my teacher: serendipity.

      Хосок немного истерил, потому что шатен не позвонил и не рассказал про родителей, когда они с парнями пришли в студию после школы. Он действительно переживал по этому поводу и предположил, что так просто они от Чимина не отвяжутся, но последний заверил, что он им к чертям теперь не сдался. Тренер только пожал плечами и поинтересовался насчет жилья, а узнав, что у младшего все, вроде как, наладилось с Юнги, облегченно выдохнул, хоть и сказал не наделать глупостей.       Чонгуку тоже объяснили все ситуацию, и он пожалел шатена в мыслях, полагая, что его словам в принципе места нет. Чимин не выглядит убитым горем, и это радует брюнета, но в тоже время удивляет. Шатен, кажется, чертовски силен морально.       Отрепетировав несколько раз, Чимин вошел наконец в голос, настроил все внутри и был, в общем-то, готов. Хосок раздал костюмы и сказал по очереди подойти к своей сестре, которая их немного подкрасила. Оценив увиденное, тренер довольно улыбнулся, командуя «всем в машину», ибо до бала оставалось чуть больше получаса.       Вот тогда-то шатен и понял: ничегошеньки-то он не готов. Тут и костюм казаться не подходящим стал, и голос дрожал, и ноги заплетались, а представляемый Юнги в зале отчетливее все виделся, приводя в еще больший ужас бедного Пака. Хосок вроде заметил, или понял, потому что за кулисами он нашел парня, заводя в угол. — Спокойнее, Чимин. На сцене не забывай о дыхании, движения чем аккуратнее, тем лучше. Плавно, размеренно, осторожно. Смотри на меня, если надо, лучше мимикой работай, это… — Неотъемлемая часть танца, помню, — шатен глубоко вздохнул, падая в объятья хена, — Мне кажется, я не справлюсь. — А вот мне кажется все пройдет на ура! — тренер отстранился немного и посмотрел в глаза ученику, — Что надо делать? — Дышать? — Ахах, ну и это тоже. Но главное, верить в себя! — красноволосый ткнул пальцем в грудь школьника, улыбаясь, — Чувствовать себя. — Хе-о-он… — Все, пять минут осталось, успокаивайся. Ты все сможешь! — уходя, Хосок повернулся к старшекласснику и округлил глаза: тот сполз по стене и прижал колени к себе, глубоко дыша. Показать сердечко не удалось, поэтому тренер потер переносицу, хмурясь. Чонгук и Тэхен где-то зажимались, судя по всему, а Чимин почти в истерике, — Противный ребенок, — фыркнул парень, а школьник удивленно посмотрел на скинутое пальто, — Из-за тебя мне придется выступать в неудобном костюме. — Ч-что? — Что слышал. Собирай своих голубков, нам скоро на сцену, — Хосок расстегнул пару пуговиц на рубашке и пиджак, смотря на себя в зеркало. — Нам… но ведь… — Я делаю только из-за тебя это, давайте быстрее, пока не передумал.       Чимин не верил, что тренер решился выступить перед публикой спустя два года, но послушно вскочил и побежал на поиски друзей. Тэхен, мягко сказать, был ошарашен данной ситуацией и выбором Хосока, но тот удивленные вскрики отложил на потом, когда для зала был объявлен выход выпускников. — Я буду держаться левой позиции. Чонгук, не убей меня при поворотах, Тэхен не шагай назад слишком резко во втором куплете. Для центра никаких изменений, и главное… — Дышать, — выдохнул Чимин, подозревая, что не до воздуха ему будет, ой, не до воздуха.       Выйдя на сцену с опущенной головой, шатен поправил микрофон и дождался первых звуков из колонок, после чего встал полу-боком и запрокинул голову назад слегка, осматривая полный зал. Юнги нашелся сразу же: тот замер у правой стены, смотря на Чимина хмуро, сосредоточенно.       Три, два, один…       Чимин запел, не двигаясь, но видя, как начали танец три друга. На положенном месте, шатен перевернулся, поднимая одну руку вверх, и изображая в воздухе фигуры, после чего сделал выпад, входя в общую хореографию и стараясь не потерять контроль над голосом.

«when you see me…»

Чимин замер с поднятыми руками.

«when you touch me…»

      Резко опустил, закрутившись, но не сводя взгляда с Юнги, который, к слову, наслаждался голосом как мог, впитывал в себя все эмоции, переполняясь ими и прикусывая губу, чтобы не прыснуть: вот о чем шла речь. Улыбка, правда, сошла быстро, а на ее место пришло удивление и слишком сильная заинтересованность в происходящем: шатен забрался руками под свободную рубашку, задирая ее и сладко улыбаясь.       Чимин танцевал так, словно делал это в последний раз, он при возможности смотрел на таких же сосредоточенных друзей.

«touch me now…»

      Он еле заметно улыбнулся Юнги, прежде чем спеть заветную строчку, которая, как и ожидалась, разожгла внутри огонь, пламя которого будоражило, волновало сильнее, но не позволяло остановиться.

«just let me love you…»

      У блондина сорвало крышу, кажется… Он задержал дыхание, до боли сильно сжал кулаки: очень хотел сейчас прижать к себе этого ребенка, старательно пытающегося не сделать ошибок. Да даже если и сделает: этого никто не заметит, пока он затмевает все огоньки.       Ему действительно идет сцена.       Трое парней сзади улыбаются: Чимин справляется, они не налажали, а Хосок смотрит на удивленную сестру, которая приехала смотреть, вообще-то, на выступление парней, а в итоге глаз не сводит с брата, что профессионально выполняет каждое движение.       Красноволосый, однако, на грани. Ему трудно дается каждый вздох, в голову лезут воспоминания, там лишь Юна, смеющаяся и смотрящая на него через отражение.

