный, невозможный Старк, запах которого перебивал запах всего остального мира.       Квилла он бы затрахал до смерти — его или своей. Без вариантов, именно к этому все и шло, когда мистер Старк ворвался в комнату: за пять минут до его появления Пит почувствовал, что тело уже не выдерживает, сердце забилось в болезненном ритме, едва не проламывая ребра, а Квилл — он ведь совсем, совсем без тормозов, боже, черт, черт — даже не пошевелился убрать ладонь Питера, когда тот лишил мужчину возможности вдохнуть на без малого две минуты (наверное; Пит не может утверждать, потому что время для него смазалось, но это значит лишь то, что могло пройти и гораздо больше).       Черт.       Ему нужно было пойти к мистеру Старку еще вчера, когда его уговаривали Стив с Баки. Он и правда последний идиот, конченный урод: сам же чувствовал, что с каждым разом приступы становятся только сильнее. Брюс с мистером Стрэнджем не могут ничего найти, и стоило пожертвовать собственной несуществующей стыдливостью до того, как самому Тони пришлось вмешаться.       Мистер Старк что-то над ним говорил, но Питер даже не слышал: с ужасающей неумолимостью его охватывала новая волна жара, на этот раз даже сильнее, чем было с Квиллом — и паучок просто сжался в клубок, выплескивая разочарование стонами и слезами.       Старк над ним застыл.       — Эй, паучок, родной мой, пожалуйста, не плачь, у меня сердце разрывается от одного твоего вида, — тихо зашептал Тони, приближаясь к такому маленькому и несчастному созданию перед собой.       — Нет, пожалуйста! Не подходите ко мне, — взвыл тот, отшатываясь.       — Если ты не хочешь моих объятий… — недоуменно отозвался Старк, поджимая губы (чем он блять, хуже Квилла?!)       — Вот именно, что хочу! — всхлипнул паучок, вновь со стоном падая на колени и сжимаясь в один маленький клубочек. — Вы себе даже не представляете, мистер Старк. Да я душу готов дьяволу продать, лишь бы… Ах! Уходите! — болезненный вскрик, заставивший Тони в одно мгновение сойти с ума от страха за парня.       К сожалению, мужчине ничего не удалось сделать, ведь между ним и паучком начал образовываться золотой, словно сотканный из искр, портал, откуда выступил чем-то обеспокоенный Доктор Стрэндж — хорошо хоть, не при параде, как всегда. Они мимолетно обменялись друг с другом не очень приветливыми кивками (Тони, несмотря на всю эту дрянную ситуацию, подумал, что Стивен явно копирует на себя его манеру стричь бородку, вот же засранец!).       — Питер, — доктору удалось сделать то, что сам паучок не позволил сделать Старку — крепко обнять того и прижать к груди.       Внутри все забурлило, ядовитыми волнами проходясь по всему телу жгучей ревностью, и мужчина просто не смог смолчать:       — Стрэндж, не смей трогать Пита! — зашипел Старк, наставляя на колдуна перчатку.       — Нет нужды меня запугивать, — хмыкнул тот и еле слышно выдохнул, когда горячие пальцы Питера начали массировать его шею. — Ему нужна помощь. От тебя он ее не примет, мне жаль. Так что, будь добр, опусти оружие и дай нам уйти, — твердо. — Обещаю, я о нем позабочусь. Поговорите тогда, когда он придет в себя окончательно и начнет соображать, что к чему. И… раз уж ты начал понимать, что за заварушка тут произошла, просто… следуй за пауками.       Это что, сейчас была отсылка к Гарри Поттеру?       Стрэндж ушел по-английски, даже не удосужившись выслушать Тони, и сверкающий, как рождественская ель, портал захлопнулся перед самым лицом растерянного и вконец разбитого Старка.       — Что за чертовщина тут творится? — только и смог выговорить он, дрожащей рукой зарываясь в волосы. — Следовать за пауками… Так… Кажется, я начинаю понимать…       В это время Стивен, оказавшись в своих покоях, аккуратно уложил тихо скулящего Питера на постель. Парень не отпустил его, мягкая хватка на шее вмиг превратилась в твердые тиски, и Стрэнджу пришлось силой вырываться из конвульсивно сжавшихся пальцев.       — Тихо, Питер, — ласково проговорил он, — тебя нужно раздеть.       — Не могу, — выдохнул паучок, открывая глаза и с мольбой посмотрел на мага. — Не конт… не контролирую себя. Это словно совсем не я. М-мистер Старк…       — Сейчас со всем разберемся, — пообещал парню Стрэндж, стаскивая с паучка уже порванную на одном плече футболку. — И с тобой, и со Старком. Все будет хорошо, Питер.       — Обещаете?       Стивен грустно посмотрел на парня, в очередной раз за последние дни почувствовав горький укол совести, угрожающий собственному самолюбию, за то, что до сих пор не смог найти действенное лечение этой «любовной лихорадки», и только кивнул.       — Обещаю, — тихо произнес он, наклоняясь, чтобы обхватить ладонями чужое лицо, и мягкими поцелуями пройдясь по лбу, вискам, уголкам глаз, и наконец остановился у чужих губ. Пит, уже совсем утонувший в приступе, тут же поцелуй углубил, острыми клыками прикусив мужчине нижнюю губу.       — М-м-м… Боже… Мистер Старк… Обожаю Вашу бородку, она так приятно колется, — безумно извиваясь на кровати, пока Стивен его раздевал, шептал Пит.       — Как же это я тебя раньше не приметил, парень? — с едва уловимой печалью в голосе пробормотал колдун, разглядывая идеальное молодое тело перед собой. — Старк — просто тупица и болван, раз не видит, не замечает…       Паркер, казалось, витал в своих фантазиях, но каждое мимолетное касание воспринимал всем своим чувствительным телом, под завязку напичканным гормонами. Он словно летал по небу. Но ему ни капли не было страшно: ведь рядом с ним парил Железный человек, за маской которого пряталось искренне улыбающееся лицо того, кого он всем своим существом любил.       — Пожалуйста, мистер Старк, можно я… — прохрипел парень, сильными пальцами впиваясь в спину склонившегося над ним обнаженного мужчины.       — Конечно, малыш… О, Вселенная!       Когда ловкие руки Пита перевернули их, паучок, не теряя ни секунды драгоценного времени, тут же полностью вобрал в себя член Стрэнджа, пропуская тот сразу до горла.       Стивен тяжело сглотнул, когда почувствовал на себе узкую и горячую глотку. Его собственный член тут же встал почти болезненно, стоило только паучку пару раз двинуть головой, опускаясь до самого паха, и гулко, чувствительно сглотнуть. Малыш полностью отдался минету, кажется, забыв о собственном возбуждении, и Стивен поощрительно раздвинул бедра, одной рукой ласково гладя паучка по волосам, шее и плечам, а второй пытаясь нащупать брошенный впопыхах лубрикант.       — Ч-черт, — выдохнул он непроизвольно, когда Питер, вновь взяв максимально глубоко, вдруг прошелся языком ему по основанию, мимолетно затронув яйца. — Какой длины этот дьявольский язык? — пробормотал Стрэндж непроизвольно, больше для себя, чем для совсем ничего не соображающего парня.       Питер выпустил член с ужасающе пошлым звуком, пару раз сглотнул, пытаясь прогнать онемение, и на пробу облизнул и без того влажные губы.       — Вам нравится? — тихо спросил он, поднимая совершенно безумный, поплывший взгляд с пульсирующими на свете зрачками, и Стивен, ясно понимавший, кого видит на его месте парень, ласково ответил:       — Конечно, Питер. Ты отлично справляешься, — он перетянул паучка к себе на колени и, обхватив его за спину, постарался сосредоточиться, насколько это было возможно в таких условиях.       Миг — и перед кроватью появились две материальные иллюзии самого Стрэнджа. Пока Стивен в легкой ласке проходился по шее Питера, втянув его в кусачий поцелуй, две остальных копии мага забрались на кровать по бокам от парня.       Паучок вздрогнул, стоило его спины коснуться еще одной паре рук. Он притерся членом к животу Стивена, пальцами сильно вцепившись в плечи, и только после этого смог оторваться от вылизывания, прикусывания чужой бородки.       — М-мистер Старк, что… — пробормотал он растерянным тоном, оглядываясь все такими же незрячими, пустыми глазами, и Стрэндж мягко, но властно притянул парня обратно.       — Все хорошо, Пит, — сказал он, подпуская в голос бархатистых ноток, и в почти издевательском удовольствии прошелся подушечкой пальца по головке члена паучка. Питер тут же отвлекся, но Стрэндж не мог не закончить: — Они нам помогут, и все будет хорошо.       — Л-ладно, — всхлипнул тот и сам вырвал из рук мужчины смазку, обильно покрывая ей свои пальцы. — Знали бы Вы… Ох… Как часто я так растягивал себя за последние месяцы, представляя, что это Ваши умопомрачительные пальцы касаются моей дырочки, — парень уверенно завел руку за спину, одновременно принимая поцелуй от одной из копий колдуна. — И потом… Когда во мне их было уже четыре и я кончал с Вашим именем на губах, я чувствовал такую пустоту внутри… Такую тоску, что… Умереть хотелось.       — Ну что ты, маленький, я сейчас о тебе позабочусь, — пробормотал Стрэндж, ласково потирая поджавшиеся яички парня.       Один из колдунов склонился над пахом паучка и медленно, с оттяжкой принялся сосать небольшой аппетитный член, тихо причмокивая от удовольствия, а второй в мимолетной ласке касался натренированного тела в разных чувствительных местечках: ушной раковине, съежившихся сосках, упругой попке и небольших ступнях.       Питер чувствовал лишь блаженство и откровенно стонал, выбивая все связные мысли из Стрэнджа, которому пришлось сильно, до боли прикусить нижнюю губу, чтоб уж совсем не сойти с ума.       Паучок, резко вынув из себя пальцы, резко насадился на член мужчины и тут же запрыгал на нем, забывая обо всем — ведь мистер Старк, такой потрясающий мистер Старк со стоном подавался на каждое его движение. Чужие руки не прекращали ласкать кожу, покрытую тонкой пленкой пота, пощипывать, а несколько языков облизывали все, до чего только доставали.       Питер почти потерялся в жарких прикосновениях. Он не мог понять, к чьим ладоням ласкаться, под чьими пальцами выгибаться, хватался за плечи, ногами обхватывал бедра и потому с искренней радостью подчинился, когда его конечностям нашли применение. Одну руку паучка опустили на затылок того, кто сейчас ловкими быстрыми движениями вылизывал ему член, а вторую подняли на уровень его лица, положили на бедро подошедшего человека — Пит не знал, кто это, это было совсем неважно, — и чужая головка ласково ткнулась в его щеку.       Стрэндж, заставивший одну из своих копий подойти ближе, голодным взглядом проследил за тем, как ничего не соображающий парень тут же пропустил член себе в рот. Оба чуть слышно сглотнули, когда головка прошла в это узкое, абсолютно неразработанное горло. Стивен остановился, практически заставил себя не двигаться и, вцепившись ногтями в перевитые тонкими сухими мышцами бедра, пожалел лишь о том, что не может разделить ощущения с собственными иллюзиями.       Пит на его бедрах захныкал с закрытыми глазами, сильнее прижал к себе обе копии — и ту, что склонилась над его пахом, щекотно проходясь бородкой по яичкам, заставляя извиваться, и ту, чей член он сейчас не хотел выпускать из своего горла. Стивен намек понял и отпустил из хватки чужие бедра, вместо этого тут же придержав выгнувшегося парня под поясницу. Питер, больше ничем не сдерживаемый, тут же задвигался сам, успевая одновременно и охаживать член Стрэнджа, и насадиться глубже на тот, что занимал сейчас его горло.       Парень двигался, как танцовщицы востока, напрягал мышцы живота, выгибался в спине, приподнимался на коленях, и Стивен застыл, завороженный этим диким танцем, красотой влажного сильного тела, блестящих глаз из-под полуприкрытых век. Впрочем, скоро Питеру стало не хватать даже троих.       Он сбился с этого гипнотического ритма, движения стали резкими, жаждущими, и бедра заходили совсем быстро, жестко обхватывая Стрэнджа внутренними мышцами, почти выдаивая из него оргазм. Маг, все это время усердно контролировавший собственное возбуждение, только зашипел сквозь зубы и, заставив себя мгновенно отойти от оргазма, почти нервными движениями призвал еще две иллюзии.       — Сейчас, малыш, тебе станет легче, — пообещал он, и Питер, оторвавшись от процесса минета, только засипел тихо:       — Пож-жалуйста. Пожалуйста, мистер Старк, больно…       Стивен развернул Пита спиной к себе, чтобы тот мог прижаться к его вздымающейся от пережитого удовольствия груди и знаком подозвал все копии ближе, приказывая сделать все, что необходимо.       Видит Вселенная, эти мгновения колдун еще не скоро сможет забыть: его собственные, еще не успевшие кончить копии буквально были готовы растерзать своими жадными губами парня, набрасывась на него все разом. Один из них тут же резко вошел во влажную дырочку Питера и принялся трахать того быстро, резко, с оттяжкой, завывая на одной ноте. Стивен поддерживал парня под ребра, заставив распластаться на своих бедрах, и чувствовал, как подбрасывает паучка на каждом толчке, как тот тяжело, хрипло дышит, но все равно опускается тазом навстречу. Стрэндж видел за чужим плечом собственное лицо, почти злое в миге от того, чтобы кончить, и зажмурился, склонил голову, чтобы укусить Питера за шею.       Остальным копиям тоже досталось по сладкому кусочку паучка: они нежили, ласкали все его тело, целовали по очереди в сладкий рот, прикусывали горошины сосков и делали все то, что и сам бы Стрэндж захотел, если бы сейчас все еще не восстанавливался, придерживая взвизгивающего от каждого толчка парня за дрожащие плечи и шепча тому в заалевшее ухо разные нежности.       Каждая копия, заполнившая своей спермой гостеприимную дырочку Пита, отходила чуть в сторону, с таким же насытившимся взглядом провожая следующую и следующую, до тех пор, пока все из присутствующих не кончили внутрь, отчего по покрасневшим краям попки текла сперма, впитываясь прямо в постель.       Наконец, спустя почти час невыносимого страдания парня, он, до боли сжав в себе член очередного любовника, вскрикнул и, наконец, оросил один из ртов своим семенем, безвольно растягиваясь на оригинале Стрэнджа.       — Ох… Вот это да… — Стивен на мгновение прикрыл глаза и, удостоверившись, что с парнем все в порядке, задремал на несколько минут, рассеивая остальные копии.       Вот только поспать ему не удалось. Спустя какие-то жалкие десять минут отдыха тело в его руках зашевелилось и посмотрело на него вновь мутным, просящим взглядом.       — Да любой человек бы уже расслабленно дрых, — пробормотал про себя мужчина и с тяжелым вздохом решился на кое-что не вполне законное.       Он был хранителем Камня времени уже несколько лет, однако такого святотатства еще не делал. Но, похоже, придется пока что спустить все свои мысли на этот счет в унитаз. Пространство вокруг закружилось и завертелось, и вот Пит снова пробормотал, посасывая головку Стрэнджа из прошлого:       — Вам нравится?       Парень по инерции еще несколько раз опустил голову, заглатывая до конца, пальцами сильно оттягивая мошонку, но вскоре совсем оцепенел плечами. Он поднял мутный больной взгляд на тяжело дышащего Стивена и пробормотал невнятно, едва шевеля ослабшим языком:       — Ч-что вы?..       Стрэндж одними подушечками отвел с лица Питера упавшие пряди и постарался не обращать внимания на собственное болезненное напряжение в паху. Маг тяжело вздохнул, пытаясь объяснить так, чтобы паучок его понял даже в таком состоянии:       — Я переместил нас на полтора часа назад, милый. Тебе больше не хватает одной разрядки, необходимо больше, но если бы мы продолжили в том времени, я бы не смог взять ответственность за твое физическое состояние, — параллельно с разговором Стивен перетащил парня к себе на колени, собрал секрет с мальчишечьей подтекающей головки и опустил смазанные пальцы ниже, средним тут же входя во все еще узкую дырочку.       Питер охнул болезненно, инстинктивно сжался, все еще чувствительный после того, как его трахнуло неустановленное количество человек. А потом вдруг понял, что на самом деле больно не было. Он уже был узким, но едва ли Пит смог бы восстановиться за те десять минут перепавшего им отдыха. Он поднял на мага ошарашенный взгляд, открывая рот, но так ничего и не говоря, и Стрэндж только кивнул ему в ответ:       — Вижу, ты уже понял, — он сам чувствовал, как неприятно слиплись от пота волосы, как слегка подрагивали мышцы, не приспособленные к таким долгим, изматывающим скачкам — Стивен никогда не был особо силен физически, за этим идите к Роджерсу или Барнсу, — но упрямо шлепнул Питера по бедру, призывая приподняться, и протолкнул в паучка уже два пальца, раскрывая их внутри, как ножницы. — Физически мы вернулись на час раньше, и я не боюсь тебя сломать вторым раундом секса, а психологически…       — А р-разве мое возбуждение не физиологическое? Его возможно сбить таким образом? — пробормотал Пит, отчаянным жестом ловя чужую ладонь и тут же начиная вылизывать пальцы. Стрэндж поднял бровь, удивляясь тому, как разумно паучок может разговаривать, скача на трех пальцах, но следующая реплика расставила все по своим местам: — Мистер Старк, пожалуйста.       