— Хося, я с приветом от мамы! — она забежала в зал и кинулась на тренера с объятьями. — Где пирожки? — Какие? — Юна нахмурилась, пытаясь понять свой косяк, а Хосок мягко поцеловал ее в щеку и стянул с нее красный берет. — Ну ты же Красная Шапочка?

      Парень закрывает глаза: те жжет, они слезятся.

— Оппа, ты такой зараза, но такой красивый, — тянет девушка, сидя на полу и смотря на Хосока, который отобрал от нее последнюю бутылочку с соком. — Мы похожи, не так ли? — парень подмигнул и все-таки отдал свой любимый яблочный сок ей.

      Ему больно, но он старается не упасть прямо тут, не испортить выступление собственной слабостью. Счастливая улыбка Давон полна заботы, понимания, она будто чувствует все то, что сейчас тревожит Хосока, и…       Она верит в него. Чон улыбается сквозь боль и, кажется, отпускает ее вместе с Юной именно в тот момент, когда музыка перестает звучать, а они вчетвером кланяются и слышат аплодисменты.       Они справились.

***

— Йа-а-а, хен, ты был неотразим, — закричал Тэхен, бросаясь на Хосока с ослепительной улыбкой. Тренер посмеялся, передавая взбудораженного рыжего Чонгуку прямо в руки и лохмача его темные волосы. Он обнял подошедшего Чимина, который перебирал ногами еле-еле, заторможено моргая, — Чиминни! — завопил Тэхен, но хмурый брюнет сдержал парня, слегка улыбаясь шатену. — Ты в порядке? — спросил Хосок, а Чимин положил руку на плечо друга и немного наклонился, переводя дыхание. — В норме. Ты? — Все лучше, чем могло быть. — Ты плакал. — Минутная слабость, — натянув улыбку, красноволосый кивнул и пошел к сестре, заглянувшей к ним. Вслед за ней в помещение залетел Юнги, быстро находя шатена и решительно направляясь к нему. — Юн… — Чимину не дали договорить, занимая его губы более приятным делом. За кулисами только они, Чонгук с Тэхеном и Хосок с сестрой в углу. Не стесняясь, блондин прижал к себе ослабевшее тело, углубляя поцелуй и ловя осторожную улыбку. — Ты великолепен, — мужчина отстранился аккуратно, соприкасаясь с чужим лбом своим, — Ты просто невероятен… — Тебе понравилось? — А может быть иначе? — Ну вдруг. — Чимин спустя секунду шипит и смеется от шлепка по бедной ягодице, — Айщ, противный… — Чтобы не расслаблялся. — Мне уже называть вас хеном? — подал голос рыжий, смотря за парочкой с дальнего угла. — ТэТэ, я вообще-то все еще твой учитель, — Юнги подмигнул надувшемуся Тэхену. — Но Чимину тоже! — Эй, — хмыкнул Чимин, а ведьма подняла руки, смеясь. — Не ревнуй меня, любимый! — парень изобразил поцелуй и тут же получил от Чонгука так же, как недавно получил шатен от преподавателя, — Ой, Чонни, ты снова еще тут. — Мы, пожалуй, домой, у меня есть несколько вопросов к этой бестии, — Чонгук улыбнулся друзьям, закидывая на плечо брыкающееся существо и уходя. — Мин Юнги, значит, — послышалось сзади, и блондин обернулся, встречаясь с Хосоком, протягивающим ему руку, а другой обнимая сестру. — Чон Хосок, помню, — Юнги пожал руку, улыбаясь. — Еще раз обидишь Минни, и я буду злиться, — тренер дернул бровями вверх, заставляя учителя виновато прикусить губу. — Лучше не стоит его злить. Я Чон Давон, сестра этого чудища, — девушка поклонилась, дружелюбно подмигивая. — Вы очень похожи. — Да нет же! Я красивее, — возмутился Хосок, на что все засмеялись, а Давон дала хорошей затрещины брату, — Ай, ладно-ладно, не расстраивайся, не всем такие гены передаются. — Пак Чимин, хорошо, что вы все еще тут, — слышится голос завуча, и Юнги отскакивает от ученика, растерянно смотря на Сокджина, который уж никак не мог не заметить объятий, — Хотел похвалить вас и сказать спасибо за проделанную работу, — мужчина подошел к компании, осматривая всех, — Могу ли поинтересоваться вами, молодой человек? — обратился он к Хосоку, и тот поспешил поклонится. — Чон Хосок… Я, э… тренер Чимина. — О, значит я не ошибся, вы и правда тот танцор, ушедший со сцены два года назад. Моя дочь очень интересовалась вашей работой, — пояснил Сокджин, заметив замешательство, — Мне приятно, что вы выступили на нашем балу. — Оу, я польщен… меня все еще помнят, — усмехнулся красноволосый, а Давон крепче ухватилась за руку брата. — Несомненно. Что же, еще раз спасибо вам всем, и передайте мои поздравления Чонгуку и Тэхену. А сейчас я бы хотел поговорить с тобой, Юнги.       Чимин обеспокоенно взглянул на мужчину, которого завуч отвел в дальний угол. Хосок положил руку на плечо шатена, немного сжав его. Девушка обняла парня напоследок, после чего они ушли, а сам Чимин решил не мозолить глаза, направляясь к раздевалке.       Кажется, у них проблемы.