Стивен только вздохнул.       — Всякое удовольствие — вещь большей частью психологическая, малыш, — прошептал он, вынимая пальцы изо рта Питера, чтобы тут же пробежаться ими по чужому члену, скользнуть влажными холодными подушечками по тяжелой мошонке.       — Т-тогда… т-тогда, — парень зажмурился, пережидая приступ чувственной дрожи. Черт возьми, его растягивают по собственной смазке, ласкают собственной слюной, и это… Пит не знал, какими словами это описать, но ощущалось оно до невозможно грязно, так интимно, так лично, ведь между ним и Тони не было ничего, кроме них самих. Паучок, вывернув руку, со всей силы вцепился в подушку за спиной мистера Старка и, кажется, порвал ее надвое, но из-за этого смог сосредоточиться достаточно для того, чтобы пробормотать в чужую шею: — Тогда воспользуйтесь мной столько раз, сколько Вам потребуется. Пожалуйста…       — Ох, Пит… — помимо воли волоски на коже встали дыбом от этих слов, даже несмотря на то, что те не были предназначены ему. — Конечно, малыш. Поверись-ка ко мне своей шикарной попкой.       — Вы хотите, чтобы я сел Вам на лицо, мистер Старк? — проблеял парень, отчаянно покраснев до корней волос.       — Я хотел сказать… О господи… — воздух будто разом покинул легкие мужчины. — Хотел трахнуть тебя по-собачьи, сладкий… Но твой ход мыслей мне более чем нравится. Заодно займешь свой грешный ротик кое-чем.       Пит больше не проронил ни слова, перебираясь задницей выше, пока теплые пальцы, сжавшиеся на его половинках, не остановили его. Он глубоко вздохнул и со смазанным стоном вновь насадился на член Стэнджа ртом, заставляя бедра того судорожно задрожать. Но в следующее мгновение он тут же выпустил ствол, отчего он ткнулся ему куда-то в подбородок, потому что к его гиперчувствительной сейчас дырочке прижался в ласке горячий язык Стивена.       — М-мистер Старк! Ох… Что же Вы… Из меня течет Ваша сперма… — всхлипнул он стыдливо, но тело решило, что такое изысканное удовольствие тому по душе, и словно само выгнулось так, чтобы дырочка была полностью открытой для жадного взора мужчины.       — Блять… Не думал, что мне это понравится, но Боже, какой же ты… — захрипел Стрэндж и со стоном присосался к растраханному отверстию, закрывая глаза.       Фантазия — штука странная, но довольно полезная, ведь не прошло и двадцати минут, как Пит задергался, как в приступе, и, не отрывая рта от члена мужчины, начал кончать на вылизывающем его языке, вибрируя горлом. Стивен не смог остаться безучастным к этому немыслимо горячему зрелищу и вскоре последовал за ним, вскидывая влажные от пота бедра вверх, толкаясь так глубоко, что нормальный человек бы задохнулся.       Пит, тяжело дыша, собрал остатки своих сил и скатился со Стрэнджа на вторую половину кровати, кладя голову куда-то на его колени и, даже не побеспокоившись о гигиенических процедурах, в очередной раз задремал на несколько минут, пока Стивен нежно гладил того по вытраханной попке. Он понимал, что это безумство ещё не закончилось, поэтому судорожно придумывал варианты их последующих трахов. Схватив пока что плохо соображающего паучка в охапку, колдун создал портал на небольшой остров в Тихом океане, где любил сам проводить выходные, не занятые спасением Вселенной.       Питер очнулся от прохладных струй небольшого водопада, которые били ему по плечам, и наконец открыл глаза.       — Кожа все еще зудит, — скупо пожаловался он, выгибая спину под ласковым касанием. — Стивен?       — Уже Стивен? — смешливо фыркнул Стрэндж, в легкой щекотке проходясь по коротким волоскам у паучка на шее. Парень подставил холку, напрашиваясь на продолжение, и маг с удовольствием огладил влажными подушечками пальцев кожу за ухом, чувствительно царапнул ногтями нежное местечко. — Что ж, хорошо, что хоть это ты уже осознаешь.       Питер, подозревая, на что ему намекают, на секунду зажмурился от смеси неловкости, стыда и смущения, но тут Стрэндж навалился ему на спину животом, ладонями прошелся по ребрам, и парень разумно решил, что стыдиться уже поздно.       — Я называл Вас мистером Старком? — все же пробормотал он, нежась в прохладной воде какого-то грота. Вода была соленой, явно морской, но Питер не хотел тратить те минуты, что у него оставались до следующего приступа, на какие-то неважные вопросы. Стивен, кажется, решил так же, и вместо очевидного ответа просто обнял парня еще крепче, помогая утишить нескончаемый зуд во всем теле.       Пару минут они так и простояли, обнявшись, и болезненное жжение поднималось изнутри постепенно, мягко и ненавязчиво захватывая тело. Почти заснувший вновь Питер пропустил начало ненормального его возбуждения, но это заметил Стрэндж: все же сложно игнорировать то, как чужой зад прижимается ближе к бедрам в поисках достаточного трения.       Стивен вздохнул, поцеловал паучка в холку и нехотя отстранился. Парень непроизвольно захныкал, но успокоился, стоило только Стрэнджу на ощупь пропальпировать ему дырочку. Мышцы легко раздвинулись под пальцами, словно всасывая их в себя (паучок даже не поморщился), и Стивен решил, что еще один раунд Питер может пережить без слишком опасных игр со временем. Он, вытянув руку, жестом призвал еще трех своих копий, и мудро уступил им место, сам поднявшись из грота на влажные камни.       Пит, каким-то внутренним чутьем ощутив, что его покинул именно оригинал, возмущенно потянулся к севшему над ним Стрэнджу, но его остановили мягким смехом:       — Прости, малыш, но в ближайший час я едва ли смогу помочь тебе хоть чем-то.       Парень нахмурился, уже с затянутыми поволокой глазами, и явно аргумента не принял.       — Но я ведь могу тебя просто касаться? — спросил он пытливо, уже прогибаясь под колкими ласками копий, вновь захвативших его член. Стивен, заинтересованно подняв одну бровь, неосмотрительно кивнул — и тут же заулыбавшийся Питер вмиг перетащил его по камням ближе к себе, опустил бедрами меж своего лица. Паучок подбадривающе кивнул подбородком: — Ляг. Будет приятно.       Стрэндж несколько в этом сомневался, но послушно опустился на локти, и парень воспользовался этим, чтобы подтащить мага еще ближе, собирая его телом все мелкие камушки, но не останавливаясь, пока не устроил бедра Стивена на весу в доступности своего языка. Глубоко вздохнув, он вдруг чувствительно укусил чужую ягодицу, но прежде, чем Стрэндж смог бы возмутиться, зализал поврежденное место.       — Паршивец, — только и смог хмыкнуть маг, все-таки расслабляясь: возбудиться он, конечно, едва ли сможет — не те его годы, — но приятно точно будет, как паучок и обещал.       — Тише, потом поругаешься, — промурлыкал парень и длинно лизнул от самых яиц до крестца, отчего не особо громкий маг длинно, сладко застонал, пытаясь уйти от щекотки и от ещё одного ощущения, названия которому от не хотел придумывать (наверное, стыдливость), — ну же, дай отблагодарить тебя, пока я не до конца впал в горячку. Расслабься… Я первый, кто ласкает тебя так?       — Вообще-то да, но не думаю, что с кем-то другим смогу повторить все то, что за сегодня уже сделал с тобой, — на грани слышимости признался паучку Стрэндж в том, о чем и самому себе не успел до конца признаться — обычно он не уделял чувственной части своей жизни много времени.       Бывало всякое, но в его постели чаще были все же женщины, хотя и каждый раз после жаркого, ни к чему не обязывающего секса с какой-нибудь красоткой его мучили сны о той, что он из-за своего эгоизма потерял — невероятной Кристине. Но (ладно, в этом он мог быть честен с самим собой) цельным он себя чувствовал лишь после выматывающей ночи с мужчиной, отпуская себя, снимая маску саркастичного холодного человека, превращаясь в полыхающий огнём океан.       — Тебе кто-то нравится из наших друзей в этом самом смысле? — ненавязчиво, лишь с маленькой каплей в голосе заинтересованно протянул Пит, на миг отрываясь от уже влажного, вполне себе расслабленного входа.       — Я знаю, что благодаря тебе Стив и Баки сошлись, наконец. Но, будь добр, сейчас отключи режим сводника и займи свой сладкий рот чем-то, — фыркнул Стивен, выгибаясь в пояснице и совершенно не обращая внимания на жёсткий камень под коленными чашечками — в конце-то концов, он заслужил этот день удовольствий.       Паучок вновь мстительно впился в аппетитную задницу и одновременно придушенно выдохнул, когда одна из копий колдуна мягко вошла в несопротивляющееся отверстие, задорно выглядывающее из воды.       Двое других целовали его шею с двух сторон, потираясь вставшими членами о ноги парня, ожидая своей очереди. Что ж, копии Стрэнджа были куда более ебливыми, чем сам мужчина, успешно скрывающий свою натуру под маской надменности.       Рот Питера был занят судорожным вылизыванием задницы Стивена, а бедра то и дело конвульсивно двигались вперёд, когда его самого таранил член, вновь и вновь так правильно касаясь простаты, что дыхание срывало. К счастью, боли никакой не было, в том числе и боли от горячки, да и Пит чувствовал только её отголоски, оставаясь во вполне вменяемом состоянии для того, кто уже успел кончить дважды. Внезапно одна из копий, стараясь как можно нежнее притереться к паучку, чуть оступилась и единственным, что подвернулось под руку в качестве поддержки, оказалась своя же, можно сказать, собственная задница.       Питер немного хищно, весело ухмыльнулся и вставил в мягкую дырочку сразу два пальца, отчего до этого вялый член заинтересованно дернулся, как бы подтверждая, что вновь готов к ласкам.       — Ох… Чертов мелкий паучишка, — только и смог выстонать мужчина, чуть скривившись от одной мысли о том, что, похоже, сегодня его таки поимеют в задницу, чего с ним не случалось, пожалуй, с медуниверситета (да и тот случай, длившийся всего минуту, не принесший ни разрядки, ни какого бы то ни было кайфа, и рядом не стоял с ситуацией теперешней).       Давно было пора признать, что ввязаться в эту занавесочную историю во главе с перевозбужденным подростком было, пожалуй, лучшим его решением за, по крайней мере, последний год. Тут же (даже настойчивые пальцы в заднице не мешали) мимолетная мысль легонько коснулась чуть затуманенных гениальных мозгов: может, пора уже перестать так трястись над этой планетой и этой реальностью, а дать себе, наконец, хотя бы шанс на передышку и нормальную жизнь?       Шанс быть с кем-то (увы, не с паучком — сердце того, пожалуй, занято только Старком, будь он неладен), влюбиться (сложновыполнимо), отпустить себя на волю, давая своему телу, умело разбуженному Питом, того, что оно желает — ласк, счастья трахать кого-то, подставляться самому, ведь собственные рамки принципов и приличий, почти монашеской неприкосновенности, начали рушится сегодня.       В его заднице уже вольготно расположились четыре пальца, но… Догадка поразила его в самое сердце, заставляя и член дернуться от прилива сумасшедшего возбуждения. Как он мог пропустить такое? Как в нем оказались его два собственных пальца? Разгадка была найдена, стоило повернуть голову чуть вправо. Его собственная копия, до боли закусившая нижнюю губу, орудовала своими пальцами прямо в дырочке… И господи… Это было так же грязно и непристойно, как и хорошо. Просто безумно хорошо!       — Тише-тише, — прошептал Питер, оглаживая чуть взбрыкнувшего Стивена по пояснице. — Ну же, расслабьтесь, позвольте неизбежному случиться. Как Вы вообще… Как могли раньше не сделать этого? — легкий фырк паучка и ласковый поцелуй в ямочку.       — Я призываю их не для того, чтобы тешить свое собственное самолюбие, букашка, — Стрэндж тихо, с присвистом выдохнул, но покорно и жадно двинул бедрами назад, подставляясь.       — А могли бы, — хихикнул парень, одним похлопыванием по бедру копии, что трахала его, прося остановиться. — Я бы на Вашем месте так и сделал.       — Да уж не сомневаюсь, — закатил глаза мужчина. — Хватит заговаривать мне зубы, паучок. — Я смотрю, ты уже полностью пришел в себя, раз потянуло на разговоры.       — Еще не совсем, но уже почти, — коварно усмехнулся Пит и потянулся поцелуем к копии, одновременно оглаживая его тылы. — Поможете мне?       — Куда же я денусь?       — Знаете, что мне сейчас поможет кончить и окончательно успокоиться на этот раз? — промурлыкал Паркер.       — Боюсь даже предположить.       — Я хочу встать напротив Вас лицом к лицу, целовать, стонать в губы… Пока… Две Ваши копии будут трахать нас в зад, — парень все же густо покраснел, что, учитывая его уже довольно богатый и разнообразный опыт, было странным.       — Что?! Нет. Тебе не кажется, что это уже слишком, паучок? — в голосе колдуна появилась сталь, но Пит сейчас, если честно, плевать хотел на это, ведь собственными глазами видел, как распален мужчина. Да и паучье чутье буквально вопило о том, что это будет нечто.       — Ну, пожалуйста, — захныкал подросток. — Неужели Вы мне не поможете, доктор Стрэндж? Неужели бросите меня тут одного на произвол судьбы?       Мужчина прекрасно понимал, что с ним пытаются играть, и, видит Вселенная, он не хотел так просто сдаваться, хоть в глубине души и размышлял о чем-то подобном временами. Но… Если подумать, он и так уже за сегодня заплыл за буйки: одно только использование в личных целях Камня времени чего стоит! Так нужно ли поворачивать назад, когда впереди, совсем недалеко, стоит лишь руку протянуть, мерещится такое, отчего всегда хладнокровный Стрэндж пытался отвернуться.       — Я тебя потом отшлепаю с особой жестокостью, паучок, — прохрипел он. — Давай, валяй, делай что задумал, ненасытное членистоногое!       Питер радостно хихикнул и вмиг залез на камень, тут же втягивая Стивена в глубокий благодарный поцелуй, в котором было все: от искреннего счастья, даже какой-то нетерпеливости, до желания успокоить, пообещать, что тому обязательно этот опыт понравится.       Они чуть стукнулись лбами, когда в Питера одним слитным движением вошел член одной из копий, почти болезненно растягивая уже слегка сомкнувшуюся дырочку, но парень, как бы тому ни было охуенно сейчас, не закрывал глаза, наблюдая за выражением лица Стрэнджа, в которого сейчас неумолимо погружался немаленький член его же самого.       — Расслабьтесь, доктор, ну же… Сейчас будет хорошо, — прошептал парень, касаясь потрескавшихся губ.       Хорошо не было, как бы доктор ни расслаблялся, до того момента, пока рельефная головка не коснулась простаты, выбивая воздух из сжатых в одну полосочку губ Стрэнджа. Он поплывшим взглядом скользнул по соблазнительным Питеровским губам и сам подал бедрами назад, до упора, чувствуя себя таким наполненным, что дышать было трудно.       — Вам ведь нравится, да? — хищно улыбнулся Паркер, вслед за Стивеном насаживаясь за таранящий его член. — Я знал. То чувство, когда тебя трахают в почти девственную дырку ни с чем не сравнить. Ты будто распят, будто перестаешь себя контролировать, отдаешь всего себя на откуп наслаждению.       — О господи, заткнись, — задушенно простонал колдун и закатил глаза в блаженстве.       Он не знал, сколько эта мука продолжалась, да и не хотел. Ведь с каждым точным движением одновременно терял и находил себя в этом мире. Они продолжали целоваться, вылизывая и покусывая губы друг друга, пока пальцы копий не сжались на их до боли напряженных членах, в такт толчкам доводя до сумасшедшей в своей силе разрядки. Питер кончил первым, взвизгнув, а затем, придя в себя, просочился между животом Стрэнджа и камнем, заглатывая вместе с ласкающими пальцами член мужчины, чтобы тот вскоре залил его глотку своим семенем, остервенело врываясь в нее.       — Вы такой молодец, — прохрипел паучок, покрывая влажное от пота лицо Стивена мягкими поцелуями. — Спасибо-спасибо-спасибо!       Маг ничего не ответил, но мстительно скинул Паркера в воду, следом ныряя за ним, чтобы тоже освежиться после этого безумства. Пит устало задремал в оглаживающих его тело руках и даже не помнил, как оказался в сухой теплой постели, укрытый пушистым пледом.